Хаос во льдах

Прибрежный городок встретил их ленивым солнцем, распластавшимся по свинцовой глади воды, и криками чаек, похожими на истеричный смех. Воздух здесь был другим – густым, солёным, пропахшим водорослями, смолой и прелой рыбой. С одной стороны бескрайний, дышащий холодом океан, а с другой стеной подступал старый, дремучий лес, от которого веяло сыростью. Джек выпрыгнул из кузова грузовика и с наслаждением, до хруста в позвоночнике, потянулся. Девять часов тряски в тесной кабине, которые благодаря неуёмному энтузиазму Джейми начались с бодрой настольной игры, но закончились трёхчасовой матерной перепалкой с Астером, переросшей в классический мордобой «кто круче». Их благородное выяснение отношений прервали водитель и сопровождающий, пообещав, что следующее слово от них станет последним, и до места назначения они будут топать пешком, сцепленные наручниками. — Ну и дыра, — констатировал Астер, с отвращением стряхивая с рукава налипшего муравья. Его кроличья морда скривилась так, будто он наступил в кучу дерьма, — Хоть бы бар приличный нашли. Развлечься с девчонками, отдохнуть по-человечески. — Тебе придётся переплачивать, заяц, — тут же осклабился Джек, — С такой-то мордой за бесплатно тебя развлекать никто не захочет. — А тебя даже за деньги не пустят, — парировал Банниманд, сверкнув своими зеленющими глазищами, — Будешь клиентов отбивать, бизнес их похеришь. — Я в шлюшьи притоны не хожу, — фыркнул Джек, — Удел таких ограниченных приматов, как ты. — Я, между прочим, нарасхват, ледышка, — Астер выпятил грудь и провёл рукой по своим идеально уложенным патлам, — Эталон мужественности и красоты. — Эталон обезьяньей маскулинности, — поправил Джек, закатывая глаза. — Мальчики, — голос Эрзы прозвучал тихо, но с той убийственной интонацией уставшей мамочки, которая действует безотказно, — Хватит. Из второго грузовика высаживались другие группы. Фрост мельком заметил знакомый силуэт Рин, которая как всегда бесшумная и незаметная, скользнула в сторону вместе со своим отрядом. Их взгляды на секунду пересеклись. Джек вежливо кивнул и та ответила тем же лёгким кивком и отвернулась к своим. — Значит, работаем раздельно, — прокомментировал Джейми, проводив взглядом уходящую группу, — А я думал, мы все вместе будем. — У каждого своя зона, — Эрза пожала плечами. Разместили их в общаге местного рыболовецкого кооператива – длинном двухэтажном бараке, насквозь пропитанном запахом рыбы, дешёвого табака и устойчивой, вековой затхлостью. Джек, бросив рюкзак на койку у мутного окна, осмотрел свои новые владения. Вид, впрочем, открывался ничего так: серый, тяжёлый океан до самого горизонта, и тёмная, почти чёрная стена хвойного леса, подступающая к самому городу. Первую половину дня убили на формальности: встреча с местным главой, похожим на моржа с усами и одышкой, получение дурацких пропусков, разбор какого-то оборудования. Скука смертная, способная ввести в кому даже самого заядлого бюрократа. — Если я ещё раз услышу слово «регламент», — прошипел Астер, когда они вышли из администрации, — Я кого-нибудь телепортирую в открытый океан. Без спасательного жилета. — Обещаешь? — оживился Джек, — Можно прямо сейчас? Я подержу. — Тебя первого, Ледышка. С камнем на шее. — У меня лёд легче воды, дебил. Я не утону, а буду дрейфовать и махать тебе ручкой. После обеда их группу, наконец, отпустили на патрулирование южного периметра. Задача была простой: обойти вдоль кромки леса, проверить старые обережные столбы, отметить места, где магия истончилась до критического уровня. Прогулка для пенсионеров. — Весёлое местечко, — вяло прокомментировал беловолосый, — Прямо курорт… — А мне нравится, живописно, — мечтательно вздохнула Эрза. — Скука смертная, — буркнул Банниманд, пиная камешек, — В прошлом городе движуха была, даже посрать времени не было, а здесь умрем со скуки. — Зато передохнем, — сказал Джейми — Так мы свои способности хер покажем, только время тратим, пока другие себе ценик набивают, — не унимался Астер. — Какой ты трудоголик оказывается, — съязвил Фрост, хотя был согласен с кроликом. Тут у всех одна цель, а их как будто откинули на несколько уровней важности назад. — Нахер пошел. Я заявлю о себе в первый же месяц на банкете, — раздраженно ответил Астер и со злости пнул камушек под ногами, — В своей стране я был самым сильным, а остальные прибывшие из Востока даже наполовину не так выдающиеся как я. У меня исключительные способности и высшие маги это сразу заметят. — О-о, да, а Хранители так вообще за своего тебя зачтут, — ухмыльнулся Джек. — Твоя язвительность лишь показательная зависть. — Всегда мечтал прыгать из стороны в сторону. Астер на такое лишь фыркнул и показал средний палец. Они двинулись вдоль кромки леса. Эрза шла впереди, то и дело останавливаясь, чтобы свериться с картой. Джейми крутил головой по сторонам, и чем дальше они углублялись, тем сильнее он нервничал. Его природно обостренные чувства били тревогу. — Странно тут, — сказал он, когда они отошли от города уже на пару километров. — Воздух какой-то... тяжёлый. И тихо слишком. Ни птиц, ни зверей. — Лес как