Часть 1
30 марта 2022 г., 22:08
Весьма примечательно, что люди при любом удобном случае любят ставить себя на чужое место. Они уверены, что поступили бы куда лучше и разумнее в ситуации, в которой не оказались сами. Более того, они убеждены, что могут чувствовать то же самое — даже сильнее, — и близко не представляя спектр чувств другого человека.
Людям невдомёк, что прежде, чем оказаться здесь — в теоретическом конце, — каждый проходит свой, сугубо индивидуальный путь. И как бы мы ни пытались влиять друг на друга, у каждого из нас своя голова на плечах. Даже если она немного дурная…
Мистер и миссис Ким были неприлично богатыми и влиятельными людьми. И хотя их уровень популярности не дотягивал до мирового, их семье было достаточно заработанного успеха. Несмотря на сложенные временем стереотипы об отношениях между представителями бизнес-кругов, их брак был весьма удачным — от такого союза произошло два замечательных человека, украсивших дом своеобразными, но, безусловно, яркими красками. Пара седых прядей на двоих, пожалуй, самое страшное, что принесли братья Ким своим родителям.
Всего пять лет разницы перестали быть заметными, как только малыш Тэ-Тэ начал уверенно ходить. Джин, хоть и являлся старшим, был не прочь лишний раз вернуться в детство. А с учётом того, что младший словно родился с шилом в заднице, оба долго не могли усидеть на месте. Пожалуй, пара седых волос — явное преуменьшение, но всё это купировалось куда большим по значимости чувством семейного счастья.
Среди огромного количества любви и заботы, которыми старались окружать обоих детей равномерно, находилось место и суровому воспитанию, подкреплённому жизненными уроками — всё это и сделало парней теми, кем они являлись сейчас. Сокджин — главный наследник отца, отучившийся и принимающий потихоньку бразды правления в одной из его компаний. Тэхён — верующий. Ну, по крайней мере, он молился, чтобы этот учебный год принёс ему хоть что-то приятное. В его послесессионные мешки под глазами можно было складывать кокс и легально перевозить через границу. Несмотря на всю его законопослушность, эта шутка веселила его весь полёт домой.
Как и всё хорошее, заслуженный отдых подошёл к концу — собрав кучу чемоданов, Ким-младший ожидал своего рейса. Самолёт Сеул — Лос-Анджелес отправляется через час, а его брат всё ещё спорил с родителями насчёт новогодних праздников. Джин уже запланировал, как они все вместе полетят в Италию на Рождество, но отец отмахивался фразой «ещё дожить надо», а мать приводила аргументы, восхваляющие обычный домашний праздник без пасты и итальянской пиццы — а если уж так захочется, то она и сама их сделает: в её роду по папиной линии были итальянские корни.
— Пускай Винсент рассудит, — поставив точку в этом вопросе, Джин на пятках развернулся к брату и скрестил руки на груди, чуть приподняв левую бровь в ожидании одобрения.
— Если я не умру от морального перенапряжения на учёбе, то мы встретимся хоть на Северном полюсе, — Ким поправил очки, что понадобились ему уже спустя два месяца безвылазной зубрёжки. Они не стали его постоянным атрибутом на лице, но, чтобы не щуриться, как, например, сейчас, проверяя статус рейса на висящем вдали табло, ему приходилось везде носить их с собой.
— Ещё одна шутка про смерть, и я вычеркну тебя из своего завещания, — важно заявила мать, души не чаявшая в младшем, но по натуре слишком суеверная, когда дело касалось смерти.
— А кто шутит? — театрально удивившись, Тэ для большего эффекта начал оглядываться.
— Ким Тэхён! — прикрикнула она, шлёпнув по чужой заднице. Впрочем, так же слабо, как и в детстве.
— Дорогая, ну не здесь же, — приобняв жену, отец потихоньку стал отводить ту в сторону. Быстро сменив гнев на милость, нежась в руках мужа, женщина уже плакала о скором расставании с сыном.
Старший из братьев с разыгравшейся комедии лишь весело прыскал в кулак. За своей работой он не замечал, как пролетало время: ещё недавно он встречал исхудавшего и бледного как смерть Тэхёна, а теперь провожал в ещё один сеанс путешествия по кругам ада. Сам он, не решившись покидать родной дом, поступил и окончил университет дистанционно. Студенческая жизнь, о которой так грезил его младший брат, казалась ему чересчур приукрашенным событием.
