Восход

Прошло четыре дня. От лорда Раяла не было вестей, Верд весь изводился и наматывал круги вокруг дворца. Он упомянул как-то раз, что за время нахождения в замке Глейгримов он успел подружиться с врагом. От того он и переживал сейчас. Я, Софа и Бриана с Дару были в тренировочном зале. Флейм упражнялась в метании молний, Дару был её противником. Из живущих здесь Флеймов летать умели только они. Скорей всего из-за того, что были относительно родни менее упитанные, и в воздух легче поднимались. Леди Эриза тоже не очень полная, но магией не владеет. Я наблюдал за моей булочкой, за плавными движениями, искорками в волосах и глазах. — Не устала? — спросил её брат, изворачиваясь и перенаправляя струю огня. — Не, я энергетика жахнула, мне вообще хорошо. — На голодный желудок опять? — встрял я. — Я ж говорил, нельзя так делать! — Зато так быстрее действует, — улыбнулась она, шмаляя в Дару огненной стрелой, объятой молнией. Лорд Флейм закрылся крыльями, в чьём пламени растворилась стрела. Затем шикнул. — Током бьёт! — Так и задумано. Больно? — Жить буду, — сказал он, запуская в сестру сворой потоков огня. Они атаковали друг дружку ещё минут пятнадцать, после чего Дару, слегка запыхавшись, спросил: — А ты можешь прям как Азула из «Аватара» делать? Тоже руками махать, чтобы вокруг них молнии собирались. — Ну… я только стрелять ими научилась, и к огню добавлять. — Может, попробуешь? — предложила Бриана. — Лишним навык не будет. — Ну ладно. Так, как там, — она сложила указательный и средний пальцы на обеих руках. — Молнию вроде через сердце пропускать нельзя, а надо через желудок, да? Да, они так говорили. А почему через желудок? Можно я через аппендикс пропущу? — Тебе его вырезали, — сказал Дару. — Да? Ну тогда через почку. Их всё равно две. — Давай лучше через шейный позвонок? Их всё равно семь, — фыркнул я. — О, да, ты такой умный! Она отошла подальше и закрыла глаза. Затем начала движение руками. На кончиках пальцев что-то заискрилось, а затем послышались щелчки. Так бывает, когда сильно магнитятся волосы или плед в холодную погоду. Патлы булочки стали приподниматься и развеваться. А потом вокруг неё стали искриться молнии. Они не разлетались, они как бы соединялись в одну, от которой отходило множество ветвей, и она была вокруг Софы. — Офигеть, — выдали мы с Дару в унисон. Софа сдвинула брови и шикнула. Тяжело держать? Тут молния выскользнула и стремительно помчалась вверх. Отрикошетила от потолка и полетела в нас. — В стороны! — выкрикнула Бриана, расталкивая всех. Молния пролетела над головой Дару, оттолкнулась от стены, пронеслась под ногами Варфайр, затем совсем рядом с моей щекой, и в следующий миг попала в Софу. Прямо в грудь. Флейм коротко взвизгнула и замерла, хватаясь за себя руками. — Софа! — я рванул к ней. — Стой! — меня удержал Дару. — Не трогай, нельзя! Самого током убьёт. Софа мелко вдыхала. Прядь её волос стала того же светлого оттенка, что у братьев и отца, левый глаз и вовсе стал серо-голубым. Она опёрлась спиной на стену, опустив руки. Глаза сверкнули. — Софа? Софочка, милая, т-ты как? Я сейчас помогу, дай ручку, — я приблизился к ней. Она моргнула. Посмотрела в окно. У неё вырвался странный смешок. — Меня зовёшь, сучка? — Чего? — опешил я. — Я не тебе. Люблю, сладенький, — сказала она, а потом сорвалась с места, вышибла стекло файрболом и пулей вылетела из окна. Я медленно обработал то, что сейчас было. Схватил Дару за грудки и стал трясти. — Что это нахуй было?! Куда она?! Иди лови её! Он что-то промямлил и полетел за сестрой. А когда Дару вернулся через час, запыхавшийся и помятый, он поверг меня в ужас. — Она просила передать три слова: «Я иду домой». Я рухнул на пол. Я был растерян, напуган, взволнован, и даже зол. Мы втроём ломанулись к лорду Дарону, дабы разузнать, что это такое. Но едва он услышал, как дочь попала молнией в себя, как схватил меня и Дару за воротник и рявкнул: — Какого хрена вы позволили ей молнии метать в помещении?!!! — отпустил нас и тревожно посмотрел в окно на серое небо. — Господи, пожалуйста, пусть она придёт в себя и повернёт назад, сюда. — Папа… так что с ней? — промямлил Дару, поправляя рубаху. — Наш предок, что разжёг сигнальный столб огня в первую войну с Холдбистами, тоже умел управлять молниями. Я где-то читал, что если