Хаос во льдах

— Так. Получается нам даже здороваться при встрече нельзя? — Ну… да Джулз сидела рядом с Джеком в самом удаленном уголке сада и пыталась разложить в голове каждое сказанное им слово по полочкам, в то время, как Эмма, тесно продвинувшись с другой стороны, крепко ухватилась за него. Джек выглядел спокойным, но не смотрел ни на подругу, ни на сестру – прямо, туда где начинаются ворота, через пару скамеек от них. Из одних серьёзных разговоров в другие. Лимит подобного жанра у него уже давно исчерпан, но приходится черпать духовной силы, чтобы выдержать натиск этих двух прекрасных дам. А ведь хотелось просто все рассказать, ничего не утаивая хоть от кого-то… Почему нельзя просто за него порадоваться? Как знал, что ни хорошими словами, ни поздравлениями тут пахнуть не будет. И понятно почему – та обыденность для Джека никогда не покажется правильной для других. — И что ты прям все пять месяцев будешь принимать эти вещества? — осторожно спросила Мидджент, по которой было видно, что та не могла унять своё поступающее раздражение. За вопросом последовал кивок Джека, — Ага, довольно круто, что все сложилось так, а то я думал, что если комитет и согласится, то только с блокаторами, а так заведомый проигрыш ждал бы меня! — Что в этом крутого? Эффект ведь временный, ты все равно не сможешь себя контролировать самостоятельно после этих шизоидный средств, — пробубнила Эмма, прижавшись щекой к плечу брата, легонько поглаживая белые рукава его рубашки, за которыми были скрыты те самые браслеты. Джек ничего не смог ей ответить, лишь хмыкнул и потрепал девчонку по голове. Он старался не смотреть в глаза Джулз, которая явно его буравила, но почему-то даже со своим острым языком – использовавшийся в свободной форме только при нем – та не осмеливалась сказать или спросить лишнее. По ее лицу так и сквозило непонимание, смотря на эту искаженную идиллию, будто все, что сказал ей парень не перевелось в голове на нужный слог. — Эм… а родители что сказали? Они вообще знают? — вопрос правильный, кто и что будет вкалывать несовершеннолетнему без разрешения предков. Вот только пальцы Эммы у бедра судорожно сжались в кулак, затем снова разжались. Фрост уловил эти движения и задумчивое лицо брюнетки. — Да-да, они согласились, — ответ быстрый, в отмашку Джулз. Он сам был напряжен и то только самим этим разговором. Кажется на саму девушку это подействовало, как красный на быка – она не перестала выглядеть менее раздраженной, скорее злость в ее глазах начала нарастать. — Бля, я уже даже не знаю, что сказать. Мне кажется вы все там с ума посходили, но… твою мать, Джек, скажи честно, ты может на голову больной или тебя в детстве роняли – почему ты думаешь, что вот этим твоя проблема решится? — уже с долей истерии спрашивает синеволосая, непонимающе вглядываясь в прозрачно-голубые глаза. Фрост нахмурился. Не всем, конечно, понять его действий и решений, но это раздражает... и задевает. С чего это он идиот, не находящий правильных и легких путей, а все вокруг такие умные. Да, на звук этот план конечно пугающий, но только из-за этого отказываться он не намерен и уступать в этом нелепом споре тоже. — Джулз, моя главная задача сейчас это пройти отбор. Конечно, главная проблема со временными самоконтролем не решится, но хоть какое-то продвижение за все эти, без двух недель, восемнадцать лет, — ещё раз терпеливо разъяснил Джек, — Ой, да брось, не ты ли говорила мне, не летать в облаках? Да, дали не золотой пропуск в тридцатку, но разве жизнь так устроена? Мне сложно, всем сложно – кому-то в большей степени, кому-то в меньшей. Я рассказал вам обеим не для того чтобы вы ужасались о несправедливости в мою сторону, которой и нет, а просто, чтобы… знали, — быстро проговорил тот и, запнувшись, добавил последнее с кривой насмешкой, — Вы ведь мои лучшие друзья, знающие все мои ледяные скелеты в шкафу. Джулз молчала, продолжала многозначительно сверлить того взглядом. Парень вдохнул и более спокойно продолжил, — Так, знаете, я должен был начать иначе. Для начала это действительно отличная возможность показать себя перед комитетом, и я рад, что родители согласились на предложение мисс Агаты. Это же офигеть как круто, почти легальный допинг! — в своей обычной форме завернул все в личину юмора. — Да ты просто в упор не понимаешь всей действительности, а если и понимаешь, то только под своим альтруистическим налетом! — рявкнула Джулз, она резко встала и показательно отошла от него, — Ты долбаный идиот, которого конфеткой не мани, все равно окажешься в какой-то опасной яме! Ты думаешь эти умные взрослые учли в свои планы твои цели? Ты как, блядь, решил стать Легендарным, если все разузнают о твоей проблемке, и не когда ты уже с ней расправился, а когда все только набирает оборот?! Я то думала, ты просто будешь втихую снимать свои наручники или Мистер Бэнджер действие их ослабит, но нет, какого хрена вообще в пунктах нужно было твоё раскрытие, может чтобы не великого мага из тебя сделать, а цепного пса?! — под конец тирады, заглушая свой крик шипением, выдала все Джулз. Взгляд и сами слова у неё был острее бритвы и по всем болевым точкам вонзила на ура, молодец. Джек вздрогнул от этих оскорблений и вспыхнул от непонятного унижения, как от пощёчины. Он дёргано повел плечами, пытаясь сбросить яростные нотации девки. — Джулз, ты или детективов перечитала или пытаешься вырыть проблемы там, где их нет. Все и так бы узнали рано или поздно, или ты думаешь, что в центре я смогу свои браслеты прятать, когда меня будут сильнейшие маги окружать. Несёшь херню и мне что-то ещё предъявляешь. Или как? Думаешь мне стать псом возможнее чем хотя бы почитаемым магом? — с холодом проговорил он, ставя ударение так, что вопрос прозвучал скорее как утверждение. — Господи, да, конечно нет! — воскликнула девушка и начала ходить из стороны в сторону, по идиотски, как показалось Джеку – скрывая свои глаза от него, — Просто я хочу, чтобы ты был осторожнее, я понимаю, когда тебя на это взрослые толкают- — Никто меня никуда не толкает, я сам выбираю, как нужно поступить! Ты даже не понимаешь, что мне нужно сделать, чтобы сравнять хотя б наши с тобой шансы на доброе имя, так почему ты решаешь думать за меня, что хорошо, а что плохо!? — злость начала подниматься горячей волной от всех этих несправедливых обвинений. Да что же это такое. Ему ведь не нужно понимание, только поддержка и обычные веселые разговоры, которые помогали оставаться самим собой. Почему нужно заходить в эти дебри? Зачем это? — Я не… Прости, я не это имела ввиду, — Джулз кинула на него взгляд… злость в ее тёмных глазах гаснет, сменяясь на сожаление, неловкость… и раздражение – разговор тяжелый и не слишком радостный. — Ты сильный и… я честно всегда восхищалась тобой – все эти твои железные устои и веселость, несмотря ни на что, то как можешь давать форму каждому обидчику, не смотря кто это – кретин при родительских деньгах или почитаемый преподаватель. Просто… — Джулз, запнулась, пытаясь более точно подобрать слова, — Просто я тоже хочу помочь тебе, хотя бы предостережением, просто это ваша идея… жестока, и ладно, если вы там уже все решили, просто не здорово, что ты не считаешь это жестоким. Джек слегка удивленно посмотрел на девушку, та выглядела сожалеюще и расстроено, а ведь пару мгновений назад она дыру в нем прожечь могла. — Джулз, все в порядке – я в поряд- — Джек, — холодно отдернула его Эмма, что сидела рядом и молча слушала их. Не успел он повернув голову в ее сторону, и их взгляды столкнулись. Смотрела она на него особо остро – со странной смесью злости и печали. — Не продолжай. Просто хватит. Вы оба собрались поссориться, когда через неделю мы уже не сможем вот так сидеть вместе? — насупившись, спросила темноволосая Фрост. Настала неприятная тишина, что резала Джека, но сказать что-то первым было выше его сил, особенно когда от разговора осталась лишь упрямая обида, но он подавит ее, ведь какая разница принимает ли близкая подруга его как за ведомого идиота или нет… — Мы о тебе волнуемся, как бы тебе самому это было не нужно, — невнятно пробормотала Эмма. Когда с тобой вот так вот говорят, чувствуется лишь злость и беспомощность, из-за невозможности оспорить. И Эмма ведь продолжала на него смотреть, и так, словно пыталась найти что-то ещё в его взгляде – подобие испуга или невербальных сигналов «sos». Только это тщетно. — Я… — А когда ты хочешь провести свой день рождения? Мы же его перенесём? — тихо спросила Эмма, резко стопоря своего брата, но все это время не выпуская его руку и лишь сильнее сжав белые пальцы, давая понять одним действием, что он всегда будет получать утешение в касаниях или словах, независимо от злости самой сестры. — Я об этом как-то не задумывался, но если перенести то дня через четыре, — юный маг криво улыбнулся и медитативно наблюдал за касаниями к своим пальцам и рукам. Общее молчание продлилось около пяти минут, в которых Джулз решилась спросить кое что ещё. — Ты… скажешь Монти или он узнает с остальными? — нерешительно промямлила она, ожидая ответ от все ещё молчащего парня. — …Не знаю, не могу сказать. Он ведь… — запнулся Фрост, пытаясь сформулировать более правильно, — Ну он ведь говорил про свою тетю… а если он подумает, что я ничем от того уродца не отличаюсь? Да и сейчас я не могу волноваться по этому поводу. — Значит все таки с остальными, — тихо проговорила себе под нос Джулз. — Ну так что наш именинник хочет на свой праздник жизни? — криво замяла тему та, предварительно глубоко вдохнув, наверняка, чтобы сравнять внутричерепное давление. Вот уж действительно – коллективная нервотрепка… — Разве подарки не должны быть секретом? — незлобно фыркнул парень. Глухое раздражение и усталость теперь лишь фоново напоминают о своём присутствии. Хоть по нему и не скажешь, но это непонятное волнение за него довольно приятна, хоть и абсолютно неуместна – чувствуется, что ещё кому-то нужен и дорог. — Даю слово, ты до последнего не узнаешь о своём будущем