Восход

Проходили дни. Со всего королевства лорды и леди уезжали во владения Фейриблум, Эклипс и Форестов — людей, чьи земли далеко от севера, и до которых добираться очень долго. Нам не говорили, что сейчас происходит в землях Варфайров, Глейгримов и Флеймов, но отсутствие новостей об отце Брианы и о дядях Софы угнетало обеих. Однажды я застал их вечером в саду. Они сидели у небольшого рукотворного пруда, где плавали рыбки, утки и селезни, и грустно смотрели в воду. — Надеюсь, он жив, — сказала Софа, взяв руку подруги. — Я тоже. Насчёт твоих. — Я боюсь только за дядю Крейда. — Это который? Паникёр? — Да, он ещё потолще дяди Зейира. — Мгм. А чем тебя лорд Зейир не устроил? — Он жестокий и… я его побаиваюсь. Верд рассказывал, что когда родители оставляли его с ним, дядя бил его палкой. По большому-то счёту Зейиру наплевать на то, что сделали с Эризой, он никого не любит кроме себя. Наверное, папа только из-за воспоминаний о детстве испытывает к нему какие-то тёплые чувства. Бриана помолчала. — Когда мне было десять, отец взял меня на праздник лорда Фейриблум. Там я познакомилась с Амнерис, Клейсом и Дару. Верд мне не понравился, прости за прямоту. — Он истеричка, он мало кому с первого взгляда нравится, — посмеялась Софа. — Уже не помню, чьи это были вассалы, но они стали оскорблять меня и издеваться. Кажется, это было из-за того, что я самая хилая из всех Варфайров. Дару увидел это и стал меня защищать, а я заплакала и убежала. Меня отыскал отец, и утешая, сказал: «Слёзы — это слабость. Не позволяй никому и никогда видеть её. И никогда не плачь». С того дня я не проронила ни одной слезы, и сейчас, когда я думаю, что он мог погибнуть… не знаю… не знаю, как дать чувствам выход. — Бриана, — Софа приобняла её. — Ты красивая. Да, из вашей семьи ты самая невысокая и стройная, даже хрупкая в какой-то мере… — Я воспринимаю это как оскорбление. — Прости. Я к тому, что близким людям не важно, хилая ты, или самая здоровая бабень под два с половиной метра, которая может пинком дуб сломать. А слёзы — это не слабость. Это просто эмоция. Варфайр вздохнула, поглаживая руку Софочки. — Не задумывалась об этом. — Плакать — это нормально. Это хорошо. — Почему? — Потому что если ты никогда не будешь плакать, ты взорвёшься. Бриана усмехнулась. — Ответ, достойный дворянина. — Ну дык, я ж фигни не скажу, — не без гордости улыбнулась Софит. — Не удивляюсь, что Рафаил в тебя влюбился. Вы гармонично смотритесь. — Мы просто две плюшки, которые тискают друг друга за щёки, давай честно. — Я о характерах. Он весь такой интеллигентный, культурный, уравновешенный… — Он такой красивый и милый! — Софа сложила лапки. -… А ты взбалмошная, нагловатая и иногда истеричная. Я невольно улыбнулся. Моя булочка правда такая. За это я её и люблю. — Ну то есть, он культурный, а я гопарь? — Считай так. — Раз на то пошло, то я начну шипперить тебя с… — Не смей говорить мне о Дару. — А причём тут Дару? Я хотела сказать про Клейса. Бриана как-то потерялась. На щеках стал проступать румянец. — Эм… ну, я… ты просто так посмотрела на меня, что я… э… — Бриааааана. — Чё нааааааадо? — Колись, давай, Софит никому не скажет. — Я об этом и говорю. Ты не уважаешь право людей на личное пространство. — Да чё вы такие сразу? Рафи мне то же самое говорил. — Потому что это правда. Закроем тему, я не хочу об этом. Софа протяжно вздохнула. Посмотрела в воду. — Бриана. — Да? — Если Холдбисты доберутся и сюда… только никому не говори, особенно Рафи или маме. — Никому. — Я выйду к ним первая. Я умею летать, они меня не поймают. Они плохо восприимчивы к огню, но скорее всего проводят электричество. Думаю, если шарахну по ним молнией, они если и не умрут, то пострадать должны. Бриана повернула к ней взгляд лиловых глаз. — Я сама хотела выйти к ним первой. Всё-таки, я здесь единственный оружейник, а в замке полно беременных. Я пойду с тобой. — Будем биться вместе, как века назад это делали праотцы? — Именно. — Класс, бабёнки — это сила! — взвизгнула Софа, протянув руку Бриане. — До конца. — До конца, — ответила брюнетка, взяв ладонь Софит. Я опёрся спиной на стену, с ужасом сознавая, что случится, если Софу поймают, если догонят, если сумеют сбить на землю. Я не отпущу её. Да, пусть она думает, что я ни о чём не знаю, пусть считает, что это ни к