Татуировка

Графический дизайн был страстью Чонгука. Он был одним из немногих детей, которые росли, точно зная, чего хотят, и делали все, чтобы достичь этой цели. Первым подарком, который он получил, был альбом для рисования. И после того, как он заполнил все 250 страниц случайными каракулями и рисунками, родители решили, наконец, записать его в художественную школу. Именно там его таланты по-настоящему раскрылись, и он начал мечтать. Теперь, будучи ведущим художником одной из крупнейших анимационных студий Кореи и по совместительству тату-мастером, он проживал свою мечту. Две приятные работы, крупный счет в банке, блестящая репутация, роскошный дом и мускулистое телосложение. Всем остальным казалось, что у него есть все. И хотя в основном это было правдой, был один кусочек пазла, который он так и не нашел. Любовь. В наши дни её должно было быть легко найти. Каждому была назначена одна родственная душа, как только они родились. На протяжении многих лет, по мере развития общества и широкого распространения магии в современном мире, правительство разработало метод, помогающий людям найти свою идеальную пару. Как только в мире появлялась новая жизнь, им ставилась метка на теле. Этот знак может быть чем угодно, от крошечной точки на руке до крупного красочного рисунка, растянувшегося по всей спине. Чтобы найти свою родственную душу, все, что вам нужно было сделать, это найти человека с таким же родимым пятном, как у вас, в том же месте, что и на вашем теле. Хотя большинство людей сделали своей жизненной миссией найти свою пару, Чонгук никогда не искал ее активно. Долгое время он был доволен всем, что у него было, и той жизнью, которую он себе прокладывал. Время от времени он вступал в интимные отношения, а иногда поглядывал на людей на пляже, чтобы увидеть, есть ли у них такая же отметина, как у него, но у него никогда не было времени по-настоящему задуматься о том, что он не нашел свою вторую половинку. Только недавно, во время встречи выпускников, его наконец осенило. Он собирался умереть в одиночестве. Все его друзья уже нашли свою единственную настоящую любовь. Мингю встретил её в первом классе из-за того, что громко плакал. БэмБэм нашел в выпускном классе. А Джэхён встретил свою девушку на первом курсе колледжа. Пока они проводили свою юность в поисках своих вторых половинок (как и все остальные нормальные люди в мире), Чонгук был занят своим увлечением и карьерой. Он так долго использовал свои увлечения, чтобы заполнить отсутствие других видов любви в своем сердце, что привык к этому. Быть может, на него подействовало видеть присутствующих с парами, в то время как он прибыл один. Или, может быть, именно то, как он увидел, как они все смотрели друг на друга с чистой преданностью, заставило его наконец осознать, каким должен быть следующий шаг в его жизни. Потому что, несмотря на то, что он достиг всего, чего хотел в раннем возрасте, он еще не чувствовал себя полноценным. И, увидев, как его друзья изменились к лучшему после того, как нашли свою вторую половинку, он решил, что пришло время и ему приложить немного больше усилий. После двух последних месяца поиска, Чонгук ходил на бесчисленное количество свиданий и встречался с множеством разных женщин. Он встречался с женщинами в разных уголках мира, но всё безрезультатно. И уже начал подумывать, что никто не был проклят таким же родимым пятном в форме звезды, как у него. — Я просто считаю это нелепостью, что каждому предназначен только один человек. Что, если между ними океаны? — проворчал Чонгук однажды утром, входя в офис анимационной студии со свежей чашкой дымящегося кофе в руках. — Еще в начале 2000-х ни у кого не было этих отметин, и им приходилось искать любовь самостоятельно. Коллега и лучший друг Чонгука, Чимин, закатил глаза, прежде чем выхватить кофейную