лес, — отмахнулся Астер и зевнул. — Нет, правда, — Джейми оглянулся, — Вы не чувствуете? Как будто за нами следят. — Прекрати нагнетать, — бросила Эрза, но сама невольно ускорила шаг. Джек молчал. Он тоже чувствовал это странное давление, которое нарастало с каждым шагом. Воздух становился плотнее, дышать тяжелее. Где-то на периферии сознания зудела мысль, что он уже испытывал нечто подобное. Давно. В другом месте. — Джек, — окликнула его Эрза, — Ты какой-то бледный. Даже больше обычного. — В порядке, — буркнул он, отгоняя наваждение. Они прошли ещё с полкилометра. Лес становился всё гуще, сумрачнее, а столбы попадались реже, и магия в них почти не чувствовалась. — Да твою ж мать, — выругался Джек, когда очередная коряга вцепилась ему в рукав. Он дёрнул руку, пытаясь освободиться, но ветка только глубже впилась в ткань. Раздался противный треск, и рукав куртки распоролся от запястья до локтя. — Осторожнее, — обернулась Эрза. — Порвёшь совсем. — Да и так сойдёт, — недовольно вздохнул Джек и незаметно дёрнул рукав, пытаясь прикрыть массивный браслет с причудливым механизмом. Край ткани жалобно натянулся, но скрыть удалось лишь наполовину. Он тут же поймал взгляд Астера. Тот смотрел прямо на браслет, и в его глазах что-то мелькнуло, но как только их взгляды встретились, Астер резко отвернулся и зашагал дальше, будто ничего и не заметил. Джек выдохнул. Пронесло… — Там! — Джейми показывал куда-то в глубину леса, — Там кто-то есть! Все мгновенно напряглись. Джек шагнул вперёд, закрывая Джейми. — Где? — Там... мелькнуло... большое... Несколько секунд они всматривались в темноту между деревьями, но ничего не нашли. Только ветер качал ветви. — Показалось, — выдохнул Астер и обратился к беловолосому, — У твоего дружка крыша едет. — Не показалось, — огрызнулся Джейми, — Я точно видел. — Хватит, — оборвала Эрза, — Идём дальше. Но держимся вместе, нам нужно проверить ещё три столба до темноты. Она двинулась вперёд, но Джек заметил, как дрожали её пальцы. Они прошли ещё метров пятьсот, когда лес неожиданно расступился, открывая небольшую поляну, залитую тусклым светом, едва пробивающимся сквозь плотные кроны. Здесь было по настоящему тихо, даже ветер казалось обходил это место стороной. В центре поляны лежало странное существо. Сначала никто не понял, что это. Просто тёмная куча посреди мха, но чем ближе они подходили, тем отчётливее проступали очертания. Тело. Человеческое тело, если можно было назвать человеческим то, что там лежало. — Господи... — выдохнул Джейми и застыл, не в силах сделать ни шагу. Эрза прижала ладонь ко рту, сдерживая рвотный позыв. Астер смотрел, широко раскрыв глаза, хмурясь, как будто бы не верил в то что видел. Джек смотрел и не мог отвести взгляд. Фигура была распростёрта на мху, руки вывернуты под неестественным углом, пальцы скрючены, будто в последнем усилии пытались вцепиться в землю. Но главное было не в позе, а то, во что превратилось тело. Костяные наросты проросли сквозь кожу – длинные, острые, похожие на обломанные клинки. Они торчали из спины, из плеч, из предплечий, прорывая плоть изнутри. Кожа имела странный, восковой оттенок, а местами отсутствовала вовсе, обнажая мышцы и сухожилия, но не такие, как у людей – тёмные, бугристые, будто перекрученные. Рот застыл в безмолвном крике, обнажая ряды острых, неровных зубов. — Э-это... — голос Астера дрожал, — Это иной? Никто не ответил. Все смотрели. — Я думал, они... другие, — прошептал Джейми. — В учебниках их рисовали… страшными, но не такими. Не такими... Он не договорил. Его затрясло. Эрза сделала шаг вперёд, всматриваясь в тело. Её лицо было белым, как мел. — Сколько ему... дней? Недель? — Нужно доложить. Вдруг здесь есть живые иные, — сглотнул Астер, но в его голосе не было решимости, только механическое повторение инструкции. — Ладно, — Эрза взяла себя в руки с видимыми усилиями, — Нам нужно... нужно зафиксировать. Сфотографировать и уходить. Немедленно. — А если... — Джейми обернулся на лес, и его глаза заметались, не находя опоры, — Если это они за нами следят? Если их тут много? Если они... — Заткнись, — оборвал его Астер. Но голос продолжал дрожать. Эрза достала камеру, сделала несколько снимков трясущимися руками. Каждый щелчок затвора звучал как выстрел в гробовой тишине. — Всё, — сказала она, когда закончила, — Уходим. Они развернулись и быстро пошли обратно, а потом и вовсе побежали. — За нами следят, — со сбитым дыханием не унимался Беннет, спотыкаясь на каждом шагу, — Я точно знаю. Я чувствую, они там, в лесу смотрят. — Заткнись! — рявкнул Астер, но сам то и дело оглядывался. Они пробежали метров двести, когда Астер вдруг неожиданно споткнулся и упал в грязную лужу забитую камнями и осколками от бутылок. Джек остановился и протянул ему руку, но нервный все еще неотощедщий от увиденного Астер лишь грубо отмахнулся от помощи и с тихим матом самостоятельно встал. Фрост промолчал. И так понятно что с Астером. И уже молча развернувшись его неожиданно схватили за плечо, грязными из-за лужи руками разворачивая к себе. — Что? — Джек дёрнулся, чтобы смахнуть его руку, но Астер вцепился мёртвой