Name me

Это вторник. Уж лучше бы это была пятница. Не из-за выходных, просто по пятницам в кафе за углом работает самый потрясающий бариста, и кофе она варит так, что жить хочется с новой силой. А сегодня такой кофе был бы экстра полезен. — Не хмурься, Милое Личико. Забери у Кирпичной Челюсти два пакета, и конверт из «Мэридит» я жду сегодня! — Ты же знаешь, что у нас есть настоящие имена? И должен догадываться, что и у тебя есть подобная кличка? Большой Босс, которого называли обычно без первой буквы, сделал злобное лицо. — Документы привезу сегодня, если успею до шести. Или жду оплаты сверхурочных. И даже не надейся, от меня ты этого не услышишь, — Милое Личико, а в миру всегда довольно безэмоциональный и редко улыбающийся Драко, никогда не держался за свою работу, а потому им невозможно было манипулировать при помощи угроз. Но он умудрялся выполнять свои обязанности с потрясающей точностью и скоростью. А потому терять его Сметвик не хотел. — Никаких сверхурочных. Но завтра в девять… — Завтра в девять всё будет у тебя на столе. Двадцать четыре широких шага между офисом начальника и офисом менеджера по продажам — и Малфой уже перед Кирпичной Челюстью, точнее перед Панси. Да, ей не повезло — у неё было крупное, довольно непривлекательное лицо. Скулы низкие, делающие образ грустным, а ещё добавляющие мужественности образу; широкий подбородок и вечно приплюснутые сверху волосы, подчёркивающие квадратность овала. Но самым некрасивым в ней было то, что она никогда не была в хорошем настроении. В плохом — случалось пару раз. В ужасном, тоже было, Малфой её минимум два раза застал в ярости. Чаще она была индифферентна. Но в отличие от Драко, который просто не делился своим внутренним состоянием, и умел держать лицо, она будто и не жила вовсе. Эдакая амёба, которая иногда отращивает зубы. Тем удивительнее было, что она прекрасно продавала. Вообще, общение по телефону в исполнении Паркинсон было умопомрачительным зрелищем. Её мягкий тембр уводил за собой, интонации создавали чарующий флёр, и Малфой и сам пару раз чуть не ответил согласием на её предложение о покупке, хотя говорила она не с ним. И только наличие визуальной составляющей не дало ему попасть в неловкую ситуацию. Потому что лицо её так и оставалось грустным и пустым. Глаза, скрытые довольно неаккуратной, тусклой оправой с всегда заляпанными линзами очков, были не видны. И образ выходил слишком нескладным. — Это для «Родомира». Не перепутай с «Родосветом». У них офисы на разных этажах одного здания. Это для Андерсена. Пожалуйста, на этот раз лично в руки. Большая Задница вообще не видит разницы между словом в кавычках и без. Он меня чуть не уволил за то, что ты оставил на ресепшн «Андерсена» пакет для мистера Андерсена. — Панс. Он тебя чуть не увольняет каждый день уже три года. Или четыре? Сколько ты тут вообще работаешь? — Долго. Ты запомнил? Лично в руки, — она подняла один толстый пакет из оранжевой фольгированной бумаги, — в «Родомир», — второй пакет — шире, но тоньше, появился в её другой руке, поблёскивая металлической вставкой. — Ты меня не перепутала с Клоунской Шевелюрой? Я вообще-то с первого раза всё прекрасно понял. — Как знаешь. Пока. — Панси… — тихо позвал Драко, призывая к себе её внимание. — Спасибо за чёткие указания. За понятный почерк и всегда безукоризненно подобранную корреспонденцию. Я ценю твою работу. Девушка задержала на нём свой взгляд несколько долгих секунд, сглотнула ком в горле и стандартно ответила. — Это моя работа, Драко. С тобой приятно иметь дело.