чашку из его рук. — Это было сотни лет назад, Чонгук. Тогда им приходилось пользоваться приложениями для знакомств и спать между собой, из-за чего появились десятки новых заболеваний, передающихся половым путем, — он сделал паузу, чтобы физически вздрогнуть от отвращения. — Благодаря инициативе родственных душ количество разводов резко снизилось, люди стали счастливее, семьи стали более сплоченными — это лучшее, что случалось с миром со времен летающих автомобилей. — А как насчет людей, которые не смогут найти свою единственную настоящую любовь? Или что, если они умрут до того, как встретятся? Значит, им просто суждено быть одинокими навсегда? Чимин раздраженно посмотрел на него. — Нет, это работает совсем не так. Разве ты не читал устав законодательного собрания правительства? Чонгук невозмутимо взглянул на него. Как бы молча говоря: «Ты в своем уме? Устав я, конечно же, не читал». На самом деле, Чонгук был уверен, что никто, кроме Чимина, даже не заботился об этом. Все, что им нужно было знать, это как найти своего человека, а остальное было довольно естественно. — У тебя есть 25 лет с момента твоего первого вдоха на этой земле, чтобы найти свою настоящую родственную душу. Этот человек был волшебным образом подобран тебе на основе совместимости твоей ауры, личности, интересов и характера. Если ты не сможешь найти своего человека в течении этих 25 лет, будь то из-за внезапной смерти или отсутствия усилий, связь, связывающая вас, будет разорвана. Твоя метка начнет исчезать, чем дольше ты будешь ее искать, пока, в конце концов, не исчезнет полностью. Однако, ты имеешь право на другую родственную душу, тебе придётся проконсультироваться с одним из духовных магов в местном храме, но на данный момент твой «баланс» ограничен, поскольку родственную душу сейчас ищут для всех вдов и вдовцов. Поэтому ты не сможешь найти кого-то, кто на 100% подходит тебе. С каждым разом у Чонгука отвисала челюсть, пока Чимин объяснил ему всё. — Подожди, что?! Хочешь сказать, что если я не найду свою родственную душу в течение следующего года, наша связь оборвётся? Весь офис, полный сотрудников, повернулся, чтобы посмотреть на него, поскольку Чонгук на мгновение забыл, где он находится. Его голос постепенно повысился до испуганного крика, и теперь все смотрели на него с разной степенью раздражения и веселья. — Ладно, все за работу! — приказал Чимин, схватив Чонгука за рукав и потащив его в свой кабинет, где он мог наедине потерпеть его психический срыв. Чонгук оцепенело последовал за ним внутрь, рухнув на стул перед столом Чимина с потерянным взглядом в глазах. — Почему никто не сказал мне об этой детали? — Наверное, потому что большинство людей находят своего человека до этого момента. Немногим приходится беспокоиться об этом, — Чимин вздохнул, глядя на Чонгука с беспокойством и, возможно, с намеком на сочувствие. Чонгук просто продолжал смотреть в пространство, совершенно потрясенный. — Как я должен найти своего человека за такое короткое время? — Любовь должна найти способ, — ответил Чимин самым банальным образом, из-за чего Чонгук, наконец, вышел из своего ошеломленного состояния на достаточно долгое время, чтобы стрельнуть в него взглядом. Может, теперь, когда ты действительно пытаешься её найти, звезды сойдутся, и судьба сделает свое дело. — Мы оба знаем, что это полная чушь, — прежде чем он успел закончить это предложение, телефон Чонгука зазвонил в кармане рубашки. Он посмотрел на идентификатор вызывающего абонента и нахмурился. — Что случилось, Югём? — он проговорил в динамик телефона с большим подозрением. Югём был владельцем тату-салона Inkphoric, в котором работал Чонгук. Он также оказался одним из самых близких друзей Чонгука и одновременно занозой в его заднице, в большей части времени. Тот факт, что Югём звонил ему посреди