хваткой. — Ты чувствуешь? — спросил тот, и в его голосе слышалась истерическая нотка, — От того, мёртвого... ты что-то чувствуешь? Или от других? Если они рядом ты должен это как-то ощущать! Джек замер, уставившись на Астера, — Чего? — Ну ты же... — сероволосый мотнул головой. В его глазах плескался страх, смешанный, может быть, надеждой, что Джек скажет «нет». — Ты же из них. Гены там, или что у вас. Должен же ты их чуять, как собака чует собаку! — Ты охренел? — голос Джека задрожал от накатившейся злости, — Ты серьёзно сейчас? Вот падла. Ни на секунду не дает забыть свой паганский характер. — А что? — Астер не отпускал. Его пальцы впились в плечо Джека, — Я просто спросил! Ты видел это тело? Ты видел, во что они превращаются? Ты же тоже иной, тебя только браслеты спасают! — Я НЕ такой! — Джек рванулся, но Банниманд держал крепко. — А кто ты тогда?! — заорал Астер ему в лицо. Страх, напряжение, адреналин – всё смешалось в его голосе, — Ты на себя посмотри! Эти браслеты единственное, что тебя от ЭТОГО отличает! — он ткнул пальцем в сторону, откуда они прибежали. — Астер, прекрати! — Эрза шагнула к ним, но тот не слушал. — Если бы не они, то ты был бы таким же! — продолжал он, — Бегал бы и людей рвал! Скажи, Фрост, ты чувствуешь их? Других? Они здесь? — Отвали! — Джек вырвался наконец, но Астер снова схватил его руку и на этот раз прямо за браслет, сжав так, что полая железная трубка противно скользнула под кожей. Джек зашипел от боли. — Меня от иных отличает буквально, блядь, все, а тебя от безмозглых ебланов нихуя не отличает. — Да что ты, А если я их сниму? — прошипел Астер, глядя ему в глаза, — Если сорву эти штуки кто ты будешь? Чудовище? — Руки убрал, — процедил Джек, и его голос звучал так, что даже Эрза попятилась. Воздух вокруг них начал замерзать. Иней побежал по траве, по веткам ближайших кустов. Но тот не отпускал. — А то что? — Астер уже не мог остановиться, — Убьёшь меня? Превратишься прямо здесь? Давай! Покажи всем, кто ты на самом деле! Или без браслетов ты никто? Так и скажи, что ты без них пустое место, Фрост! Джек в ответ лишь схватил Астера за волосы и резко повалил, чтобы тот не успел телепортироваться. Банниманд со всей силы сжал браслет пытаясь его стянуть, но железка внутри лишь отдавала острой болью для Джека выбешивая его еще сильнее и он ударил Астера кулаком по лицу. Раз, другой. — ХВАТИТ! — закричала Эрза и вцепилась в них вместе с Джейми, с силой растаскивая по разные стороны, — ХВАТИТ, Я СКАЗАЛА! Парни стояли в полуметре друг от друга, тяжело дыша и сверля друг друга взглядами. Между ними, казалось, трещал сам воздух. — Вы что, с ума сошли?! — Эрза переводила дыхание, и её трясло, — Мы только что нашли тело иного! Мы в зоне возможного прорыва! А вы тут выясняете! Никто не ответил. — До конца патруля вы не разговариваете, — отчеканила она, — Вообще, если я услышу ещё хоть слово, лично отправлю рапорт на вас о несоответствии, и не посмотрю, что мы на задании. Понятно? Джек молча развернулся и пошёл вперёд. Астер сплюнул под ноги и поплёлся сзади, потирая голову. Джейми смотрел на всех потеряно, желая еще раз сказать, предупредить друзей о том, что за ними следят, но лишь поджал губы и поплелся за всеми. ********* Остаток пути до города прошёл в гробовой тишине. Воздух между Джеком и Астером, казалось, накалился до предела, готовый в любую секунду взорваться новой стычкой, но оба, словно по беззвучному согласию держали рты на замке. Усталость и пережитый ужас взяли верх над взаимной ненавистью, превратив её в глухое, тлеющее раздражение. К вечеру они вышли в южную окраину города. Впереди маячили первые дома – покосившиеся рыбацкие хижины, пара складов, старая водонапорная башня, темнеющая на фоне закатного неба. — Слава богам, — выдохнул Джейми, пытаясь разрядить обстановку. Его голос прозвучал неестественно бодро и фальшиво, — Сейчас позовём опытных магов и отпросим отдых на весь день, а зрелище забудется под шоколадным глинтвейном. Никто ему не ответил. В окрайне города вопреки ожиданиям, теплилась жизнь. Узкие улочки, заваленные рыбацкими сетями и старыми лодками, не были пустыми. У покосившихся заборов копошились люди, а вдали безмятежно проходила парочка человек. Обычная, будничная жизнь, которая совсем не вязалась с тем, что они видели в лесу. Фрост вымученно выдохнул, стараясь переварить увиденное и крепко зажмурил глаза. Как там говорят – жизнь продолжается, да? От контраста глаза болят – тут живописные задворки цивилизации, а за километр трупный цветник. Парня перекосила еще большая усталость из-за мыслей, он сжал край порванного рукава и потянул вниз, прикрывая блокаторы. Что бы он ни говорил, но ощущение сходства с иными не дает покоя даже после увиденного. Наоборот – видеть размеренную людскую жизнь стало еще более труднее. Иногда он действительно забывает все эти трудности между собой и этим миром, но его быстро приводят в себя. И на этот раз видимо он слишком погрузился в свою мечту раз его так грубо выдернули. Пока он все больше и больше погружался в мрачные мысли, то не заметил, как на него налетел сначала мяч, а потом и