подарке. Единственное, какой там говоришь у тебя рост? — Где-то пять футов восемь дюймов . А что такое? Хочешь мне платье до колен купить? Раз так, то бери в голубых тонах – они мне больше к лицу, — довольно улыбнулся Джек, более-менее расслабляясь в разрядившейся обстановке. — Вот воображала, — с выдохом Мидджент вынесла ему приговор. Фоновое послевкусие после недавних разговоров ещё отдавало горечью. Но чему Джек научился за эти годы, так это действительно с блеском игнорировать свои проблемы. _______ — Как я говорил, не бывает магов со слабыми стихиями, но бывает малый резерв, дающийся по рождению и который накапливается в течении всей жизни. Маги с большим резервом встречаются намного реже, как вам известно, и вы являетесь одними из них, — учитель по истории мира и магии вёл свой монолог спокойно и размеренно, но что-то в его тоне не давало заснуть во время урока. Эмма правда старалась внимательно слушать учителя Томаса, но периодически отвлекалась на свои кипящие мысли. Тогда после разговора с Джеком, она пыталась поговорить с родителями. За брата было очень обидно и хотелось высказать все… но стоило подняться этой теме, как по голосу родителей стало понятно, что и им этот выбор дался с трудом… хоть и быстро. Последние месяцы она не сможет даже ненадолго побыть с братом, из-за тех подавляющих эмоции веществ и это звучит как ужас, а именно ужас все эти химикаты, которыми хотят обколоть Джека. Снова. И все же было до сих пор обидно за него. Эмма вертела механическое перо между пальцев и «как бы» внимательно слушала учителя. — На этот раз мы будем говорить о сильнейших телепатических чудодеятелей нашего мира. Не буду томить, скажу сразу про сильнейшую, а также являющейся нашей пятой Легендарной или же Хранительницей – Туссиана Туоф. Ее магическая сила настолько велика, что она с легкостью может применить гипноз более чем на тридцати тысяч человек. Сильно, скажите? После услышанного раздался шёпот и свист некоторых индивидуумов по сторонам. — Откуда взялось такое число? Специально измеряли? — нахально дёрнув подбородком, спросил какой-то задавака. — Это приблизительно, — спокойно ответил мистр Томас, даже не отсчитав ученика за выкрик с места, — Леди Туоф стала пятой Легендарной лет двести назад, а в то время велись ожесточенные внутренние войны на юге, так что считайте, те тридцать тысяч человек военными, которым вполне повезло столкнуться с пятой Хранительницей, — шуточно закончил учитель, что и рассмешило некоторых учеников. — Повезло так повезло, ведь не на первых двух хранителей нарвались, — сказал другой ученик, повеселив ещё одних ребят. — Так вы все же слушали меня, когда речь шла о других Легендарных, похвально! Хотя кому такое может быть не интересно, — с ироничной улыбкой проговорил всеми любимый преподаватель и продолжил, — Так вот… — Эмм, слушай, а как дела у твоего братца? — неожиданно послышалось за спиной с характерным стуком ручки по голове. Ей даже поворачиваться не надо, так глупо сокращает ее имя только один человек. — У моего брата все отлично, а если хочешь спросить что-то конкретное, то лучше спрашивай у него самого. — Ну ты и вредная, а я всего лишь хотел разузнать, не сошёлся ли он по итогу с Джулз, — вопрос был задан со столь невозмутимым лицом, что Эмма ненадолго выпала из этой социальной паутины. — О-они с Джулз не такого рода друзья, а если все же хочешь попытать свой шанс до его отъезда, то… можешь пойти спрыгнуть с крыши, может он тебя заметит, — собравшись она ответила в точности, как ее учили Джулз с Джеком в таких ситуациях. — Наша милашка-обаяшка оказывается грубить умеет. Ты на меня до сих пор дуешься? Я просто думал, что Тай тебе нравится. Все, больше не буду романтических подлянок ставить, так уж и быть, — примирительно поднял руки шатен, зазвенев своими тонкими разноцветными браслетами. — Иди ты, — тихо шикнула на него девушка, но сразу замолчала, когда на них перевёл взгляд учитель. Мистер Томас посмотрел на них, но лишь улыбнулся и, приложив палец к губам, показал, что не стоит болтать лишнего. — Тц, чую, на опросе мне несдобровать, — тихо проговорил парень, смотря прямо на учителя, — Так я хотел спросить – чего они в последнее время так часто ссорятся? — Не твоё дело. — Ну вы ведь не принимаете меня в свою группу крутышек, а я бы с вами идеально вписался, в отличии от Монти. — Да Монти в сто крат лучше тебя! — моментально ответила Эмма, забыв поубавить голос. — Эмма, Иен, вы обсуждаете разницу в силе между телепатами нашего времени? — Эм, да… — хором ответили двое, и мысли их удачно синхронизировались на единственном – лишь бы прикатило! — Тогда стоит послушать ваши мнения на этот счёт. _________ Звенящих приборов для напоминания о конце урока в магической школе нет, и их не стали заменять всякими колоколами или кудахтавшими петухами. Эмма вышла из кабинета, попутно разговаривая с двумя подругами о подготовке к следующей контрольной по мат анализу. К горю или к счастью, но точные науки и другие «обычные» предметы тоже есть в Сервене. — Че-е-ерт! Я вообще не вдупляю, как это можно выучить на четвёртом курсе! Мой кузен ходит в обычную школу и там такая херня есть только в продвинутых старших классах! — обречённо ныла одна из девчонок. — Согласна, темы становятся сложнее не каждый год, а каждый месяц, — утвердительно кивнула другая и с секундной задержкой резко повернулась к Эмме, — Милая наша принцесса, может ты попросишь своего братца нам помочь? Ну пожа-а-алуйста! — слезно начала просить рыжая с косичками, наклонившись над ней и держа за руки. Эмма опешила от такой перемены и пыталась придумать правдоподобное оправдание, дабы не звать Джека. Он всегда согласится помочь, особенно в таких делах. Все же из них двоих брат больше склонен к пониманию всех этих «немагических» предметов, хоть по нему и не сказать, что он хорош даже высшей математике. — Нууу у него сейчас много дел, подготовка к отбору там… да и вообще семикурсникам много задают, — запоздало ответила Эмма. — Эх, ну кто ещё сможет объяснить нам этот ужас! — Джек конечно умный, но даже обезьяна на пальцах лучше объяснит, а вот если хочешь поглазеть на него, жди большого перерыва, — дернула за косичку другая девчонка, затыкая таким образом треп рыжевласой. Эмма с улыбкой посмотрела на них, но так и не стала выглядеть более веселой. — У тебя лицо какое-то узмученное, и я не поверю, что это из-за математики, — продолжила говорить одна из подруг — Да так… ночью не спалось. Одноклассницы кинули на Эмму долгий взгляд, а затем переглянулись между собой. — Ничего серьёзного, идемте, а то опоздаем, — также с улыбкой сказала Эмма и пошла дальше, оставляя двух девчонок позади. Не думать о Джеке становится труднее, когда каждый второй начинает расспрашивать о нем. А ведь после того разговора на следующий день он вёл себя как обычно, и это ужасно сбивает с толку. Эмма почти дошла до кабинета на автомате и даже не замечая никого вокруг, как ее схватили за руку и потащили в другую сторону. — Эй, ты что… — когда она задрала голову, увидела Джулз. — Скажите, что Эмме стало плохо! — та прокричала, повернувшись к ее подругам. ________ Сегодня погода не отличалась изобилием света и тепла, а школа походила на дворец в стиле хоррора под этот пасмурный день. — Что ты подаришь Джеку? — в спокойной обстановке своей комнаты спросила Джулз. Повезло, что у своего наставника она явная любимица и стоило лишь пожаловаться на усталость после вчерашней тренировки, как разрешение на однодневный отпуск был у неё в кармане. — Не знаю, не хочу дарить что-то обременяющее, но на память нужно что-то выбрать, — В голове у Эммы все вполне понятно и ясно – если Джек постоянно носит блокаторы, при этом любя свободу даже в одежде и не надевая никаких лишних побрякушек, то что же можно подарить? — Он же не эксбеционист какой-то, подари одежду, — меланхолично предложила старшая девушка и легла на свою кровать, — Я вот думала купить ему что-нибудь уличное, хотя у него туча тупых кофт с ещё более тупыми надписями, по типу «От Изобель я потерял голову», откуда он берет этот ужас Эмма слабо улыбнулась, вспоминая все шалости брата, — Ты для обсуждения подарка меня с урока забрала? — А ты думала, как только я захлопну дверь, начну неистово материть тупорылого Джека?… Я так уже делала вчера, да и позавчера тоже. Сейчас просто принимаю как факт, что действительно для Джека не так уж и много вариантов, — та скривила лицо от своих же последних слов, но как либо отречься от них не получалось. Миниатюрная девушка легла рядом с Джулз и также уставилась в потолок. — Раз мы прогуливаем, может тогда ты сможешь отпроситься ещё и в город? — спросила Эмма. — С этим проблем не будет. Хоть проветримся вдали от этого ледяного полудурка, — со смешком ответила синеволосая                                    . ________________ — Дже-е-ек, сколько лет! — нараспев прокричал темнокожий парень с ярко голубым афро, — Мы с тобой делим одну комнату, но вижу я тебя все реже и реже. Ты че как сумасшедший готовишься к отбору? — встал тот перед Джеком и издевательски наклонился, подчеркивая разницу в росте. «горилла из зоопарка приперся» пронеслось в голове Фроста. В его голове помимо этого проносилось много разного, как вечно переключающаяся радио-станция, он не мог думать о чём-то одном – мысли блохами чесали его мозг. — Моя цель – позолоченный кубок набитым мороженым, и я весь такой стою на пьедестале за первое место и моя речь пробивает всех до слез, типа «Это год был непростым, но раз смог я, то сможете и вы»… секундное молчание и овации мне одному, — торжественно заявил беловолосый. А может в этом году пьедесталы и кубки реально будут, кто знает? Сейчас можно загадать у любой падающей звезды – каметы хоть золотую статую себя и золотую медаль, опять же, вдруг проканает. Если конечно это не окажется падающий спутник, что нацелено раздавит именно его. А ведь и такое может быть. «Разве голубой это не цвет интеллекта и совершенства…» если верить случайно услышанной девчачьей беседе его