рабочего дня, означал только плохие новости. Вот почему Чонгук не удивился, когда Югём начал говорить со скоростью мили в минуту на другой линии. — Боже, Чонгук. Слава Господу, и небесам, и морям, и звездам, что ты поднял трубку. Я облажался, черт возьми, я облажался! — Черт, ты снова уколол себя иглой? Югём, клянусь Богом, сколько раз… — Нет, нет! Всё не так! — Тогда что? Ты снова сделал татуировку не тому человеку, потому что это будет в третий раз… Югём издал протяжный, огорченный стон. — Нет! Ничего из этого. Хотя, я чуть не использовал просроченные чернила для последнего приёма — но это не имеет значения! — Тогда что? — спросил Чонгук, пытаясь оставаться спокойным и собранным, поскольку он чувствовал, как уровень его стресса резко возрастает, как это часто случалось, когда он разговаривал с Югёмом. — Я забыл о дне рождении моей девушки! — воскликнул он голосом, полной му́ки. — Она убьёт меня! Я должен был забрать ее час назад, но у меня клиент, ожидающий сделать свою первую татуировку прямо сейчас. Не мог бы ты, пожалуйста, милый, пожалуйста, прийти сюда и взять на себя этого клиента? Это всего лишь маленькая татуировка, она не займет и часа твоего времени. Чонгук вздохнул, чувствуя прилив сочувствия к этому человеку, несмотря ни на что. Он знал родственную душу Югёма, Цзыюй, еще со школы, и с ней нельзя было связываться. Югём постоянно был с ней как на тонком льду, и они могли разругаться буквально из-за любой мелочи. — Югём, я сейчас на работе. У нас днем ​​важная презентация. Почему бы тебе не позвонить другим мастерам? — Я уже пытался! Джексон сейчас в отпуске в Макао, Сыльги делает тату другому клиенту, пока мы разговариваем, а Мино в отпуске по семейным обстоятельствам. Ты буквально моя единственная надежда. Эй, кстати, я когда-нибудь упоминал, насколько ты хорош в татуировках? Талантлив, точен в обслуживании клиентов. Я почти уверен, что ты родился, чтобы быть тату-мастером. Чонгук закатил глаза на очевидную попытку Югёма польстить и прервал его, прежде чем он успел что-либо сказать нелепее, чем уже было. — Тогда просто отмени приём и перенеси на другую дату. Я уверен, что клиент не будет возражать. — Я уже подготовил ее и усадил в кресло, Чонгук! Бедняжка боится иголок, а я потратил все это время, успокаивая ее и укрепляя её доверие. Кроме того, я уже перенёс её время ещё на прошлой неделе, это отразится на нашей репутации. — Чёрт возьми, Югём, — раздраженно сказал Чонгук. — Кто, блять, позволил тебе вести собственный бизнес? — Прошу, просто приедь сюда в течении следующих 15 минут, — умоляюще проскулил он. — Уверен Чимин сможет справиться с проектом в одиночку. Чонгук снова вздохнул. Югём воспринял это как знак поражения. Прежде чем Чонгук успел возразить, тот уже начал чуть ли не пританцовывать на другом конце линии. — Братан, спасибо, спасибо, я у тебя в долгу. — Я не соглашался… — Увидимся через 15 минут! Отлично, люблю тебя, пока! Чимин, услышав весь этот разговор, посочувствовал Югёму больше, чем Чонгук. Он согласился взять на себя презентацию и позволил Чонгуку уйти пораньше. Чонгук ехал как сумасшедший, чтобы вовремя добраться до тату-салона. Он едва успел припарковать свою машину, как Югём выбежал из дверей. Как только Чонгук слез с водительского места, Югём заключил его в огромные медвежьи объятия, подбросил ключи от салона в руки и бросился к своей машине. — Я обязан тебе многим, чувак! — крикнул он через парковку, а Чонгук только покачал головой и направился к входу в салон. Тату-салон Inkphoric считался очень современным модным заведением. В отличие от большинства тату-салонов в городе, которые казались безобразными до такой степени, что напоминали темницу, Inkphoric был известен своей элегантностью и комфортом. Окна, ведущие в салон, всегда сверкали чистотой, вывеска заведения была