Хаос во льдах

Маленький деревянный домик на отшибе лесного городка, занесенный снегом круглый год, был их с Эммой крепостью. Папа сам построил его, ещё и камин приставил, может не сильно красивый, но топящий дрова и приносящий причудливые яркие всполохи вместе с теплом. Можно валяться целыми днями и наблюдать за огненными язычками, пока мама не заметит и не погонит сесть за книги, чтобы они не отставали на домашнем обучении от своих сверстников. — Джек, смотри, заяц белый-белый! Назову его Джек-младший, — звонко по девчачьи радостно подбежала к своему старшему брату маленькая девочка, чтобы показать какой белый комок попался ей под руки. Джек, до того неохотно читавший какой-то букварь для младшей школы, заинтересованно перевёл взгляд на сестру и глянул чуть ниже – на торчащие из под объемных рукавов шерстяного свитера белые длинные уши. — Ха-ха, это альбинос – видишь, глаза красные. А ещё это зайчиха, — блеснув знаниями, улыбнулся он, плохо скрывая горделивое смущение от того, что его именем решили назвать животинку. — Значит Джека, — предложила второй вариант Эмма, поглаживая ушки зверюшки. Все ещё лежавший с книгой мальчик резко сел, скрестив ноги, и возмущенно хотел бы возразить насчёт имени – уж лучше Джейн или Джина, Джека ведь это не девчачье имя – но резко замолк, услышав мамин оклик. — Малыши, что я говорила про диких зверей – не таскать их в дом! Миниатюрная женщина со строгими, но тёплыми темно-карими глазами, стояла у порога с большой синей чашей, в которой под белой тряпкой обычно таскала муку. — Но мам, смотри какой он милый и совсем не дикий! — Эмма подбежала к ней и посмотрела умоляюще блестящими глазами, казалось, зайчиха на ее руках тоже состроила глазки хозяйке дома. Миссис Фрост лишь покачала головой, наблюдая за проказами детей – их обычно тихая и спокойная доченька быстро подхватила непоседливость брата, — Верните зверушку обратно в лес, иначе только папа получит кусок вишневого пирога. Сразу послышалось возмущенное ребяческое бормотание, но мисс Фрост непреклонно стояла на своём, лишь улыбнулась напоследок и вернулась в кухню. Наверное, старшие ещё не забыли, как их сынок притащил в дом медвежонка, а уже к вечеру медведица буянила в лесу в поисках своего детеныша и даже пыталась пролезть через огородитель. Беловолосый мальчик смотрел на удаляющуюся спину матери и, повернувшись в сторону выпущенного из рук зайчика, со вздохом хотел на прощание погладить его, но мимолётного касания к шерстке хватило, чтобы беляк дернулся как от тока и быстро попрыгал в сторону Эммы, снова протиснувшись ей под объёмные рукава. — Тц, вот противная, не называй ее Джекой, — насупился беловолосый, уязвленный от воротом поворотом зверька, и с фырком показательно отвернулся. — У тебя руки холодные, вот она и испугалась, — хихикала сестра, прикрыв ладошкой рот, из-за смущения своих дырок от выпавших молочных зубов. Пока сестра сюсюкалась с зайчонком, Джек незаметно посмотрел на свои до странности белые руки и спрятал их за спину, тихо растирая об одежду, чтоб хоть немного согреть. Понаблюдав за зверюшкой исподлобья, ему стало ещё обиднее, ведь и медвежонок и орел, которых он смог взять в дом, также вырывались, стоило их тронуть… а ведь просто хотел помочь – один хромал, а другой был ну оочень голодный! Эта противная курица даже кусок рыбы из его рук отказалась клюнуть… — Ничего не холодные у меня руки! — взъерепенился от мыслей и подскочил маленький Фрост, — Дай сюда, я сам ее в лес отнесу, — громко и уверенно сказал он, выхватив сопротивляющегося зайца из объятий сестры. — Я тоже хочу, — заныла та. — Ты одеваешься долго, а я сгоняю быстро – даже маме пожаловаться не успеешь, — показал язык, и даже не обувшись, он выбежал с заднего выхода деревянного дома в заснеженную долину. — Успею! Папа нацепит на тебя сто курток и валенок и заставит так спать! — прокричала та ему вслед, а он даже не повернулся, просто держал зайчиху двумя руками и со смехом перепрыгивал через высокие сугробы. Пока Джек бежал, ушастая все время пыталась как-то выбраться, лапами дергала, пищала непонятно… он же не съесть ее хочет! Мальчик и не пытался прижать ту ближе, а то вдруг замерзнет… заячья статуэтка ему не нужна, поэтому просто держал на вытянутых руках. Через несколько сотен метров виднелись обшарпанные близстоящие громадные трубы, выполняющие роль забора, ограждающего маленький городок от бескрайнего леса. Зверёк, скорее всего, просто пролез через переграду, вот Эмма его и нашла. Не смогла бы она сама в лес зайти – трусливая – да и можно было только с папой, он же деревья рубит, вот и берет их иногда с собой. Но Джек уже сам может — в две последние вылазки его не поймали и он ни одну царапину не получил! Мальчик протиснулся через трубы, держа зверюшку над головой и, удачно попав на другую сторону, вскинул глаза вверх: большие, просто громадные хвойные деревья, создали целый темный лес, покрытый сугробом. Медленно пройдя мимо парочки сосен, он посмотрел на странно притихшую зайчиху – та как будто просто застыла. Зайцы могут впадать в оцепенение как лягушки? Секундная заминка и Джек спешно покрутил головой, ища менее заснеженное место, где можно было оставить зверюшку. Побежав дальше вглубь мимо разных деревьев, краем глаза он зацепился за большую и широкую ель, под ветвями которой земля была абсолютно голой. Мальчик подошёл к ней и уже отведя в сторону пару ветвей, услышал тихие тявканья и звонкий лай не похожий на волчий – точно лисы. Он медленно опустился на четвереньки рядом с деревом и засунул зайца под большие мохнатые ветви, чтобы спрятать от хищников. — Пока, вредина, — тихо попрощался Джек и поднялся. Только сразу развернуться и побежать ему было не судьба – лишь подняв взгляд на рощу, два любопытных лиса уже вовсю глазели на него. Джек медленно наклонил голову, всматриваясь в них – цвет шерсти был не таким белым, как у зайчихи, желтоватые и серые цвета просвечивали через шкуру. — Нет тут ничего интересного, гуляйте там! — храбро выкрикнул он и слепив снежный шарик кинул в другую сторону. Лисы же пропустили мимо ушей крики маленького Джека, подошли к нему ближе, что заставило его нервно сглотнуть, но даже не дернуться. Если они уйдут, то он больше никогда не станет нарушать правила и всегда будет слушаться родителей – честное слово! Не так сильно нервничал мальчишка, зная, что звери его почти всегда стороной обходят, но все же дал обещание вездесущим на всякий, если эти двоя от природы окажутся слишком любопытными… или голодными. Это будет совсем не весело. Хвостатые то подходили ближе, то отдалялись от своей «цели» и пытались что-то вынюхать, но на долго их переглядываний не хватило, неохотно развернувшись, они не спеша побежали в другую сторону. Джек, до этого втягивающий воздух короткими вдохами, расслабленно выдохнул и повернулся к зайчихе, что спокойно лежала под еловыми ветвями, изредка дёргая розовым носиком. Будто не он ей сейчас шкуру спас… «Вот и помогай этим глупым зайцам, даже не посмотрела на меня!» — хмуро подумал он, окончательно потеряв интерес к ушастому комку. Если он сейчас не вернётся, мама может заметить его… минутное исчезновение, а потом они с папой точно исполнят все угрозы – запрут его в подвале под камином, и он расплавится как снеговик! От представленного мальчика передернуло и дало повод быстро побежать обратно к забору, попутно пытаясь стряхнуть с себя весь навалившийся снег. Ведь не таял, блин, на нем, так все улики на лицо… или на лице. Мчась в сторону деревянного одноэтажного дома, Джек услышал звук старого двигателя, а затем увидел квадратную коричневую машину. Папа! Только мозги мгновенно спасли его от расправы – хотел подбежать к машине, но вспомнил, что на нем только льняная футболка и тонкие штаны, да ещё такие большие, что в них ещё один он может поместиться! Забежав через черный ход, мальчик тут же столкнулся с сестрой. — Ты долго! — тихо пробубнила та. Отмахнувшись от надутой Эммы, Джек начал стряхивать с себя весь снег – выглядел как те деревья в лесу, укутанные снежным мехом. Сестра хоть и продолжала про себя что-то нудеть, но помогла брату все отряхнуть, посмеявшись, когда он завертел головой подобно мокрому щенку. Тут оба ребенка услышали хлопок деревянной двери и басистый громкий голос своего отца. — Где же малые, дорогая? — громкий хохочущий бас отдавал даже в стены. — Папа! — дети побежали в сторону прихожей и кинулись в здоровенные объятия мистера Фроста. Он сразу подхватил их и поднял высоко-высоко, можно было коснуться невысокого потолка лишь вытянув маленькую руку. — Ну что ребятня, слушались маму? Тёмная борода казалась седой от снежинок, что таяли и вызывали ещё больший смех дергающихся подальше от мокрых касаний малышей. — Да! — в унисон звенящим радостью визгом. — Правду говорят, Оливия? На вопрос затяжное раздумье женщины, бросившей взгляд на в секунду затихших детей, и кивок с насмешливым выражением лица «Все как обычно». — Тогда и пирог можно подавать за послушание, — низкий хохот сопровождался быстрым топаньем маленьких ног к столу. Они все сели за широкий деревянный стол и мисс Фрост подала любимое семейное блюдо – вишневый ещё горячий пирог с переплетами покрывающими сеткой начинку. В силу своей очень внушительно комплектации отцу семейства достался самый большой кусок. — А ну ка, Джеку тоже такой давай, — показав на тарелку сына, что с энтузиазмом ковылял уже положенный меньшего размера кусок. Мальчик хмуро глянул на того, пихнув кусок сладости в рот — Да у тебя целая половина пирога! Я лопну! — возмутился он с набитым ртом, тыкнув на тарелку напротив. — А ты не хочешь стать как отец? Вот какие лапиша, а плечи? Да я голыми руками валю деревья! — хвалился мужчина, хлопая себя по крупно выпирающим мышцам руки. Только словил взгляд сына полного сомнениями и затяжно выдохнул. По малышу понятно, что лесорубочное дело отца его не трогает. — Вырубать и продавать деревья это не хухры-мухры. А если ещё и своими руками дрова колоть, это же чистейшая прибыль в таких вот маленьких городках! Но без должного питания силушек не прибавится. Ты, Джек тоненький совсем, слабенький… а вдруг однажды перемерзнешь на своём холоде? — спросил мужчина, предварительно прокашлявшись и добавив быстрое напоследок, — Как там у тебя все устроено, даже черт не поймёт. — Геральт, ну что ты говоришь, Джек ещё малютка, успеет, — мелодичным голосом остановила своего мужа мисс Фрост, хлопая того по крупной ладони. Мальчик молча смотрел на отца. Тот встретился с ним взглядом и, снова кашлянув, перевёл тему на недалекое озеро, где с каждым сезоном все меньше улова для рыбаков. Папа не со зла, просто сейчас это… проскользнуло… как червь попавшийся под ботинок. Почему родителям не нравится его снег? У Эммы совсем магия противная, а когда вырастит всем будет мозги полоскать, как говорит отец, только про ее силу говорят со смехом, а про его – Джека – с досадой и морщинами. Все также глядя в темные глаза