Лагерь поменявший многое

— Э алё, я не понял, — фамильярно начал говорить вожатый, как только зашёл в комнату к девочкам. — Вы что, спите ещё? — Ммм, — начала стонать Третьякова которая только что проснулась. — Так нас никто не будил, — ответила Зоя, которая только открыла глаза. — В смысле? А Лаура Альбертовна вас не поднимала? — спрашивает вожатый, ведь обычно мальчиков будит Григорий Олегович, а девочек Лаура Альбертовна. — Ну как видите мы все спали, — сонным голосом бубнит Мария. — Девочки, тогда быстрее вставайте и выходите на улицу. Стройтесь на завтрак. А я других девочек будить пойду. В этот же момент вожатый испарился. Как только он закрыл дверь, блондинка накрылась одеялом с головой и собиралась дальше спать. — Маша, вставай, — подруга подходит к блондинке и начинает её слегка тормашить за плечо. — Нам на завтрак нужно! — Зойка, иди на завтрак без меня, хорошо? — отвечает Третьякова и отворачивается от девушки, вновь укрывшись одеялом. Вообще сегодня блондинка всю ночь не могла уснуть. Прямо так же, как и в прошлый раз. Только тогда, можно сказать, Мария захлёбывалась в собственных слезах, а сегодня девушка прокручивала в своей голове случившийся момент. Поцелуй с шатенкой. Да ещё и ответный поцелуй. Эти чувства невозможно описать словами. Их поймёт только тот,кто хоть раз был влюблён. А ещё лучше поймут те, кто впервые целовал человека, хотя на этот поцелуй даже и не рассчитывал. Как только девушка пришла после "посиделки" с Лаурой возле озера, то сразу же тихо легла спать. Чтобы не разбудить девочек из комнаты. Но мысли были далеко не о сне. Они были только о шатенке. Впервые в жизни Маша поняла, что действительно влюбилась. Но влюбилась в девушку! Блондинка посчитала, что это ненормально. Ведь о подобной любви никто раньше не говорил. Мария никогда не слышала от людей, что они влюблялись в человека своего пола. Да и в книгах такого не писали, ведь девушка прочитала далеко не один переплёт. Значит что выходит, она больная? Да и что скажут другие? А мама? Это же ненормально, это буквально позор семьи. Поэтому, помимо тех прекрасных моментов, которые Третьякова запомнит надолго, она твёрдо для себя решила, что перед Лаурой Альбертовной нужно извиниться и сказать, что это всё произошло необдуманно. Всё же, минут через десять, Третьякова встала с кровати. Она заправила постель и направилась проводить утренние процедуры. Лишь только позже до неё пришло осознание, что их то действительно не разбудила Лаура. Но почему? Да и почему вообще Григорий Олегович не увидел, что девочек нет на зарядке. Хотя это было понятно. Ещё пару дней назад девочки договорились с физруком, что они на зарядку не ходят. Исключительно парни. Ведь девушкам надо встать, помыть голову, накраситься, уложиться. А парням только встать, заправить кровать и они готовы. И на удивление, физрук согласился. Теперь у Маши в голове появился один вопрос: «Где Лаура?». Мария оделась, сделала слегка заметный макияж и вышла в холл. В вожатской была приоткрыта дверь, и, посмотрев через щёлку, Третьякова увидела Лукину. Но Лаура сидела за небольшим столиком и просто дремала. — Лаура Альбертовна, — тихо позвала Мария, но вожатая никак не отреагировала. Тогда блондинка открыла дверь и зашла в комнату. «Не выспалась что-ли?» – появилась мысль в голове у Третьяковой. Ведь действительно, Лаура бы просто так не уснула. — Лаура Альбертовна, — повторяет Мария и дотрагивается рукой до её плеча. — Боже, — резко подорвалась шатенка. Она вскочила с места и взглянула на наручные часы. — Как же так вышло... — Лаура Альбертовна, не беспокойтесь, — тепло говорит Мария. — Григорий Олегович нас поднял и повёл на завтрак. — Фух, — выдохнула старшая. Она села на кровать и подпёрла руками голову. — Вы не выспались? — решила спросить блондинка. — Целая ночь же была. — Ты думаешь работа вожатого такая лёгкая? Мол води детей только куда надо, следи за их поведением и всё?