лучших подружек. Нет, зачем ему подслушивать их – эти две дамы плюнули на его присутствие и болтали о своей фигне, пока он умирал со скуки три месяца тому назад. «Только Калебу голубые волосы интеллекта не прибавляют» — веселясь, подметил юный маг, зависнув на этих пушистых кудрях. «Голубой инвалид?» Такое определение даже ему показалось двусмысленным. — Да ты в хорошем расположении духа, я смотрю! Остерегайся Клода, он экзамены завалил, весь твою шебутной настрой как спустит. — А я ему журавля бумажного воздушной почтой отправлю, это ему точно поможет! — сам не понял своего хорошего настроя Фрост. Он же не принимает антидепрессанты, значит его организм в состоянии впрыскивать какую-то дозу дофамина в мозг даже тогда, когда стоит наверное и погрустить… это из-за продуктов? Он не любитель мяса да со сном проблемы… что там ещё на обман мозга и повышения настроения влияет? — Так что там с др? Твои подружки меня на скрытую вечеринку не позвали, значит ее нет, и я спокойно могу тебя подоставать, — как должное выдал Калеб, похлопав своей лапищей по плечу Джека. Его центр тяжести сейчас не в разумных пределах утянет его на встречу с полом. — А что с ним? Будет и будет. Вся моя надежда на мамин вишневый пирог – она обещала ссылкой его отправить, — ответил Фрост и подморозил пальцы здоровяку, чтоб тяпли свои пятитонные убрал. — Чтооо, а как же крутые подарки?! — хотел бы возмутиться за свои отмороженные пальцы, да сразу забыл, услышав нудное равнодушие к празднику в веселом голосе Джека. Это возмущение даже в чёрных глазах читалось, наверняка, он потерял пару тройку баллов крутости в шкале Калеба. — А ты сможешь к воскресенью подготовить фургон с мороженым? — вопросом на вопрос, показав с какого этапа у него самого начинается крутое празднество. На странность любовь к шумихе у него была эквивалентна просмотру мыльных драм с бочкой мороженного. Вкупе с эндорфиновой радостью он чувствовал и некую тяжесть. Скорее обычный груз от усталости – он спал около трёх часов ночью. Ещё несколько дней и он сможет ощутить весь спектр безэмоциональности, но уже сейчас его тренировки набирают обороты изнуренности. И, нет, это не жалоба и не недовольство, но есть понимание, что чувствует он себя половой тряпкой в большем счете из-за этого. Ну ещё из-за разных мыслей и страхов, что все это – и уколы, и тренировки – будут бессмысленны и пройти отбор не получится, а его ведь даже могут и не пустить на него…Эти мысли конечно съедают час сна ночью. Ну и тесты с экзаменами дают своё – поблажки таким вот выдвинутым кандидатам делают, но шанс завалить какой-нибудь предмет есть – собственно у него и от любви учителей к нему. Особенно с шести утра, за три часа до экзамена ему приспичило выучить половину материала, нужной для сдачи. И надо было вообще забыть про это «фартовое» растениеводство, чтобы в спешке разбираться во всех этих видах травы, в глазах уже одной коноплей плывущей. Однако высший балл был в кармане и теперь можно подумать и о других насущных вещах. — Эх, Джеки, нужно брать выше – я к воскресенью смогу подготовить фургон с самым зашибенным алкоголем! Тебе же восемнадцать исполняется, а не восемь, что за дела!? — Чую это не по мне, — хохотнул Джек на проснувшийся энтузиазм друга споить его. Однако ставя галочку, как незаменимый способ в будущем для решения своих проблем. — Отморожена значит у тебя чуйка. Я, конечно, за здоровый образ жизни… — многозначительно протянул тот, — Но не против выпить чего-то хорошего и дорогого. Что означает пить три раза в день: на завтрак, обед и ужин. Причем откуда такая вертлявость и количество заначек, когда в школе старшим студентам только определенное количество спиртного в неделю выделяется – никто не знает. — Знаешь ли, сладкие алкогольные напитки ничем от твоих засахаренных соков не отличаются, — нахмурившись подметил Калеб, будто прочитал мысли Джека. — Обязательно прислушаюсь к твоим советам, — серьёзным саркастичным тоном сказал ледяной маг, — Неужто в свои двадцать тебя так жизнь помотала, раз такие познания в голове засели? — Я твой сосед, Снежинка. Уж лучше спиться, — комично-укоризненным взглядом Калеб посмотрел на ехидного парня. — А мне казалось что это протест против тиснения великих законов, писанных кровью, — продолжал посмеиваться над пристрастием своего друга Джек, не называя того прямым текстом заядлым алкашом. — Именно, — деловито указал Калеб, — Ты увидишь, как сладка моя месть, Джеки. Чую, ты на свою голову поймёшь, как плохо доебывать людей с похмельем в шесть, блять, утра, сучара, — ажурно перешёл на нескрываемую угрозу старший парень, но так и удерживая улыбку на своём лице, выглядев с ней даже более угрожающе. — Ну раз пить, то с размаху, да? Не боитесь, что меня унесёт далеко и надолго? — Джек, считай это некой перезагрузкой мозгов, у тебя скоро сервер в башке дымить начнет — незлобно ответил Калеб. Как большой бронированный мишка, но с задатками эмпата, и сейчас он смотрел на Джека, будто чувствовал, что за поверхностной усталостью и раздражимостью от экзаменов и тренировок скрывается нечто глубинное и отравленное… и либо скидывал все на подростковый депресняк, либо в своей тактичной манере просто не влезал в чужую жизнь. Фрост бы хотел что-то ответить, но увидел черноволосую девушку в нескольких метрах от них, что стояла и не двигалась, пока парни не спеша подошли к ней. — Рэй, привет, что-то случилось? — спросил Джек. И кажется, что она застенчивая и тихая, но он никогда не понимал, почему та всегда смотрела на него так пристально – прямо в глаза. От этого становилось слегка не по себе, но у всех свои причуды – пусть хоть в рот смотрит, ему то что, может даже рот открыть пошире. А Рэй все также сначала молча смотрела на него, а потом заговорила своим тихим голоском, — Мистер Сноу передал, что сегодня у нас раздельная тренировка, с тобой он начнёт на два часа позже. — Оу…ну, спасибо, что сказала. Как раз посплю, — улыбчиво ответил парень. Контраст деревянных перекладин, или на чем они там в классах сидят, с обволакивающим одеялом и кучей мягких подушек, и с эти матрасом, на котором можно утонуть… стоило представить и усталая сонливость уже не казалась чем-то легко переносимой. «Вот сейчас хочется молить о пяти минутах сна» — невесело подумал Джек. — Мы идём в правый отсек – стихийные занятия с миссис Лэр. Если по пути, можешь присоединиться, — предложил он. — Ага, если что с той стороны лифты ближе, ты ведь с восьмого курса? — дружелюбно поддержал Калеб, припоминая девчонку, которая тренируется вместе с его шумным соседом. — Да, спасибо за предложение, — тихо поблагодарив, Рэй пошла вместе с ними, и пока парни что-то дружно обсуждали, не пытаясь достать тихую девушку, та украдкой посматривала на Джека. _________ Разворот, прыжок и сальто. Он может сниматься в каком нибудь экшн-боевике и даже без спецэффектов. Простая комбинация из трёх действий, что ускорялась и уже непонятно, что за чем идёт. Металлическая тёмная пыль режущим ветром оставляла неприятное ощущение на покрытой подобию латексом коже и хаотичные черненые ураганы уже сбивали с ритма своей скоростью. Джек не убегал, но пробивался через все эти локальные дихотомические смерчи, пытаясь попасть на другой край начерченного круга, там где красный крест – финиш. Ветра будто имели импульс. Мысленно шел счёт и на каждые три секунды площадь ураганов становилась больше – то втягивая, то выталкивая все во что попадали эти песчинки. Прямо таки танц-лихорадка, а он в ней танцор в соло. Только вот не туда наступишь и тебя сразу ощутимо сметёт. Как говорится – стоило только подумать… Вмиг и его будто просто за лодыжку вверх потянули кольчужными перчатками. Железные крупицы начали замуровывать Джека в самый центр смерча, неприятно царапая лицо. Бля, не тот центр ему нужен был и эта привычная лёгкость, которая ему всегда давала плюсы в полетах, сейчас лишь мешает выбраться. И вздохнуть трудно, любой бы на его месте начал паниковать, но парень лишь старался не сбить уровень серьезности. Ага «внимательно следи за происходящем и мысли холодной башкой». Будет сделано – отмороженная репа на месте, глаза тоже. Вдох и выдох. Три… два… один и монстроидный смерч разжался – увеличился и плотность его спала, от чего Джек смог взлететь на самый верх урагана и через спину как в замедленной съёмке в сторону головой вниз, снижаясь под тупым углом. Только его не швырнуло с высоты как бочку заполненной водой, он приземлился плавно на ноги, в действительности совершив какой-то кульбит на сцене. — Не замораживай целиком! — послышалось из стороны. Черт! Это сейчас мистер Сноу по языку тела определил его мысли? Джек опустил взгляд вниз и… ну да… заледеневший пол. К Черту! Парень резко вскинулся вперёд, уже делая акцент на ногах, руками не размахивал, как и говорил учитель, бежал к противоположному краю круга. Из танцев это перешло в бег с преградами – с резко появляющимися огромными магнитными ураганами – преградами. Руки чешутся попробовать заморозить вообще все эти ураганы, но нельзя. Что там бывает от воздержания? Он не проснётся в полностью заледеневшем замке перед туром? Резко скользнул влево, чуть не столкнувшись со смерчем. А ведь мистер Сноу предупреждал, что лишние мысли во время боя могут ему помешать. А он так не может! Он на девяносто восемь процентов состоит из лишних мыслей, он просто не может не мыслить, это настолько приелось, что уже можно считать своим хобби! Во время заумного батла об усиленных способностях фамильных магов думать об изменении спектра света в глазах членистоногих, слепые бедняги, и одновременно представлять Джеки-Чана в образе доктора Хауса со своими прежними умениями в карате и скальпелем в руках. Уверен, такая тема уже многим приходила в голову – настоящий фурор кинематографа! Остальные два процента к сожалению даже пустотой назвать нельзя, это уже не его мысли, там мысли остальных людей и процент был бы явно выше, открыв он в себе способности телепатии. Снова извернувшись на последней секунде