ребенок, который из-за столкновения упал назад. Джек тут же включился в реальность и рассеянно извинился перед пыхтящим мальчиком, слыша, как другие дети смеются над своим другом. — Джек, ни калечь местных жителей, — обронила Эрза, не оборачиваясь, и медленно двинулась дальше вместе с остальными. Фрост на это лишь устало выдохнул, провожая взглядом убегающих детей. И тут его взгляд зацепился за странного человека вдали, между домами. Тот стоял абсолютно неподвижно и был неестественно высок и худ, в потрёпанной одежде, которая, казалось, истлела прямо на нём. — Эй! — окликнул Джек, делая шаг ближе, — Вы в порядке? Тишина. — Может, пьяный? — неуверенно предположил Джейми, тревожно наблюдая как друг отстал от них. Пьяный… Точно пьяный. Просто местный алкоголик вышел проветриться и застыл столбом посреди улицы… Джек же через силу решил подойти ближе, повинуясь какому-то внутреннему безотчетному имплульсу. Астер дёрнулся, словно хотел остановить его, окликнуть, даже руку протянул, но замер на полпути. Он промолчал, только сжал кулаки так, что побелели костяшки. Десять метров. Пять. Три. Фигура не шевелилась. Даже не дышала, кажется. — Эй, — повторил Джек, но теперь в его голосе звучала не просто настороженность, а настоящая застывшая опаска, — Вы слышите меня? И в этот момент мужчина медленно, с жутким, механическим скрежетом, поднял голову. У Джека внутри всё оборвалось. Сердце пропустило удар. Лица, по сути, не было. Вернее, оно было, но какое-то... оплывшее. Восковое. Черты размыты, будто кто-то взял человеческое лицо, подержал над огнём, а потом кое-как слепил заново из того, что осталось. Глаза пустые, бельмастые, не отражающие свет. Два мутных стекляшка, в которых плескалась только бездна. И эти глаза смотрели прямо на него. Одна сотая секунды. Мгновение, за которое Джек понял кто перед ним, но оцепенел. А потом рука существа взметнулась вверх. Плоть на ней зашевелилась, заходила ходуном, разрывая ветхий рукав. Кожа лопнула, и наружу, с хрустом и чавканьем, вырвался длинный, поблёскивающий костяной клинок. — ИНОЙ! — заорал Астер. Существо рвануло вперёд с неестественной, рваной грацией. Джек едва успел отшатнуться и выставить руку, создавая перед собой ледяную стену. Клинок врезался в лёд, и тот пошёл трещинами, но выдержал. — НАЗАД! — крикнула Эрза, и миллионы острых снежных песчинок попытались задержать тварь. И в тот же миг над городом взвыла сирена. Пронзительно, раздирая вечернюю тишину на части, заполняя собой всё пространство. Тот самый сигнал, который они слышали лишь на учениях и никогда не думали, что услышат взаправду. Высший уровень угрозы. Секунду люди на улицах просто застывали, не веря своим ушам. А потом начался хаос. Вой сирены смешался с криками: женский визг, детский плач, мужской мат – всё слилось в один сплошной, животный гул паники. Люди побросали снасти, корзины, вёдра и ломанулись кто куда, сбивая друг друга с ног, толкаясь, падая и снова вставая, лишь бы убраться подальше от этого звука, от этого леса, от того, что из него должно было выйти. Кто-то тащил детей, кто-то волок за собой стариков, кто-то просто бежал, не разбирая дороги, с выпученными глазами и перекошенным ртом. Двери с грохотом захлопывались, ставни задёргивались, но многие так и застыли посреди улицы, парализованные ужасом, не в силах пошевелиться. — В укрытие! Быстро! — заорал Астер, хватая за шкирку какого-то мужика, застывшего с открытым ртом, — Валите в подвалы, идиоты! Мужик дёрнулся, словно очнувшись, и побежал, спотыкаясь на ровном месте, но далеко убежать не успел – из-за угла, легко ломая заборы, вырвалось второй иной с огромными монструозными когтями и разорвало человека на части. Астер замер на долю секунды пораженный брызнувшей во все стороны кровью, но затем в его глазах полыхнуло такое бешенство, что, казалось, само пространство вокруг заискрило. Он со всей силы ударил кулаком по земле, и прямо в надвигающемся на него чудовище разверзся телепорт ровным срезом пространства отрубая твари руку по локоть. Фиолетовая жижа хлынула из раны, существо заревело, но не остановилось. Оно было быстрее. В следующее мгновение оно уже нависало над Астером, раскрыв свою бездонную пасть, усеянную частоколом игл, и из этой пасти вырвался такой оглушительный, ультразвуковой рёв, что у парня потемнело в глазах. Он рухнул на колени, зажимая уши руками, по лицу потекла кровь из лопнувших капилляров. Монструозные, когтистые лапы уже смыкались вокруг него, готовые раздавить, превратить в кровавое месиво, но по обе стороны от парня из под земли выросли огромные ледяные шипы и пробили руки чудовищу насквозь. Тварь зашлась в ещё более диком, нечеловеческом крике, и её тут же сбило с места шквалом ледяного, пронизывающего до костей северного ветра. Корчащегося обхватившего свою голову Астера резко сдернул с места Джек. Астер поднял затуманенный болью взгляд и, увидев склонившегося над ним Джека, лишь жалостно прохрипел: — Спасибо Фрост лишь хмыкнул, помогая встать сокоманднику — Ты можешь их телепортировать? Банниманд, морщась от боли в висках, попытался сфокусировать взгляд на ближайшей