—спокойным тоном начала Лаура. — Вы, дети, даже и представить себе не можете, как состоит наша работа. — Поделитесь? Мне всегда было интересно узнать, — вообще, Мария уже думала как извиниться перед вожатой за вчерашний инциндент, но, видимо, передумала. — Вот начнём с самого утра. Мы вас поднимаем, ведём на зарядку, следом на завтрак. Потом вы идёте на стадион и играете в игры или идёте на какое-то мероприятие, а мы уходим. Большинство же из вас думает, что мы в корпус пошли. Мол поэтому и вам в корпус нельзя заходить, мы же спим. Но и нас в это время в корпусе нет. Мы на планёрке сидим. Там тебе просто указывают что нужно сделать. Вот будет сегодня или завтра мероприятие, а ты номер приготовь, плакат нарисуй, и когда ты будешь это делать никого не волнует. Главное – сделать. А следить за вами всеми невозможно! Один туда пошёл, другая сюда, третьего вообще в отряде нет, а вас двадцать человек! Вот и представь... — Да уж..., — вымолвила Мария. — Вы простите меня, Лаура Альбертовна, пожалуйста, простите, — да, сейчас самый удачный момент извиниться. Во-первых, шатенка вроде бы в нормальном настроении, а во-вторых, никого нет в корпусе. — За что? — шатенка повернулась в сторону Третьяковой и посмотрела на неё взглядом полного непонимания. — Да за всё. Я же вам только лишних хлопот доставляю. Вот у вас и так забот хватает: за каждым следить надо, а тут появилась я, которая вступает в конфликты с Настей, а потом убегает и вообще курит. Я же ведь знаю, что если бы меня словили, то вас бы по голове не погладили. — Да ладно тебе, Маша, — совершенно безэмоционально отвечает вожатая. — На то вы и дети, а мы вожатые. Ваше дело веселиться, пакостить, не слушаться, наше — следить за вами. И кстати, ты почему не на завтраке? — А...ну я решила не идти на него, — честно призналась девушка, хоть и знает — пропускать приём пищи строго запрещено. — Вы это, Лаура Альбертовна, за вчерашнее простите меня тоже. — Маш, — шатенка взяла ладонь Марии в свою. — Я не хотела, правда. Ну вернее хотела, но это было неосознанно, — быстро пробормотала Мария. — Неосознанно?–переспросила Лаура. –Понимаете, мне один мальчик понравился, а я ему нет. Он танцевал вчера с другой! Вот в порыве ревности я вас и поцеловала, — довольно нелепая отмазка. — Но а как же твоё признание? — блондинке показалось, что вожатая это спрашивает с какой-то надеждой. — Понимаете, я ещё никогда ни в кого не влюблялась. А тут, по ошибке, перепутала любовь с привязанностью. Вы не подумайте, что я какая-то больная, что призналась вам в чувствах, мол вы же девушка, я просто безумно к вам привязалась. — Ты считаешь, что если девушка влюбилась в девушку, то это болезнь? — А разве нет? Я никогда подобного не от кого не слышала. — Знаешь, я скажу тебе одну вещь. Только ты, пожалуйста, никому не говори, хорошо?— на слова Лауры блондинка положительно кивнула головой. — Так вот, в нашей стране такая любовь, конечно, не приветствуется. И никто об этом не говорит. Потому что нельзя о таком говорить. Но даже у меня есть друзья, которые состоят в однополых отношениях. Только почти никто об этом не знает. Но они хотят уехать в другую страну, чтобы никто не запрещал им любить друг друга открыто. — А что, в других странах разрешено?