Наконец была объявлена посадка, и Тэхён в последний раз одарил семью тёплым, полным бескорыстной любви взглядом. Он не любил прощания, поэтому стремительно развернулся в нужном направлении и сверкая пятками умчался к немного опешившим сотрудникам аэропорта. Джин в это время насильно разворачивал родителей к выходу и, скрывая свою грусть за светлой улыбкой, старался завести новый пустой разговор.
В наушниках играл недавно составленный плейлист для поднятия духа, а горсть халявных конфет насыщала организм глюкозой — всё, что нужно для комфортного перелёта. Уже через несколько часов Тэхён будет сидеть в общаге, жевать местный гамбургер и мечтать о том, чтобы староста потока забыл о его существовании. Ещё в начале прошлого года он записался в активисты и делал всё, что только попросят. Заработав таким образом авторитет и эмоциональное выгорание, парень очень надеялся, что больше от него не потребуют сидеть круглые сутки за разного рода проектами «на благо студсовета». Однако, к счастью или сожалению, таких, как он, часто назначают кураторами для первокурсников — тем более за специальными иностранными группами, в какой и Ким был год назад.
Обязательства, долг и честь — Тэхён с удовольствием избавился бы от всего, если бы это не составляло большую часть его личности. Поэтому ровно через сутки после прилёта, гордо подняв голову и натянув широкую дружелюбную улыбку, он получил свою кураторскую должность (и надбавку к стипендии, будь она неладна).
Южно-калифорнийский университет славился своей всеобъемлющей учебной программой и немалыми суммами за её освоение. Так что учились здесь либо невиданные гении, либо богатеи. Была лишь небольшая пригоршня людей с грантами на обучение, но проще найти иглу в стоге сена.
Группа, что досталась Киму, была небольшой: всего двенадцать человек. Судя по первому впечатлению, гениев здесь не было. Хотя один парень выделялся среди всех своей простотой: его лицо выражало куда больше осознанности, нежели лица остальных присутствующих. Чего стоил только парнишка с грязной головой, жующий жвачку с таким причмокиванием, словно это было самое вкусное блюдо в его жизни. Девушка, стоявшая напротив Тэхёна, старалась казаться самой заинтересованной, но, увы, увлечённость эта была далеко не знаниями. Такой внимательный взгляд уже даже не льстил — лишь пугал.
Представившись и дав им первое указание — назначить главного среди своих, чтобы проще было доносить информацию, — Тэ опёрся пятой точкой на учительский стол в аудитории, которую он выкроил для своего первого собрания, и пристально уставился в окно. Солнце неумолимо жарило людей снаружи, и Ким подумал, что был бы не прочь сейчас выпить чего-нибудь холодненького. От перенасыщения высоким градусом спасали лишь коротенькие перебежки между зданиями с кондиционерами и отвращение к алкоголю.
Не сводя глаз с зелёной лужайки, Тэхён почувствовал, что кто-то вновь прожигал в нём дыру. Ощущение, как чужой цепкий взгляд оглаживал поверхность его тела, было весьма двойственным. Всё зависело от того, кому он принадлежал. Судя по стоящему галдежу, перваши ещё спорили, кто должен стать их связующим звеном. Тот, кто смотрел на него, видимо, едва улавливал ход разговора. Чуть закусив нижнюю губу, а после медленно проведя по ней языком, Ким слишком резко повернул голову к спорящим студентам и посмотрел на недо-сталкера, хлопнув в ладоши. Парень с огромными глазами от неожиданности едва не упал со стула.
— Ты, — указав на обладателя удивлённо распахнутых глаз, Тэхён сделал два шага вперёд и, приставив ногу с характерным щелчком каблуков туфель, ярко улыбнулся. — Будешь главным.
Вернув лицу серьёзное выражение, Ким обвёл не менее шокированных ребят незаинтересованным взглядом.
— До конца этой недели вы можете подойти ко мне лично. Каждый по одному разу. Остальные возникающие вопросы попрошу чётко формулировать и задавать… Как тебя зовут? — кивнув в сторону всё ещё озадаченного парня, Тэ вопросительно приподнял брови.
— Чон Чонгук, — громко произнёс тот, но голос его был не таким уверенным, как изучающий профиль куратора взгляд минуту назад.
— Чон Чонгуку. Он передаст их мне, и я с удовольствием распишу, что, где и как. Понятно? — заметив пару робких кивков, Ким продолжил: — Сейчас вы идёте на специально подготовленное для вас собрание — справа по коридору последняя дверь. После сможете отдохнуть и осмотреться, — указав точное направление сквозь стены комнаты, надеясь на отсутствие хоть у кого-то из представителей группы топографического кретинизма, Тэхён мягко улыбнулся. — Чонгук, ты идёшь со мной. Всего доброго. Удачи. Она вам пригодится.