твари, — Первого… да, — прохрипел он, — Но второй слишком большой. — Тогда начнем Но не успев предпринять меры они почувсвовали как земля задрожала и из леса пришел настоящий ужас. «Нет…. — подумал Джек, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, — Нет, пожалуйста, дайте хотя бы пять минут передышки!» Это было существо ростом с трёхэтажный дом. Его тело представляло собой груду сплавленных, перекрученных конечностей, покрытых бледной, шевелящейся кожей. Вместо головы была огромная, зияющая пасть, усеянная рядами кристаллических зубов. Из пасти обильно текла фиолетовая, едкая слизь, разъедающая асфальт. Оно не бежало – оно двигалось, перекатывая свою массу, и каждый его шаг заставлял содрогаться землю. Одно его щупальце, толщиной с вековой дуб, обвилось вокруг водонапорной башни на краю города и стальные конструкции затрещали, сложились, как бумажные. Башня рухнула с оглушительным грохотом, затопив улицы грязной водой. Джек пораженный смотрел на эту картину даже не понимая что делать против такого монстра. «Сотрет в порошок и даже не заметит» — с болью пронеслась мысль в голове. И тут, словно в замедленной съёмке, он увидел среди этого апокалипсиса того самого маленького мальчика с мячом. Ребенок стоял посреди улицы и надрывно плакал, зовя маму, а над ним, закрывая небо, уже нависало огромное щупальце монстра. Джек рванул вперёд, вкладывая в рывок всю силу и скорость. Свист ветра в ушах, мелькающие развалины, крики людей – всё слилось в один сплошной, размытый шум. Он влетел в мальчика, сбив его с ног и прижимая к себе, и в тот же миг шквальным порывом ветра взмыл с ним вверх, уходя из-под смертоносного удара. Щупальце с оглушительным грохотом обрушилось на то место, где только что стоял ребёнок, разнося в щебень остатки мостовой. Ударная волна от падения щупальца была такой силы, что Фроста, уже набравшего высоту, снесло в сторону, впечатывая спиной в стену полуразрушенного здания. От боли потемнело в глазах, а из груди вырвался сдавленный хрип. «Кажется, рёбра, — подумал он отстранённо, — Или позвоночник. Нет, позвоночник вроде цел, шевелюсь. Значит, просто рёбра. Мелочи». Он не разжал рук, продолжая прикрывать мальчика от падающих сверху обломков, но все они застыли в воздухе. Джек поднял глаза и увидел вдалеке Рин. Она контролировала падающие от обломков тени, удерживая их, а затем, с резким движением руки, отшвырнула все обломки обратно, прямо в наступающее чудовище. — В порядке? — ее голос не дрогнул даже не смотря на хаос во круг. Джек, всё ещё тяжело дыша, кивнул, крепче прижимая к себе затихшего от перепуга мальчугана, — Куда людей вести? — В центр города, туда пошел один человек из моей команды и один из вашей, кажется Джейми звать — Рин уже не смотрела на него, её взгляд был прикован к приближающейся громаде, — Мы постараемся сдержать иных здесь, на окраине, пока не прибудет подмога. Он снова кивнул и, увидев подоспевшего Астера, который уже пришёл в себя и выглядел более-менее целым, передал ему мальчика. Тот, переместил ребёнка и ещё пару застывших в ступоре взрослых куда-то вглубь города. Отряд Рин успел прийти на подмогу, один из магов образовал дыру в земле, в которую провалилось чудовище с костяными клинками и тут же захлопнул ее, глубоко замуровав тварь. Джек, Эрза и Астер, объединившись с магами команды Рин, пытались координировать атаки на великана, но их усилия казались каплей в море. Всё, что они могли это лишь отвлекать его, замедлять, не давать полностью сосредоточиться на уничтожении города. Лёд Джека врезался в чудовищную ногу, но, не выдержав давления плотной, как броня, кожи, трескался и осыпался ледяной крошкой. Бесполезно! Сколько бы льда не использовал, а на него ничего не действует! Вьюга Эрзы, способная сбить с ног быка, лишь слегка шевелила жёсткую шерсть на его боках. Огненные шары, которые метали другие маги, оставляли на теле твари лишь мелкие, быстро затягивающиеся ожоги, не причиняя ей никакого серьёзного вреда. — Он просто игнорирует нас! — крикнула Эрза, видя, как великан, не обращая на них внимания, ударом своего щупальца сносит крышу очередного дома. И в этот самый момент Джек снова увидел того, первого, костяного иного. Тот каким-то невероятным образом выбрался из-под земли, целый и невредимый. Сука даже тайминг не соблюдают! Теперь же иной стоял и глядел прямо на него. В его пустых, бельмастых глазах не было эмоций – только жуткая, всепоглощая пустота, и в этой пустоте Джек вдруг с ужасающей ясностью ощутил нечто, направленное лично на него. Что-то сродни… узнаванию. Ну и мерзость блять. От этого осознания его перекосило, но существо, как будто удовлетворившись этим мимолётным контактом, тут же не обращая больше на ледяного мага внимания, ринулось в центр города. Туда, где эвакуировались люди. — Нет! — заорал Джек и хотел атаковать, но тут же иного отбросило шквалом снежной бури исходящей от Эрзы, а Астер, не теряя ни секунды, не давая твари опомниться, рванул пространство вокруг иного, рассекая того на части. Сдох…Джек выдохнул чувствуя как от усталости и поломанных ребер он понемногу терялся в