–впервые Мария поняла, что она совершенно никак не разбирается в этой теме. Хотя для неё это было редкостью, обычно она хоть что-то знала в какой-то теме, но точно уж не про однополые отношения. — Я родом не из Москвы. Моя родина–Калининград. И приехала я сюда как поступила в университет. Так вот, как ты знаешь, Калининград–бывший Кенигсберг, а это бывшая территория Германии. И многие проживающие там имеют две национальности. По линии моего папы у меня есть близкие родственники которые живут именно в Германии. И я довольно таки часто у них бываю. И знаешь, я тебе скажу, что это совершенно другая страна. Это свободная страна. Там не надо жить по правилам, вернее надо, но у них другие правила. И вот тогда я впервые увидела что такое однополая любовь. И для них это совершенно обычно. — А я то уже думала, что со мной действительно что-то не так, — наконец блондинка поняла, что её чувства к Лауре совершенно адекватные. Ну по крайней мере для неё они адекватные. Были, есть и будут люди которые никогда не примут однополую любовь. — Но вы всё равно меня простите за этот поцелуй ночью. — Да, я знаю. Он был просто в порыве чувств к тому парню, — шатенка тяжело вздохнула и отпустила ладонь блондинки. — Ладно, Маш, иди. Я сейчас всё равно на планёрку пойду. — Лаура Альбертовна, у вас всё хорошо? — спрашивает Третьякова. Лаура после слов Марии заметно поникла. — Да, просто не выспалась,— выдавив из себя улыбку ответила Лукина. Но Мария увидела эти фальшивые эмоции. Девушка решила не допрашивать Лукину и пошла на стадион. Пока парни из отряда играли в футбол, девушки сидели на скамейках и болели за команду. Но Мария была увлечена разговором с Зоей. — Ты прикинь, она оказывается не из Москвы, — говорила блондинка.— Она из Калининграда! Это же другой конец страны! — Офигеть! А откуда ты узнала, что Лаура Альбертовна не из Москвы? — интересуется Зоя. — Да мы с ней немного поболтали, вот она и сказала. За такими разговорами и пришло время обеда. Весь отряд пошёл в столовую, но Мария обратила внимание на Лукину. Та сегодня ходит совсем не своя. Она даже подходила ко второму вожатому и попросила быть сегодня главным. Хотя обычно Лаура ему этого не разрешала, ведь он работает ещё первый раз вожатым. Но блондинка списала это всё на усталость шатенки, ведь она не выспалась. Весь день отряд провёл без одной вожатой. Лукина была самой настоящей тенью. Мария уже хотела подойти, спросить, но боялась. Вообще блондинка уже пожалела о том, что сказала с утра Лауре. Ну вот кто её просил оправдываться? Зачем сказала, что это было на эмоциях? Блондинка то понимает — чувства самые настоящие. Но теперь она разрушила всё, что могло быть. Время приблизилось к вечеру. На часах уже восьмой час, но на улице уже достаточно темно, так как весь день была пасмурная погода. Весь отряд смотрит концерт который посвящён какому-то предстоящему празднику, которому Мария даже и не предала значение. Но концерт, если честно, такой себе. Лучше бы было погулять по территории или полежать в корпусе, а не смотреть на то, как поют дети. — Стоять! Куда пошли?! — услышала знакомый голос блондинка. И что самое удивительное, услышала его впервые за сегодняшний день, не считая утра. Лаура стояла возле дерева и тоже смотрела концерт, вернее наблюдала за своим отрядом. Повернувшись, Третьякова увидела Настю со своей компанией. Девочкам видимо не хотелось смотреть концерт и они решили уйти, но как только они собрались покинуть амфитеатр, то Лукина их остановила. — Ну-ка сели. И до конца концерта ни ногой! Понятно? — вновь крикнула вожатая. — Стоит тут, как надзиратель, — начала говорить Настя, которая села с девочками перед Марией. — Вечно чем-то недовольная. — Да мужика ей надо, — сказала Света, одна из подружек Насти. — Так а Григорий Олегович зачем? Или может он её не устраивает в этом плане? — звонкий смех стал разноситься по всей улице. — Если вы сейчас не успокоитесь... — начала Мария. — Ну и что ты сделаешь? — самая обычная провокация. Но Третьякова помнила слова Лауры о том, что нужно стараться не реагировать на неё. — А я подойду к Лауре Альбертовне и скажу ей, что вы мне мешаете смотреть концерт. — Ха-ха-ха, — вновь рассмеялись девочки. — Да Лаурка ничего сделать не сможет! Она только и будет все мои прихоти исполнять, потому что отца моего боится. — Давно она для тебя «Лауркой» стала?— на повышенных тонах произнесла девушка. Как жаль, что она не видела вожатую которая наблюдала за всем происходящим. — Эта стерва всегда была для меня «Лаурка». По другому назвать её я и не могу. Хотя нет, могу: истеричка, шизанутая, придурошная. — Рот свой закрой! — крикнула Лукина, но в этот же момент куда-то ушла. Мария аж опешила, что Лукина всё это время стояла рядом. Блондинка оставила Настю и пошла на поиски вожатой. Из-за того, что на улице уже были сумерки, то Третьякова долго не могла её найти. Обошла весь лагерь, заглянула в корпус. Нигде нет. «Озеро! Точно!»–вдруг осенило девушку. Она подошла к своему месту, но там Лауры не оказалось. Поэтому Мария перелезла через забор и пошла к самому берегу озера. Как и ожидалось — Лукина была там. Сидела на прохладном песке и... плакала? Третьякова подошла к вожатой и услышала всхлипы. — Лаура Альбертовна... — как только вожатая услышала голос Марии, то быстро вытерла слёзы. — Маша, иди отсюда. Но девушка была напористее. Она подошла к Лауре и села рядом с ней. Взглянув на неё она действительно увидела слёзы. — Это из-за Насти? — интересуется блондинка. А Лаура никак не реагирует. — Лаура Альбертовна, ну скажите, пожалуйста. — Да навалилось всё как-то в кучу. Вот и дала всплеск эмоциям. Ничего страшного не произошло. — Это зря, что вы не делитесь со мной. — Да чем с тобой делиться? Я пытаюсь угодить каждому ребёнку. Абсолютно каждому. Где-то прощу какой-нибудь косяк, где-то от объяснительной спасу, где-то разрешу гулять до отбоя, хотя вы уже за час до него должны быть в корпусе, но я для них всё равно стерва и истеричка. Да я бываю строгой, но нужно же держать дисциплину, иначе что тогда получится? — Нашли кого слушать. Это же Настя. У неё же папа шишка важная. Хотя мне кажется, что он не главнее обычной ёлочной шишки, — шатенка слегка усмехнулась. — а то, что вы дали всплеск эмоциям–это в принципе нормально. Вы сегодня вообще сами на себя не похожи. С самого утра не такие. –Знаешь что случается с человеком во время любви? Вот есть у меня друг. Он узнал, что в него влюбилась девушка. Он сначала не мог понять, ну как она влюбилась в него? Ведь он старше её. Да и разница в возрасте достаточно приличная. А потом он тоже стал понимать, что испытывает к ней чувства. Но когда он хотел ей ответить взаимностью, то она ему сказала, что погорячилась. Она ушла от него и больше он никогда её видел, но достаточно долго любил.... — Лаура Альбертовна, — зовёт блондинка и когда шатенка поворачивается, то Третьякова вовлекает её в поцелуй. В страстный, горячий поцелуй. Такого у них ещё не было. И Лаура поддаётся. Она кладёт свои руки на лопатки девушки и отвечает на инициативу блондинки. — Скажите своему другу, что его девушка просто побоялась своих чувств, поэтому и сказала, что погорячилась. Но теперь, когда она уверена, что у вашего друга ответные чувства, то теперь она ничего не боится... Договорить ей не дают губы Лауры. Она примыкает к сухим губам девушки, но та не отвечает. Лукина