написана жирным моноширинным шрифтом, а на дверях были гладкие стальные ручки. Внутри было так же чисто, как и снаружи. Черные бархатные диваны были организованы небольшим квадратом, чтобы сформировать зону ожидания спереди, с плюшевыми королевскими синими подушками, расположенными сверху для яркого цвета, блестящей мраморной плиткой на полу и несколькими подвесными светильниками, свисающими с потолка. Каждая стена была покрыта образцами рисунков в рамках, организованных татуировщиками, которые их нарисовали. У Чонгука вся задняя стена была посвящена его работе. Когда Чонгук направился к стойке регистрации, он с опозданием понял, что Югём почти не дал ему никакой информации об этом клиенте. Он не знал, какую татуировку ему нужно было сделать, сколько лет клиенту, были ли какие-то факторы риска, абсолютно ничего. Все, что ему было известно, только то, что это не должно было занять так много времени, а клиент боялся иголок. Ни один из этих фактов не успокаивал. Чонгук с облегчением обнаружил анкету клиента, лежащую прямо перед кассовым аппаратом, и быстро её прочитал. Имя клиента: Пак Чеён — Красивое имя, — подумал Чонгук, продолжая читать данные. Возраст: 24 года Пол: Женский Аллергия: Авокадо Есть ли проблемы со здоровьем? Учитывается ли фобия игл? Пожалуйста, не обращайте внимания, если это не так. Тип татуировки: Черные чернила Место татуировки: Позвоночник Описание татуировки: Небольшая (около 3 см) молния в середине позвоночника (прямо над грудной клеткой). Чонгук изучил эту информацию глазами опытного профессионала. Он вытащил эскиз и трафарет, которые Югём уже подготовил, и кивнул сам себе. Это казалось достаточно простым. Единственное, что его беспокоило, так это расположение татуировки. Татуировки на позвоночнике, возможно, были одной из самых сложных и болезненных областей для нанесения чернил из-за всех нервов, располагающихся там. А то, что это была первая татуировка клиентки, и она боялась иголок, не очень удачное сочетание для такой смелой локации. Тем не менее, Чонгук взял все свое оборудование и направился по коридору к персональным комнатам. Была только одна дверь с табличкой «Занято». После трех сильных ударов в дверь он распахнул ее. Как и сказал Югём, клиент уже был готов. Она лежала лицом вниз на медицинской кушетке. Ее светлые волосы были собраны в небрежный узел, а спина была обнаженной для процедуры. Чонгук мог видеть только ее спину, и все же он уже мог подумать, что она очень привлекательна. Ее кожа была абсолютно безупречной до такой степени, что он был уверен, что она блестела под светодиодными лампами в комнате. И это соотношение талии и бедер было невероятным. Чонгук был уверен, что она либо модель, либо какая-то спортсменка, основываясь только на ее телосложении. Он резко прекратил ход своих мыслей, прежде чем воображение разыгралось. Ему пришлось фактически потрясти головой, чтобы избавиться от них. — Госпожа Пак, меня зовут Чонгук, я один из тату-мастеров в Inkphoric, — представился он, кладя свой материал на рабочий стол в углу и мельком взглянув на нее, когда она повернула к нему голову. Она была такой же красивой, как он и ожидал, если не больше. Чонгуку требовалась вся сила воли, чтобы вести себя небрежно, тогда как на самом деле он хотел просто открыто глазеть на ее красоту. Она одарила его лучезарной улыбкой, и он ощутил болезненную боль в сердце. Словно сжимающуюся. — Привет, Чонгук, приятно познакомиться. С Югёмом все в порядке? — Да, он в порядке, — ответил он, приведя свое оборудование в порядок, чтобы она не смогла обнаружить ни одной из непрофессиональных мыслей, мелькающих в его голове. — Мне очень жаль, что вам пришлось ожидать. У Югёма появились…семейные дела, о которых он должен был позаботиться. Так что, надеюсь, вы не возражаете, но я возьму на себя его обязанности. Она