от провала, но неудачно отлетев дальше положенного, тот не останавливал поток мыслей. Джека уже можно назвать мысленным барахольщиком, если такое звание вообще есть. Мистер Сноу внимательно наблюдал за изворотливым парнем, что передвигался действительно быстро и ловко, по минимуму используя способность и подмораживания только небольшие потоки железных песчинок. Использовать минимум, это не есть залог успеха для Джека, однако хорошая тактика в определенных случаях, помогающая видеть куда больше шансов и исходов для победы, чем просто наобум замораживать все и не всегда накрепко. Попробуй Джек на этих локальных смерчах использовать магию, то это бы не принесло должного эффекта, будь то природным явлением - вполне, но вот металлический песок был тяжёл и со скоростью мог пробить ледяной покров. А мистер Сноу каждой песчинкой управлял сам, мог на ходу образовать новые десятки тысяч частиц или самоуничтожить пару миллионов. Одно плавное движение рукой учителя и парень уже начал выбиваться из своей скорости – пол под ногами поплыл в самом прямом смысле, это как наступить на резиновый водяной мячик. Типа повышения сложности, да? Прыжок в высоту, но не попав под действие вихрей и он перескочил сразу две большие волны. Ага, как же, его унесло ещё на три волны назад… это как с эскалаторами только с очень большими ступеньками. Джек повертел головой и, что-то прикинув, хитро улыбнулся. Замереть на месте дольше чем на две секунды грозило проигрышу самому себе, поэтому он быстро проскользнул мимо двух вихрей, чуть не получив по лицу и, растопырив пальцы, резко ударил по полу. Не замораживать целиком? Так он и не целиком заморозит, только переднюю часть, откуда и наплывают волны. Это, конечно, их полностью не остановило, но ощутимо медленнее они стали. Не расслабляясь все также маневрируя между ураганами, стараясь держать определенную дистанцию, чтобы его не завертело внутрь. Иии… «Сейчас!» — пронеслось в голове Джека, наклонившись вперёд всем телом и … почти дотягиваясь до красной отметины. БАМ! Гравитация повернулась к нему задом? Ноги ещё секунду назад касались земли. Какой-то нелегальный экстрим-аттракцион – его круто закрутило, хорошо он не ел перед тренировкой. Удача сейчас высекла на нем свой фирменный знак, как Зорро буквой Z ознаменует свой успех, эта дорогуша не скупилась на заглавную L. Больно, ч-черт… и даже не пошевелиться, острый ветер безостановочно обрушал на него свои потоки, не задевая голову. Его снесли ветром со спины и прибили к стене совсем близкой к злополучному кресту, как коллекционное крылатое насекомое. «Если себя сравнивать, то тогда со стрекозами, они круче бабочек – летают быстрее, и не выглядят как поколение тлей-зумеров» — с хрипом от сдавленных легких хихикнул Джек своим мыслям, одновременно продумывая план своего мини-спасения. И тут он услышал мистера Сноу, видимо, тому стало морально плохо, что его ученик такой дегенерат, от того и решил вмешаться. — У тебя осталось две минуты. Стоит ослабить ветер, не думаешь? — невзначай подсказал наставник, но сам ничуть не ослабил напор. Так этот смутный спарринг с мистером Сноу ещё и на время был? — Стоит ослабить… вау, да вы зрите в корень, — даже в таком положении нашёл место для своих ненужный нахрен никому вставок. Да, это он любит, это он умеет. Ест каждый день порции таких вот, как сейчас брошенный в мягкой форме учителем, взглядов «ПЗХ» переводом – пожалуйста, завали хлебало… над названием ещё нужно подумать. Это не ветер в самом понимании этого слова – его не сместишь и не возьмёшь контроль, Частицы заморозить не получается, нужно взять массово, но никак – быстрые и как будто горячие, сразу все ломают. Как то массово, силой и на всех…. Джек посмотрел на верх, не на потолок – на воздух и… начал не лепить наслаивая молекулы, а сразу, как в фильмах создал большую глыбу, походившую на молоток. Более зауженным концом без какой либо опоры — в воздухе — сделав полукруг, и прямо над головой Джека, сбивая все ветровые частицы, что уже не могли что-то настолько толстое пробить за секунду. Парень сразу рухнул, а его левая рука крайне удачно упала на крест. — Молодец, грубовато, но хорошо продумано! — довольный результатом ученика, похвалил мистер Сноу. — Вот скажите, — устало вздохнул парень, тяжело встав, — Я думал, вы новый способ подготовки покажите перед инъекциями… Поэтому сегодня и я занимался раздельно с Рэй — негромко пробормотал Джек, но учитель его услышал. Не то чтобы каждая тренировка была парная, но казалось сейчас должен был быть какой-то подвох. А в итоге его гоняют уже третий час… как и всегда… парень опустил взгляд на затянутое плотным рукавом предплечье и почесал место стыковки кожи с тонким браслетом – эта часть всегда чесалась, как неприятное легкое воспаление. — Джек, мы не можем готовить тебя по новому без инъекций. Наберись терпения, — добродушно выдал взрослый мужчина и проследил за подуставшим, но все ещё с неиссякаемым энергией подростком, перешедшим белую черту круга. — Слышал, ты решил отпраздновать свой день рождения раньше. — Ага, дня через два, по настоянию Эммы, — без особого энтузиазма ответил Фрост. — Не хочешь попросить у меня какой нибудь подарок? Сократить тренировку в какой-нибудь день или вовсе отменить? — Нет! — резко вскинулся парень и посмотрел на учителя, — Вы ведь знаете, что мне такое… не по нутру, да и не нужно ничего от вас. Уже предостаточно сделали, взяв в свои ученики такого как я, — более–менее культурно, как он сам подумал, объяснил провальными такого рода «подарки». Мужчина лишь снисходительно покачал головой, — Другие от страха не видят твои талант, я скорее ухватил куш, — добродушие и вера в него сквозила в голосе взрослого мужчины. Чувствуется искренность и Джек безысходно, но уверенно ведётся, выдавая то что таится среди прочих мыслей. — Как… как выглядит центральный континент? — вопросительно пробормотал парень, почему-то стыдясь спрашивать подобное. Интернет, собственно, для чего? Погуглить – вот прогрессивное решение для небогатого паренька на посещения любой другой страны… да даже города. Но всё равно все эти картинки кажутся… не тем, хочется увидеть все вживую. Сам то он родился в маленьком окраинном городке, где лес занимал куда большую часть чем сам город, а затем и здесь оказавшись — от самого Сервена до ближайшего города час езды и это не какая-то деревушка, а вполне современный, не придерживающийся классики мега-городок, совсем чуть недотягивающий до мегаполиса. И это круто, но всегда хотелось путешествий и … свободы? Скорее, чего-то нового. Джек гулял с друзьями, но все равно куда больше остальных тренировался и надрывался среди этих выбеленных кирпичей. А центр – нейтральная сторона — говорят, в ней по чуть-чуть от всех континентов. Хочется увидеть, но не как турист, а как тот, кто проучится там семь лет на звание величайшего, и если уж замахиваться в мечтах, то и Легендарным Хранителем стать. Матерь божья! Он же там сможет встретиться с ними — богами этого мира! — Хм… там красиво. Мне всегда нравилось смотреть на ярко-зелёные горы, нет лесов, но периодически встречаются огромные одиночные деревья, и их там никто не срубает, — ответил взрослый блондин и слегка наклонил голову, видно вспоминал ту природную красоту. А нравилась ли природа самому Джеку? Сейчас мало кого удивить красивыми пейзажами – сфоткал, покрутился да пошёл по своим делам. И сам он наверное такой же, не особо обращает внимание на листву и цветочки. Толк засорять память травой во благо духовного процветания… — А Хранители, вы их видели? — ещё более заинтересованно спросил Фрост, уже отмахиваясь от смущения, задавая столь детско-наивные вопросы. Нет, он не сопляк, фанатеющий по супер-героям, некоторые возводят храмы Хранителям — так что не супер-герои, а вполне таки Боги, а Джек вроде и не верующий, но не прочь им стать. И первым делом нужно увидеть богов в лицо, чтобы поверить в их существование. — Встречался раз – от них веет силой за милю, даже способности пятой в край обескураживают, а ведь по сравнению с другими Хранителями она совсем недавно заняла пост, — не спеша говорил учитель, попутно наблюдая за восстанавливающимся круглым полигоном. — Двести лет это недавно? — с сомнением изрёк Джек, смешно нахмурив брови. Мужчина улыбнулся, — Смотря с чем сравнивать. Если сейчас вынесешь тренировку огнём, то расскажу ещё больше, — тот заговорчески закинул удочку, не сомневаясь в том, что Джек клюнет. И да, парню остаётся лишь посмотреть в сторону второго круглого полигона и крайне нахально вздернуть подбородком в подходящем ему стиле зазнавшегося козла, — Я уже готов. ___________ Сон олицетворяет последние мысли человека – пока не закроются глаза и дыхание не станет глубоким, разного рода мысли будут пробираться наружу, и игнорировать их становится невозможно. Джек думает много и в основном о ерунде, чтобы заглушить что-то настоящее – то что пугает его. Его не страшит собственная уродливая сущность, но думать, понять, размышлять над этим он давно поставил крест. Как за тысячью дверьми — тысячами мыслей спрятаны уязвляющие душу, скользкие подобны холоднокровным тварям мысли о себе. И только во сне им дана воля мучать своего хозяина. Хозяина… А кто здесь настоящий хозяин? Вдруг это не мысли, вдруг это настоящее «я» спрятано так глубоко. Мимолетный трепет блестящих металлом ресниц и глаза вмиг открылись – Джек проснулся, взгляд блуждает в попытке зацепится за что-нибудь знакомое, но нет. Ничего нет. Он ведь проснулся – странные шаги и отдаленные голоса слышны как через множество стен. Кто-то там, а где он? Почему тут так сыро… Он дёргает руками, в попытке встать, но они будто вязким клеем заклеены. Он как таракан попавший на липкую ленту. Насекомые отрывают себе лапы, пытаясь вырываться, а Джеку нужно сорвать себе кожу, чтобы выбраться из этой ловушки. Эта липкая черно-грязная масса идёт дальше, забивая уши, от чего нарастает белый шум и противный звон. Он правда пытается вырваться, но тут как в сказках про зыбучие пески – чем больше дергаешься, тем тебя сильнее вяжет. Холодно… Что это? Мерзко! Джека резко и полностью потянуло вниз. Он тонет. Тонет в этом непонятном болоте. Рот, нос, уши – клей на странность маслянистый как нефть. На языке тошнотворная горечь, что добирается до горла и прямиком в легкие. Неправильно. Это его страх? Его парализовало? Или он проснулся от долгой сказки и это его настоящий мир? Грязные воды из которых берутся такие как ты, не понимающие сути прекрасной магии, из-за чего она потеряла свои цвета и стала липкой грязью в ваших генах! Нет, это не правда. Он ведь понимает, он понимает всю красоту… Почему тогда здесь так холодно? Почему?