Не глядя на Чона, Ким вышел из аудитории и медленнее обычного двинулся к выходу из корпуса. Сзади он слышал быстро нагоняющие его шаги. Поравнявшись, парни продолжили идти нога в ногу. Чонгук не знал, куда они так целеустремлённо направлялись. Должен ли он спросить? В его обычно комфортной чёрной толстовке было невыносимо душно, но беспокоила его сейчас только новая и абсолютно ненужная должность старосты группы. Набравшись смелости спустя пару минут напрягающего, похоже, только его молчания, парень откашлялся, но, прежде чем ему удалось что-то сказать, Тэхён заговорил первым.
— Ничего полезного там не скажут, так что не переживай, — он протянул Чонгуку свою визитку. — Мои контакты. Никому их не давай, иначе мы поссоримся, — невинно улыбнувшись, Ким открыл дверь кафе, так удачно расположенного рядом с корпусом университета. — Проходи.
Народу было совсем мало, так как основная масса посетителей — студентов — сейчас сидела на собрании, пытаясь выцепить из приветственных речей толику нужной информации. Тэхён подошёл к кассе и поздоровался с девушкой по ту сторону стойки, которая тут же засияла, завидев человека перед ней.
— Тэ! Рада, что ты всё-таки вернулся. Выглядишь куда лучше, — юная особа, сверкая ярко-голубыми глазами и демонстрируя милые ямочки на щеках, поправила выбившуюся из хвоста светлую прядь.
— Набрался сил дома. Ты как? — схватив горсть конфет из пиалы, стоявшей на стойке возле кассового аппарата, парень вытянул две яблочные и вернул их обратно — остальные прекрасно уместились в кармане брюк.
— Ничего нового. Продолжаю варить лучший кофе в твоей жизни, — весело прощебетала девушка и, обратив внимание на подошедшего к ним Чона, улыбнулась и ему. — Привет. Твой друг? — спросила она у Кима, не сводя взгляда с нового лица.
— Первый курс. Я теперь куратор, — Тэхён с напускной серьёзностью поправил воображаемый галстук, и это выглядело настолько искусно, что Чонгук на секунду решил, что тот на нём действительно есть.
— Так и до президента недалеко, мистер Ким, — весело рассмеявшись над состроенным строгим лицом друга, бариста обратилась к Чону. — Чего желаете?
— Чай. Зелёный, — быстро пробежавшись по вывеске с меню над кассой, Чонгук полез в свой рюкзак.
— Мне холодный американо со сливками. Запиши на мой счёт, — отчеканил Тэхён и, подхватив Чона под локоть, отвёл его к свободному столику. — Я угощаю.
— Спасибо, — стараясь не смущаться от такого непривычного поведения, Чонгук закусил левую щёку изнутри. Мысли о возможности отказаться от роли старосты с каждой минутой гасли всё больше. Уверенности в себе по-прежнему не было, но человек рядом с ним источал её столько, что хватит на двоих.
Пока бариста шаманила с их напитками, Тэхён внаглую осматривал сидящего перед ним Чонгука. У парня были весьма привлекательные черты лица. Чего стоили одни только глаза, кажущиеся такими большими и невинными, — они ему очень подходили. Задумавшись над тем, что это будет весьма странным комплиментом, Ким решил отвлечься на разговор.
— Откуда ты? — вытащив сразу две конфеты из кармана и избавившись от фантиков, Тэхён закинул обе в рот.
— Пусан, — интуиция ещё при первом взгляде подсказала, что их куратор явно необычный, так что Чонгук старался не реагировать на странности в его поведении.
— Сколько тебе лет? — чуть склонив голову вбок, Тэхён вдумчиво сканировал лицо младшекурсника.
— Семнадцать, — чуть смущённый столь пристальным вниманием, Чонгук старался сохранить зрительный контакт.
— Родители?
— Мама косметолог. Папа владеет сетью ресторанов, — язык действовал быстрее мозга, и Чон пытался сдерживаться, но нахмуренный лоб всё равно выдавал его.
— Ты на моей специальности. Будущий наследник бизнеса?
— Должен им стать.
В этот момент та самая девушка принесла им заказанные напитки, хоть это и не входило в её обязанности, и, пожелав хорошего дня, вернулась к работе.
— Есть братья или сёстры? — размешивая напиток трубочкой, Ким продолжал внимательно следить за изменениями в настроении парня — выражение его лица с каждым вопросом становилось всё более хмурым.
— У моего отца есть сын от первого брака, но мы с ним почти не общаемся, — Чонгук надеялся, что допрос окончен: эти вопросы были не самыми приятными.