напротив, Джек стянул зубами с вилки ещё один кусок пирога, хрустя заледеневшей начинкой. ________ Не всегда он вспоминал своё детство, иногда лишь всплывали обрывки, когда настоящее воспринималось особенно остро – особенно тяжело – и хотелось отмотать все к тем дням… но сейчас виной этой вспышке без особой ностальгии оставшийся кусок пирога, который уже несколько дней хранился в шкафу на подобии холодильника. Наверное уже испортился. Отрешенным взглядом пройдя по полкам, выбор остановился на обычной минералке. Взяв бутылку Джек вышел из своей комнаты, что находилась отдаленнее всех на этаже, даже до телепорта сравнительно долго добираться. Стражей в школе много, они как гвардейцы стоят на месте не двигаясь, от чего их присутствие перестаёшь замечать, правда если раньше они появлялись из неоткуда когда нужно было их участие, то сейчас они на виду. Не совсем экстремальная мера утихомирить учеников и их родителей. Ещё и пара, а иногда и больше стражей всегда следует за ним по приказу мистера Бэнджера. Пройдя дальше по коридору уже видны скопления учеников: кто пешком идёт к нужному кабинету, кто через рамочный телепорт. Но ведь появился Джек – шёпот и дюжина глаз уставились на него. У кого-то на лице страх, у кого-то разочарование, презрение, злорадство – все смотрели, но кто что скажет – втихую расходятся перед ним, чтобы не дай бог не подцепить мутированное бешенство. Беловолосый проходит мимо них к телепорту, отхлёбывая несколько глотков из минералки. Есть что-либо не хочется — вкуса нет — видать незапланированная побочка. Закинуть можно что-нибудь на обед перед тренировкой, а сейчас сойдёт и это. *** — Стихия К33.2, кто может продемонстрировать? — мистер Сноу повернулся к ученикам. У многих превалировал интерес по новому разглядывать их старого одноклассника, но не слушать учителя. Месяц и даже больше, а их молодые умы все никак не отстанут от Фроста. Сама же причина столь неудовлетворительного поведения учеников сидела в самом конце полукруглого зала и только он смотрел, чуть ли не моргая, прямо в глаза преподавателю. — Британна Салих, выходите, — махнул рукой взрослый, спустя полминуты медленно переводя взгляд с выделяющегося ученика на вызванную ученицу. Девушка вышла, и мистер Сноу уступил место перед маленьким столиком с полупрозрачной ёмкостью размером в половину ладони, где по виду была только вода. Лёгкое постукивание по столешнице и кувшинчик начал понемногу отдавать дрожью – вибрация с ножки перешла к горлышку и обратно, только быстрее и крупнее, жидкость стала переливаться через кувшин, покрывая стол, но ни одна капля не упала с поверхности, лишь набиралась, из-за уплотненного магией натяжения воды. Сосуд лишь слегка покачивался, не заваливаясь на бок и не тонув. Когда вода образовала ровный куб, учитель показал незамысловатый знак девушке – заканчивать. Стукнув пару раз по кувшинчику, вибрация сразу пошла от воды к емкости, будто впитывая все обратно. В конце мистер Сноу подошёл к сухому на вид столу и провёл по нему двумя пальцами. — Садитесь, мисс Салих, сегодня «В», — нейтрально произнес тот, вытирая пальцы друг об друга. — Почему? Все ведь сухо! — возмутилась ученица. — Ровно три капли, — указал учитель на мокрое пятно от развода пальцами, — Садитесь, я объясню как избежать подобных промахов. Та поджала губы – хотела что-то сказать, но решимости не хватило, лишь вернулась на своё место. Кто-то из присутствующих нарочно громче положенного прошептал, — Конечно, это же не любимое страшилище, чтобы ставить «отлично». На этом моменте, ещё двое, сидевших в середине кабинета посмеялись, повторив слова, чтобы куда больше ушей услышали. Чтобы дошло до самогó безучастного виновника. **** Проходя мимо витражных окон, Джек обернулся на белый сад. Недосып сказывался на организме некоординацией и рассеянностью на уроках, казалось, в последние дни месяца все закрутилось мутной рябью в глазах: тренировки все сложнее, учителя все раздражительнее, а лечебная сыворотка с каждым днём все сильнее действует на мозг, вызывая фантомную боль в висках. Сплош факты и не грамма собственного раздражения или уныния, только вымотанность организма. Нужно поспать около тридцати минут, чтобы через несколько часов нормально функционировать перед мистером Сноу. Повернув голову обратно, Джек сделал лишь шаг, и его тут же грубо толкнули прямо к стеклу. — Извиняй, уродец, не заметил, — парень с зализанной причёской, нависал над Фростом. Все вокруг всполошились, разбегаясь кто куда. За последние дни также появились осмелевшие люди, знающие, что их не самый дорогой друг точно не нападет на них, хотя до некой формы забавы лично для чувствительного «я» Джека, что пробуждалось ночью, те все равно кидали взгляд на не вмешивающихся стражей, будто они подстрахуют если что. И так оно и есть – защищают не Джека, а людей от него. Фрост хотел бы встать, но его снова с силой впечатывают ногой в пол. Голубые глаза лишь ненадолго останавливаются на лакированных туфлях с позолоченной подошвой… — Уймись, чучело ледяное, сколько лет ты всех обвешивал, прикидываясь обычным отбитым дурачком? А я все гадал, что же с тобой не так, — после наезда парень выпрямился и обернулся на свою шайку, — Прикиньте, если он будет в тридцатке, тогда любое волшебное животное может проходить отбор, раз человечность не особо учитывается. А иных теперь за магов считают, раз вы необычные твари? — вопросом обращаясь к Фросту. Тут к молодому буржую подошла девушка, что показывала на уроке мистера Бэнджера водную магию натяжения, — Прекрати, просто идём отсюда, — шикнула та на него. — Ой, да ладно, не трусь. Смотри, это ли знаменитая ледяная звезда? Спорим ему слоновью дозу транквилизаторов вводят, — махнув на Фроста, что снова молча встал, отряхивая штаны. Девушка глянула на беловолосого слегка испугано, но не менее презрительно. Она нахмурилась и тут же отвернулась, потянув ухмыляющегося друга за собой и покидая пространство потрёпанного парня. Джек не удосужился посмотреть в последний раз на спину задиры, что удачно скрывала стоящего поодаль блондина, чьи волосы стали понемногу темнеть. Тот с самого начала потасовки стоял примерзшим к полу, а Фрост крайне устал наблюдать за людьми, так что и промелькнувший мимо глаз Монти станет проблемой «ночного Джека», а сейчас нужно на следующий урок с мистером Жалгасом. **** — Не каждый ученик способен овладеть приёмами даже среднего уровня зачарования, имея только задатки к телепатии, поэтому подобных я не допускаю к занятиям. Четверо из пяти Хранителей способны на эту самую магию, а пятая вовсе владеет ею на самом высочайшем уровне. Все, кто находится в этом зале, способны на средние и высокие результаты, конечно, в основном средние. Так что большая ваша часть будет участвовать в турнире… и у меня возник вопрос. Джек Фрост, вы не прошли две последние демонстрации способностей, вам напомнить правила? — на последних нотах своего монолога Жалгас повернулся к ученику, пренебрежительно оглядев его облик, в поисках чего-то нелюдского, помимо мертвой белизны. Учащиеся молчали, а слова мужчины эхом отдавались в стены и возносящиеся ряды скамей в обширном кабинете. Глаза мальчишки сродни глазёнкам тухлых рыбёшек – мутные, стеклянные – не людские. А взгляды детей, обращённые на мерзотного Фроста, превосходны в своей ядовитости. Сколько ужаса испытывали все эти бедные создания, прознав об этом подобие человека, сколько блаженства получил он сам после объявления о рассекречивании личности Фроста. Даже с учётом первичного допуска до отбора, тот не пройдёт дальше. В центре такие бесполезные существа не нужны. — В правилах давать учащемуся три попытки на уклонных занятиях, а затем после провала ставить запрет на посещение, — монотонно, точно без единого вздрогнувшего мускула, ответил Джек. — Только вот правила именно для вас, Джек Фрост, ожесточились. Ни один адекватный учитель не хочет подвергать риску своих учеников, вдруг вас замкнёт на одной из практик? Ещё и с такими ужасными результатами... Можете покинуть кабинет и пойти за новым расписанием к директору, — с трудом сдерживая искаженное в злостном ликовании лицо, Жалгас Каливус отвернулся от уже бывшего ученика, не пропуская мимо раздавшиеся с нескольких парт сдавленные смешки-усмешки – это его любимцы. Остальное подавляющее число учеников только нервно поглядывало на безмолвно встающего с учебниками Джека. *** Мимо коридоров и по горизонтальному лифту виднелся кабинет директора. Юному магу пришлось прождать минут десять, перед тем как двери сами открылись. Охранники были позади – их прибавилось на одного, стоило проложить путь к главе Сэрвена. — Проходи, Джек, — мужчина что-то дописывал перьевой ручкой, используя при этом тончайшие прямоугольные очки с серебряными цепочками по бокам и попутно беседуя с двумя старшими магами. Они уже закончили, когда Джека впустили, но мужчина в красном жилете все пытался что-то донести до начальства, скрывая нервозность от вошедшего парня. Мистер Бэнджер кажется и не собирался дослушивать того и коротким взмахом руки, прерывая на слове, указал обоим выйти из кабинета. Курчавый мужчина не стал кривить морщинистым лбом в возмущении, лишь ненадолго замялся и даже не кинул напоследок уничижительный взгляд на Фроста, всего-навсего прошёл мимо. Мистер Бэнджер все также сидел за креслом, но уже без перьевой ручки в мозолистых пальцах. Складывая руки перед собой, тот также указал стражам, стоящими за спиной Джека, на выход. —… Я так понимаю, мистер Каливус не удосужился предупредить тебя заранее насчёт не допуска к занятиям, — сразу начал с основного. — Это уже было решено? Секундная заминка взрослого мага сопровождалась снятием очков и усталым массированием переносицы, — Мистер Каливус убедил меня в этом ещё на восходе, однако он должен был выслать тебе извещение ещё до начала занятий. По видимому Жалгас Каливус… запамятовал, да и у меня одни переговоры сменялись другими, и я не смог за этим проследить. Негуманность коллеги по отношению к неповинному ребёнку дезориентировала, и дело не только в Жалгасе Каливусе – многие учителя начали позволять в открытую притязать Джека, и полноправных мер не принять – рассуждая здраво, пока никто не перешёл непозволительную для преподавателя черту, все можно объяснить защитой учеников от потенциальной опасности. Высшие маги, чьи дети учатся в Сэрвэне, после разглашения о снятии блокаторов с Джека угрожали расправой над ним и заточением в карцере для иных. У учеников по началу была паника, переросшая как зажженный фитиль в ужас, не ввязавшийся даже с долей любопытства. И без должной подготовки ко всем трудностям волнения перешли бы в куда больший ажиотаж… — Ясно, уроки зачаровывания заменятся на стихийную магию с мистером Сноу? — столь безразличный тон Фроста резал по ушам. Директор все ещё не привык к этой серости брошенных слов, даже понимая причину. И благо, что Джек под «MDин», иначе ощущать такой натиск в здравом рассудке – не