… Так выглядит магия, что течёт в тебе. Шутовская маска, бережно оберегающая тебя, скоро треснет, Джек. Как платина, не выдержавшая давления, обрушив столь тщательно скрываемое на всех. Ты сам это понимаешь, но все равно строишь из себя человека? Не смешно ли? Стоило твари дать разум, как он начал лаять, возомнив из себя нечто высшее. Воздуха нет, вдох даже через силу невозможно сделать, липкая грязь проедает каждую клетку организма. Единственное, что чувствуется – безысходность. Правда, пора уже смириться со своей участью. Все кто рядом – все уйдут, сбегут, ведь кому такая нелепая ошибка нужна… Когда Джек открыл глаза во второй раз, уже не было того серого ничего, все как всегда – кирпичный пол, настенные магические шрифты, книги… «Значит все таки сон» — невесело подумал беловолосый. Взгляд его опустел как севший аккумулятор, каждый раз морфей его утягивал все глубже и дальше в невеселую жестокую реальность. Он медленно встал, оперевшись руками об кровать. На странность сегодня никто не доставал его с самого утра, все уже ушли. Значит он опаздывает. И почему никто не решил разбудить его? Вроде радоваться надо, а вроде сам он никогда не встанет в нужное время и понятное дело, лёг то в три ночи. «Хотя даже раньше чем во время экзаменов получилось.» С мыслями о жестоком предательстве его неродимых друзей Джек с горем пополам оделся, опять решив не душить себя пиджаком и откинув его ещё дальше в угол. Он запоздало обратил внимание на свою тумбочку, на которой стояла фигурка супергероя с фиолетовым пляшем, размером со средний палец и с маленькой табличкой «You're a force!». Ну это точно Калеба – его любимые коллекционные безделушки по героям комиксов. В последний раз, когда Джек потянул свои руки в специальный ящик Калеба, до него дошло, что если и умирать на кровати, то не под ней – самое запоминающееся погребение от голубой гориллы. Решил свою прелесть ему подарить? А рядом с фигуркой медленно вращался на своём стебле бледно-желтый цветок. Фрост наклонился и вдохнул еле-ощутимый цветочный аромат. А вот это от Монти, заучка-ботан, разбирающийся в ботанике. Не став трогать странные подношения, парень повернулся и покинул спальную зону. «Что ж утренняя рутина без криков значительно лучше» — найдя в этой ситуации плюс, с довольством подумал парень и начал по быстрому все утренние процедуры, не заморачиваюсь насчёт уже одетой формы. Выйдя в спешке из общей комнаты и перепрыгнув все лестницы Джек проскочил мимо не спеша идущей группы учеников. Тут резко затормозив, он подумал и развернулся к ним. — Час какой? — неожиданно спросил он у застывшего в недоумении парня. Ясное дело, когда к вам подскакивает какой-то полудурок с довольно известной репутацией «лучший из худших» получается только неметь как рыба, что подбешивает суетливого Фроста. — Эмм… ровно семь — пара тройка глаз смотрели на беловолосого по идиотски… или как на идиота, тут как глянуть. Джек нахмурился и повернул голову туда, куда бросил взгляд то ли рыжий, то ли красноволосый парень, он не дальтоник, но с этими оттенками запаришься. И тут эти идиотские гляделки понятны – огромные часы, как же. — Ок, спасибо — напоследок бросил парень, сверкнув дежурной улыбкой, и быстрым шагом повернул за угол. Надо же он проснулся вовремя…если бы посмотрел на время, спустился в столовый бар и съел бы что-нибудь… гадство, единственное что попало в его рот со вчерашнего обеда это зубная паста. Но если и оправдывать себя, то обычно он если и просыпается самостоятельно, то намного позже… Замедлив шаг Фрост направился к широкому холлу с открытой зоной. На улице холодно да и не все ученики могут это вынести, так что в школе всегда умеренная температура. Для того кому нужно, в лучшем случае, держаться одному Джек никогда не любил оставаться наедине с собой. Сны всего лишь подтверждения этому. Нужно слегка привести себя в порядок – просто постоять и проветрить голову, чтобы никого не пугать посиневшим лицом. В мыслях рыться нет сил, но просто глянуть на вид – на темно-зелёные леса начинающиеся за огромными тёмными воротами, на крупные пушистые снежинки падающие в безветренной погоде, все это походит на старый городок на самом северном севере, где он жил все детство. Зима там царствовала почти все месяцы. Опустив взгляд чуть ниже, Джек меланхолично оглядывает сад из белых роз, что совсем незаметен под этим белым покровом, хотя снег падает в обход саду, оставляя нетронутым. Красиво, может вид Центра и не сравнится с этим… «Так, Пьеро, вернись на землю со своей сентиментальностью, шли все нахрен!» — Джек резко поднял голову, снова посмотрел на часы и… о Чертова кара, видать, в прошлой жизни он растранжирил удачу на последующие жизни вперёд. Парень неохотно сорвался с места и ринулся в сторону класса, где сейчас проходит занятие по искусству слова с мисс Флэчер. Надежда на то, что сегодня преподавательница будет более конструктивна на урок, а не на диалог с ним... А захочет поболтать, так Джек и не против – всегда найдёт, что ответить. _____________ Место, где ученики получают еду на любой вкус и цвет поистине любима всеми. Как мини-магазинчики, которые работают всегда и где берут все абсолютно задаром – хочешь безглютеновые молочные конфеты? Бери! Решил устроить себе президентский обед из кровавого стейка средней прожарки приправленным заморским салатом? Повара приготовляет за пять минут! На длинной перемене туда сливаются ученики со всех курсов, и эту роскошь для детей, родившихся с золотой ложке в заднем месте никак не назвать столовой или буфетом. Слишком помпезно и на площади сразу двух открытых этажей, потому и толкотни нет. — Джееек! — завизжали две девчонки. У самого парня чуть уши в трубочку не скрутились, да и в радиусе ста метров были бедняги с покривившимся лицом. Эмма и Джулз с разбегу кинулись на него с объятиями. Стоило огромного труда быть мужчиной и не свалиться назад от перегруза, — Хей, я тоже рад вас видеть! — хрипло ответил он на их великодушное приветствие. — Ну что, Джек, какого быть привилегированным в посещении взрослых сайтов и употреблении спиртного? Может с тобой и на более зрелые темы можно поговорить? — подначивающие спросила Джулз ещё и обвела его лисьим взглядом на наличие чего-нибудь нового в его внешности, подтверждающее его возраст. Будто он за ночь станет выглядеть на все восемнадцать! — А то ты себя сдерживала в этом, — весело отозвался парень, проходя вместе с девчонками мимо колонн первого этажа, снова направляясь к белым садам. На улице не плюс двадцать, но и не нулевая температура, поэтому девушки в своих утепленных верхних одежках. У Джека, собственно, из верха только рубашка по понятным причинам. — Я рассчитываю на то, что в твоём мозгу что-нибудь переключится и ты будешь слушать меня и вникать в разговор, а не просто кивать и в тихую играть в телефоне, пока я распинаюсь о неудавшемся романе, — обвиняющим тоном зрелой дамы продолжила Джулз, незаметно пихнув того в бок, хотя по взгляду, разок заехать по голове хотела, но именно сегодня ее что-то остановило от физического насилия во исправление отмороженных мозгов лучшего друга. — Слушать про сожженные подарки твоего бывшего было так интересно… — фальшиво заинтересованно ответил Джек, заприметив пустую скамейку и направился к ней. Обычные разговоры подростков, что может быть лучше... А не замечать дёрганий Джулз вполне несложно, если у неё все ещё кипит после разговора четырехдневной давности. Она с ним вообще-то разговаривает и не игнорит – хоть на этом спасибо. Только ставится на то, что по ночам она колотит белую подушку, представляя его голову. — Ну хоть смысл уловил, а вот твои подарки будут только после уроков, — с каким-то интригой произнесла девушка, явно пытаясь выудить нужную реакцию от него. — Мои подарки? Я не подготовил никакие подарки, может скинемс… Ай! — не договорили он из-за резкого удара по голове. Не ну всего лишь хотелось проверить ее выдержку, кто же знал что ей и подушка не нужна. — Господи, блядь, какой же ты тупой! У тебя без сна мозги отключились или что! — разгневанная тирада буквально с ничего и прямо ему в ухо, и она бы продолжила, если бы не благочестивая святая Эмма его не спасла. — Джулз, на именинников не орут, — со вздохом девушка оттащила свою разгневанную подругу. — Орут если это куски тупых идиотов! — Нет-нет. Джек, четыре дня прошло, сегодня будем отмечать твой день рождения! — осторожно, но с улыбкой сказала Эмма, ожидая от него какой-то реакции. Видимо этот день ознаменован растоптанными ожиданиями. — Эй, наше веселье начнётся только после твоего прозрения, так что не тупи, — послышался голос Монти, появившегося за спиной у Эммы. — Я попросила мистера Сноу отменить сегодня тренировку, так что будем отмечать! — на радостях зазвенела его сестра. А ведь он попросил учителя ничего не отменять. Вот лажа. Ну ладно, зато вот как Эмма светится, даже светильник ночью не понадобится. — Да кто вообще тренируется каждый день, учитель знает, что у тебя повышенная выносливость и заставляет пахать ещё больше, — вклинился в разговор Калеб и потянул Джека в сторону большого уличного консольного стола. Они все по его мнению не поместятся на целой скамейке? Он себя представляет явно больше чем есть. — Что за клевета я сам прошу лишний час или два, — пробубнил Фрост и не стал противиться пересадке. Краем