Флейм попадёт молнией в себя, этот предок получит власть над его телом. Очевидно, это с Софой и случилось, и предок полетел разбираться в Файрфорт. — У неё посветлели волосы и стал голубым один глаз, — сказала Бриана, рассуждая. — Моя бедная малышка, — запричитал лорд Флейм. — Я прошу тебя, вернись к папочке! Но она не вернулась. Ни вечером, ни на следующее утро, и даже через несколько дней. Я названивал ей, писал, у меня уже возникали мысли воспользоваться магией Дженны, обратившись в какого-нибудь оленя или волка, и побежать до Файрфорта, но когда прошла неделя, я наконец-то дозвонился. — СОФА, ГДЕ ТЫ, МАТЬ ТВОЮ?!!! — заорал я. — И тебе привет, сладкий, — ответила она с набитым ртом. — Я дома. Добралась шикарно, без происшествий. У нас оказывается такие вкусные зайцы в лесах, ты бы знал. — Соф, какие зайцы? Ты какого хрена неделю не отвечала?! Я волновался, я думал, тебя убили! — Ну и зря ты так думал, пирожок. Похудел наверное, не ел толком… — Ты издеваешься?! — Конечно нет. Слушай, тут дело обстоит так: лорд Раял еле-еле держался со своими трупами, я успела поджечь пару шавок Холдбиста и забрать его. Лорд сейчас спит, я его исцелила, так что передай пожалуйста леди Гартон, что её муж жив-здоров и скоро будет с ней. В землях Варфайров слишком дохера северных ублюдков, мне пришлось отделять их от других территорий, так что пока это их пристанище, как и, собственно, земли Глейгримов. Я одна пока что справляюсь, я цела и невредима, не волнуйся, мой пончик. — Так, ладно, когда ты вернёшься? Зачем ты вообще туда совсем одна полетела? — Папа сильно устал, чтобы держать огненные стены, Верд и Дару на большом расстоянии этого делать не умеют. Я, собственно, тоже. Поэтому я здесь. Ах да, предай ему пожалуйста, что дядя Крейд жив. Отец Брианы тоже. Они на севере, в плену у Холдбистов. Дяди Зейира у них нет, он сбежал. Я это случайно узнала, подслушала. — Хорошо, это их порадует. Наверное. Теперь повторюсь, когда ты вернёшься? — Я не знаю. Возможно, никогда, и я умру героем. — София!!! — Не ори на меня! — она поперхнулась и закашлялась. У меня сжималось сердце. Как я хотел быть с ней рядом, постучать по спинке, погладить, чмокнуть, и не мог. Софа откашлялась. — О чём мы? — О «не ори на меня». — А, да, спасибо. — Соф, пожалуйста, не оставляй меня одного. Она грустно вздохнула. — Рафи, милый, я тоже скучаю. Очень. Я сильно-сильно тебя люблю, пирожок, я хочу защитить тебя. — А я не хочу? — дрогнувшим голосом сказал я. Глаза защипало. — Почему ты улетела? Почему ничего не говорила? Неужели ты не понимаешь, как я волнуюсь? — Мой дорогой Рафаил, извини меня за то, что я сбежала. Меня как-то само унесло, я не совсем поняла, что происходит. Я обещаю, со мной всё будет в порядке. Ты плачешь? Ох, сладенький. Мой маленький мальчик, мой пончик, мой малыш, мы совсем скоро увидимся. — Я люблю тебя, — улыбнулся я, шмыгнув носом. — И я тебя, очень, милый. Ты сможешь сделать кое-что, булочка? — Конечно, что такое? — я вытер слёзы со щёк. — Я нашла одно заклинание в архиве. Первые поколения Фейриблум умели делать зеркала, которые показывали, что происходит в мире. Я отправлю фотку, покажи её пожалуйста Амнерис. Если она сможет это сделать, то мне не придётся пересказывать вам, что происходит на севере и здесь. — Хорошо. Ты сможешь нас видеть? — Если она сумеет связать ваше зеркало с тем, что где-то рядом со мной, то скорее всего да. Мы с тобой увидимся, плюшечка. И даже если что-то пойдёт не так, я вернусь к тебе. Я не оставлю тебя умирать одного. — я сглотнул ком. Слёзы снова покатились из глаз. — Рафи, сладенький. — М? — Закрой глазки. Закрыл? — Да. — Представь, что я обняла тебя. Как глажу твой мой любимый животик, щёчки, как целую и вытираю твои слёзки. Я невольно улыбнулся. — Мне всё равно не хватает тебя здесь. — Мой ты кругленький, мой чувствительный, мой самый любимый пончик. Лорд Раял просыпается, сейчас придётся всё ему рассказывать. — Подожди… — Я позвоню, любимый. Кушай как следует, не дай бог похудеешь, когда вернусь. Целую, сладенький. Она отключилась. Я же опустился в кресло, прижимая к себе телефон, откуда слышал голос любимой. Через пару секунд он тренькнул. Софа заклинание отправила. Я смахнул слёзы и пошёл к Амнерис. Господи, пусть у неё получится. Я слишком скучаю по моей милой леди.