есть хорошо для подрастающей и итак неспокойной психики. Увы, воспоминания о первых отходах Джека от… действия сыворотки вызывали спорность в выбранном подходе. Но крепкие нервы мальчика делают своё, раз теперь он более-менее спокойный и после действия лекарств. И все же… — Ты не хочешь обучаться зачаровыванию? — Джеку не заглушили собственное мнение, а его благопристойная реакция вовсе идет в разрез с внутренним «я» этого белого ребёнка. — Знаете, мисс Агата в чём-то была права — мне не осилить действительно сложную магию контроля, чтобы пробиться ею выше. Я могу заставить произнести нечленораздельные звуки, но мне и это даётся с трудом — по ощущениям моя голова находится под жимами в такие моменты, а потратил я на это умение целый год…— замолчав на секунду, Джек отвёл взгляд от внимательных глаз взрослого, явно продумывая все сказанное, — Иногда я не понимаю себя, и почему мистер Сноу разрешил мне этому обучиться. — Практика в чём-то новом тебе не помешала, да и не были потрачены на это все часы тренировок. У тебя природная склонность к телепатической магии, может не такая глубокая как у Эммы, но имеющая право на развитие. В твоём новом расписании время уроков зачарования будет поделено на стихийную магию с защитной. — Хорошо, — спокойно ответил Фрост. Недолго помолчав, Рэф Бенджер добавил, — Как ты себя чувствуешь, Джек? Или мне нужно спрашивать после окончания действия МDдин? — взгляд из под очков был серьёзным. Один из немногих, кто понимал отчуждённое спокойствие белолицего юноши, но все обозревая того на ментальные трещины, если подсознание даст сбой на вводимое иглой. — Обычно. Не волнуйтесь, главное также закрывайте рты моим недоброжелателям, — прямо сказал беловолосый, поворачиваясь к дверям. Понятно, что те, вышедшие из директорского кабинета, обсуждали юного ледяного мага, хоть и пытались в брошенных последних словах это скрыть. Двери медленно затворялись, пряча от посторонних глаз утомленного директора, что в дальних задворках мыслей чувствовал тоску по задорному и проказливому юноше. Не сын, не внук, не правнук, но подопечный, что втерся в душу старому верховному магу… *** — Три месяца прошло, а этот кретин даже ни разу не посмотрел на нас! — Джулз, ты обещала, что не будешь злиться на Джека, — обидчиво произнесла Эмма Эмоции подобны тайфуну — злость, грусть, обида и просто въедливая уже в кости жалость к этому белобрысому идиоту. Просто невозможно смотреть на него, когда проходит мимо, даже не повернувшись. Ничего на его лице не написано – все выкачали и осталось лишь красивое личико, а без эмоций Джек похож на выбеленную статую. Уже вечный тремор конечностей от тяжёлых тренировок, но стимул появился как не кстати просто бешеный – не дать тупому Фросту остаться в центре одному. Попадёт с ним, а если Джека не возьмут, то даже проще, ведь здесь уже есть кому присматривать за ним. — Я бы не злилась на него если бы… Черт, как все достало, у моих предков было интервью с какой-то сверх магической конторой пару дней назад, там они делились своими выводами насчёт Джека или как они его назвали — живое доказательство эволюции среди иных со второй сигнальной системой подобно человеческой. Господи блядь, они шимпанзе с высоким айкью обсуждали или человека!? Я не знаю как мистер Бэнджер умудряется укрывать от всего этого Джека, — лежа распластано на кровати, она смотрела в потолок со злой досадой выговаривая каждое слово. Чертова власть при которой исследования каждого нового витка магии казалось неэтичными, а вот так вот потрошить словами, а то и действиями сознательного человека, стоящего между обычными людьми и магами, это да – дело первой необходимости. Даже здесь скользит это разграничивающее – если не маг и не человек, значит спускайте на него всех собак! И как Джек после такого хочет спасать этих идиотов с обеих сторон? Даже не говоря с ним эти три месяца и так понятно, что этот упёртый баран ещё держится в своих намыленных блестками суждениях. — Все из-за его хотелок! «Я стану крутым, все будут меня уважать» – чушь! Не обкалывали бы как нарика, если бы не кидался такими словами! — тут Джулз встала и яростно скинула с себя пиджак и рубашку, пропуская немного удивлённый взгляд Эммы, пробегающий по довольно мускулистой спине. Мышцы совсем не портят ее женственность, наоборот талия выглядит острее, а бёдра больше. — Я не думаю, что дело только в этом, да и ты сама знаешь, — попыталась встать на сторону брата Эмма, от чего получила только цоканье. — Не знаю, не хочу знать. Я уже итак разочаровалась во всех этих придурках в люксовых костюмчиках, типа высший ранг даёт им право не следовать морали, — причитая про себя, но так чтобы слышала и Эмма, Джулз скинула длинную складчатую юбку, оголяя подкаченные бёдра и икры, и в одном белье зашла в душ. Шатенка подсела у двери и, сильно сцепив руки, нерешительно сказала, — Я боюсь... а если Джек попадёт в центр и Хранители захотят избавиться от него, первый и второй самые… могущественные, думаешь, до них весть о Джеке не дошла? — А я всегда первого лапочкой считала, он как самый святой из отцов… А думаешь об этом кто-то ещё не знает? В смысле из крутых, все, начиная с высших магических рангов, осведомлены об этом идиоте, — раздался звук воды, но Джулз продолжила, — мои родители так вообще об этом всем знали с самого начала, прикинь? По началу они смирились из-за кандалов на Джеке, а теперь как и все вторят одним голосом, что либо Джека нужно на образцы раздать, либо, блядь, дождаться пока он все же не обратится как оборотень в иного и тогда просто грохнуть… Сука! Из ванной послышался грохот и Эмма в панике распахнула дверь, чтобы помочь подруге. А та, задумавшись, не скрывая своих округлых подкачанных форм, стояла в кабинке со сломанным краном в руках, разъеденным ее кислотной силой. Не жидкой кислотой, а губительным касанием. Джулз перевела взгляд с хорошо читаемым предложением в глазах на заалевшую Эмму, — Давай ночью проберемся в комнату Джека, — и даже не вопрос – сейчас шесть вечера и ее единственный на этой неделе выходной, но она не прочь отдать сегодняшний сон встрече с ледяной занозой. — … Давай, — на одном выдохе выдала Эмма со вспышкой радости от предстоящей встречи, секундным сомнением и неуверенностью в исполнении плана, а после прошедшей мимо подруги, что не потрудилась чем либо прикрыться, с ещё больше покрасневшим лицом. *** У него хорошо получается придерживаться расписанию учеба-тренировки-сокрушение – прямо для него прописано… последнее же приходит в обычную для него норму злостной самоиронии, так, посмеяться над собой. Жизнь под прикрытием была такой…обычной – действительно, забываешься в этой подростковой рутине, наполненной радостью и магией, и не в счет окружающих людей, что время от времени выделяли его из толпы: с лицом повезло и магией не обделён (если так можно сказать)… да он сам любил повыделываться. А теперь думать – действительно ли сейчас все так плохо? Новому ему до лампочки, только после окончания действия сыворотки начинается переосмысление всего дня – каждое слово, каждый взгляд кинутый на него от незнакомого сокурсника или даже до боли знакомого… человека. Теперь явно не друга. Утро наступало, и вместе с иглой под кожу в него внедрялись промёрзшие корни равнодушия, начинающие душить под закат. Он любитель пиздеть даже себе, что не страшно. Нет. Ему нет, а всем остальным должно, это ведь он тут на седативных – а Гарри Поттер не сумасшедший одиночка на вечность запертый в чердаке… Но правду мистер Сноу говорил – от усталости меньше мыслей… по крайней мере они не выедают мозги лавой. В тренировках появился ещё один плюс. Джек сидел на кровати со скрещенными ногами и смотрел на единственную деталь в своей комнате, которой он удосужился обозначить своё присутствие – обычный плакат с млечным путём, прогонятый под десяток фильтров. Сама картинка служила заставкой песни, которую он любил слушать с Эммой, дурёха на день рождения выпросила автограф певца на обороте плаката. Он перерос, песня надоела обоим, но приятно вспоминать до смешного гордое и одновременно пристыженное лицо сестры, когда она вручала этот презент ему. Дозу всё снижают, значит и эффект будет длиться меньше. Первые месяцы было тяжело – абсолютное непонимание всего менялось на десять часов тупой мути и боли и не физической, а… ментальной? Херня в общем творилась. Ощущение того, что ты сам как мутное притупленное стекло, через которое хрен что видно. И злости не было. Блядь, нет, была, хорошо у него вещей не так много, но камни на стенах всмятку, будто запоздалая на десять часов реакция, и вместо сна – психоз в подарочной ленте. Сейчас он в контроле. Это ли называется скачок осознанности? Гормоны не бушуют, скоро и медетировать начнёт. Словит дзен и станет Буддой! Или кто их ловит? В современном мире это бизнес-буддисты. В голову полезли воспоминания о буржуе с позолоченными подошвами… а может они из чистого золота? Приятнее после отходняка вспоминать ночью подобную смехотворную мелочь, а не самих людей. И Монти… уже не так страшно вспоминать его пугливое выражение лица. В первые разы он видел слёзы и стремительно темнеющие волосы, а сейчас… смазанное пятно, ведь в предпочтениях даже не смотреть на… друга. Только Калеб удивляет своим спокойствием, но даже этот душевный гризли был настороженным при первой встрече после «радостной» новости. О-о-о.. Он для всех тогда представлялся бомбой, которую не успели утилизировать во благо общества! Клод не изменял себе и с чистой душой выказывал ему все своё недоброе отношение, лишь Калеб его останавливал… и зачем спрашивается. С окна доносился шорох и только на секунду Джеку показалось, что это не звуки ветра, просачивающегося сквозь листья и тонкие ветви громадных секвой. «Чисто гипотетически это может быть наёмнный киллер, ждущий пока я засну», — мысль резвая и даже веселящая, ведь приход сна ждет и он сам. Хотя это может быть белка, которая ускакала от него на уроке имитации года три тому назад…Не получилось у него создать беличьего клона из магнитных волн, хотел изо льда, но якобы слишком низкий уровень. А так хотелось сделать двуглавую белку! Неудача. Она пришла мстить. Ее точно могли натравить силой мысли, либо это осознанная месть… Джек со вздохом повернулся к окну, уже по полной раскидывая ставки на белку и киллера у себя в голове, подойдя ближе, он не ожидал увидеть промелькнувшие чуть вдали два знакомых лица, что тоже заметили белый силуэт в окне. *** — Ай, спина! — прошипела Джулз, приземлившись с окна на пол. Эмма же сморщено потёрла ушибленное бедро и приняла протянутую руку Джека, чтобы встать. — А мне свою белую культю подать? — тихо возмутилась старшая девушка. — Что вы тут делаете? Как смогли проскочить мимо охраны? «Держи мину ровно, перекошенное лицо при виде единственных подружек сейчас не в моде и не в твоей прерогативе, тряпка!» — быстро проморгавшись от… жжения он ждал ответ. — Понимаешь, мои учителя просто души