глаза он заметил перешептывающихся Эмму и Монти. Надеется, они не придумали какой-то обряд посвящения в этого самого привилегированного подростка… или молодого взрослого. А ведь Эмме самой даже семнадцати нет. — Калеб… — Обратил внимание парня на себя Джек и не спеша добавил — Как там дела у Клода? — без особого интереса спросил он, типа просто к слову вспомнил о своём третьем соседе. Или четвёртом, если считать самого себя, он ведь сам с собой тоже соседствует. Если в комнате один человек, он ведь не скажет, что в комнате никого нет. Значит более точно считать себя в третьем лице. — … Нууу нормально, ты на него не обижайся, хоть он и знает о твоей днюхе. Хотелось бы, чтобы вы поладили… — С сожалением тихо произнёс Калеб, — Просто… ну… ты знаешь, кажется он тебе то ли завидует, то ли ещё что. — Мне это не особо важно, так что не парься,— отмахнулся беловолосый, — Но твоя статуэтка чего стоила, какие детали, а поддержка в каждой прописанной букве – вау! Буду любоваться ей днями и ночами! — прогнал он умело воодушевление сквозь фальш, забивая на своего соседа. Его дар метаиронии остаётся при нем как второй носовой платок на случай чп, жаль нельзя использовать его в более широких кругах. Увы, немногие понимают этой ценности. — Ато, это крутейший герой, он может предсказывать будущее, рисуя на своей табличке из иномирного металла! — подхватил здоровяк, — Один из моих любимых героев, — смущённо докончил, явно чувствовал гордость за такой исключительный подарок. — Буду хранить твоего гикового айдола, — а в мыслях лишь бы не похоронить. — А мой подарок как тебе? — заинтересованно спросил Монти и подсел напротив. Когда успел прибежать? — Цветок? Спасибо, дорогой, но я достоин букета побольше, — не задумываясь ответил Фрост и покрутил головой, ища свою сестру. Не кинет же она своего брата на «празднике». — Рот закрой, ты должен брать по лепестку каждый день, заливать водой и пить. Только делать это за десять минут до сна, — серьезно разъяснил Монти, совсем не настроенный на шутки. Ха! Своими нервными поглядываниями в сторону Джулз он сдаст себя с потрохами. Вот откуда эти смелые высказывания, надо бы потом припомнить. — Ааа, ты вспомнил просьбу подыскать снотворную траву… спустя полгода, благодарю, — на радость своему забывчивому горю-другу он не стал поддёргивать того ещё больше. — Пожалуйста, — быстро ответила за очкастого внезапно появившаяся позади него Джулз, — А теперь замок на ноль и обратите своё внимание на сей приз в честь восемнадцатого этапа жизни. Как говорится, тебе, наш снежный принц, дозволено приоткрыть занавес неизведанного и с головой окунуться во взрослую юность! — торжественно указала она руками на двухъярусный торт, что несла Эмма. Не торт, а диабетовая кома. Эмма знает пристрастия своего брата, это точно. Радужный, посыпанный сверху конфетами и тремя шариками разноцветного мороженого, ещё и украшенный всякими звездочками из крема. Вообщем, класс, помирать так со скрежетом сахара на зубах! Девчонка положила торт на стол и вытащила из кармана пиджака пять ложек, одну протянув Джеку. — Именинник пробует первым, — она максимально обнажила свои зубы в улыбке, и с блеском в глазах смотрела на беловолосого Фроста как на святого апостола. Иногда хочется задаться вопросом – откуда такая сестринская любовь к нему? Чем он ее заслужил… Это придаёт веру во все хорошее, но и вскрывает все его страхи одновременно. В отличии от других, чьи лица выражали крайнее сомнение в адекватной съедобности этого произведения, Джек сразу зачерпну мороженое и торт одной горой на ложку. — Эмма, ты всегда знала как исцелить мою грешную душеньку, — с чересчур довольной мордой изрёк парень и на вторую пробу зачерпнул ещё больше торта, прямо в середину воткнув ложку. Джулз как истинная леди в отвращении скривила рот, видимо сама не ожидала подобный благой заход от Эммы, а казалось, они вдвоём все это готовили. — Гадость, я не хочу получить кариес от одной пробы этого торта, лучше пусть твои зубы пожелтеют, хоть что-то цветное в тебе будет. — Нука, двинься, — пихнув Джека в сторону, потянулся своей ложкой Калеб, также засунув глубже в торт, и потащил все схваченное в рот, — Офигеть, внутри сахарная вата! — Да, сама придумала, — смущённо пролепетала Эмма, видать обрадовавшись, что задумка оказалась не провальной. — Ха, свиньи, — прыснул Монти и получил по ноге от Джека. — Это ещё не все, подарки от меня и Джулз ты получишь после уроков, и мы все пойдём гулять! — продолжила свой воодушевленный настрой девчонка, подсев рядом с братом, и так же сбоку заприметила радужный кусок с кремовой звездой. — Гулять по саду или лесу? Тут минимум час езды до города, — с сомнением сказал виновник сие мини-торжества. — Значит будем час ехать до города, — так же улыбчиво ответила она. Тут было видно явное намерение заставить сегодня именинника прочувствовать самодельный праздник. — Я за! Вот этого переодеть нужно. Фрост, ты со своей рубашкой сливаешься – кажешься полуголым, — показал на него своей ложкой Калеб, а потом подхватил зелёную мармеладку, что возвышалась на торте, — Тебе лучше не забивать на пиджак. — Раз я в рубашке полуголый, то без неё буду одетым? — будто сказав что-то немыслимо логичное, усмехнулся Джек. — Под гильотину все твои тупые шутки, — порция осуждения от Джулз не заставила себя долго ждать. Ну что за народ, остроумные шутки им не нравятся, тупые тоже не признают, одна радость на их ненужное мнение. Синеволосая вздохнула и присела рядом с Эммой, — Монти, сбегай за молочным чаем без сахара. Придётся поучаствовать в вашем групповом наборе калорий. Монти как верная собака сразу побежал за напитком для хозяйки и даже не спросил хотят ли остальные. 6:30 p.m. (18:30) — Джек, — прозвучал голос Мидджент. Она закрыла дверь позади себя и осмотрела все что было в пределах поле зрения в поисках неугомонного друга – вообщем-то видны только кровати и книжные стеллажи. Пройдя чуть дальше, она завернула на кухню, где и сидел спиной Фрост. — О, Джулз, а где Эмма? — он бросил взгляд на девушку, продолжив держать в руках распечатанный конверт. Рядом с ним стояла белая коробка обвёрнутая праздничной синей лентой. — Скоро придёт. Перед выходом я бы хотела поговорить с тобой… — осторожно сказала его старшая подруга с явно скрываемым волнением в голосе. Фрост уже полностью повернулся к ней и медленно кивнул, как бы разрешая ей выговорится. — … Вот, это подарок от меня. Не то чтобы тебе не стоит надевать белые вещи, но выйди сегодня с нами в этом, — она протянула зелёный глянцевый фирменный пакет с каким-то большим позолоченным знаком, явно фирма дорогая. Джек отметил сходство темно-зелёного пакета с цветом платья Джулз – только школьный дресс-код удерживал ее чувство прекрасного, а сейчас она выглядит как настоящая гламурная дива: без лишних страз, но с лаковым ремешком на талии. С легким прищуром он взял пакет в надежде, что ее природное транжирство не подтолкнуло купить нечто из ряда вон. Достав из него упакованную одежду и раскрыв ее, Джек оказался вполне доволен – это была красивая синяя толстовка с капюшоном и с длинными рукавами. — Всегда верил в твой вкус. — Да ну, по взгляду я видела, что ты уже готовился к бриллиантовому ремешку от Валентино, — со смешком по доброму ответила Джулз. Джек улыбнулся, — Спасибо, обязательно надену. Ты… только это передать хотела? — с легким неверием, но также улыбчиво поинтересовался он. — Нет… — явно чувствуя неловкость ответила его подруга, а ведь на обеде вела себя по обычному грозно, — Мы толком не разговаривали с того дня, но как видишь я обмыла несколько раз в голове ситуацию… с того разговора и вроде поняла тебя. Немного, но поняла, — примирительно мягко сказала та, — Я… когда начнутся эти… сеансы? Нейтральное снобское словечко – сеанс… благо сеансы к психотерапевту ему не прописаны в следующие пять месяцев. Кстати, он никогда не был на сеансе у зубного… или это уже приемом зовётся. А на спиритические сеансы его не позовут? — Дней через два или три, — последовал краткий ответ от Джека. Джулз вздохнула и, смяв ткань платья на коленях, более менее продолжила, — Я останусь при своём мнении и Эмма тоже, но не хочу с тобой ссориться, когда на носу такое. И ты… я не знаю, как это все действует, но когда секрет раскроется, мы с Эммой все равно будем поддерживать тебя, даже если ты станешь бесчувственной скотиной, — тихо пробормотала та последнее. Джек прыснул от такого, – подобное они не переживут точно. Ему правда не хочется так огорчать друзей, но и не верится, что они такое большое значение этому придают. Нет, он не блаженный нищий, но все же это адекватно-неадекватное волнение все еще не понятна ему. Немного помолчав девушка перевела взгляд на записку в руках Джека, — Что они пишут? — Много всего – мама жалеет, что не сможет увидеть меня через месяц, папа желает быть крепким как кремень, ещё и пирог мне прислали, — указал в сторону обернутой праздничной лентой коробки. — Завтра ты свой слипшийся рот даже открыть не сможешь, — соглашаясь со своими словами, кивнула Джулз и более расслабленно облокотившись об спинку стула, скрестила руки перед собой. — Могу с этим поспорить — хитручие ответил Джек на такое высказывание, словив укоризненный взгляд девушки. Та ее стеснительная неловкость походу была мерещащейся секундной заминкой. Тут оба подростка подскочили с места, услышав громкий грохочущий удар и обернулись. — Собираемся, народ! — ворвался Калеб, чуть не вышиб дверь, — Дамам на выход, Джек, тебя тоже касается, — пакостливо захихикал горилла и получил в ответ изящный средний палец от беловолосого. — Стойте, я ещё свой подарок не отдала! — протиснувшись между громилой и дверью, Эмма подбежала к своему брату, — Открой! Миниатюрная и милая по своей природе младшая Фрост была одета в синие свободные джинсы с разными цветными брошками в виде сердечек, бабочек и звезд вдоль швов и в фиолетовый шерстяной свитер, что был ей ну очень велик. Джек посмотрел плоскую коробку, что не имела ни