— Тэхён. Или Тэ — как тебе будет удобнее. Я из Сеула. Мне двадцать один год, но не зови меня хёном, — сделав несколько глотков своего кофе, Ким продолжил: — Мои родители слишком известны, чтобы о них говорить, и у меня есть старший брат. Люблю свою семью больше жизни, а учусь здесь, потому что хотел бы работать за границей.
— Ясно… — зачем-то запоминая всю предлагаемую информацию, словно после этого разговора его ждал зачёт по Тэхёноведению, Чонгук пытался разглядеть в глазах напротив намерения касательно себя.
— Я всё это рассказываю, потому что хочу подружиться с тобой, — прочитав очевидный вопрос, повисший в воздухе, Тэхён продолжил пояснять: — Год назад я с такими же круглыми глазами приехал сюда и тут же погрузился в учёбу. Кончилось это безупречным средним баллом и нервным срывом. Не хочу, чтобы ты пошёл по моим стопам, — посмотрев на экран мобильного, Ким вдруг звонко выругался и, подхватив недопитый кофе, встал с места. — Мне пора. Напишешь мне. До скорого.
Стараясь сдержать тяжёлый вздох от насыщенности событий первого дня — а ведь ещё даже не обед, — Чон залпом допил свой чай и покинул кафе, помахав уже знакомой кассирше на выходе.
Чонгук приехал в Лос-Анджелес ещё неделю назад. Втайне от отца ему пришлось проситься в общагу, попутно выписываясь из квартиры, что тот снял ему на ближайшие полгода. Конечно же, мистер Чон всё узнал, но смиловался над сыном и разрешил остаться в комнате с условием, что в блоке он будет один. Чонгук догадывался, что у его отца будут здесь свои шпионы, но надежда на лучшее всё равно жила до последнего.
На секунду ему показалось, что и Ким Тэхён один из них. Но интуиция и опыт прошлого подсказывали, что куратору можно верить. Он казался слишком непредсказуемым — его отец таких на дух не переносил.
Получив расписание, Чонгук не без труда нашёл столовую и библиотеку — основные на ближайшие несколько лет любимые места. Теперь оставалось только отдохнуть перед завтрашним днём. И кто только придумал ставить в первый же учебный день четыре пары?
Приняв душ и переодевшись в домашнее, Чонгук на скорую руку приготовил себе ужин и, включив новый сезон любимого аниме, быстро прикончил его.
На середине третьей серии он неожиданно вспомнил про Тэхёна, которому, вообще-то, должен написать. Вот только что именно? Может, достаточно будет просто поздороваться и сказать, что это его номер? Простая карточка с номером телефона и профилем в инстаграм ожидала своего часа на краю рабочего стола. И каким бы необычным это ни казалось, Чон не мог не подметить удобство визиток — даже если ты обычный человек, а не представитель какой-нибудь компании.
Неизвестный номер
Добрый вечер. Это Чонгук. У меня пока нет вопросов, но вот мой номер.
Ответ не заставил себя долго ждать.
Ким Тэхён Хорошо, Чонгук. Если что-то понадобится — что угодно — пиши. Можешь и позвонить, если позволит твой внутренний интроверт.
Почему-то захотелось поспорить с Тэхёном. С чего он взял, что у Чонгука есть какой-то там внутренний интроверт? Да, он меньше разговаривал, чем Ким, при их первой встрече, но это была сугубо вина Тэхёна: он слишком быстрый… Да, возможно, Чон показался каким-то нелюдимым, но он обязательно докажет обратное. Ради себя.***
Проклиная своего соседа по комнате, который вдруг решил, что он русалка, и не вылезал из ванны вот уже третий час, Тэхён продолжал составлять своё расписание, на этот раз оставляя место для отдыха и гулянок. Возможно, ему удастся спасти одного юного студента от учебного переутомления. Как только Ким подумал о нём, телефон оповестил о смс с неизвестного номера. Неизвестный номер Добрый вечер. Это Чонгук. У меня пока нет вопросов, но вот мой номер Улыбнувшись, Тэхён быстро набрал ответ.Ким Тэхён Хорошо, Чонгук. Если что-то понадобится — что угодно — пиши. Можешь и позвонить, если позволит твой внутренний интроверт.
Кстати, ты в общаге сейчас?
Зелёный чай ДаКим Тэхён Какая у тебя комната?