легко рассмеялась, звук разнесся по комнате, как умиротворяющая мелодия арфы. — Не беспокойтесь. Судя по тому, как он сбежал отсюда, у меня возникло ощущение, что он не вернется. Хотя перед уходом он заверил меня, что кто-то «даже лучше», чем он, займет его место. Чонгук одарил ее ухмылкой. — Черт, теперь я должен оправдать эти ожидания. — Но без давления. Настала его очередь смеяться. — Слишком поздно. На мгновение она замолчала и просто наблюдала за ним, подперев подбородок руками, пока он надевал маску. Тот факт, что она была полуголая и лежала на кровати, похоже, нисколько ее не смутил. Тем временем Чонгук изо всех сил старался не смотреть ни на что, кроме нее, что было странно, потому что она не была первой женщиной, получившей от него татуировку на позвоночнике. Обычно он был очень сосредоточенным и профессиональным, но что-то в ней… было другим. — Ты совсем не похож на татуировщика, которого я представляла. Чонгук взглянул на нее, приподняв бровь, и начал надевать перчатки. — Что ты себе представляла? — Ну, я прозвучу как осуждающая стерва, если скажу тебе. — Ты не можешь просто сделать такое заявление и не объясниться, — ответил он насмешливо строгим тоном. Она слегка наклонила голову и оглядела его с ног до головы, пока Чонгук пытался притвориться, что не заметил. — Во-первых, ты носишь очень модную одежду. Я же ожидала, что тату-мастеры ходят в рваных джинсах, кожаных куртках, футболках с рисунками и, возможно, даже с облегающими футболками, чтобы показать все свои мускулы и тату. — О, поверь, у меня есть вся эта одежда в шкафу. Я ношу эти «причудливые» вещи, потому что — это может тебя шокировать — помимо этой, у меня есть другая работа художника-мультипликатора. — На самом деле меня это не шокирует, — сказала она с самодовольной улыбкой. — Я видела всю стену, полную твоих рисунков, когда осматривалась в салоне. Они определенно были достойны того, чтобы попасть на большой экран в виде кино или телепродукции. Чонгук улыбнулся, и ему пришлось отвести взгляд от ее проникновенных глаз, прежде чем он погрузился в них еще глубже. Вместо этого он не сводил глаз с чернил, помещая их в нужные отсеки. — Скажи мне, о осуждающая стерва, какими ты ещё представляла себе тату-мастеров? — Ну, опять же, это прозвучит очень грубо… но я думала, что они будут выглядеть более хардкорно? — Госпожа Пак, — Чонгук посмотрел на нее с фальшивым серьезным выражением лица. — Ты хочешь сказать, что я недостаточно круто выгляжу для тебя? Хочешь, я схожу за гробовщиком, чтобы он сделал тебе татуировку? Она снова усмехнулась и покачала головой. — Нет, я просто имею в виду, что ты выглядишь очень мило, и у тебя приятная, спокойная энергия. Это действительно успокаивает кого-то вроде меня, кто сдержанно паникует внутри. Особенно сейчас, когда я физически смотрю на иглы, которые скоро проткнут мою кожу, о боже. Чеён повернула голову так, что ее лоб прижался к подушке, а лицо было скрыто. Она либо собиралась закричать в подушку, либо задохнуться ею. Чонгук едва успел прийти в себя от комплиментов, которые она ему отвесила, потому что он заметил, что она вот-вот впадет в истерику, и ему нужно было ей помочь. — Всё будет хорошо, — сказал он самым нежным тоном. — Просто сделай несколько глубоких вдохов. Он подошёл к ней со своим подносом, полным оборудования, а она послушно сделала то, что ей было сказано. — Первые несколько минут обычно самые болезненные, но после твоё тело начнет больше привыкать к ощущениям. Не буду врать, позвоночник — одна из самых болезненных областей для татуировок. Обычно мы рекомендуем сделать татуировку меньшего размера в более безболезненном месте на теле, чтобы привыкнуть к ощущению иглы и понять свою оценку терпимости к боли. Ты уверена, что хочешь там татуировку? Я могу нанести ее тебе на руку, и ты почувствуешь