ценника, ни бирки, ни какого-то фирменного знака – просто чёрная коробочка, покрытая блестками. Он медленно открыл «крышку» и… нет, не застыл. Вроде ничего необычного – плетёный браслет в фирменных цветах Джека и Эммы – синий и лавандовый (светло-фиолетовый для менее умудрённых). Но вот этими тонкими, шелковистыми на ощупь, верёвками были прописаны каждые буквы их имени. «Джек и Эмма» по десяток раз. — Я знаю, что это глупо и по детски, особенно когда… — подсев ближе к брату Эмма шёпотом продолжила, — Когда твои руки и так намучены блокаторами, но нити из очень тонкой паутины пущенных пауков, они не будут мешаться или зудеть, — тихо протороторив, та щенячьим взглядом посмотрела на него. Ну и как это вещица может не понравиться… — Спасибо, — по настоящему искренной и довольной улыбкой Джек озарил свою любимую сестру. ___________ 8:10 p.m. — Хуйня все это, идемте жрать, — жалобно проныл Калеб, шаркая своими грузными ботинками по полу. Дружная шайка подростков, подкидывая монетку по десяток раз в проплаченном богатенькой Джулз такси, выбрали развлечением на вечер просмотр фильмов и, как раз найдя подходящий кино-центр, обходят громадные плакаты и онлайн-кассы в неоновой обстановке между фигурами знаменитых персонажей во весь рост. — Да ты тортом уже насвинячился, закройся уже, кабан прожорливый, — шикнула на него Джулз. — Тортом да, но нужно чем-то все это запить! Чем-то крепким… — и на такой ноте кучерявый парень лукаво глянул на Джека, который даже не заметил этого, но что не осталось незамеченным Джулз. — Вот алкашня, я не дам тебе Джека споить! — праведно-возмущенно воскликнула она. — О, вот идеальный для нас фильм, ещё и по времени успеваем, — Эмма указала на большой плакат с названием «Ледяная лагуна» — … Звучит кринжово. — А твои выбор лучше, да? Что за «библейская мачеха», тебе с Джеком лишь бы опорочить религию, — взъелась на бубнеж Монти синеволосая девушка и раздраженно закатила глаза от его эмоциональных оправданий. — Н-нет! Э-это Джек такую ерундистику смотрит, я просто выбрал по его вкусу! — Монти беспомощно покраснел, жалобно наблюдая за проигнорировавшей его Джулз. Джек молча шел за ними, отстранённо медленно переводя взгляд с одного плаката на другой. Не то чтобы он не любит фильмы, наоборот, особенно если в ролях выступают крутые деды по типу «крестного отца». — Йоу, ты че завис, к криминалке тянет? — головой кивнув в сторону позолоченного плаката, спросил Калеб. Он беспалевно подошёл к Джеку, чтобы отвлекшаяся на Эмму злобная подружка ледышки не начала снова разглагольствовать. — Так просто … мечта отцовских уз – Дон Вито Корлеоне все же мафия, хоть и исключительный в своём стойком отрицании наркоты, как шанс пополнить монеткой семейный банк, и если говорить о традиционной мафии, то связываться с ними, значит быть вечным псом… бывают же более умные самозанятые торчки, бегающие в аптеку со своим рецептом… ежедневно, кстати, если наплыв желающих хорош. Вот это Фриланс! Хотя, связанны ли это вещи? Фрилансеры ведь самозанятые и тоже налоги платят. — Чел ты… не болтай все что в голове крутится, это стремно, — сначала застыл с туповатым выражением лица Калеб, а затем вовсе покривил смешно лицо, — Я хотел этот во время сеанса тебе… подарить, но… Короче на, пей, пока твои няньки-наседки не видят, может и мозги прояснятся, — ткнул тот ему в бок бутылку с наклейкой из под минералки. Ага, тот уже пять лет как сменил воду на что покрепче. А ведь сеансы ещё и киношные бывают, получается он уже попал в один из них. Класс, теперь нужен сеанс к зубному. — Не буду… — моментально сказал он, но словил паузу, — Черт, ладно, но один глоток. — Помню, однажды я тоже так сказал, — заговорчески улыбнулся Калеб. Джек остро зыркнул на курчавого и сделал глоток. По горлу сразу потекло что-то очень горькое и жгучее от чего он поперхнулся и начал кашлять. Нет, он не тупой и знает, что если жидкость прозрачная, то это может быть не только вода и знает, что нечто другое на вкус как и запах аптечного спирта довольно резкое. Но, фу, какая мерзость. Уж если взрослых и повзрослевших маргиналов расслабляет по вечерам подобная херня мерзотная, то этот мир катится в жопу и уж лучше управлять им детям — может в мозг и поступает та же отрава только сладкая, но сахар хотя бы стимулирует мозг, а не маринует его. Калеб ржал как вне себя. — Что там? — послышался окрик Джулз. — Ничего! Джек поперхнулся своими охренительными представлениями о барыгах, — моментально выкрутился рослый парень и похлопал Джека по спине. — Ха, ничего нового. Сюда идите, Калеб, ты платишь! — Эй, я отказываюсь идти без попкорна, — твёрдо сказал Калеб и упрямо скрестил руки. 8:40 p.m — Серьезно, замороженные русалки? — разочарованно отозвался Монти. — Но они такие красивые, — завороженно ответила Эмма, глазея на переливы драгоценных камней и жемчужных цепочек, украшающих русалочьи хвосты. — Ты вообще смотрела оценки фильма? 4,9! Херня голимая, — пробубнил тот и пару раз нервно поправил очки, глянув на Джулз, что сидела на два места дальше от него — Спецэффекты лажают, но вот сюжет ниче так, — синеволосая спокойно смотрела фильм, прослеживая все плюсы и минусы. Пока Монти продолжал что-то уныло бубнить Эмме, сакрущаясь от статического игнора Джулз, Джек, словив небывалую меланхолию, безучастно за ними наблюдал. На странность все вокруг воспринималось просмотром пленочного фильма. И сейчас он будто находится в зале один, а на желтоватом экране группа подростков, как их там… Ах да – миллениалов поедают попкорн и смотрят низкобюджетный фильм, где траты были только на костюмы, и то хвосты у рыбёшек даже на вид резиновые. Это трудно даже самому себе описать. Похожие симптомы будут после препаратов? Он никогда в себе такую мнительность не наблюдал.. может приходит с годами? Ещё ничего не кололи, а по ощущениям уже как протухший овощ. Из такого карри не приготовить. Джек сидел, теребя подаренный браслет. Глаза замылились, от въедливой сухости не спасало даже частое моргание – лишь хуже стало. В большом зале было темно, только от экрана исходил тусклый голубоватый свет и это на странность успокаивало, но хотелось вдохнуть свежий ночной воздух, как бы это не звучало. — Что-то доктор Пеппер приказал мне отправиться за мед-справкой в туалет, — веселым голосом Фрост сообщил о своём походе. — Ок, только возьми это на дорогу, — Калеб заговорчески показал ту самую бутылку и широко улыбнулся, прикрыв лицо беспалевно рукой. — Ага, выкину по дороге, — он так же с улыбкой схватил у того из рук горучую воду. Стоит этой дылде на днюху подарить царскую водку, как раз в школе есть лаборантская. Джек вышел из кинотеатра и направился в сторону выхода на улицу. Повсюду стояли включенные фонари и снег медленно падал большими хлопьями на землю. Зимние виды ему нравились, особенно ночью. Хотелось просто снять обувь, упасть в один из сугробов и поспать. Нудистские замашки все же у него прослеживались… Пока остальные в спешке забегали внутрь, укутываясь в своих утеплённых верхних одежках, Джек без маломальской куртки в одной подаренной толстовке не спеша прогуливался вдоль кинотеатра. Только присев на скамейку он вспомнил о бутылке, которую он все ещё держал в руках. Не долго подумав и все же открыв крышку, Джек сделал глоток. Черт, не нравится ему эта горячесть – горькость можно перенести, а вот чувство жжения от одного глотка не хило так заставляет отплевываться от тупой затеи со второй пробой. Может Калеб прав и так его потянет на пьянство? Отец тоже пил, хоть только по праздникам, но все же. Мозги у него не атрофировались и он не стал видеть мир через призму печали и грусти, как пишется о пессимистическом отношении к миру в брошюре про алкоголезависимых. А…ну да, это ведь только с зависимыми работает… — Джек, — вдруг позвали его со спины, а парень чуть не подпрыгнул на месте, сразу бросив бутылку в рядом стоящую урну. — Эмма! — как ни в чем не бывало поприветствовал ее парень, внутри сгорая от своей тупой задумки. Это Калеб виноват, не он! Она осторожно взяла его за руку и посмотрела на свой подарок. — Видишь два маленьких камушка по бокам. Я много спрашивала у учителей, как мне зачаровать их, чтобы они помогали в исполнении желаний, мистер Кляйм сказал, чтобы я нашептала тысячу раз одно своё желание рядом с камнем и подкрепляла своим духом. Ты конечно можешь не верить, но… первый самоцвет поможет тебе найти преданных друзей, другой достичь успеха в будущем. Я не хочу оставлять тебя одного и если поначалу тебе будет плохо и тяжело в центре, то помни, что появятся люди, что скрасят твою жизнь, а затем помогут добиться всех твоих целей, — все время монолога, Эмма безотрывно смотрела на удивленного и немного растерянного Джека, дав честное слово одним своим серьёзным видом, будто поведала ему великое предсказание. — …Знаешь… чувствую себя уродом, что оставляет сестру только из-за своих эгоистичных желаний, но… знаешь, когда начнётся вся эта шумиха, тебе будет действительно лучше быть вдали от меня, иначе тоже порцию дерьма подхватишь, — тихо, почти шёпотом и со взволнованным взглядом смотря в темно-карие глаза напротив. А она лишь улыбчиво обреченно ответила, — Какой же ты глупый, Джек. _________ Вот и настал день Х. Казалось, это будет более пугающе и мрачно, но даже погода не предрасполагала сегодня к готике. Джек проснулся относительно рано и просто глазел в потолок. Он чувствовал себя сомнительно важной персоной, которой выдали номер люкс и теперь он один в громадной новой комнате, немного меньше прошлой, но, опять же, для одного человека тут целые хоромы. Отличий мало между ними – схожий интерьер, даже кровать и кухня на том же месте и все его вещи на тех же местах, но все равно комната не обжита и вряд ли когда-нибудь он за это перевоплощение из серых кирпичных стен в уютное гнездышко возьмётся. Да и заселился он совсем недавно, толком не объяснив ничего своим друзьям-соседям. Хотя и ему самому ничего никто не сказал, просто какие-то мужики в смешных накидках пончо вторглись