во мне не чают. Так что иногда я могу попросит совсем простую безделушку… по типу камня пространства. Ну и ещё пару тройку моих умений имитации, мимикрии и всего понемногу… Джек засунули руки в карманы, переводя взгляд с немым вопросом на Эмму. — Мы ещё попросили мистера Сноу немного нам помочь… — тихо с опущенной головой, подобно провинившемуся щенку, пролепетала сестра. — Зачем ты ему сказала! Учитель лишь немного поучаствовал в нашем плане, — фыркнула Джулз и встала без чьей либо помощи. Она отряхнулась и элегантно прошла вглубь комнаты, попутно толкнув Джека плечом. Каблуки в пять-шесть сантиметров всегда делали ее выше беловолосого Фроста, сейчас же в кедах горделивая девушка была с ним на равне, что вовсе не мешало включать режим познавшей всё старшой. — Козел ты, Джек, — твёрдо выдала Джулз и нахально села на его кровать. — … не поспорить — полуухмылка трещиной расползлась по лицу. Джулз промолчала, хотя ее поза стала неуловимо расслабленнее. — Как ты? — послышалось тихое со стороны Эммы, что взяла его за руку. — Передатчик генерирования сомнительных идей и мыслей сломался и теперь в моей голове каша… хотите поговорить о Свейских женщинах-руководителях, нам многому у них нужно поучиться… — Ты нас игнорировал три месяца и не попади мы сейчас к тебе, то и взгляда бы не удосужились… — разочарованно проговорила Джулз, заставив тут же замолчать Джека. На лице подруги боль, грусть, усталость, но не злость и от этого хуже — волнуется она, а стыдно ему. — Я знаю, что так надо, но… это расстраивает. Знаю, что тебе хуже и этот юмористический мусор у тебя уже на автопилоте льётся, — светло-карие глаза смотрели на него с…жалостью как и темные глаза сестры, что сжала его руку сильнее, а мутированная форма самопрезрения дышала прямо в затылок. — Сейчас мне лучше. Привык уже, просто… — как назло, в голове все вертелось, но до языка не доходило. Даже правду не сказать, он сам не знал что с ним, — Если попаду в центр, то будет проще, по крайней мере моей голове, а то скоро у меня расцветёт либо биполярка, либо ДРИ. — Два месяца осталось до твоей самоидентификации как топового мага. Не хочется этого говорить, но…ты сможешь, — как бы нехотя, но с улыбкой сказала Джулз. Ее лицо окончательно расслабилось, видимо ожидала увидеть катающегося по полу припадочного, а не почти обыденного друга. Повезло она не влезла в его комнату месяц назад… так бы оно и было… тогда холодная вода, стекающая по волосам, казалась… сухой – песок, что впитывался в кожу и застревал в ломанных ногтях. А охранники были не за дверями, а внутри. Все ещё держась за руки с сестрой, он подошёл к кровати, и с тихим смехом Эммы они втроем рухнули поперёк серого покрывала. — За дверью три охранника, — факт от него номер один. — Как Эмма и говорила, нам подсобил мистер Сноу. Ты походу в его любимцах, — с хитрецой выдала Джулз, получив тычок в бок от Джека. — Джек, — тихо позвала младшая Фрост, ожидая его внимание, — Ты после отхода от действия уколов снова браслеты надеваешь, это же больно, — она указала на его руки. Дырки от игл стали чуть ли не сквозными, но особой боли не приносили, как бы он не стал мазохистом. А давайте ещё! — скажет так и прощай рассудок. — Ага, но в центре есть шанс их и вовсе не снимать, там колоть уже ниче не будут. — А если ты не понравишься Хранителям? Тут снова настала тишина, как будто его застали врасплох. Парень повернул голову к сестре, которая всем видом пыталась показать, что ей не страшно от представленного. На лице Джека появилась спокойная улыбка. Спокойная глазами сестры – не его. Для придания уверенности другим нужна собственная уверенность. Уверен ли он, что Легендарные примут его с распростертыми объятиями? «На то наша божья воля сынок, отныне ты Хранитель! И мы прощаем тебе твою никчемную жизнь!» — звучит слишком хорошо для правды, хоть бы не выгнали в первый же день… если он попадёт в центр. Парень погладил беспокойную голову сестры и снова посмотрел на потолок. — Сначала мне бы пройти отбор, а потом думать об этом! — фальшиво на веселе начал он, — Они обо мне уже давно знают, но я все ещё жив. Думаю, это хороший знак. Наверное Эмма заметила, что Джек специально отвёл взгляд, но промолчала, только придвинулась к нему поближе и схватила в кольцо рук. — Ага, тебе осталось не испортить ничего своим дерьмовым характером, — с какой-то безнадёжной полуулыбкой-полуухмылкой пробормотала Джулз и повернулась к нему лицом, кладя голову на обтянутую тонкой синей футболкой плечо. Он все ещё улыбался. Не мог удерживать взгляд ни на одной лучшей подружки, просто смотрел наверх. — Я ведь без блокаторов… Ему не ответили, услышали, но ответом было то, что они даже не дрогнули – все ещё стискивали его с двух сторон. А улыбка ещё шире, только глаза наверняка все выдают. Где-то в груди рос большой колючий ком, пережимающий легкие. То ли психосоматика, то ли каждая заглоченная жалкая мысль сейчас разорвёт его на ледяные осколки. Почему они с ним? За какие грехи им прописана дружба и родство с таким как он? Способна ли эта реальность его принять без окровавленной пасти, или это лишь идиотские мечты … **** Четыре месяца. — Опора на ноги, тебя сразу собьют, если не будешь следить за своими движениями. Не зацикливайся только на противнике, иначе пропустишь удар в спину. Молодец, отточил ледяную облаву, но не перестарайся – важна точность. Не выпадай из боя, концентрируйся и мысли на холодную голову. Не обращай внимание на лишние слова, но и не пропускай ничего во время боя. И, Джек…дыши. Он услышал последнее особенно четко – медленно выдохнул и затем вдохнул полной грудью. Плавно приземляясь напротив учителя. Охрана по всему периметру тренажерного зала. — Эмма пару раз обмолвилась о ваших родителях, не хочешь обсудить? — мистер Сноу подошёл ближе, чтобы лишние уши ничего не уловили. — Слышал, что все беды с головой идут с раннего детства и от родителей, но знаете, моя голова всегда была не в порядке, даже до того как я узнал о своей…патологии. Проблем с родителями у меня нет, это у них проблемы со мной, — от чего-то нейтральный тон Джека казался слегка приподнятыми. Быстро двигаясь из стороны в сторону, парень отрабатывал скорость и четкость. В физическом плане он был не идеален – не накачен и не силён — но компактная комплекция и лёгкость давали свои плюсы. — Как знаешь, я твой учитель – успеваемость мне важнее, — со вздохом сказал взрослый, — Сейчас тебе больше требуется не сбиваться с ритма, каждый всплеск магии может плохо повлиять на тебя без блокаторов. И советую не забывать о дыхании. Джек неуклюже остановился, тяжело дыша, на лице мало интереса, но взгляд исподлобья был направлен на взрослого. Мистер Сноу отошёл чуть дальше, внимательно смотря на навыки своего второго ученика. — Рин, ты тоже молодец, мне крайне повезло с такими талантливыми учениками, — довольство в голосе был показателем истинности слов. — Присядьте на скамейку, вы тренировались больше двух часов без перебоя, можете отдохнуть десять минут и снова по разным кругам. Джек, против тебя будет противоположная льду и ветру комбинация, а Рин с тенями проведёт мини спарринг с одним из наших учителей с магией светового покрова, — сказал напоследок старший и вышел из тренировочной. Оба подростка сели на разные концы скамейки. Парень молча разглядывал двух охранников в дали. Лица их закрыты белой маской, даже глаза были под белой сеткой, только их взгляды всегда устранены на него. Вечно сверлящий взгляд в спину, что невозможно не почувствовать. — У тебя нет перекуса, можешь взять, — Рин протянула маленький пакетик с овощами, вынутый из контейнера с веганским салатом.. Джек посмотрел на руку девушки, но не взглянул ей в глаза, только кивнул и потянулся за пакетиком. — Думаю, в спарринге с тобой у меня большие шансы проиграть, — тихо послышалось со стороны. — Не думаю, — честно ответил Фрост нейтральным голосом и откусил ломтик морковки, — Ты на шестом курсе, а все равно принята на отбор, хотя пускают на него с седьмого. Я видел тебя в деле, с такой силой удивительно, что тебя Жалгас Каливус не перехватил в свои ученики – он предпочитает магию, не связанную с природными элементами, а у тебя тьма, довольно впечатляет. — Не тьма, а тени, — поправила его Рин, что весь монолог глядела на Фроста. Тот медленно посмотрел в ответ на неё. Страха в ее глазах не было, как и всего остального, будто она тоже под психотропами – ноль эмоций. Тут в зал вошёл мистер Сноу с ещё одним учителем за спиной. Мужчина выглядел почти как святой дух, на то и маг со световыми навыками. — Перерыв подходит к концу, доедайте и продолжим. Рей выйдет на тренировку с мистером Свайтем. *** неделя. — Бояться тебе нечего, они устроят допрос и после инъекции проверят твои способности, — спокойным наставническим голосом мистер Бэнджер обратился к Джеку, видя его безмолвную нервозность. Но парню это несильно помогло. Сомнения ещё остались, как бы это… он никогда не был образцовым студентом… могут докопаться до этого: — Среди них многие меня недолюбливают, — хотя в его нынешнем состоянии это самая малость того, что он может вызывать у людей. — Недолюбливать можно кого угодно, но пойти против правил никто из комитета не может – они не всесильны. Только доказать свою вменяемость, да? «Я достоин быть среди людей и не в клетке с намордником!» Прокричу им так, и они закидают солью, приговаривая – не в клетку нужно, а под крест. — Запомни, не ври и ничего не преукрашивай. Судьи все знают. Даже если вопрос заковыристый, отвечай честно. Четверо судей из пятнадцати магов и шестьдесят магов-присяжных перед ним… Десять из них, к великому сожалению, преподаватели седьмого курса. Стараясь не сильно разглядывать, чтобы не разозлить, он незаметно выглядывал средь них мистера Сноу и нашёл – добрые голубые глаза мужчины помогли ему немного успокоиться. — По словам Рэфа Бэнджера, участвовать в отборе для прохода в центр было изъявлено с вашей стороны. Это так? Вопрос от престарелого судьи, что был в центре всех этих посланников доброй воли. Как говорится – Цель есть и путь появится. Немного не в тему, зато про него… ладно, нужно бы использовать другие фразы, но со стопроцентной уверенностью им не понравится ни одна. — Как и любой маг я хочу стать сильнее, — голову Джек держит прямо, но смотрит мимо комитета. И не то чтобы рамки фресок были интересные. — Думаете, это вам известность принесёт? — вопрос неприятный, лицо у второго судьи строгое, но в словах скрытая насмешка. — «Тебе же принесла, старый хрен» — на языке, а на словах, — Я гонюсь не за известностью, да и в магических кругах обо мне уже знают почти все. Лишь хочу стать тем, кто достоин доверия. «Инъекцию тебе сделают перед ними, чтобы доказать эффективность» вспомнились слова мистера Бэнджера. Побыстрее бы, он по ощущениям отвык от разговоров в своём нормальном состоянии. Фрост опасливо ждёт более несущие вопросы, стараясь сохранять невозмутимое лицо перед кругом людей, что со всех сторон как под микроскопом разглядывали его. Официальная Сервенская форма на нем как на амбассадоре великого училища уверенности не придавала. — По бумагам вы с девяти лет под наблюдением и за все это время ни разу не почувствовали каких либо нечеловеческих потребностей и контроль ваш не срывался. Блокаторов, выданных с тех пор, было достаточно, — главарь перечислял информацию скорее для своих товарищей, у самого старое худощавое лицо ничего не выражало от всех указаных фактов, но казалось недовольным из-за морщин. «Один раз сорвусь и вы мое прекрасное лицо прежним никогда не увидите, уроды» — Сколько держится на данный момент действие инъекций МD? Преукрасить не получится, так что Джек, с оттяжкой, но ответил, — …два с половиной часа, — сейчас учуют мясо. — Мы рассчитывали от трёх, — прям вгрызся, третий явно не в восторге от него, хотя говорит вполне сдержанно, в отличии от того же ядовитого турухтана. — Что ж ходить без блокаторов вы все равно не сможете, МDин показал результат выдержки вашего организма. — Также по нашим показаниям, вы во многих магических аспектах, что подвластны многим магам, недееспособны. Те же магические камни разных категорий на вас не работают и вы ими не можете управлять, это может сильно сказаться на вашем становлении мага высшей категории, — знакомым голосом добавил кто-то стоящий поодаль от судий. И как же забыть миссис Паркинс – женщина великой силы и ума, но лишь с зачатками эмпатии и человеколюбии. Характером походит на Жалгаса Каливуса, но с меньшими выкрутасами. Сколько веков сменилось, а все ещё есть маги, что питают ненависть к обычным людям. Знала, что сказать… от ее слов оставалось лишь стоять и молчать. — При всем моем уважении, — тут вступился за него мистер Сноу, — Но магические камни не самая важная, так сказать, ступень в усвоении. Сильные маги практически не используют их, и остальные умения в использовании волшебных руд практически ими не применяются, так что это не большой удар для будущего Джека Фроста. — Не вам решать, что является бóльшим ударом для мальчика, и его будущее также не в ваших руках, мистер Сноу. Вы являетесь заинтересованным лицом в участии Фроста, поэтому мы не можем полностью полагаться на ваши слова. А старая грымза взъелась на слова учителя хуже плешивой крысы на писк мыши. — Что же, мисс Паркинс, если бы не дела комитета, то я бы подумал, что вы наоборот заинтересованы в провале Джека Фроста, — сухо ответил мужчина, и обратился к главному судье, пока женщина хотела возмущенно ответить, — Мистер Грейх, у Джека достаточно недостатков как для начинающего мага, но на дальнейшее развитие это не влияет. Вроде старый глава слушал внимательно его учителя, но с таким же серьёзным лицом он слушал трёп той крысистой Паркинс. После предъявы двух сторон, он как ястреб бросил острый взор на Джека. Неприятно, — Покажите свои умения, — вместе с приказом, подозвав каких-то магов. Джек был, мягко сказать, удивлён. Без MDин? Главное не нервничать да? Без браслетов он тренировался, да, но мало ли… ещё и перед судьями. Они что-то замышляют? Насильно его обернут в иного? — Сейчас? — без надежды спросил он, нервно оборачиваясь на учителя и директора, только они лишь кивнули ему… думают, ничего не случится? — Иначе мы не сможем точно определить вашу готовность, — сухо ответил главный судья. Руки судорожно сжали края рубашки. Сделав пару глубоких вдохов, Джек последовал за вышедшими магами, что встали по среди зала. Нужно драться или нет? Что им показать? Троица в строгой униформе и опять в лучшей защите конфиденциальности – маске. Парень медленно подошел к ним, неуверенно смотря на главного судью. Тот даже с такого далёкого расстояния буквально всматривался в его глаза, жестом показывая подойти ещё ближе. Теперь между ними меньше метра, и двое магов протянули забинтованные в чёрные ленты руки. Только для чего? Смотря вперёд Фрост нерешительно поднимает свои руки. Его моментально схватывают за предплечья. Стараясь выглядеть не сильно взволнованным, он пропускает момент, когда к нему сзади подходит третий маг и касается плеч, от чего Джек слегка вздрагивает. Они проходят большими пальцами от начала ладони, где можно почувствовать слабую пульсацию, до середины предплечья мимо небольших ямок от игл, сдавливая места наиболее слышимого пульса, и Джека резко коробит как от удара высокочастотным током – обе руки прошило разрядом. он сгорбился от боли и третий маг, насильно сдавливая плечи, заставил упасть на колени. Высветилась система, что очень похожа на нервную, но то был магический поток, который нарушили эти маги. « — Маг отличается от человека своим резервом волшебных сил, что определяется по рождению, он не увеличивается и не уменьшается в течение жизни. Магическая система потоков крепко связана с определёнными генами, делающие тело устойчивее к собственному волшебству, равномерно распределяя силу в каждой клетке». Фрост стиснул зубы, корчась от боли при каждом вдохе, отчего его крупно трясло, а в глазах бился ритмом лихорадочный тремор. «У иных — один из ученных объясняя всю его суть с хлёстом указки указал на завихреватую схему, — … Наоборот. В больших случаях у них довольно большой резерв, но нет той крохи генов, дающих стабильность – их неустойчивая человечность насильственно меняется под магическими потоками, и толком несформировавшийся новорождённый уже никогда не сможет обрести разум, страдая вечно от боли и желания высвободить всю магию, а чем больше резерв, тем дольше это происходит, растягивая мучения от девяноста лет, до ста пятидесяти, — под конец самодовольный взрослый сдерживал улыбку при его испуганном виде». Издавая нечленораздельные болезненные звуки, Фрост перехватил руку одного мага и с прищуром глядя на того, начал замораживать конечность. На секунду кольнул страх и Джек вздернул голову на опешившего взрослого, взгляд немного прояснился, но из-за новой волны боли разжать руку просто не получалось. Что-то рокалывало каждый нерв или… не нерв – нечто схожее… «Ты нечто иное, Джек. В научном плане у тебя подходящий геном, но нет резева, и система магических потоков буквально проходит по незащищенным генам, из-за чего возможно их повреждение». Голова начала болеть и даже сжав ее в собственных тисках лучше не становилось. Вдруг снова содрогнувшись он посмотрел на свои руки. Освобожденные руки – его никто не держал. Трое магов стояли в трёх шагах от него. Дрожа и дыша через раз-два, он обнял себя и оглядел их. Вроде никто не лишился руки из-за него, за такое его бы точно не похвалили. Только глубоко внутри какая-то грязь была… зла. Он ведь не виноват, что родился таким. Почему все так сложно и больно. Он не хотел снова стать подопытным, но его снова мучают. Ради провероки? Видимо такова его участь, и слова Джулз о том что он ничего не понимает неверны, но лучше не понимать, чем пытаться ставить себя наравне с… другими – нормальными. Подавляя в себе эту ненужную злость, он смотрит на судей. Все они казались серьезными. — Джек Фрост, сыворотка МDин сработала на вас лишь на двадцать пять процентов вместо желательных тридцати пяти, — начал второй судья. В голове сначала не было ничего после услышанного, а потом накатила усталость, как бы это он сейчас не свалился перед ними, что подтвердило бы их наилучшие суждения о нем. Но главный судья продолжил, — Однако вы на приемлемом уровне переносите ментальную и физическую нагрузку без блокаторов и с остаточным в крови MDин, поэтому… вам допущено участие на выборе тридцати лучших. Натянутая до предела за все это время струна просто порвалась, жаль фейверка нет. Теперь осталось отпраздновать, рухнув на кровать. *** — А вот и великий день, демонстрирующий действительно великие достижения наших учеников. Сильнейшие тридцать юных магов, что покажут наивысшие результаты, будут представлять Сервен в центральном континенте среди таких же отобранных из других школ. Вы сможете стать ещё более сильными под покровительством могущественных магов всех времён и даже самих Легендарных Хранителей! — голос, что пробирал до костей и заставлял вскипать кровь от ударного уровня адреналина. Начиная с седьмого курса и до девятого было отобрано шестьсот претендентов. Три колонны учеников, тянущиеся вдоль всего отрядного зала, и он в самом конце отдельно от всех с двумя стражами за спиной. Великие семьи, дети которых участвуют на отборе, и сильнейшие северные маги располагаются выше – на антресольном этаже. Они смотрят не на своих детей и потенциально сильных преемников, а на Джека. С другой стороны от них орава учеников-болельщиков-зрителей, пришедших на редкое зрелище. Он подняла глаза на ясное небо, заменяющее потолок. Было безветренно, но погода как и обычно не предрасполагала к теплу. Стражи держат кейсы с сывороткой, а на нем прилюдно с закатанными рукавами демонстрируют блокаторы. Волнение за все эти месяцы как-то пропало в том смысле, что выпелиться как-то не хочется. — Теперь, господа, стоит напомнить, что впервые за все существование Сэрвена, будет участвовать иной, — крики сверху утихли, все взгляды направились на Фроста, — Известный всеми нами Джек Фрост, внимательно смотрите господа – иной что по прошествии восемнадцати лет так и не трансформировался в чудище. Исключительность, что может помочь науке и всему миру. Он равнодушно отыгрывает отведённую ему роль – поднимает руки и стражи перед всеми снимают ему кандалы. При виде игол, выходящих из тонких запястий парня, никто даже не шепчется, но стоило блокаторам звонко упасть на пол, так все ахнули и многие даже пытались отойти подальше «вдруг рванет» – вот что было ответом их реакции. Поубивает их всех и замурует во льду… этого ждут? Даже смешно как-то и представляется довольно четко – как вторая картинка перед сетчаткой. Только за своё сразу взялись стыд и вина остужая голову за подобное лицемерное наваждение. Фрост встряхнул белыми волосами, отгоняя лишнее. Мысли под блокаторами крайне труднодоступны в прочтении, и как бы он сам не хотел их слышать, трудно держать все в узде, ведь у каждого кора мозга подкидывает что-то омерзительное. Продолжая весь этот спектакль, стражник вытащил шприц и поднял вверх, чтобы все разглядели ядовитую жидкость внутри. — Внимание, эта сыворотка не даст Джеку Фросту обратиться в иного! — громко и твёрдо прозвучало со стороны. Действительно, нафига запариваться с объяснениями, лучше как чудо-лекарство преподнести. Ощущения стали не такими губительными как в первые разы, но голова все равно кружилась. Мысли начали растворяться. — Отбор в эту пятилетку будет самым запоминающимся, и мы его начинаем! — громкое объявление перекрыли крики тысячи, предвкушающих захватывающее зрелище, зрителей. *** Темно-серый ринг колоссальных размеров, без ощущения нахождения в помещении. На ринге три пары соперников и всего выходов у одного участника три. При двух проигрышах, проход в тридцатку невозможен. — Следующие на очереди Эджин Энгрид и Филистина из рода