боли гораздо меньше. — Нет, — вздохнула она, хотя ее тело заметно напряглось, когда он схватил стул и подкатился ближе к кушетке. — Мне нужно конкретно это тату в конкретно этом месте. — Могу я узнать, почему? — Потому что у человека, которого я люблю, точно такое же родимое пятно на позвоночнике, и я пытаюсь заставить его влюбиться в меня. Чонгук был явно потрясён. С его рук чуть не выпал тату-пистолет, когда он уставился на ее затылок. Быть может, потому, что это была такая нелепая идея, или, возможно, тот факт, что она казалась слишком невинной, чтобы совершить такое мошенничество. Но, скорее всего, это было потому, что какая-то его скрытая часть была разочарована тем, что в ее жизни уже был кто-то. — Подожди, так ты говоришь, что хочешь выковать чужое родимое пятно на своем теле, чтобы ты могла притвориться его родственной душой? — Ну, когда ты так выразился, это уже кажется чем то плохим. В этот момент глаза Чонгука чуть не вылезли из орбит. — Потому что это действительно плохо! А как же истинная родственная душа парня? А как насчет твоей настоящей родственной души? Ты играешь жизнями людей. — Я уже все обдумала, не волнуйся, — сказала Чеён, повернув голову, чтобы снова посмотреть на него с грустной улыбкой. — Ему уже за 25, и он не нашел свою вторую половинку, так что он уже в пуле вдовца. Я просто хочу эту тату, чтобы показать ему, что готова столкнуться со своим самым большим страхом ради него. Что касается моей настоящей родственной души… Его я тоже еще не нашла. Я столько лет искала его повсюду. Я даже пыталась перепихнуться с несколькими девушками на всякий случай, если моя вторая половинка оказалась женщиной…но ничего. Я была совмещена либо с мертвым, либо очень незаинтересованным человеком. Поэтому я решила окончательно сдаться. В любом случае, через несколько месяцев мне исполнится 25, моя отметка начинает уже исчезать. Поэтому, я собираюсь провернуть это. Взгляд Чонгука превратился в более чуткий, когда он услышал ее откровение. Во многом он мог понять, через что она проходит. Вся эта система сопоставления была великолепна, когда она работала. Но для тех немногих, кто остался в неведении, это было мучительно. — Прости, — сказал он, когда она закончила. — Похоже, теперь я осуждающий стервятник. Я считаю, что это очень смело с твоей стороны столкнуться со своим страхом ради него. Он счастливый человек. Она пожала плечами. — Все в порядке, мне потребовалось время, чтобы оказаться здесь. Было много размышлений и медитаций. Он снова улыбнулся и сел рядом с кушеткой. — Что ж, госпожа Пак, если вы готовы, тогда я приступлю к очистке территории. Ее тело заметно напряглось, но она кивнула, когда Чонгук схватил спиртовые салфетки. Однако, как только его рука коснулась ее спины, они оба отшатнулись. Словно по ним пробежал электрический разряд. Но ощущения были намного сильнее. Как будто искра прошла через каждую клеточку тела Чонгука, прежде чем зажечь всю его душу. — Боже, что это было, черт возьми?! Чеён была так ошеломлена, что резко выпрямилась на стуле. В пылу момента она совершенно забыла, что была без рубашки, и весь ее обнаженный перед был на виду. Чонгук не мог не смотреть на неё. Ее близость, внезапность ее движения, шоковое состояние Чонгука, ее неоспоримая красота — все эти факторы заставили его смотреть прямо на ее обнажённую грудь. У нее были самые красивые ключицы, которые он когда-либо видел. Кожа спереди была такого же светящегося тона, как и на спине. Чонгук не мог не провести немного больше времени, любуясь ее идеальной грудью. Но когда его взгляд опустился ниже, он застыл на месте. Потому что там, на самом конце ее груди, было такое же темно-синее родимое пятно размером с монету в форме звезды, что и у него на теле. Он наконец нашел свою вторую половинку. Но она была влюблена в другого.