Лотос моей души

Если вы спросите Чэна, то он скажет, что они просто друзья и напарники. Сичэнь же отметит, что его напарник только прячется за маской плохого парня, а в душе он мягкий и нежный, любит какао с зефирками и мультфильмы про зверюшек. Что его глаза приобретают фиолетовый оттенок, когда он волнуется и при этом прячет свое волнение за маской гнева. Что об его скулы можно порезаться, если все же набраться смелости прикоснуться к ним просто так, а не обрабатывая ссадины после очередных потасовок на работе из-за несдержанного нрава старшего детектива Цзян… А прикоснуться хочется очень! Хочется посмотреть в его прекрасные глаза максимально близко и узнать, какого они становятся цвета, когда их владелец взволнован вовсе не от раздражения или злобы, а совсем по иным причинам. Хочется попробовать на вкус эти всегда недовольно поджатые губы. Расправить хмурую складку между бровей. Растрепать и так неидеальную прическу. Да много чего ещё сделать хочется… Но они просто друзья и напарники. Хуаню достаточно и этого — зная взрывной нрав своего друга, он готов мириться с тем, что человек, которого он любит, считает его просто своим другом; и это уже хорошо, это позволяет быть рядом с ним, узнавать про него вещи, которые, возможно, неизвестны даже его родным. Наверное, это неправильно — влюбляться в человека, с которым ты работаешь, но Сичэнь просто не смог ничего с этим поделать… Однажды засмотревшись на мужчину рядом с собой, чью кожу золотили лучи закатного солнца, а лицо было расслабленным и почти милым без его привычной недовольной складки на лбу, Хуань просто признался самому себе, что любит этого человека и готов находиться рядом в любом качестве, так же как готов ради него на все, даже пожертвовать жизнью. — Высади меня около участка, мне еще надо закончить отчет, — вырвал его из размышлений любимый голос. — Это наш общий отчет, почему ты должен один над ним работать? — Потому что прошлый писал ты, пока я валялся в больнице и зализывал раны, — нахмурился Чэн. — Поэтому в этот раз отчет буду писать я, а ты поедешь домой отдыхать. И не спорь со мной! Сичэнь вздохнул, по опыту зная, что напарника не переубедить, и ликуя в душе от такой грубой, но все-таки заботы. — Ладно, но не вздумай нахватать работы на выходные, ты же помнишь?.. — Конечно, помню, как я могу забыть про своего бедового братца, и, так уж и быть, про твоего ледяного брата. Конечно, все в силе, обещаю, все выходные наши! Сичэнь счастливо улыбнулся, пропуская шпильку в сторону брата мимо ушей. Мысль о том, что они проведут выходные вместе, наполнила радостью влюблённое сердце.

***

— Чэн, зайди ко мне! — раздался за спиной голос Не Минцзюэ. — Э, нет, шеф, отчет у тебя на столе и больше я тебе до понедельника ничего не должен! Я обещал напарнику свободные выходные, у нас планы! — Это что у вас за совместные планы? — высунул из-за двери свой хитрый нос Хуайсан. — Семейные, блядь. Ты забыл, что ли? Вы же тоже приглашены! Братья Не переглянулись. — Брат, действительно… Минцзюэ вздохнул. — Конечно, помним, мы будем. Дела потерпят до понедельника. — Брат, а Яо будет? — спросил Хуайсан, заходя в кабинет Минцзюэ. — Обещал быть, но, возможно, задержится, у него какая-то важная встреча. — Ну, конечно, куда нам до такого важного человека, — саркастично заметил младший Не. — Хуайсан, угомонись, ты прекрасно знаешь, как много сил Яо приложил, чтобы достичь того, что у него сейчас есть! Мог бы и поддержать друга! — