Восход

Знакомый голос. Я точно его слышала. Меня стремительно понесло куда-то ввысь, и когда я оказалась высоко над облаками, я увидела, кто меня спас. И напрочь офигела от жизни. — Брэйв?! Его тёмные волосы развевались от порывов ветра, которыми он повелевал, удерживая нас в воздухе. Нестриженный, небритый, слегка будто одичавший. Он бегло осмотрел меня и обнял. — Слава богу, целая. — Т-ты мне жизнь спас! — чуть не расплакалась я, обнимая его. — Ты как у Холдбистов на севере оказалась? Ты с ума сошла — из окон выбрасываться? А если б я не успел? — Брэйв, я тебе потом всё расскажу, но ты можешь сейчас помочь мне найти кое-кого? Из замка сбежал мой… мой как бы друг и унёс моего дядю, они бегут в сторону порта. Отнеси меня к ним, пожалуйста. — Подожди, какой друг? Что твой дядя там делал? — Ну потом объясню, сказала же! Фривинд вздохнул, перехватив меня поудобнее, и помчался вперёд. Судя по тому, как часто он менял положение, в котором меня держал, ему было тяжело. Фак, ну чё ж я такая толстая-то, а? То в дверях застреваю, то из зала три часа выйти не могу. Судя по тому, как туго мне в корсете, я поправилась. Рафи это знать не обязательно. Да и вообще никому не обязательно. Через минут десять я услышала вой. Рирз. Я попросила Брэйва лететь в сторону звука, и спустя ещё несколько минут, мы все встретились у берега моря. Поодаль от нас стоял корабль с медвежьей лапой на парусах. Варфайры. Я подбежала к лежавшему на снегу дяде. По его лбу текла кровь, падая на белоснежное покрывало. Я опустилась к нему и обняла, прижимая к себе и гладя по голове. Меня трясло от холода. — Откуда здесь корабль Варфайров? — потерялся Брэйв. — Отец всегда хотел иметь флот, — отвечал Рирз, волоча дядю Крейда и меня. — Он приказал перегонять к нам корабли с захваченных территорий. Этот пригнали только что, и нам бы поторопиться, пока никого нет. — Понял. Брэйв начал странные движения руками, после чего мы все поднялись в воздух и принеслись на палубу. Рирз шатался и опирался на мачту, хватаясь за голову. — Ты нормально? — спросила я, снова обняв дядюшку. — Да-да… мф… ненавижу летать… Тут из трюма вышло трое людей. Они уставились на нас, а мы на них. Не успела я и глазом моргнуть, как Холдбист бросился к ним и перерезал глотки, а затем скинул в море. — Набей ветром паруса скорей, — обратился он к Брэйву. — надо сваливать. И так, пока лорд Брэйв Фривинд набивал паруса, а Рирз рулил, мы отправились на юг. Ах, мой милый сладкий Рафи, я уже плыву к тебе! Ещё через час ко мне вернулась магия. Я исцелила дядюшку, которого Рирз кое-как уволок в более уютную каюту, бурча: «Почти три месяца голодал, а как был тяжёлой тушей, так и остался». Теперь дядя Крейд отсыпался после пережитого пиздеца, а я почему-то перестала слышать голос Мэхиген. Не успела я обрадоваться, как во время полёта за лордом Глейгримом услышала: — Бить будешь? — А я надеялась, ты умерла. — Ну вообще да, умерла. — Я из-за тебя… да ты… да я… да мне… ты пидор женского пола, ясно тебе?! — Ладно, ясно, извини! Но с другой стороны, дядя Крейд теперь спасён, а у тебя есть ценный союзник. Это ли не круто? — Я сейчас очень хочу дать тебе тело. — Правда? — голос стал радостным и полным надежды. — Да, чтобы потом отпинать и сломать челюсть. — Ты злая. — А ты бестолочь! Ты нахуй грохнула ребёнка Рогора?! Как он вообще выглядел?! — Это самый здоровый из тех, кого я успела завалить. Не, ну а чего ему? У него их всё