чему. Только я не пущу её на верную смерть. Это было несколько недель назад. Сегодня же я проходил мимо тренировочного зала, где дверь сорвалась с петель, а меня чуть не обожгло огненной волной. Там стояли друг напротив друга Верд и Софа, поодаль сидели Амнерис, Дженна и Дару. — Устала? — ухмыльнулся Флейм. — Да щас! — Софа размахнулась и кинула в него огненное копьё. Я тихо вошёл и подошёл к кентам, пока моя булочка дралась со старшим братом. — Чё происходит? — поинтересовался я. — Они забились, что сегодня выяснят, кто из них сильнее, — ответила мне Амнерис, жуя попкорн. — И победитель получает право пойти и забухать в городе на деньги проигравшего. — Я пыталась им объяснить, что очевидно победит Верд, но Софу это только разозлило, — вздохнула Дженна. — Я люблю её, но как же раздражает её упрямство. — На то она и дружба, — улыбнулась Фейриблум. Софа и Верд шмальнули друг в друга файрболами, и в следующий миг булочка вскочила на скамейку и воскликнула: — Ну всё, готовь жопу! Сейчас я тебя трахну сильнее, чем жизнь! — Инцест — дело семейное, — фыркнул тот. — Дару, ты с нами? Раф? — Цыц, я не закончила, обмудок! Ща я херану тебя молнией! — Чем? Ты чё? — Я умею стрелять молниями, как Алуза в «Аватаре», — довольно улыбнулась Софа. — А ну давай. Давай, я весь во внимании. Софа свела перед собой руки, резко вытянула, и ничего не случилось. Молнии не желали загораться. Видимо, она ещё плохо их контролирует. — Ну и где? — посмеивался Верд. — Да заткнись ты! — Софа щелкала пальцами, жестикулировала, а молний не было. — Ргх, да почему их нет?! — Ладно, хорош. Я сделаю вид, что ты типа в меня попала, и поддамся немножко. — Да я правда умею! — Верд, она правда может, — встрял я, идя к ним и встав рядом с пышечкой. — Она делала это у лорда Глейгрима. — Ну и где тогда молнии? — Я не знаю, — потерялась Софа, смотря на руки. — Давно не тренировалась, видимо… не получается. Верд изогнул одну бровь. — Ты обманываешь. — Не обманываю! — Ты просто врёшь, чтобы я не разносил тебя в ноль, хитрая ты жопа. — Я сказала, что я не обманываю!!! — Да, Софа грубая и безответственная, но она не обманывает! — сказал я решительно. Оба повернули ко мне голову, Софа смотрела с нотками осуждения. Я нервно улыбнулся. — Т-ты знаешь, что я люблю тебя. — Мгм. — кивнула она, надменно улыбнувшись. — Очень люблю… — Спи и ужинай сегодня один. Теперь ты, — она повернулась к Верду, а я издал удручённый грустный вздох. — Я умею делать молнии. Дженна, подтверди! — Подтверждаю! — Понял? Я просто как-то чё-то где-то… ну одним словом… — Пиздишь? — ЗАВАЛИ!!! — рявкнула она. Её волосы заискрились, и от девушки стрельнуло несколько молний, ударивших в потолок и стены. Я стоял рядом, и мне чуть не попало. Поддавшись рефлексу я сильно втянул живот, и пусть у меня дико заныл пресс, зато я остался жив. На Софу с шоком таращились все. Даже она сама, снова став одуванчиком с торчащими во все стороны волосами. Моргнула. — А… оу… ха-ха, увидел? Убедился, презренный?! Верд молча погасил вспыхнувший на пряди волос огонёк и кивнул. — Бугагашеньки! Итак, а теперь финал! — Софа спрыгнула на него со скамейки и придавила к полу. — Я победила. — Чт… да не честно так! — Честно! Вахаха, отдавай деньги, братец, я их заработала! — Нету у меня их, — он спихнул с себя сестру и начал подниматься. — У отца надо выпросить. — Ну так идём выпрашивать. Давай-давай, двигаем. — Софа стала толкать его к выходу. Стоная и бросаясь ругательствами Верд с Софой плелись к выходу. Мы пошли следом, ибо развлечение закончилось. Но нас ждал новый инцидент. Так как вход был узковат, и не рассчитан на то, чтобы в него проходили не то, что два средних, но даже два худых человека, наши дуэлянты неаккуратным движением ввалились одновременно и застряли. Оба упирались спинами в стены, а животом друг в друга. Дару и Амнерис с этого заржали. — Нихера не смешно! — рявкнул Верд. — Я задыхаюсь… втяни живот, сделай милость! — кряхтела Софа, пытаясь вылезти, но потом лишь застряла ещё больше. — Я втянул вообще-то, — буркнул Флейм. — Блин, и чё делать? — запаниковал я. — Соф, ты поменьше, ты не можешь спуститься или как-то подняться? — Во-первых, я на тебя обиделась. А во-вторых нет, я сильно прижата. — А я значит нет! — возмущался Верд, коего сильно вжимала в стену пышная грудь Софит. — Наела