пространстве. Банниманд же подошел к нему и за плечо потянул наверх, помогая встать. — Ну? — Что ты хочешь услышать? — устало произнес Фрост, — Если выживем, я лично пожму тебе руку. И даже, может быть, не буду вытирать свою после этого. — Ты я вижу в порядке, — буркнул Астер, — С громадиной надо что-то делать и когтистый орет все громче и громче, а подмоги все нет. — Прошло на самом деле не так много времени, надо дождаться, — сказала Эрза, смотря за огромным монстром, который продолжал свое шествие, превращая прибрежный город в руины. Джек также все видел и стиснул зубы до скрежета и шагнул вперёд, игнорируя пульсирующую боль в висках и затуманенное зрение. — Джек? — Пусть все отойдут, — не давая Эрзе ответит он активировал свою силу. Воздух вокруг него взвыл. Ледяные кристаллы, миллиарды мельчайших частиц, поднялись в воздух, закружились в бешеном хороводе, засверкали в свете пожарищ тысячами холодных искр. Джек стоял в центре этого ледяного апокалипсиса, боль в висках пульсировала набатом, каждый удар сердца отдавался в черепной коробке раскалённым молотом. Зрение плыло, раздваивалось, но он не останавливался. — Ну давай, тварь, — прошептал он сквозь стиснутые зубы, и в этом шёпоте была ударная концентрация ненависти. Магия хлынула из него разом. Он не думал и не рассчитывал, а просто отдал всё до последней капли. До последнего ледяного кристалла в своей груди. Воздух вокруг великана сжался, замер, а потом рванул в двух направлениях одновременно. Снизу, из под чудовища, взметнулись ледяные щупальца – тонкие, как иглы, но прочные, как стальные тросы. Они впивались в плоть и прорастали внутрь. А сверху с неба, прямо из пустоты над головой великана начал формироваться огромный ледяной пласт на несколько десятков метров. Он рос на глазах, уплотнялся, тяжелел, становясь настоящей ледяной горой, способной раздавить всё, что окажется под ней. Монстр дёрнулся – его щупальца покрылись ледяной коркой и движения замедлились. Монстр поднял голову – эту уродливую, безглазую башку с зубами, и на него тут же рухнул ледяной пласт. Грохот был такой, что заложило уши у всех, а земля содрогнулась, пошли трещины, пара ближайших полуразрушенных зданий полностью разрушились от вибрации. Тучи ледяной крошки, пыли, грязи взметнулись в воздух, закрывая обзор. — ЕСТЬ! — заорал кто-то из магов позади. Джек пошатнулся и упал на колени, тяжело дыша — Джек! — Эрза испугано подбежала к нему,— Джек, у тебя кровь! Он не сразу понял, о чём она. Только когда провёл рукой по лицу и посмотрел на пальцы, до него дошло. Из-за перенапряжения от огромного расхода льда у него лопнули капилляры и пошла кровь из носа и ушей – выжал себя досуха. Эрза смотрела на него так, будто он уже одной ногой в могиле. — Пустяки, — выдохнул он, сплёвывая кровь на асфальт. Голос звучал хрипло, рвано, но в нём слышалась дикая, почти безумная гордость. — Это... это мелочи. Главное он лежит. Лежит и сука не скоро двинется! Он улыбнулся. Криво, страшно, залитый кровью, стоя посреди разрушенного города, глядя на поверженное чудовище. И в этой улыбке было столько торжества, что Эрза просто замерла, не зная, плакать ей или смеяться. — Ты идиот, — выдохнула она наконец, — Ты просто сумасшедший идиот. Джек продолжал улыбаться, но его сознание начало уплывать, а мир терять четкость. Но сквозь боль и шум в ушах он услышал сначала скрежет когтистого монстра, которого начало трясти как в агонии, а затем послышался треск льда. Плоть под ледяной коркой щупалец вздыбилась, заходила ходуном, и мороз взорвался изнутри с такой силой, что осколки, острые как бритва, со свистом разлетелись во все стороны, врезаясь в стены уцелевших домов, пробивая стёкла, оставляя глубокие зазубрины в камне. Огромный монстр высвободился в считанное мгновение от оков льда, а Джек будучи в прострации не успел увернуться от ледяных осколков, чувствуя, как один из них рассек ему бровь, и по лицу потекла тёплая, липкая струйка крови. Когтистый иной в этот же миг взревел оглушая всех магов, а потом и вовсе сделала то, что невозможно было осмыслить и вонзил в свою же голову когти. Все смотрели и не могли поверить. Когти вошли в череп с хрустом, плоть заходила волнами, и тело иного начало разрываться на части. Каждый оторванный кусок, падая на землю, начинал жить. Мышцы сокращались, кожа нарастала заново, кости сращивались. Перед ними предстали четыре когтистых иных, и их рев, сложившись в унисон, стал невыносимым апогеем. Воздух вибрировал так, что крошились камни под ногами. Кто-то из магов позади упал на землю, скорчившись и крича от боли. Кто-то бился в конвульсиях, пытаясь заткнуть уши, но звук был везде. Эрза стояла рядом белая как мел, по ее лицу текли слезы, которых она не замечала. А Астер неверяще попятился назад. Они не просто проигрывали. Существам, чья сила превосходила их возможности на порядок, кучка выдающихся молодых магов и вовсе не представляли опасности. А огромное щупальце главного монстра уже заносилось над ними для последнего удара. Небо, только что багровое от заката, в одно мгновение стало абсолютно, непроницаемо чёрным. Словно кто-то невидимый, но