равно четыре, а с Рирзом и вовсе пять. И он сам избрал свою участь, кидаясь на великую и ужасную меня. Ладно, всё! Не надо мне читать нотацию, я знаю, что проебалась. Помочь тебе ускориться? — Сделай милость, — буркнула я. Огненные крылья объяли молнии, и я рванула быстрее раз в шесть. Вскоре я нашла лорда Раяла, который нёсся от двоих чудищ Рогора. Я резко приложила их молниями, а потом кое-как остановилась перед брюнетом. Он ошалел, увидев меня. Резко всё ему объяснив, я схватила лорда за руку и метнулась обратно. Как хорошо быть сильной и быстрой. Если бы я была ещё и полегче кило на двадцать, было бы вообще зашибись. Вечером, когда на тёмном небе вовсю горели звёзды, я встала на краю корабля и принялась созерцать красоту северного моря. Поёжившись, я призвала крылья, сделав их поменьше, и укрылась ими, как накидкой. Ко мне подошёл Брэйв, опёрся на перегородку и вздохнул, убирая с глаз отросшие патлы. Они чуть длиннее, чем у Рафи. И не волнистые, а прямые. — Как ты? — спросил он, повернув ко мне голову. — Я имею в виду после… после всего. — Я нормально. Мой дядя свободен после месяцев пыток, моё тело частично не моё, а ещё у нас есть шанс не дожить до конца весны. — Извини, вопрос действительно был тупым, — посмеялся Брэйв. Осмотрел меня. — Тебе идёт красный. И платье. Почему ты их не носишь? — Не люблю, когда что-то шелестит при ходьбе и лезет между ног. Я соврала. На самом деле я не люблю, когда ляжки трутся друг о друга, а потом ты истекаешь кровью неделю. Но не признаваться же в этом бывшему, который тебя из-за веса и бросил. Брэйв сдержанно улыбнулся. — Что ты делал на севере? — перевела я тему. — Шпионил. Когда мы отправлялись на юг, на нас напали. Родители с братом успели убежать, а меня похитили. Я отбился недалеко от замка. Решил собрать побольше информации о враге, чтобы потом прилететь к вам. — И удалось? — Отчасти. Я знаю их численность и… — Тсс. Расскажешь на юге. Он кивнул. Я не до конца верила Рирзу, часть меня подозревала, что всё это был план Рогора, чтобы отправить сына к нам как шпиона и выведать побольше. Сначала пусть всё расскажет он, а потом Брэйв. Если сведения сойдутся — ему можно верить. Если нет — ему пизда. Лорд аккуратно взял меня за руку. — Прости меня. — За что? — Я должен был всё объяснить… Мы достаточно давно заподозрили, что Холдбисты вырвались из-под печати, и хотели отправиться на самый север, чтобы проверить. Я не знал, когда я вернусь, и вернусь ли вообще. Я не хотел делать тебе больно, и решил вызвать отторжение. Я убрала от него ладонь. — Было и было. Уже неважно. — Ты обижаешься? — За новые загоны — да. — Я рассчитывал на твою холеричную сторону, — неловко признался шатен. — Я ждал, что ты рассердишься, а не загонишься. — Ты ошибся. Холодно тут, я пойду к дяде. Вдруг он проснулся. — Стой. Последний вопрос. — Какой? — У тебя кто-то есть? Я посмотрела в его глаза. Мэхиген бесновалась, подначивая меня сделать ему побольнее, как и он мне тогда. Но мне, если честно, всё равно теперь. Было и было. И было давно. — Есть. Доброй ночи. Я ушла. Наверное, мне должно быть грустно, а мне так… я не знаю… я отстранённо это осознаю. Может, я просто сильно люблю Рафи, а может я просто повзрослела. В трюме я слышала сопение Рирза, тихое дыхание лорда Раяла и такое же дяди Крейда. Проведав его, я вернулась в свою каюту и рухнула на кровать. Я уснула моментально, видя сладкие сны о мире, солнце, Рафи и тортиках.