арбузы, блин, хер сдвинешься. — Завидуй молча. — Я… стоп, чё? — Знал бы ты, как Раф хочет быть на твоём месте, — ржал Дару. — И я ведь говорил, хорош на ночь есть! Говорил? Говорил! — Я тебя сожгу, когда выберусь!!! — Не дёргайся ты! Мамочки, моя селезёнка! — Софа упёрлась руками в плечи брата, пытаясь оттолкнуть его и добиться места для вдоха. Получилось только сильнее вжаться в стену. — Дышать тяжело. — Что делать-то будем? — волновалась Дженна. — Не ломать же стену. — Ждать, пока похудеют. — сказал Дару, продолжая смеяться над бедой сестры и брата. — Ну или пока их увидит отец, и они сгорят со стыда. — Ты чё такой обмудок? Я-то что тебе сделала? Господи, Верд, ты мне желудок раздавил! — Класс, мне больше еды будет доставаться, — буркнул он, ёрзая. — Да куда тебе ещё больше-то! — прокомментировал брат. — Завались, Дару! — Ладно, — прервал я их. — Я попробую вас вытолкнуть. Оба живот втяните. Они сделали, что просили. Я упёрся каждому в плечо и стал толкать. Они шли, но очень тяжело. Через секунд десять у Софы закатились глаза. — Э-э-э, стоп, хватит! — Верд остановил меня, взял её лицо в руки и похлопал по щеке. — Соф? Софа, мать твою, дыши! — Что с ней?! — в унисон взвизгнули девочки и Дару. — Да втянул я живот, втянул, вдыхай! Верд ещё пару раз похлопал её щёчку. Софа сделала несколько вдохов и откинула голову на стену. — Плохо очень… голова кружится… — Софочка! — я со всей дури влетел в Верда. Тот вскрикнул и вывалился в коридор, а Софу я подхватил на руки и подул в личико. — Всё-всё, больше не застряли, дышим. Давай, вдох — выдох. — Ты мне плечо сломал, — буркнул лорд Флейм. — Чё вы все меня ни во что не ставите? — Ты чуть сестру не раздавил своей тушей, молчи давай! — налетел на него Дару. — Софа, ты как? — подскочила к ней Дженна. Та старательно дышала. После удачного избегания обморока, все Флеймы отправились к отцу, дабы Верд торжественно попросил у него денег. Так вышло, что мы с ним столкнулись в коридоре. — О, вся компания, — усмехнулся лорд. — Па, дай денег. — сходу начал старший брат моей ватрушки. Лорд Флейм прикрыл глаза. — То есть так? Ни «привет», ни «как дела?», а просто «дай денег»? — Привет па, как дела, дай денег. Так лучше? — Папа, как твоё здоровье? Мне тоже, мне очень надо, — подключился Дару. Благородный лорд Флейм протяжно простонал. — Всё время! Всё время «па, дай», «па, отмажь», «па, хочу машину»! А хоть бы раз кто-нибудь сказал «папа, на!». Так ведь нет! — Мы пойдём, — Дженна потянула Амнерис в сторону библиотеки. — Вымахали здоровые, как кони, и никто даже не подумает о том, как тяжело эти деньги достаются! — Да тебе они по наследству перепали, потому что ты удачно родился, — фыркнул Верд. Тут Дарон бросил гневный взгляд. Первенец сглотнул, готовясь получать. — Да. Да, ты прав. Но если бы я не работал, мы с матерью бы разорились ещё до твоего рождения. Я уж о Дару с Софой не говорю. По-твоему, быть лордом — значит развлекаться? — И делать новых лордов. — добавил Верд. — Боже, кого я вырастил! Мой наследник — кутила и мажор! — Мажоры ведут себя отвратительно. А я ещё прилично. Ну па, ну дай. Мне немножко, тысяч десять. — И мне тоже, — добавил Дару робко. Софа вздохнула, подошла к отцу и обняла его. Поцеловала в щёку. — Папа, я тебя люблю. Тот аж растаял, прижал к себе дочь и расцеловал её лицо. — Моя ты маленькая искорка. — Верд из-за меня денег просит. Мы поспорили, он проиграл. Не надо, у меня пока есть, потом попрошу, — она посмотрела на брата. — И ещё извини, что я тебя толстым назвала. — Погоди, это когда? — насторожился Верд. — Я что-то не помню. — Это было в моей голове, когда мы застряли. Он со скепсисом прикрыл глаза. — Мне правда очень стыдно. — Мгм. Софа обняла его и чмокнула губы. Верд протяжно вздохнул. — Ты меня прощаешь? — виновато сказала Софит. — Ладно, прощаю. Сестра моего брата — моя сестра. Но в итоге, лорд Дарон сделал по-другому. Софочке он денег дал, а сыновей послал работать в город на целый один день. Дабы они не сильно надрывались с непривычки, он нашёл им очень простую работу. В таверне. Чистить картошку. Парни сначала выдохнули, но потом осознали, что это очень херово, ибо утро только начиналось, а чистить картошку им предстояло аж до одиннадцати часов вечера. Боже, как же они наверное материли родителя и сестру.