***

— Слушаю, — байк аккуратно объезжает стоящие на светофоре авто, чтобы протиснуться в крайнюю правую полосу для поворота. Так быстрее, а главное, без пробок. — Там на столе для тебя оплата в конверте. Я до конца месяца не в стране. Драко, постарайся не сталкиваться с моей бывшей. У неё всё ещё есть ключ, и она заедет в среду, чтобы его оставить и забрать свои вещи. Возьми его себе, мне уже надоело постоянно вспоминать, что нужно как-то обеспечить тебе доступ в дом. Я слишком занят… — ещё несколько минут Малфой двигается в сторону центра, никак не поддерживая беседу. Лишняя информация. Жалобы, страдания ни о чём, уже привычные заявления о собственной важности и занятости. Он тоже мог быть таким, точь-в-точь, — ...не знаю, но, если буду задерживаться, расплачусь по приезде. — Спасибо. Постараюсь. Я понял. Не проблема. — Бывай. Ещё один его босс сам сбрасывает звонок, и Драко немного облегчённо вздыхает. Он почти подъехал к офису «Радомира». День заканчивается предсказуемо. Девушка из «Мэридит» очень напрашивается на свидание, Малфой включает дурака и отчаянно не понимает намёков, а когда видит протянутую визитку, объясняет, что номер компании есть у их менеджера по продажам, и это лишнее. Имя девушки он специально не запоминает. И снова дорога, на этот раз куда более свободная. Пригород востихителен в это время года — Малфой позволяет себе задержаться на несколько минут у байка, чтобы просто подышать этой атмосферой. Он никогда не заезжает на территорию. Дом прекрасен — архитектура старая, классическая, и ухаживают за ним как надо. Ему кажется кощунством вести байк по брусчатой подъездной до главного входа. И он никогда не сочтёт лишним прогуляться. — Добрый вечер, мистер Малфой. Пожалуйста, заприте за собой дверь и позвоните мне, чтобы я запер ворота, когда будете отъезжать, — Доусон почтенно кланяется и прощается. Это всё тоже привычно, потому Драко отвечает. — Нет нужды, господин Доусон, я защёлкну калитку, мой транспорт у дороги. Доброго вечера вам. Малфой медленно проходит по удивительно неиспорченному современностью интерьеру и выходит на задний двор. Отпирает забор и на него тут же несутся Джесси и Джусси. Красавцы. Они не лают, они воспитанные псы, но любимый человек вызывает много эмоций, и их хвосты виляют и бьют Драко по бокам. Он здесь только ради них. Минимум два раза в неделю им нужно давать хорошую нагрузку, иначе сердце не будет работать так, как должно, и собаки могут заболеть. Он лелеет их, вычёсывает, моет и гуляет с ними. И это занятие то, которое приносит ему только удовольствие. Деньги — приятный бонус. Но далеко не определяющее звено. Ему с животными всегда хорошо. Легко и радостно. А ещё с ними можно улыбаться и дурачиться, и плевать, что тебе уже двадцать три года. Он устаёт не меньше псов, когда возвращается в дом. Принимает душ, переодевается в принесённую с собой одежду — он не пренебрегает удобствами, которые ему предложили вместе с условиями труда, но никогда не трогает ничего из хозяйских вещей. У прислуги есть отдельная кухня, и он иногда берёт воду из их холодильника — гоняться с борзыми не так уж и просто, но чужого ему не нужно. На столе в гостиной он видит конверт, но его телефон вибрирует сообщением, и Драко не акцентирует внимания на том, что внутри, потому что это снова Биби. Информация интересная, он уделяет ей несколько минут, но, садясь на байк прячет телефон в чехол. Дома дочитает. И попробует что-то сообразить.