в их комнату и начали наводить суматоху. За сорок восемь часов до невеселого пробуждения: — Где Клод пропадает каждое воскресенье? Вечные отмазки, когда я прошу его вместе с нами поиграть в настолку, — раздраженно прошипел Калеб и с надутой миной забрался на свою кровать. — Не мешай, он в попытках сократить точки соприкосновения со мной, — менторским тоном задавалого просветителя ответил Джек. — Козел… — Его право, — буднично и совсем не обращая внимание на тему беловолосый, облокотившись об спинку кровати, листая страницы новой фэнтезийной книги. В редких случаях он вот так лежал и особо ничего не дал, даже не доставал никого. Обычное явление после перегруза, но таковым это не хотелось признавать. Он не слабак и в слизня от усласти не превратится, черт… ведь специально выделял время на сон, как будто три часа это мало… Чертов организм снова подвёл его. Радость только в новой приключенческой книжонке, которую он купил где-то месяц назад, но времени прочитать не находил. Сейчас так то тоже времени нет, но позорно отключаться перед учителем в планах не было, нечто подсказывало, что сегодня приходить раньше на тренировку ему не стоит. Но все равно, улёгшись как никогда рано — в час, он не смог бесперебойно проспать до обеда. Уже берет удивление от того, что для человека норма спать хотя бы шесть часов и не норма дробить этот шестичасовой сон на пять – шесть передышек после хардкорного сна. Кошмар, как сложно все устроено! Может это еще одна его «особенность»? Наверняка в школе есть те, кому сон априори не нужен… вот с ними он бы посоревновался – как раз скоро добьет свой стаж до ветеранского. Тут среди раздумий Джек уловил громкие четкие три стука в дверь. Кому приспичило? Он переглянулся с Калебом и второй, нахмурившись, спрыгнул с кровати. Отворив двери, тот впал в странное оцепенение. Беловолосый парень, заинтересованный в незваных гостях, наклонился всем торсом, и через спину соседа увидел каких-то двух серьёзных мужиков в… что это? Пончо? Какая-то сплагиаченная с южных земель мода. Только расцветка северянская, аж смешно выглядит. — Стражи верхнего уровня, — один из мужиков указал на серебряную брошь, что подтверждала их звание, — Нам приказано перенаправить Джека Фроста в левый отсек вместе со всеми его вещами. Вы идёте с нами, а все принадлежащее вам доставят через камень пространства. — Не понял… Джек!? — воскликнул кучерявый и обернулся на него с тревогой в тёмных глазах. Он ждал объяснений, наверняка думал, что его отмороженный друг выкинул что-то ну ооочень серьёзное и это переселение скорее наказание чем привилегия. Вот только сам Джек никак не мог объяснить – сам то тоже не понимал, что происходит. — Меня никто не предупреждал, от кого приказ? Да… именно с такими вгзглядами ему придётся столкнуться позже – холодные сканирующие, пытаются увидеть в нем того самого мутированного иного. Значит молва среди охранников уже пошла, ну ничего… все равно осталось два дня. Он конечно старался с прошлого вечера унять дрожь и волнение… и нет, не сном, иначе после отличий от зомби было бы ещё меньше. Ответом на его вопрос был раскрученный перед лицом лист с подписью и печатью директора. — пройдемте за нами. Сейчас: И почему ему не сказали об этом раньше. Стоило, конечно, задуматься, что при его раскрытии друзья-сожители разбегутся кто куда и он все равно останется один. А как он это, блять, не выносит… И заготовленные впрок шутки над самим собой в быстром доступе крутящиеся в голове и на языке уже не спасали. Если же раньше любое трепетное болезненное понимание можно было обратить в фарс и притупить хихикающей гнусностью все острое, то сейчас каждая мысль жалила своей обратной тёмной стороной. Остановиться и приглядеться к своим гниющим ранам и не плюнуть на них, а попытаться разобраться – вдохнуть и выдохнуть, ловя дзен и успокоение. Нет, это не для него! Лишь стучать себе по голове за слабость и желание чужого утешения. Он вырвался из лабораторий благодаря вере двух хороших людей, значит и подвести их нельзя… а чужие взгляды на то и чужие, пусть и приумножаться десятикратно – главное попасть в центр. Сейчас именно это в приоритете на ближайшие пять месяцев. Просто…каким бы он стойким в жестоком социуме не был безэмоциональность будет его спасением. А ведь еще ни разу не заговорил за эти два дня ни с кем из близких, зачем что либо объяснять… и так все будет понятно уже сегодня. Парень вспоминал долгие взгляды встревоженной Эммы и Джулз, ещё и Калеб со свой природной эмпатичночтью остро чувствовал будущий пиздец по все более и более стухающему Джеку. Он долго лежал на кровати, ожидая прихода стражников, сегодня даже на уроки идти запрет. Ядовитый турухтан там точно нарадоваться не может, уже всем с мерзкой любой разъясняя всю потаенную грязную природу «ледяного гаденыша». Только бы Эмме не досталось — вот та красная сигнализация, что воет у Джека в голове последние два дня. Если его от общественного мнения уже не защитить кроме как по тысячи раз не доказывать свою человечность, то Эмму ещё можно, ведь директор и учитель обещали… да и она в отличии от своего брата на хорошем счете у многих учителей… но тут проблемы с учениками. А если он не сможет ей помочь из-за своего овощного состояния? В самом деле, вся эта задумка казалась крайне нереальной. Правда ли эмоции так влияют на способности? Какой детский лепет. Нет эмоций — нет проблем, звучит как грустный саундтрек для бунтующих подростков. Он бы такое не стал слушать. — Джек Фрост, время. Выходите, — послышалось из дверей. Джек повернул голову к звуку и поднялся с кровати. Все как в замедленной съёмке, он так медленно встал, а теперь идёт к двери. Дойти до неё около трёх секунд, но почему так медленно. Никто не повторяет, значит ему все кажется? Крыша съедет быстрее… Со стороны в сравнение идёт отсчёт смертника, приближающегося к электрическому стулу. Ха, так бы сказала ему Джулз. А ведь рядом с Эммой будет Джулз, от этого уже чуть спокойнее. И они всё знают, и они все ещё с ним дружат… Джек открывает дверь и даже не поднимает голову – пока не хочется столкнуться с этим взглядом, дайте время пока он ментально не опустеет. Хвостом идя за охранниками, он не встретил ни одного ученика или учителя. Ясное дело – идут уроки. Делая петли и поднявшись на этаж выше – все также принадлежащий семикурсникам, они дошли до, видимо, нужного кабинета. Двери сами перед ним открылись и мистер Бэнджер с мистером Сноу уже ожидали его. — Здравствуй, Джек, присаживайся, — один взгляд старшего мага на охранников, что стояли за дверьми, и они тут же разошлись в разные стороны. Парень решительно зашёл внутрь и быстро окинул взглядом помещение: обычная палатка, немного походит на лаборантскую, но пока все спокойно. Меж тем внутри находились, помимо их троих, ещё два человека в халатах. — Как твоё самочувствие? — вежливо спросил мистер Сноу, нарушив нависшую тишину. — Отлично, — обнажив свои белые зубы в усмешке ответил он, хитро прищурив глаза. Он посмотрел на ближний белый стол, за которым стояла тощая темноволосая женщина в белом халате. Самое интересное из лежащего на столе были железный боксы – такие же как у мисс Агаты в их первую и последнюю встречу. Джеку вдруг показалось, что сглотнул слишком громко в этой нависшей тишине. Женщина открыла первый маленький чемоданчик. Из него она вынула запечатанный странной формы железный шприц. Походу, многоразовый. Второй человек в халате подошел и открыл другой кейс, из которого вышло немного пара, он достал из него одну колбу с зелёной жидкость и передал напарнице, сразу закрыв кейс. Пока она проводила странные манипуляции, а именно как-то засунула колбу в пустую внутреннюю часть шприца и присоединила все, мужчина стерилизовал участок кожи на левой руке Джека. Он несильно обернулся к учителю и директору, что стояли чуть позади, и уловил их взгляды, мистер Бэнджер в поддержке положил ему руку на плечо. Мужчина встал чуть правее и пропустил женщину со шприцем, та внимательно ощупала его руку. — Начинаем, закройте глаза — та обратилась к нему и медленно вогнала иглу, неспеша вводя содержимое. Директор с учителем внимательно наблюдали за состоянием Джека. Он закрыл глаза, под веками все плескалось буйством красок с голубым оттенком. И… почему-то все казалось таким серьезными. Прям мероприятие по излечению чёрной оспы. Он будет дураком, если засмеётся. Недовольно нахмурив брови и сожмурив глаза, из него вырвался судорожный выдох. Возникло удушающее ощущение, и глаза почему-то было трудно держать закрытыми — они как будто непроизвольно расслаблялись. Десять секунд. Кто-то взял его за правую руку и поднял рукава. Директор сильнее стиснул юношеское плечо. — Терпи. Не успел он подумать о сказанном, как острая боль настигла его сознание. Громкий вскрик и продолжительное шипение, когда с него снимали первый браслет. Иголки – тонкие вытянутые придатки блокатора, что находились с краю и по центру, выходили из под кожи. Джек сразу распахнул глаза и… зрение отчего-то не фокусировалось, дезориентированный он вдруг понял, что голова как будто забилась ватой, не слыша своих мыслей, но пытавшись рассмотреть хоть одну более четкую линию у него не выходило ничего – все вокруг сильно помутнело. — Т-ш-ш-ш, все в порядке с первым покончено, — неясный голос то ли сбоку, то ли сзади отдал в уши. Парень все не мог осознать, что происходит… Странное предобморочное состояние в котором стало вдруг… легче – как-то опустилось все происходящее, стало спокойнее. Лишь бы так было всегда… Шесть минут. — Джек. Джек, — кто-то настойчиво повторял его имя, кажется это был мистер Бэнджер. Парень смотрел на свои руки, вместо блокаторов остался лёгкий синеватый отпечаток с маленькими дырками – не кровоточат, значит уже продезинфицировали. Подняв уже более прояснившийся взгляд на директора, по левую сторону раздался голос мистера Сноу. — Джек, как твоё самочувствие? — тот же вопрос, что и в самом начале. Он медленно перевёл беспристрастный взгляд на учителя, — Отлично.