Марципан

-Окинари Риколетти значит, - задумчиво проговорил Огай, продолжая наблюдать за красивым, но уже наскучившим вечерним городским пейзажем. -Он ещё что-то говорил? -Нет, больше ничего, - отрапортавал Накаджима. -Ясно. Можешь быть свободен. -До свидания, Мори-сан, Коё-сан, - Ацуши, больше ничего не сказав, вышел из кабинета главы Мафии. -Твоё предчувствие тебя подвело, - с нечитаемым взглядом сказала Коё, сидя в противоположном кресле. -Можешь не напоминать. Но за тем человеком нужно послать наших людей. *** Вечерняя Москва, как по мне, отдельный вид искусства. Особенно зимой. Но в летнее время тут тоже очень красиво. Улицы освещают фонари, нечастые гирлянды и яркие витрины магазинов и кафе. На Театральной улице то и дело возникают небольшие кучки людей, торопящихся на то или иное выступление. Фёдор сидел у фонтана, находящегося перед Большим Театром. Брюки, белый свитер, отстутствие шапки-ушанки... Для Достоевского такая форма одежды была довольно странна, но Николай настоятельно рекомендовал так одеться, чтобы его не заметили и не увезли на расстрел за тридевять земель. Да, обещание убить Фёдора было в силе, но даже спустя два года не стало реальностью. Сам Достоевский оставил попытки истребить эсперов. Книга была уничтожена, а всех в мире не перебъёшь. Руки опустились. Само собой. Он уже сам не понимал своих желаний и целей. Постоянное чувство неопределённости. Встав со скамейки, Фёдор побрёл прочь. В беспамятстве Достоевский дошёл до старого, окружённого древними, ещё может пятидесятых годов, домами, дворика. Людей не было, кроме одного-единственного мальчишки, лет четырнадцати-пятнадцати, одиноко сидящего на детских качелях и уставившись взглядом в небо. У него были светло-русые, немного вьющиеся волосы, серо-голубые глаза и очень заметные веснушки. Фёдор молча смотрел на него. А затем, сел радом с ним на качели. Мальчишка заметил его, но виду не подал. -Как тебя зовут? - спросил Фёдор. Зачем? Хочется. -Антон, - ответил он. - Антон Чехов. Молчание. -А вы кем будете? -Фёдор, - ответил Достоевский через короткую паузу. -Просто Фёдор. Брюнет посмотрел в небо, пытаясь понять, что такого увидел в нём Чехов. Небо как небо. Ничего интересного. -Что ты увидел там? -Как что? - с детским удивлением спросил Антон и посмотрел на Фёдора. - Небо просто удивительно! -Ничего необычного... - он пожал плечами. -Ну как же?! - юноша вдруг растянулся в виноватой улыбке. - Извините, забываю, что для всех всё по-разному. Достоевский не ответил. Он пытался найти нечто... удивительное в, с каждой минутой темнеющем небе. Он чувствовал, что от него что-то ускользает, но никак не мог понять, что.