Тьма над Хогвартсом

Хэлкард аэль Маэрос, Вселенское Зло и директор Хогвартса, отложил лист и зашипел раздраженно. Сейчас, когда никого нет, можно не притворятся человеком. Зуд под кожей усиливался. Мальчик был уверен, что нет червей - а он ощущал их под кожей. Это становилось невыносимо. Настолько, что хотелось впиться когтями в кожу, вырвав их напрочь, испепелить, превратить в обугленные ошметки... Когти рванули рубашку и он откинулся на спинку кресла, тяжело дыша. Нельзя. Кругом - дети. Не стоит, могут увидеть. Да и Гарри... ох уж этот парень! Становится проблемой! Вот зачем, зачем он научил его пеленгу? Чтобы мальчик мог шпионить за своим врагом, местным самозванным темным лордом, который, скорее всего, понятия не имеет ни о настоящей тьме, ни о том, как положено настоящему лорду себя вести! А что сделал мальчишка? Решил шпионить за ним. Не со зла, из любопытства... но ведь это риск! - Это неважно. Ничто не важно. Черви во мне навечно, или уже бы передохли. Мутировали во что-то такое же вечное, как я сам. Забыть. Надо делать свою работу... Голос его становился все тише и монотоннее, пока не сполз в шепот. - Соберись, отродье! Дети живут в кошмарных условиях, ты обещал им улучшения! Работай! И поспешно придвинул к себе расчеты количества напольного покрытия для туалетов и душевых. С учетом того, что их должно стать больше - текущее количество явно доставляет детям огромный дискомфорт! Очередь по утрам, когда на счету каждая минута - вот что может быть хуже? Он взял в руки перо и принялся заполнять таблицы. Это правильно. Это - привычно. Остальное не имеет значения. Гарри тем временем быстро запихивал в себя еду, не чувствуя особенного вкуса. На краю создания зудело беспокойство. Он знал, что должен быстро поесть и вернуться. Друзьям он честно сказал, что будет помогать директору, обещал рассказать, чему его научили и предупредил, что постарается сделать все, чтобы проводить с ним побольше времени. Гермиона только покивала, а вот Рон разразился длинной возмущенной тирадой, которая почему-то свелась к "ладно, друг, мы тебя всегда поддержим". Ничего не понимая, юноша схватил булочку и кинулся обратно, жуя на ходу. Постучал в кабинет, влетел в него: - Я здесь! Сыт и готов помогать! - О, быстро вы! - Директор выглядел несколько удивленным, но быстро справился и кивнул собственным мыслям: - Прошу, присаживайтесь. Только приготовьтесь к тому, что вам может быстро надоесть. Гарри мысленно посмеялся: днями полоть траву наверняка скучнее. Устроился напротив директора, приготовился внимательно слушать и делать, что сказано. - Итак, смотрите, - профессор придвинул бланк. - Вот здесь - черновые расчеты. А тут - он кивнул на пустую таблицу - заявка на получение. Вам надо перенести то, что я подчеркнул. Там названия, количество и сроки, когда надо будет доставить. Извините, расчеты сегодня я беру на себя, время все же поджимает. Да, это только к лету, но лучше все отправить заранее, мало ли, какие накладки могут возникнуть. Надеюсь, не возражаете? - Конечно, нет! Юноша полез в сумку за пером, и принялся заполнять таблицу. Несмотря на очень внимательное сверивание, все удалось сделать на диво быстро. На всякий случай снова все перепроверив, Гарри поднял голову: - Следующее? - Прошу! - перед ним легли еще листы, на сей раз три. Директор шустро шуршал по бумаге, иногда ненадолго замирая, словно прислушиваясь к чему-то неслышимому, а потом встряхивал головой и вновь принимался за работу. Мерно мерцали огни свечей, тихо шуршал за окнами ветер. Гарри заполнял то, что ему давали, улыбался. В какой-то момент поймал себя на том, что мурлычет себе под нос, а профессор Маэрос даже не против. Скрип пера по бумаге успокаивал. Работать вот так, с директором рядом, было очень комфортно. - Поздновато, да? - оторвал его от работы голос профессора. - Разве? - юноша поднял глаза. - Мы же совсем недолго сидим. - Это вам кажется. Давайте посмотрим на время. - директор наколдовал темпус. До отбоя оставалось пятнадцать минут. -Увлеклись, - профессор Маэрос казался виноватым. - Скорее, идите в спальню! Завтра, конечно, воскресенье, но не стоит нарушать режим! - Я приду завтра после завтрака, - уверенно уведомил юноша, подхватив сумку и очень быстро двигаясь к двери. - Спасибо, что разрешили помочь! И совершил настолько быстрое стратегическое отступление, насколько мог. - Фуф, - отойдя от двери, он довольно улыбнулся. - Раз никто не успел ничего запретить, значит все со всем согласны! И довольно отправился к башне Гриффиндора.