Вайдерен! — раздалось рядом с местом, где сидел Джек. Судя по табло, где были вписаны имена, то он выйдет в этой части ринга, а не в другом конце. Парень без рода, значит из простой семьи. Внешность змеиная – особенно разрез глаз с вертикальными зрачками, исключительно по внешним характеристикам можно понять, что ему многое пришлось услышать, перед тем как попасть в Сэрвен. С противоположной стороны было смуглая девушка с перебинтованными руками поверх защитного темно-синего костюма. У неё был массивный пояс со звенящими маленькими шариками. Значит мэйкер – так называли созидателей. Услышав хлопок, что дал старт поединку, оба противника кинулись навстречу друг другу. Девушка сразу сдёрнула один из шариков и увеличила в руках – стала видна железная текстура шара, которого со всей силой впечатали в землю. Железный шар начал то ли плавиться, то ли его прессовало давлением, но он стал плоским и начал впитываться в пол. Когда Филистина подняла голову, то в ту же секунду получила ногой в лицо. Чуть не потеряв координацию, она схватила вторую ногу парня и повалила того прямо в проломленную шаром дыру, отскочив в сторону. Змеиный парень не успел встать, со всех сторон начал ломаться пол и огромные железные зубья проломившие плиты изнутри, капканом захлопнулись, накрепко держа парня. Большая медвежья ловушка, что не дала противнику даже воспользоваться способностями. — Победитель Филистина из рода Вайдерен! — прогремело на весь ринг. — Следующие на очереди Камди из рода Рейчер и Грейдер из рода Флоренс! — Отдельно от всех как волк одиночка ждешь своего имени? — Джулз подошла ближе, посмотрев на стражей, которые переглянулись, но пустили ее. — … Мы можем встретиться на ринге, зачем пришла? — пустым взглядом он все же скользнул по облику синеволосой, что подкачалась в сравнении с прошлыми месяцами. — Грубиян бесчувственный. Учти, если в одном из трёх раундов ты попадёшься мне, то пеняй на себя. Мидджент не особо огорчилась от слов друга, понимая ситуацию, но не услыша в ответ толком ничего, схватила Фроста за руки, — Ты слишком смазливый и тощий, чтобы тебя бояться, так что не строй из себя невесть кого. — Твоя поддержка всегда была неповторимой, — пробормотал Джек и, подумав, добавил, — Спасибо. — Рада слышать не задушенные сывороткой нотки старого Джека. Калеб и Эмма, кстати, передают привет, — с улыбкой сказала Джулз и указала пальцем на верх. Джек незаметно дернулся, отчего-то не хотелось поднимать голову. Но… осторожно посмотрел вверх, откуда ему махали двое – Эмма с застенчивой улыбкой подняла обе ладошки, а Калеб упёрся лактем об нее и что-то весело кричал, только плохо было слышно… — Говорит, что ты крут, — Джулз резко сократила расстояние и обняла его, — Я тоже так думаю, поэтому отставать не буду, — отстранившись, она напоследок взъерошила его белые волосы. — Следующая на очереди Джулз из рода Мидджент и Эдвард из рода Чейн! — для парня зов прозвучал резче обычного. Джулз встала и хотела уже уйти ближе к полигону, но Джек схватили ее за руку и развернул к себе. Он уставился прямо ей в глаза, не выражая тех странных эмоций, что пытались пробить щит в голове, а за ним всполошённые стражи, не ожидавшие, что парень резко сорвётся с места, — Ты сильная, — ёмко и без воодушевления, но с констатированием факта и как поняла Джулз, это предел для нынешнего Джека. На ее лице сначала промелькнуло удивление, что потом сменилось легким румянцем. Она хмыкнула и потянула его за щеку, чтобы ледышка ее уже отпустил и не нарывался на мрачных стражей за спиной. — И без тебя это знаю. Все, я пошла! Держа щеку рукой, Джек подошёл ближе к рингу, чтобы внимательно наблюдать за поединком Джулз. *** Проигрыш, серьёзная рана даже в костюме. Фрост застыл статуей, наблюдая, как бессознательную Джулз уносят на носилках. Он видел как воздушные ленты, как бы она не сопротивлялась, захватывали ее в жёсткие тяги. Как она болезненно кричала, схватившись за голову одной рукой, а другой так и не смогла выпутаться из лент. Тому парню тоже от Джулз досталось, кислота почти разъела защитный костюм. Почти… не успела, умея разъедать все кислотой одним касанием, а теперь умея использовать подобную силу на расстоянии, она не совладала с этими лентами из воздуха, что спасали своего владельца буквально от всего. И даже силой пробить их Джулз не смогла. Джек стал глубоко дышать, чтобы закравшиеся в грудь нечто тяжелое и тёмное растворилось в холодном паре. — Следующие на очереди Джек Фрост и Саймон из рода Морнис! Фрост продолжал смотреть на Джулз, пока носилки с ней полностью не скрылись из виду. Один из стражей начал поторапливать его, подталкивая к рингу. — Живее! Он встал перед напольной полосой, что засветилась и прозрачная защита над всем рингом спала перед ним. Впереди был шатен, из под опущенной челкой смотревший на него острыми голубыми глазами. Три секунды и… хлопок. Джек стоит и наблюдает за названным Саймоном. Тот тоже по началу не двигался, но потом медленно сделал несколько шагов и остановился в трёх метрах от него. — Чего встал? Белые ходят первыми, — не выплёвываемые ядом слова, но за каждым из них скрытая угроза. И в правду. По обе стороны от Фроста появились два ледяных шипа, которых пулей направили в сторону противника. «Не показывай все козыри в начале боя и узнай способности противника» — первое наставление учителя. Шипы не долетели до цели – будто самоуничтожились в полуметре от шатена. Только резкий красно-оранжевый поток был виден сквозь уничтоженный лёд, а голубой в глазах Саймона пылал светящимся красным. Лазер из глаз. И сильно заряженный, раз так быстро пробил прозрачный лёд. Тишь в голове Джека, благодаря МDин, спасала. Без этого белый парень вспомнил бы за секунду под десяток матерных выражений, описывающих способности недо супермэна. В голове промелькнули воспоминания, где на веранде во время обеда, некий парень прожег лазером камень насквозь и похвастался дружкам, при этом не попадя в глаза проверяющим, следившим, чтобы способности не использовались в местах помимо класса и под надзором учителей. Тогда Джек мало обратил внимание на него и прошёл мимо. Тот был из восьмого курса, судя по их разговорам. — Теперь моя очередь нападать! — крикнул шатен и прыгнул… взлетел. Фроста резко сжали за горло и подняли вверх. — Ты какой-то немощный что ли… — цыкнул Саймон и со всей силы кинул Джека вниз. Только с грохотом он не упал – Морнис проглядел летательные способности Джека, плавно приземлившегося на пол. Как переключенный на режим hard тот перестал играть и начал атаковать лазером из глаз. Фрост быстро возводил ледяные стены – через неполные полминуты их разбивали лазером. Скорость стала ещё больше благодаря ветру, но это не сильно помогало, а быть спиной к противнику было довольно опасно. Ледяные стены становились все толще и больше, даже закрывая вид для некоторых зрителей и мешая сопернику добраться до Джека. — Лёд против меня бесполезен, ты хоть сделай его в размером всего полигона, я смогу его пробить! — раздраженно крикнул Саймон сверху, но в него резко влетел ледяной осколок, что порезал бы ему глубоко щеку, если не защита, — Сука… — точно оскорбленно прошипел тот. Не тратя время, Джек ударил сильным потоком ветра по огромному ледяному нагромождению в половину ширины ринга, и она повалилась на противника. Это его явно взбесило, — Сука, сука, сука! — летел и прожигал лёд, только толщина уже была нешуточной, наконец сделав сильный раскол, влетел туда и снова кинулся на Джека. Фрост увернулся и взмыл с ветром. Руки начали потряхивать от количества льда, которого пришлось использовать только как щит. Нужно увеличить плотность, чтобы все не разбивалось слишком быстро и заблокировать движение взбешенного парня. «Бой не затягивай, нужно все делать быстро.» — второй наставление учителя. Только придумав план, Фрост получил лазером по торсу и отлетел больше чем на сто метров. В глазах все потемнело от боли, казалось что ему выжгли все органы, слишком горячо даже с защитой. — Знаешь, — прокричал тот с высоты, — У меня есть младший брат, который родился без магии, как бы…человек. Смешно да? В роду магов и человек, — тихо посмеялся Саймон, — Родители успокаивались тем, что он хотя бы не иной, а я наоборот думал, что будь он иным, было бы даже лучше, ведь умер бы с магией в жилах, — хищно сказал он, снова сверкая красными глазами и назло паря прямо над скорчившимся беловолосым. Джек не слушал его. Тихий свист эхом разнесся по разным сторонам и это вмиг насторожило говоруна. Стоило ему прислушаться и понять с какой стороны издаётся звук, шквал ветра из ледяных крупиц снес его в противоположную от Фроста сторону, сильно вбив в ледник, и порыв не становится меньше. Саймон не мог открыть глаза или взлететь, и пока это было так, Джек возвёл огромную ледяную пирамиду из льда с крайне высокой плотностью. Недостаточно, но должно выдержать. Сколько бы тот не кричал – слышно не было, правда глаза шатен все таки смог открыть, испепеляя льдинки, что попадались вблизи, только не мог полностью отделаться от сильного ветрового напора и уплотненного льда. Выжигал, но Джек добавлял слой все крепче, стараясь не потерять концентрацию из-за боли в груди. Это мало. Результат высокий, но будь его противник поумнее, со своим лазером давно бы победил. Перестав увеличивать толщину, он начал понижать температуру внутри пирамиды. Саймон поначалу выжигал весь холод, но его конечности, защищённые костюмом, стали замораживаться, принося не лучшие ощущения. Начался отсчет, Морнис слышать каждое число, идущее на убывание, и если он не сможет выбраться в течении тридцати секунд, то проиграет, – лицо исказилось ненавистью. Только Джек не ослаблял напор – защитный костюм в некоторых местах шатена начал сыпаться, вымораживаясь под льдом, что не сулило ничем хорошим и за этим внимательно наблюдали стражи. Пятнадцать секунд и Саймон уже не пытался выбраться, а судорожно защищал свои покрывшиеся тончайшим льдом ноги и руки. Пять секунд и сам Джек резко ослабевает напор, понимая, что с повреждённым защитным костюмом тот и откинуться может. — Победитель Джек Фрост! — криков и оваций не было, только тишина. Фрост, тяжело дыша, медленно развернулся и прошёл к выходу. Как только вышел за ринг, огромная пирамида рассыпалась на мельчайшие кусочки, высвобождая проигравшего. А перед ним мистер Сноу. — Первый бой и победа, поздравляю. Не ранен? — учитель осмотрел ученика и заметил, как тот держится за верхнюю часть живота, — Джек? Парень убрал руку – близко к рёбрам прожжённая защита и покрасневшая кожа. И все же стоически молчал о жжении. — Нужно проверить, я отведу тебя в медпункт, как раз повидаешься с Джулз. — Нет, не сейчас... Я…хочу провести второй бой сегодня, — четко ответил Джек, зная, что по правилам это вполне возможно. Мистер Сноу ответил не сразу, только спустя минуту подошёл ближе к ученику и сказал, — Сначала направишься к целителям, если серьёзных травм они не выведут, я