***

— Не спи, замёрзнешь! — Шевелюра сегодня в особом ударе. — Я не сплю. У меня перерыв. Если не отрываться от компьютера каждые сорок пять минут, глаза устают, и это отражается на моей работоспособности и комфорте. И это серверная. Здесь всегда холодно, потому что это серверная. — Ух ты, да вы многословны сегодня, Ваше ледяное величество… Малфой нехотя открывает глаза. — Новое прозвище? Милое Личико мне нравилось больше. Я всегда мог надменно скривить губы, чтобы этот сарказм казался удачнее. — Неа… Это я так… Собственно, тебе нужно подъехать к миссис Большой Босс. У нее там какие-то документы застряли, а она сейчас в СПА. — У меня основные задачи здесь. Пока не прогружу все скрипты, с места не сдвинусь. И если бы это было так срочно, он бы сам сюда прискакал. Или не так? Рон? Уизли — в компании Клоунская Шевелюра за цвет волос, а в жизни Рональд Биллиус Уизли, — слишком сосредоточенно смотрит на что-то в своих руках. — Ух ты… Это твоё? Ты пойдёшь?! Круто! Это нереально! Уау!!! Драко не понимает, поэтому восторгов не разделяет. Они с Рональдом вроде как дружат. На деле Малфой почти не общается с людьми, из всех семи человек на работе, за исключением Большой Задницы, отношения с Уизли больше всего походят на приятельские. Может быть потому, что пару раз Драко серьёзно прикрыл Рона в трудные моменты, а может быть потому, что Рон был простым парнем, ему было плевать на какие-то надуманные «должен», и это делало их общение непритязательным. Зато весёлым. За последние лет пять Уизли оказался единственным человеком, с которым Малфой мог выпить чего покрепче и не раздражаться его обществом. — Ты о чём? Драко откинулся на кресле и отъехал от своего рабочего места. В руках Уизли держал вчерашний конверт с недельным окладом и небольшим авансом. Только вот вытащил из него Рон не деньги, а золотой плотный картон. Малфой уже видел такие. В прошлой жизни. — Это не моё приглашение, Рон. Просто кое-кто перепутал конверты. Завтра заеду в Формшир и верну. Неприятненько… Придётся просить тебя о паре сотен наличными… Мне нужно уже вечером… — Эй, я бы без проблем, да где они у меня?! Нет, я серьёзно, нету… Малфой прикрыл глаза, соображая, что придётся как-то перенести встречу. — Вот придурок… — протянул Драко. — Да не парься… Позвони, может, пересечёшься где днём. Всё равно же в СПА поедешь. «Попади в пробку», и съезди за деньгами… — Он свалил из страны, Рон, так что идея бы сработала… Но он вернётся только через неделю… — Уау! Ты понимаешь, что это значит? — рыжий вихрь схватил его кресло и крутанул вокруг оси, заставляя Драко испытать давно забытое чувство карусели. — Это значит, что я не смогу отдать свою детку в мастерскую ещё неделю. Приятного мало, знаешь? У них вообще-то очередь… — Не-ет! — Уизли остановил кресло за подлокотники, вглядываясь в лицо Драко, словно пытаясь уточнить: он и правда такой дурак, что не понимает, или прикидывается. — Это значит, что ты можешь пойти по приглашению вместо него! — И зачем мне это нужно? Рон зажигательно улыбнулся и начал менторство. Он почему-то вбил себе в голову, что сможет разнообразить жизнь Малфоя, и шёл к своей цели независимо от того, насколько это нужно было самому Драко. — Первое — это классное мероприятие. Много хорошей выпивки и красивых людей, занятная тема и главное — повод непринуждённо пообщаться. Я знаю, что ты любишь искусство. И знаю, что ты смотрел фотографии и статьи о том «Карнавале» прошлого года. Второе, и нет, не перебивай меня, — это возможность с кем-нибудь горячо провести ночь. У тебя никого не было уже миллион лет, и отсутствие личной жизни плохо влияет на твой характер. И третье, что на самом деле самое главное, ты мне… — Нет! Нет-нет-нет-нет-нет! Только не покер! Тебе повезло, это было чистейшее везение! И я был пьян! — Да, Драко Малфой. Да. Ты мне должен. Поэтому ты туда пойдёшь! Это ясно? В принципе, Малфой мог его послать. И с карточным долгом, и с дружбой тоже. Но в чём-то Рон был отвратительно прав. Жизнь Драко последний год после расставания с пассией была действительно до ужаса однообразна. Это не значит, скучна и неинтересна, но рутина затянула его настолько, что было уже немного страшно. Он работал с программным обеспечением «Смет-и-вик», а ещё на полставки работал здесь же курьером, заботился о борзых четы Ноттов, которые уже третий месяц были в кругосветном путешествии, а их сын прожигал жизнь, создавая видимость сильной занятости, по выходным полдня проводил на площадке для ворк-аута и создавал свою магию в сети, работая сразу над несколькими приложениями в качестве разработчика, что было скорее благотворительностью, чем заработком, а ещё иногда рисовал. Хотя в последнее время вдохновение было редкостью. Он ездил на трек, чтобы дать двигателю разогреться и прочувствовать всю мощь мотора, но его байк был слишком дорогим для него имуществом, и он всё чаще сомневался, что в состоянии его содержать. Однако это был подарок матери, который он не имел сил продать. Посетить «Карнавал», где выставлялись предметы частных коллекций, был открыт благотворительный аукцион в пользу одного из фондов, устраивалось грандиозное танцевальное шоу, которое буквально взрывало представления людей об искусстве балета, было бы потрясающе. Там было интересно, образовательно, это было бы уникальным опытом, особенно для такого человека, как Малфой, а ещё там просто было много удивительных людей. Не только красивых — талантливых… Сам Драко талантливым себя не считал, он просто умел рисовать, чем обязан настоянию родителей, которые насильно отправили его в художку. Но несмотря на основное занятие программированием, эстетику умел видеть и ценить. Полотна знаменитых мастеров неизменно вызывали в нём отклик, открывали душу, заставляли сердце биться сильнее. Он не пытался подражать гениальности, но готов был впитывать при случае часами. Поэтому «Карнавал», точнее «Карнавальная ночь» — это действительно желанное событие для него. Атмосфера этого мероприятия даже в видеорепортажах чувствовалась потрясающей. И хотя там всегда было много модных селебритис, которые развлекаются только ради хайпа, организаторы умудрялись сохранить целостность концепции. А «Карнавальная ночь» всегда оставалась праздником искусства. По тому, как изменился взгляд Драко, представившего себя там, в центре событий, Уизли уже мысленно отпраздновал победу. Этот парень был хоть и высокомерным засранцем, но, когда у Рона сложился огромный фак из жизненных обстоятельств, и он чуть не потерял все свои накопления и квартиру, Малфой выручил его. Не подкинув денег в размере нужной суммы, а просто выяснив, откуда растут корни такой внезапной смены курса компании, в которую Уизли по глупости инвестировал, и все деньги ему вернули за неделю. Единственное, что попросил взамен Драко — это не лезть с расспросами, как ему это удалось. Поэтому Рон чувствовал себя благодарным. А колкие саркастичные наезды научился слышать сквозь воображаемую шторку. Лает, но не кусается. — Тогда замётано! — Рон хлопнул в ладоши. — Мы с ним не похожи даже, Рональд… — предпринял последнюю попытку Драко. Но уже знал, что согласится. — Это карнавал! Не отнекивайся. Это среда, а лучше бы была пятница. Именно из-за выходных, потому что «Карнавальная ночь» всегда приходится на субботу.