* * *

Сайлент оказался у озера даже раньше назначенного времени, и все с той же легкой полуулыбкой наблюдал, как ветер гонит волны по поверхности. Воскресный день выдался пасмурным, срывался мелкий, холодный дождь, но профессора прорицания это, кажется, не смущало. - Не надо там стоять, - произнес он, не оборачиваясь. - Я слышу, что это вы, мистер Малфой, и подругу вашу я тоже слышу. Подходите ближе, я не кусаюсь. Драко вздохнул, потянул Гермиону за собой. Грейнджер к идее задать три вопроса отнеслась очень серьёзно, поэтому записала их на листочке, который протянула преподавателю молча, опасаясь, что он найдёт где-то вопросительную интонацию. Аккуратным почерком - записывал Драко, чтобы было ну совсем красиво - там было выведено: Зачем вы здесь? Какие основные характеристики у места вашего обитания? Какие ключевые события происходили в истории вашего народа? По мнению Малфоя, составлено было гениально, и на два последних вопроса можно было ответить только подробно. По мнению Гермионы, профессор легко найдёт способ отвертеться, если захочет, и надежда только на то, что он не захочет. - Недурно, - хмыкнул Сайлент, изучая каллиграфически выведенные буквы. - Три вопроса - значит три, но два последних слишком длинные, чтобы я мог ответить на них сразу. Предлагаю так - я отвечаю на первый сейчас, а потом мы идем в башню прорицаний, и я вам показываю ответ на второй. А над третьим я буду долго и серьезно думать, как это изложить так, чтобы вы не закончили школу до того, как я закончу. Идет? - Да, конечно, - напряжённая Гермиона резко расслабилась и заулыбалась. - Нам очень интресно! Да и Гарри... Девушка осеклась. Гарри вечером сбежал к директору, весь сияя. Она немного переживала за друга, хотя и радовалась, что он хоть чем-то, кроме квиддича, занялся всерьёз. - В общем, он будет рад, - неловко пожала она плечами. - Итак, отвечая на первый вопрос - зачем мы здесь. Так вышло, что магия вашего мира обижена на тех, кто ею пользуется. Более того, если продолжить использовать магию так, как это делают сейчас, она уйдет совсем. Она обратилась к тому, кто мог ее услышать - к правителю нашего мира. И вот - мы здесь, исправлять. Пока это еще возможно. Обучать. Ну и, судя по всему, скоро ваш мир будет под протекторатом нашего короля, но это и хорошо. Пойдет на пользу как магам, так и смертным. - Смертным? - вскинула брови Гермиона. - У нас маги не бессмертны, профессор. Вон один... Вылез. Драко скривился. Глубокие синие глаза сверкнули насмешливо: - Это вы так думаете. Вы удивитесь, когда узнаете, что ваша магия может на самом деле. Твоя, его, - кивок на Малфоя. - И кого угодно в этой школе. Профессор снова улыбнулся, уже не насмешливо: - Так что, пойдем смотреть второй вопрос, или еще полюбуемся прекрасным водоемом? - Идемте, - кивнул Драко, пока хмурая Гермиона шла за ним, покусывая губу. - Ты чего? - Если маги будут жить настолько долго, даже магглорожденным не получится поддерживать связь с маггловским миром. Малфой только плечами пожал: нашла, о чем расстраиваться! Но вслух ничего говорить не стал. - Вот тут вы ошибаетесь, - Сайлент, однако же, услышал, - У нас тоже есть не одаренные магией, просто их существенно меньше. Но если большая часть населения может использовать магию - посмотрите на это с другой стороны. Ее не нужно скрывать! Прошу! - он открыл дверь кабинета, сейчас пустующего. - Располагайтесь поудобнее, стоять на ногах не рекомендуется - можете упасть с непривычки. - Я не думаю, что легко жить, когда те, кто тебя окружает, умирают раньше, чем ты, - Гермиона устроилась на предложенное место. - Я бы так с ума сошла, заперлась где-то и вообще никого не хотела бы видеть, кроме тех, кто будет жить столько же, сколько я. - Возможно... но если долгоживущих куда больше... в общем, привыкаешь. Ну что же, мы начинаем! И Сайлент прищелкнул пальцами. Кабинет растворился, осталась лишь чернота, посреди которой висела огромная полная луна. - Как видите, это - наш родной мир. - Картинка двигалась, показывая, что под этой никогда не заходящей луной живут, и стоят города - огромные, красивые, хотя и несколько мрачные. - Он наполнен магией, и он там не один. Пространство поплыло, показывая... нет, скорее, давая угадать за первым миром - великое множество. - Основная масса населения у нас - магически одаренные, тех, у кого сил нет - малый процент. Куда меньше, чем магов сейчас здесь, у вас. Но не магией единой - мы строим, производим, сочиняем законы и создаем искусство. Хотя, конечно, мы очень рады, что магия у нас есть в избытке. А еще у нас много разных существ, и каждому находится свое место и дело по душе. Все это сопровождалось показом мира. И он действительно впечатлял! Через несколько минут картинка потускнела, явив привычный - внезапно, слишком привычный и обычный! - кабинет. - Надеюсь, хотя бы часть любопытства я удовлетворил? - преподаватель тряхнул своей странной шевелюрой и вскинул бровь. - А... Ага... - Драко тряхнул головой. Рядом сидела ошеломленная Гермиона. - А представь, сколько томов там в учебниках истории, - выдавил Майфой, и у девушки заблестели глаза. - Заучка. - Нацист, - парировала девушка. - Звучит, как название болезни. - Ага, из-за неё людей в печах жгли. Кровь у них не та была для нацистов. Сайлент поднял руку: - Молодые люди, прошу, не стоит ругаться. Насчет третьего вопроса... Я добуду у профессора Серрави общую хронологию и основные события, он как раз историк. Вас устроит? - Мы не ругаемся, - возмутился Драко. - С чего нам ругаться? Мы друзья вообще-то! Гермиона тоже смотрела на профессора непонимающе. А потом вдруг нахмурилась, тряхнула головой: - Друзья? Последнюю свою фразу сможешь родителям своим повторить? - Чтобы их убили, а потом меня? Нет, спасибо, - юноша зло усмехнулся. - Ты и представить не можешь, чем обернётся такое. Год назад повторил бы. - Позвольте спросить, - вдруг раздался голос, несомненно, принадлежащий Сайленту, и в то же время, несмотря даже на то, что интонации остались прежними, мягкими, пробирающий до костей волной ужаса. Преподаватель продолжал слегка улыбаться углами губ, но глаза его стали ледяными. - Кто это угрожает семьям с детьми... и по какому праву? - Тёмный Лорд, - сухо бросил Драко. - У Поттера спросите. Я ничего рассказывать не буду, мне жить охота. Грейнджер, не смотри так! Ты на моем месте тоже бы боялась! - Я не... Драко, я... Мне очень жаль! - Темный... Лорд, значит? - Сайлент произнес это так, словно смаковал. - Хм... скажите, мистер Малфой, он действительно настолько... жуткий? - Я не буду об этом говорить, - повторил юноша, хмурясь и слегка побледнев. Потом вздохнул: - Он очень... велик. У него, хм, экзотическая внешность. Он может справедливо наказывать. Но Лорд милостив. И очень могущественен. - Ладно. Познакомишь... при случае? - Профессор продолжал улыбаться, как ни в чем не бывало. - Я... Передам, что вы хотите увидеться. - Прекрасно. - Профессор потянулся. - Дети, прошу меня простить, мне еще надо сделать кучу дел сегодня! Драко кивнул, скомканно попрощался и почти сбежал из кабинета. Через пару поворотов прижался лбом к стене, и очень удивился, ощутив на плече лёгкую ладонь. - Мне жаль, - тихо повторила Гермиона. - Спасибо, - вздохнул Малфой. - Спасибо.