обращусь к наставнику твоего второго противника с просьбой провести бой сегодня вечером, но не раньше. Джек глянул на учителя снизу вверх и кивнул. *** — Кто поставил тебе в пару этого психа! — Жалгас Каливус негодовал. Мерзавец многое смог перенести, было дело, стоило и вовсе от него избавиться, повредив блокаторы, тогда бы не задержался на долго в Сэрвене. Только не по силам это было, уж слишком Рэф Бэнджер печётся об этом недоразумении. А теперь как разросшаяся грибница, белый мутант имеет возможность пролезть в средь сильнейших юниоров! — Учитель, думаю, я справлюсь, — Элла сказала тихо, чтобы не разозлить мужчину ещё сильнее. — У тебя только что прошёл первый поединок, благо выигрышный, но на сегодня второй ты не потянешь, — со сталью в голосе тот ответил на глупые высказывания ученицы. — Но, мистер Каливус, я почти не получила ранений, мне даже к целителям не нужно, — больших сил стоило не пойти на попятную встретив ядовитый прожигающий взгляд мистера Каливуса. На лице мужчины играли желваки, но все что-то молча обдумывал: — …Хорошо, мы проведём бой сегодня, но помимо основной магии молний ты будешь использовать зачаровывание, понятно. Откладывать не имеет смысла, если Элла проиграет, есть шанс, что один из его учеников все же получит чистые три выигрыша. Девушка удивилась, но сразу закивала: — я… все сделаю. *** Джек уже стоял в противоположной стороне ринга, отрешённо скользя взглядом по общей картине, и только на секунду задерживая взгляд на своей сестре, что показывала ему два больших пальца. Элла Грен, все также виляя косой, ступила на ринг с непроницаемым выражением лица, дожидаясь начала. Три, два, один и… Интуиция Джека резко показала красный и повинуясь своим инстинктам, он дёрнулся назад… только ничего. Не получается ни сдвинуться, ни взлететь. Опоздал. На него со всей скоростью надвигалась Элла. Чтобы не тратить время, он решил использовать лёд – прямо вниз по ногам и полу, сбивая девчонку. Двинуться все ещё не получается, но плиты изо льда быстро блокируют движения противника. Видимо, вместе с зачаровыванием она использовала что-то ещё, теперь Джек не мог легко снять заклинание. Она явно начала свой гипноз раньше, чем прозвучал старт, только это уже мало на что влияло. Стоя посреди ледяной ограды, Элла не выглядела испуганной или нервной. Лишь в первую секунду, а во вторую лёд в крошку подорвался молниями, не мешая ей добраться до Фроста. Ему удалось сдвинуть одну ногу, но не более. Пока оставалось только ограждаться дальше и спустить на Грен ветровой шквал. В момент построения плана Джек почувствовал, как правое плечо прострелило резкой жгучей болью – одна молния достигла цели, но после вспышки удалось вырваться из оцепенения и ринуться в сторону, скрипя зубами, чтобы заглушить дикую пульсацию. Фрост взмывает вверх и на ходу создаёт мутные ледяные пластинки вокруг себя. Элла решила использовать натиск со всех сторон, создав наэлектризованные смерчи, что стремительно приближались к Джеку. Он вытянул левую руку, чтобы заморозить их, только один из них потух, а затем тёмным дымом появился прямо перед ним. На этот раз молния попала в ногу. На автомате Джек выгнулся назад и пролетел затяжное сальто над половиной ринга и приземлившись на колено, заморозил толстым слоем всю часть ринга, на котором они сражались. Зрение расфокусировано от сгустка дыма, попавшего в глаза, но это не мешало подморозить пульсирующие раны. Элла держала спокойствие, только ее настороженность видна в каждом натянутом движении. Два стука по льду и под легкую, но ощутимую вибрацию возникли миллионы шипов, что делало передвижение невозможным. Они оба могут создавать магию на расстоянии, в отличии от прошлого соперника Джека. Это все усложняет. Остаётся идти менее филлигантным планом. Грен начала бомбить все молниями, освобождая себе путь, но глубокий лёд было трудно сломать, исчезали лишь шипы, которых с каждым ее шагом становились лишь больше. Сам Фрост тоже не мог быстро передвигаться, наверное ток многократно проходил по всему телу, задевая голову, отчего чувствовалось головокружение. Боль и недомогание откинулось на второй, а то и на третий план, когда перед глазами вспыхнули желтые искры. Элла метнула в него одну из молний. Тщетно. Та, натолкнувшись на ледяную стену, рассыпалась искрами в полуметре от беловолосого. Когда Фрост посмотрел на оставшиеся отблески – стремительно отскочил назад. Из них вырвались сотни вытянутых огоньков, от которых он также успел защититься. От тиснения он оказался на самом краю ринга, за которым только магическая защита, а впереди – прямо надо лбом – тонкая электризованная игла. — Попался, — единственное, что сказала Элла, но посмотрев на Джека только заметила его опущенные глаза. Переведя взгляд вниз, куда смотрел парень, она увидела свои закованные льдом ноги. Чертыхнувшись, хотела быстро расколоть их, только нечто, промелькнувшее странным проблеском, вынудило поднять голову. Огромный ледяной пласт, просстилающийся над всей третью полигона, рухнул вниз. — Победитель …! *** Крупицы пылинок кружились под ранним светом лучей, пробирающихся сквозь зашторенные окна медкабинета. Фрост отстранённо наблюдал за ними, стараясь заглушить поток самовыпелительных мыслей. Пробуждение, увы, не было сказочным. Скорее как проснуться от кошмара, все ещё находясь в кошмаре. Голова раскалывалась, единственное, что помнилось, это побеждённая гордость. В первый раз победа была не чистой, как бы он не желал выделиться, а во второй…что произошло, кто победил? Он никогда не сомневался в своих силах… по крайней мере это было в малых трёхбалльных колебаниях, а теперь… рекордные двенадцать по шкале Меркалли, дерьмово в общем. Послышался щелчок двери – оказалось это мистер Сноу пришёл проведать своего успешного в бездарной трате силы дружбы ученика: — Как ты, Джек? — мужчина сел рядом с койкой. «Как растоптанная своими же лапами многоножка» — Отвратно во всех планах. Кто…победил? — с надеждой спрашивая, он помнил разглашение победы, но очень смутно. По ощущениям будто на вечеринке его ударили стеклянной бутылкой…жаль не так, было бы веселее. — … Вы упали почти одновременно, Элла Грен получила достаточно травм в последний момент, но и ты неожиданно свалился в обморок, — не торопясь, ответил учитель, смотря в лицо ученика, что сменяло тысячи эмоций в секунду — Подсчитали все: и показанные умения и наличие травм. Ты знаешь, если идёт спорный вопрос, то вызывают наставников. Ты действительно показал хороший результат, но, — тут проскочила пауза, — Были сильные споры с огласовкой победы, если бы директор выбрал тебя, то это бы подорвало и так шаткий нейтралитет. Мистер Бэнджер по словам учителей много раз выказывал свою лояльность к тебе. Стоило ожидать – для тебя многое ужесточилось, видел ведь, что половина учителей состоит в комитете. А Рэф Бэнджер не может состоять в нем, из-за своего поста директора единственной магической школы севера. Джек понятливо кивает: — Значит проигрыш… Это каким кретином надо быть, чтобы считать, что все пройдёт глаже масла! А он ведь даже не думал о том, что его заветные три победы из трёх, которые помогут показать «авторитет» в центре, накроются медным тазом. Сколько раз нужно лохонуться для нормального восприятия действительности, и что это действительность его не жалует даже в самом дальнем углу! И что, блядь, делать? Как-то он устал разочаровывать и себя и других… Он же сука Элле проиграл, этой стерве, что в последнее время вела себя до смешного правильно – за весь бой только одно слово, он это запомнил, ха! Это точно не про неё. Мужчина легко встряхнул его за плечи, потому что видел, постепенное погружение в пучину мыслей, — … Элле была отдана победа, но это не твой проигрыш… лишь наша беспомощность. А ведь нужно отмереть и выдать что-то разумное, чтобы учитель не смотрел на него так виновато, он и так должен одним своим пребыванием здесь наставнику и дирректору: — Я обязательно выиграю следующий бой, даже если придётся собственные зубы сжевать, — не сильно разумная речь, но единственное вертящиеся на языке. Он материт ебанную Эллу и в особенности себя за слабость. Бесполезный, не смог продвинуться за весь этот год, хоть и пахал как лошадь. Только видать как лошадь со сломанными ногами – не выгодная сама себе ставка. — Джек, запомни, у тебя есть преимущество среди всех юных дарований, — мистер Сноу выглядел серьёзным, а сам Фрост чувствовал лёгкий пофигизм и в то же время захотелось смеяться от этих мотивационных речей. Разве такое говорят не полным неудачникам? Как по склонну скатился. — И какое? — вяло спросил парень. Сегодня его уже ничего не поднимет и не опустит. — Ты не имеешь резерва. Пока остальные познают свою максимум, ты будешь становиться все сильнее и сильнее, не имея предела в силах, — слова громкие, громче всего их диалога, чтобы до Джека дошло. Но только встречается мистер Сноу с крайне пустым и сомневающимся взглядом — Я скорее стану иным, чем буду вечно самосовершенствоваться — Это мы ещё посмотрим, — лицо взрослого блондина накрыла белая улыбка с еле слышимымой усмешкой, — И не волнуйся, следующего противника ты однозначно одолеешь. *** — Следующие на очереди Джулз из рода Мидджент и Рин из рода Акро! Джек смотрел на этот поединок с растерянностью, кто же знал, что последняя схватка Джулз будет именно с Рин. Подруга смогла победить в прошлом бою, значит этот будет решающим, но вот для другой уже все понятно, раз победила дважды, сейчас наверняка только за гордость рода бороться будет, хотя он ничего и не знает о Рин, казалось, что она из обычной семьи как и он. Акро… в школе узнаешь о всех великих магических родах. Может Акро просто не такие известные? Джулз начала первой, пол под брюнеткой разъелся ровным кругом, не давая сбежать, но та так и стояла на месте, просто наблюдая за соперницей. Когда Мидджент парой рывков приблизилась намного ближе, Рин грациозно прыгнула вверх и ее тень, упавшая на синеволосую, расширилась и полностью покрыла Джулз. Красные глаза засверкали, и в медленном прыжке два бледных пальца успели показать в сторону. Джулз резко откинуло, а Рин приземлилась на тоже место где и стояла. Она подняла обе руки, и тень, павшая на ладонь, завертелась в прозрачный тёмный шар, который стал осязаемым но все таким же полупрозрачным копьем. Мидджент раздраженно цыкнула на это новое открывшееся умение и попыталась издалека разъесть необычное оружие. Не получилось – сила действовала только на то, что можно коснуться, а копье из теней не было таковым. Тени выигрывали против разъедания. За пару минут тактика Джулз из агрессивного нападения сменилась на глухую оборону. И она с колким унижением это понимала, но сдаваться не стала. А Джек нервно наблюдал за всем, но также ловил восхищение с непоколебимой старшей подруги-почти сестры. Против настолько сильного противника она умудрялась блистать своей зрелищной силой – ведь никто ещё не смог так повредить защищённый