Зелёный чай 202***
Чонгук без единой задней мысли назвал номер комнаты, не ожидая, что уже через пару минут в его дверь мелодично постучат. Ноутбук, что продолжал воспроизводить «Волейбол», переместился с бёдер на прикроватную тумбочку, чтобы Чон мог поспешить. В дверях общаги не были предусмотрены глазки, поэтому парень, не испытывая особого любопытства, тяжело вздохнул и схватился за ручку, открывая. В принципе, он мог бы сложить два плюс два и не так удивляться стоящему в коридоре куратору. — Твоя ванная свободна? — дождавшись утвердительного кивка, Ким продолжил: — Могу я её занять на четырнадцать минут? Я выбиваюсь из расписания из-за своего соседа-тюленя, — закинув на плечо полотенце, Тэхён виновато улыбнулся. Молча распахнув дверь шире, Чонгук приглашающе махнул рукой, пропуская гостя в комнату. — Благодарю, — сбросив у порога шлёпки, парень быстро скрылся в ванной. Чонгук вышел в коридор и внимательно осмотрелся по сторонам, но никого не заметил. Ему лишь на секунду померещилась мелькнувшая за поворотом тень. Минут десять Чон пытался смотреть аниме дальше, не отвлекаясь на чужое пение, почти не скрываемое шумом льющейся воды, но всё было тщетно — скоро он и сам начал подпевать знакомой мелодии. Длилось это недолго: как и обещал, Ким занял ванную всего на четырнадцать минут. Дверь открылась, и вместе с облаком пара вышел сияющий чистотой парень. Его былые вьющиеся волосы сейчас были влажными, парень зачесал их назад, словно мексиканский мафиози, что делает укладку дорогущим гелем с эффектом мокрых волос. Полотенце, перекинутое через шею, продолжало впитывать лишнюю влагу, часть которой всё же успела впитаться и в футболку, и в шорты, если судить по прилегающим к коже тёмным пятнам. «Видимо, Тэхён не фанат обтираний», — думалось Чону, но комментировать это вслух он не решился. — У тебя хороший напор, — одобрительно произнёс Тэхён, прерывая повисшую вдруг тишину. — До меня уже не так доходит. — А ты на каком этаже? — Чон свёл брови к переносице, пытаясь вспомнить, сколько всего этажей в этом здании. — Я сверху. Прямо над твоей комнатой. Слышимость тут хорошая: я даже отсюда могу услышать, как мой сосед всё ещё плещется, — зло зыркнув вверх, Тэхён вдруг начал оглядываться вокруг, словно что-то потерял. — А где твой сосед? — У меня его нет, — ответил Чон, попутно удивляясь слабому напору всего на этаж выше. — С тобой люди не уживаются? — парень с интересом разглядывал обстановку, абсолютно не стесняясь. — Не знаю. Я ни с кем не жил. Отец только с таким условием разрешил мне заселиться в общагу, — всё ещё не отдавая себе отчёт в собственных действиях, Чонгук продолжал беспечно отвечать на вопросы куратора без доли утайки. — Твой папа напоминает дракона, — рассматривая полку с книгами, Тэхён подмечал, какие из них он сам читал. Всего две из восьми. — Дракона? — переспросил младший: либо он ослышался, либо Ким оговорился. С невозмутимым видом Тэ взял заинтересовавшую его книгу и открыл аннотацию. — Сказки читал? Дракон, что охраняет принцессу на самой высокой башне. Всех, кто приближается, херачит огнём, — обратив внимание на монитор ноутбука, Ким подбежал ближе к нему, уставившись в экран чуть ли не впритык. — Новый сезон вышел?! Чёрт! Нужно внести в расписание, — достав телефон из заднего кармана шорт, Тэхён что-то быстро напечатал, спиной шагая к выходу и попутно ставя книжку на место. — Ладно, мне пора. Спокойной ночи, принцесса, — ярко улыбнувшись парню, Ким выпорхнул из комнаты, слегка хлопнув дверью. Проанализировав произошедшее, Чон ещё раз про себя отметил, что Тэхён точно не мог быть шпионом. Видимо, он один из немногих, кому действительно можно доверять. Всё же лучше, чем ничего. Книга, которую брал парень, стояла теперь не очень аккуратно, чем вынудила Чонгука подойти и поправить её. Та самая книга, что по каким-то неясным причинам дарила ощущение спокойствия и тепла при каждом прочтении. И будь Чон немного смелее, назвал бы её любимой, невзирая на принадлежность данного чтива к подростковым романам. Странно, что Тэхён никак не прокомментировал находку. Возможно, на его полках тоже найдётся что-то похожее. Вернувшись к просмотру, парень продолжал думать о своём соседе сверху. Врождённая способность Чонгука видеть людей насквозь совсем не работала на нём. Из-за всех этих нахлынувших размышлений серию пришлось смотреть заново.