уже хотела отстраниться, но блондинка начала активно её целовать. Язык шатенки медленно прошёл по десне Третьяковой, а после и по зубам. Руки Марии взялись за низ футболки Лауры и она потянула её вверх, но Лукина её остановила. — Ты уверена? — со сбившимся дыханием спрашивает Лаура. — Конечно, — говорит Третьякова и опять пытается снять футболку, но Лаура ей этого не даёт. Теперь у шатенки загорелся зелёный свет, а в глазах появилась страсть. Она медленно проводила ладонями по оголённым рукам Марии и медленно спускалась вниз. Подцепив футболку девушки Лаура её сняла и откинула в неизвестном направлении. Та же учесть ждала и шорты. И вот Мария сидит перед Лукиной в нижнем белье. Её формы весьма неплохие и впечатляют шатенку. Как раз в этот момент Лукина снимает с себя одежду и тоже остаётся в нижнем белье. Теперь они равны. Маша восхищёнными глазами смотрит на тело шатенки и кладёт её на песок, нависая над ней. — Не думала, что это пройдёт на улице, да ещё и на пляже, — усмехнулась блондинка. — У тебя было с девушкой? — спрашивает Лаура у Третьяковой, хотя понимает, что ответ на него очевиден. — Ни с кем не было, — отрывисто отвечает Мария и и ждёт дальнейших действий Лукиной. Лаура кивает и нежно целует Машу в ключицу. Язык, оставляя тоненькую мокрую полоску, поднимается вверх до самой мочки уха. У Марии стали вырваться томные стоны и она знала, что это нравится Лауре. Расстегнув бюстгальтер шатенка увидела, что Мария смущается, но убедив её в том, что её тело прекрасно, смущение слегка ушло. Лаура поцелуями от ключицы дошла до груди девушки и взяла её сосок в рот и начала слегка прикусывать зубами, что невероятно нравится блондинке. Маша в это время запустила руки за спину Лукиной и расстегнула её лифчик. Блондинка осторожно прикоснулась руками к грудям старшей и начала осторожно их сжимать. — Ах, — вырвалось у блондинки когда Лаура дотронулась до её лона через ткань трусиков. Но уже можно было понять, что вся эта затея очень нравится Маше. — Точно уверена? — спрашивает Лаура и снимает последнее нижнее белье девушки. —Даа, — вновь вырывается у Третьяковой которая уже изнемогает от желания. Голубоглазая решает не мучать девушку, поэтому согнув её ноги в коленях и расставив на ширине плеч, шатенка коснулась языком клитора. Тело блондинки как будто пробило током и она начала достаточно громко стонать. Минуты через три шатенка отстраняется, ведь чувствует, что Маша жаждет большего, поэтому Лаура аккуратно вводит один палец. Никакой отрицательной реакции от Третьяковой не последовало, поэтому Лукина добавляет второй палец. Девушка слегка морщится, но со временем привыкает и начинает получать удовольствие. Лукина двигается в теле девушки нарастающим темпом и понимает, что ещё несколько минут и Мария дойдёт до разрядки. Поэтому Лаура начинает активнее шевелить пальцами и наблюдать за тем, как младшая извивается под ней. Громкий стон слышит Лукина когда добавляет большой палец на клитор девушки. Третьякова приподнимает голову и чувствует, как напрягаются её мышцы пресса. Глаза Маши закатываются и как только шатенка усиливает скорость движения пальца на клиторе, то блондинку охватывает небольшая судорога. В этот момент шатенка второй рукой касается своего набухшего от возбуждения клитора и через несколько секунд девушки издают достаточно громкий стон, и падают друг на друга. — Я люблю тебя, — поворачивается Мария и смотрит на шатенку. Та кажется даже и не реагирует, что Маша перешла на «ты». — Сильно люблю. Лукина никак не отвечает, а лишь целует блондинку. — Первый раз на берегу реки под звёздами,— тепло говорит Мария, — какая романтика.