всемогущий, просто выключил реальность, стёр её, оставив только пустоту. Многие закричали от ужаса – в этой непроглядной тьме нельзя было разглядеть ничего, даже собственных рук. Монстры, которые ещё секунду назад нависали над ними, исчезли, растворились, будто их никогда и не было. Давление, которое чувствовали все кожей, из-за рева иных, просто испарилось. А потом послышался звук. Это был не крик, не рёв – это был всепоглощающий, леденящий душу нечеловеческий визг, полный боли, который тут же оборвался так же внезапно, как и начался. Тьма рассеялась. Не постепенно, не тая – она просто ушла, схлопнулась в ничто, уступая место солнцу, которое снова залило истерзанный город своим прощальным, кровавым светом. Но пейзаж изменился. Иные исчезли. Все до одного. Только главный монстр, та самая невероятная гора плоти, которая ещё минуту назад нависала над ними, готовая раздавить, медленно, склонялась к земле, а большую её половину… пожирала тьма, обволакивая тушу великана, впитываясь в неё и высасывая жизнь. Чудовищное не разлагалось, а истлевало, превращаясь в черный прах, который растворился в тенях зданий и обломков, не оставляя после себя ничего. Джек лежал не в силах пошевелиться, даже не моргал, игнорируя кровь заливающую глаз. Сознание ускользало и последнее что он успел сделать это перевести мутнеющий взгляд туда, где среди догорающих развалин стояла высокая чёрная фигура Питча Блэка. Второй Хранитель смотрел на город сквозь чёрную ткань, закрывающую лицо – на хаос, на разрушения, на магов, корчащихся на земле – и в его позе не читалось ровным счётом ничего. Ни напряжения, ни интереса, ни даже скуки. Просто абсолютная, пугающая статика. Будто всё происходящее было для него тем же, чем для человека – движение муравьёв в потревоженном гнезде. Суета под ногами, не стоящая даже вздоха. Кто-то из магов позади уже плакал, кто-то бормотал благодарности, падая на колени. Но Питч даже не повернул головы в их сторону. Его взгляд был устремлён в одну точку. Туда, где двое магов склонились над неподвижным телом отключившегося беловолосого мальчишки. ******** Сумерки сползали на город, затягивая свежие шрамы на теле улиц. Воздух стоял тяжёлый, густой, отдавая на зубах скрежетом магии реконструкторов, гарью и сладковатой вонью чужой плоти. Джек стоял на холме за городом, прислонившись спиной к шершавому, ещё хранящему дневное тепло валуну, и смотрел вниз, засунув руки в карманы ветровки. Под одеждой всё тело ныло глухой, противной болью. Целители поработали быстро – в таких ситуациях они были подобны конвейеру: обезболили, заштопали, вправили, заклеили пластырями и отправили дальше, освобождая место для новых раненых. Но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что творилось внутри. Он смотрел на город и видел не дома и не улицы, а свою беспомощность и позор. Сегодня он выложился так, как не выкладывался никогда в жизни. Он вложил в каждую атаку всю свою силу, всю ярость, всё отчаяние. Его лёд, его гордость и главный козырь – всё это разбилось о непробиваемую броню Иных и рассыпалось жалкой ледяной крошкой, не оставив на тварях даже царапины. Самоуничижительные мысли кипящие роем у него в голове резко замерли, когда чья-то тень накрыла его с головой. Джек поднял голову, и сердце на мгновение замерло в груди. Питч Блэк стоял в трёх метрах, чуть в стороне, и смотрел на город. Его высокая, мощная фигура казалась высеченной из самого мрака – каждый силуэт, каждая линия были совершенны в своей пугающей красоте. На фоне умирающего заката, на фоне золотых нитей магии реконструкторов он выглядел как живое отрицание всего светлого, как воплощение той самой бездны, в которую Джек боялся заглянуть. И не мог оторваться. — Самокопание ничего не изменит, — голос Питча прозвучал низко, без эмоций, но каждое слово ложилось на душу свинцовой гирей. Он даже не повернул головы, продолжая смотреть вниз, — А в нынешнем твоём состоянии лишь всё усугубит. Джек молчал. Он просто не мог говорить. Челюсти свело так, что разжать их казалось невозможным. Жгучий, унизительный стыд поднялся изнутри, заливая щёки румянцем, который, к счастью, скрывали сумерки. Стыд за собственную слабость, который только усилился из-за того, что Питч Блэк его сразу прочитал. Конечно, прочитал. Такому существу даже телепатия не нужна – у Джека всё на лице написано, размазано жалкими кляксами. Постыдно за то, что он, Джек Фрост, который столько лет тренировался, который считал себя чуть ли не гением, оказался просто муравьём, которого спас настоящий бог и всего за считанные секунды, просто стерев монстров как будто их и не было вовсе. Вот тебе уровень Хранителя. Молчание между ними затягивалось. Джек чувствовал, что должен что-то сказать. Что-то умное, достойное, оправдывающее его присутствие здесь, рядом с Легендарным. Но в голове, как назло, было пусто. «Скажи хоть что-нибудь кретин!» — только эхо собственных мыслей, которые метались, как затравленные звери. И тогда Блэк медленно повернул к нему голову. Это движение было плавным и текучим. Ни один мускул не дрогнул, ни одна складка одежды не шелохнулась – просто голова повернулась и золотые глаза, неприкрытые черной тканью, встретились с голубыми. Джек перестает дышать под этим взглядом. — Твой лёд, — произнёс Темный, и в его голосе послышался лёгкий, почти неуловимый оттенок чего-то, что могло бы быть интересом, — Силён и ты умеешь им владеть, — он сделал микроскопическую паузу, — Но сегодня ты бился так, будто забыл, что ты не просто маг. Джек замер от услышанного. — Они пришли не из-за тебя, — продолжил Питч, и его взгляд всё ещё не отпускал Джека, пригвождая к месту, лишая воли, — Случайность, в которой ты оказался некстати. Обычное стечение обстоятельств, — его голос потяжелел, стал гуще, темнее, наполняясь той самой бездонной глубиной, от которой у парня подкашивались колени. — Но то, что случилось потом… случайностью не назовёшь. Кто-то из них ведь отреагировал на тебя необычно, ведь так? — Откуда вы… — Хотел бы спросит Джек но тут же оборвал себя, стараясь не звучать грубо. Странно задаваться вопросом откуда Легендарный знает о случившемся, ведь разве есть то что может не знать? Он не осмелился что-то спросить, а Питч не настаивал. Тишина повисла между ними и Джек слышал, как бешено колотится собственное сердце, как шумит кровь в ушах. Каждая секунда этого молчания длилась вечность. И тогда Питч сделал шаг вперёд. Теперь он стоял так близко, что Джек хотел бы опустить глаза, но что то гипнотическое было в золотом взгляде, он боялся как и продолжать смотреть на Хранителя так и отвести от него взгляд. Воздух вокруг сгустился, стал вязким, тёплым, пахнущим старым камнем и чем-то ещё незнакомым и древним. Питч Блэк медленно поднял руку, а Джек с затаившимся дыханием наблюдал как та приближается к его лицу. Первое прикосновение к виску было почти невесомым, эфемерным, Тёплые пальцы легли на бледную кожу, и Фрост вздрогнул всем телом от сухого тепла исходящего от существа напротив. Дыхание перехватило, а в груди что-то сжалость в тугой болезненный узел. Он не мог пошевелиться, не мог отвести взгляд. Он был парализован, но не силой, а шоком от происходящего. — Ты для них, — заговорил Блэк, его пальцы задержались у виска, и давление чуть усилилось не больно, но властно, не позволяя отвернуться, — И чужой, и свой. Гибрид, — пальцы медленно, плавно скользнули вниз по скуле, по бледной, почти прозрачной коже, ослабляя давление на израненных местах, но оставляя за собой странное, тёплое покалывание, — Но все же они тебя видят. Джек чувствовал, как его собственное ледяное естество вступает в противоречие с исходящим жаром, но тает. Это был контраст, сводящий с ума. Прикосновение было одновременно невесомым и неумолимым, словно сама тьма обретала форму и касалась его. — И это даёт тебе доступ, — продолжил Хранитель, его золотые глаза пылали, впитывая каждую мельчайшую деталь реакции ледяного мага – расширенные зрачки, прерывистое тихое дыхание, нервный пульс на шее, — Доступ, которого нет ни у кого другого. Прикосновение скользнуло к подбородку. И тогда Питч сделал то, от чего у парня окончательно перехватило дыхание. Его крупные, тёплые пальцы спустились ниже, плавно ведя до яремной ямки – тёплое, сухое прикосновение к самому уязвимому месту, где билась жилка, выдающая каждый удар сердца. А затем медленно, мучительно медленно поползли обратно вверх, очерчивая линию гортани, касаясь нежной кожи под подбородком, вынуждая запрокинуть голову ещё выше, беззащитно открывая шею. — Они будут возвращаться, — голос Питча прозвучал в нескольких сантиметрах, густой и бездонный, а теплое дыхание коснулось лица Фроста, заставляя внутренности сжиматься в тугой узел, — Случайно или нет уже не важно. Ты уже замечен и я думаю уже давно, — Его пальцы скользнули под челюсть ощутимее очерчивая линии. Беловолосый, застывший в этом вынужденном положении, мог только смотреть в эти горящие золотые глаза, чувствуя, как мысли тают под этим давлением, — Решай, будешь ли ты и дальше бросать в них льдинки, которые тают, не долетая... или найдёшь способ ударить в самую суть. Легкая, едва заметная улыбка пронеслась на смуглом лице, — Твоё оружие не в твоих руках, мальчик. Оно в том, кто ты есть. Прими это или умри, пытаясь отрицать. Прикосновение исчезло так же внезапно, как и появилось, но странное, глубокое тепло на коже осталось, как клеймо нанесенная самой тьмой. Хранитель отступил на шаг, собираясь уходить, растворяясь в сгущающемся вокруг него мраке, но Джек, всё ещё стоя на месте, не в силах пошевелиться или оторвать взгляд от того места, где только что были золотые глаза, вдруг окликнул Блэка. Голос прозвучал хрипло, но в нём появилась отчаянная решимость — Мы ведь встретимся снова? Питч Блэк замер и медленно обернулся. В золотых глазах, уже почти скрытых тьмой, мелькнуло удовлетворение — Конечно, Джек, — ответил мужчина, и в его голосе впервые прозвучала тёплая, почти человеческая нотка, — Не сомневайся. И исчез. Джек стоял, всё ещё прислонившись к стене, не в силах пошевелиться. Он медленно, почти механически, поднял дрожащую руку и коснулся шеи. Кожа там пылала. Он провёл пальцами по линии, где всего несколько мгновений назад лежали пальцы Питча.