полигон. Все на что падает тень Рин автоматически под контролем, поэтому Джулз не приближается к ней, все также увеличивая разъеденную площадь пола, тем самым мешая передвижению. Рин покрутила копье в руках, удлиняя его в размере и со свистом бросила прямиком в Мидджент. Та успела отскочить, но не заметила ещё два десятка подобных копий, что были нацелены также на неё. Благодаря натренированному телу ни один не смог поранить ее. Как в замедленной съёмке тень последнего пало на плечо и Рин, не особо жалея своего противника, сразу схватила Джулз в свой контроль. Акро не играется со своими противниками и использует все силы сразу, ведь вряд ли есть кто-то кому поможет знание всех ее запрятанных карт. … Слишком быстро. Спустя совсем уж малый промежуток с начала боя и его окончания Джек неверяще уставился на свою подругу, что задыхалась от теневых рук на своей шее. Почувствовав нечто странное, перевёл взгляд на Рин и сразу столкнулся со вспышкой красного в ее глазах. Как интуитивное неприятное, он знал, что она наблюдала за ним, даже когда смотрела на Джулз. Тихая и кроткая – этим напоминает сестру, но опасная, как бы не пыталась это скрыть, а она не пыталась. Проиграет ему, да? Сказала это, чтобы посмеяться это точно. — Победитель Рин из рода Акро! *** Раздался стук и дверь медленно открылась. Ночь. Джулз лежит на койке спиной к двери прижавшись лбом к стене. — Извини, — Фрост решил не нервировать подругу своим молчаливым появлением и перешёл сразу к делу. — За что? — Я пришёл к тебе только сейчас, — а мог ещё в первый день после отхода от сыворотки, но решился прийти только сейчас. На ее месте выгнал бы сразу. А может она так и сделает? Толку больше будет от парализованной мумии, чем от него – хотя бы тем, что не скажет лишнего. Ответом тишина, Джек стоял на месте, хоть стул и был рядом. — Как прошло? — вялое в ответ. Может Джулз все ещё плохо, а может просто не интересно и ее можно понять. Вот только он не ответил – не хочет ещё сильнее разбить ее. Та поняла и хмыкнула, — Поздравляю с победой. У нас обоих был проигрыш в одном из боёв, но ты смог пробиться дальше. — Тебе достались слишком сильные противники, — он опустил голову. Действительно сильные, а его последний бой, как и предрекал мистер Сноу, был даже чуточку легче первого, может потому что способности того чувака были не такими действенными против льда. — Это им достался слишком слабый, — сквозь скрежет ответила она. То как сжалась в комок под одеялом выдавало злость, хоть он не видел ее лица, — … Что бы ты сделал на моем месте? — Не двигался бы около недели, пропуская через себя все стадии принятия, — пожал плечами. — Ха, пиздишь. Джулз знает его лучше, чем он сам себя. Это точно. — Да, остановился бы на стадии гнева, пробрался бы в комнату Калеба, нашёл бы его заначку и выпил бы все, хоть на вкус это полная дрянь. Вынудил бы наставника провести со мной спарринг, да так, чтобы меня размазали по полу, а потом бы вкалывал пока бы меня не унесли вперёд ногами, — это, конечно, больше подходит под его простецкое «я». — Это так на тебя похоже, — послышался хриплый смешок, — Думаю, как взрослой мне нужно быть более благоразумной, — Джулз медленно села и повернулась к нему. Синие волосы походили на гнездо, а под глазами залегли красноватые тени. Джек решился подойти ближе, уже не напоминая о том, что между ними только три года разницы, но подуставшая и явно взвинченная девушка не стала церемониться – сразу схватила, как только он стал в зоне досягаемости, заставив сесть рядом и со вздохом уронила свою голову ему на плечо. — Я правда рада твоей победе и верю, что ты до конца сможешь отстоять свои права. — А я верю, что ты всем ещё покажешь как разъедаются кости твоих врагов, — уверенно сказал он, приобняв подругу за плечи. Сентиментальность приемлемого уровня, иначе большего уже будет фальшиво и не по их понибратскому духу. Двери снова открываются. — Мне сказали, что вы оба тут, — вошла Эмма, — Привет ещё раз, Джулз. Рада, что сейчас с тобой все хорошо, — она подбежала и обняла ее, а потом практически незаметно схватила Джека в свои тиски — Поздравляю тебя! — Спасибо, — он обнял ее в ответ. Один взгляд на радостную Эмму мог повысить уровень серотонина до приемлемого. Не в том смысле, что хочется скакать на единороге по радуге – у него выработался иммунитет. Хотя хочется надеятся, что из-за «MDин» он не станет хроническим пессимистом, иначе недолго будет до заказа какого нибудь блестящего надгробия. Хорошо сегодня был последний день введения этой хтонический сидотивщины. — Угадайте, кто пришёл с наше милашкой! — тут из дверей выходит Калеб и… молчаливый порозовевший Монти. — Я тут решил зайти и… — Решил зайти, ага, таскался за нами и ныл, что не может подойти ни к Джеку, ни к Джулз, — укоризненно сказал Калеб, смутив Монти ещё сильнее. Он смотрел с сожалением на Джека, хотя и страх читался в лице, но как либо злиться из-за этого Фрост не мог и не хотел. Не будет же заставлять с собой разговаривать после разглашения о не совсем своей человеческой натуре. Будь его воля, сам бы с собой никаких дел не имел бы. А розововолосый блондин лишь замялся словив добрый взгляд ледяного мага и после неловкого молчания решил сказать, — Поздравляю Джек. *** После провозглашения тридцати сильнейших учеников, время на сборы прошло быстро. С восходом солнца он попрощался с друзьями, с учителем и директором, который заключил его в крепкие отцовские объятия. Он должен этому человеку не по старость, а по всю жизнь, кто бы что ни говорил. Джек летел через океан на супер поезде, не уступающему самолёту, вместе с остальными учениками, наблюдая за мерцающей под солнцем синевой. Суша стала видна ближе к вечеру. Наверное разница в часовых поясах не большая – где-то в час или два. Как и говорил учитель, пейзажи тут красивые зелёные, но как бы ему оранжево все, что не фиолетово – из цитат о великих умах. Так что он огляделся, подышал и пошёл дальше, туда где скапливался народ. «Тебя представят всем сразу и огласят правила по которым никто не будет иметь право как либо пытаться нанести тебе вред», — то что сказал директор напоследок. Какие бы правила не придумали, всегда можно найти лазейку, правда Джека это не волновало особо сильно – найдут и найдут, он тоже не жертвенный агнец и руки развязать себе в этом деле сможет. В дали он видит серо-золотые ворота, расстояние однако нешуточное, даже отсюда видит, те побольше Сервенских будут, а за ними какой-то готический в своей архитектуре замок. Строят громадные сооружения для магов, потому что выгоднее нескольких поменьше? Типа магов мало, можно запихнуть всех в одну большую коробку. Хотя в этом что-то есть…за этим проще следить и если это так, то он может считать себя мыслителем с высоким рангом! Секрет всего мироздания с щепоткой политических интриг. Ух ты. Тут ему в плечо врезается какой-то здоровый хрен, прерывая ход мыслей своими орами: — Смотри куда идёшь, коза белобрысая! Сука, по больному. — Зубы спили, а потом рот открывай, грызун седой! — сразу ощетинился он, какой-то качек с кроличьими зубами ему ещё и портить весь funny день будет. — Ты охренела! — Уставился тот как на умалишённого. Себя что ли не видел или у них в народе все такие? Он не хочет прописаться здесь расистом, нет! Но вот этот… Джек скривился. Что за кретин. — Банниманд, это парень, идем, иначе от группы отобьёмся из-за тебя, — встряла какая-то девушка в сером. А как семейное имя ему подходит то, значит все такие, логично подумал. — Тц, и таких придурков терпеть придётся? — с боку подошёл на вид простой парень, — Я Джейми Беннет из запада, а ты? — улыбчиво протянул тот свою руку. Ей богу, парень выглядел наивнее и миролюбивее любой диснеевской принцессы и в росте средненькому Джеку уступал. Такие среди магов ещё есть? Стоп, не судить по внешности! Забилось красным. Он тоже не выглядит особо мощным, хотя никогда себя женоподобным не считал, просто тот кроличий мудила красивых парней не видел, не все же выглядят стероидными качками. — Джек Фрост из севера, — пожал он руку в ответ, странное приветствие – ему зашло. — По тебе видно, — улыбка стала ещё шире, так что Джек замялся от такого дружелюбия. — И по тебе видно… — вот тупой! — В смысле ты из запада, я бы… не сразу понял, но понял бы, наверное. «Завали свой рот, просто заткнись», — кричало подсознание, чтобы остановить весь этот аутистический приступ. — Ты клёвый! — забавно посмеялся в ответ Джейми. Хотел же не сближаться ни с кем. А то какой смысл? После его представления, которое наверняка будет с размахом, все со знакомствами отвянут сразу. Грустненько, но факт! Так что собрал сопли и отвернулся от человеческого хатико! Женщина в красных каблуках громко посоветовала идти за ней, спасая туго соображающего Фроста. Телепорт выглядел прямо как арка, всех сразу метнуло за ворота исполинского готического здания, где собралось немерено много народа. Не успеваешь за всем наблюдать, сталкиваясь то с одним человеком, то с другим. По тридцать учеников из четырёх континентов – как мини армия. Кого зарубить притащили? — Вы удостоились чести приветствия новых магов по праву высокого уровня от самих Легендарных Хранителей, — прозвучало с высокой арены Из него вырвался удивленных вздох как и у всех людей, что слышали голос. Что он говорил про то что с высокой долей вероятности Хранители его не возлюбят? Верните назад, он хочет блаженное неведение, а не как всегда! Страх не перекрывал желание увидеть хоть на секунду, понять реальные ли они. Как бы исповедальный поток не полился после встречи с ними. Но мысли сбиваются, когда он поднимает голову выше на арену – какой-то… что-то пробрало насквозь все тело – небывалый до немоты восторг. Они выходят в действительности боги этого мира. Как же это… Пятая, про которую он так много слышал и читал, в длинном тёмно-зелёном плаще, как фея. Четвёртый, о котором слышал байки от отца в детстве, был внушительным в красном еще и с длинной бородой, а летевший после третий будто был из миллиарда золотых крупинок. лица их закрыты странной тканью, как они видят? Даже в этом чудном мире от них исходит что-то мифическое. Немного погодя появились они. Второй и первый… Самые древние о которых мало что написано и о которых невозможно многое узнать. В чёрном одеянии и в белом. Взгляд Джека задержался на нем. На чёрном Хранителе, под тканью невозможно разглядеть лица, но… Фрост со свистом вдохнул. Только маги высочайшего ранга знают имена трёх первых Легендарных Хранителей, не то чтобы секретная информация, но не разглощающаяся везде. Однажды мистер Сноу сказал одно имя, а он запомнил. И теперь Джек смотрит на одного из великих Легендарных, что окружал себя каким-то иным веянием, каждое движение было более скрытое, но не менее статное. Питч Блэк. Золотые вставки не сверкали на чёрном плаще, будто тускнели под иномирной аурой. Второй хранитель повернул голову и казалось смотрел именно на него. Только глаза не видны…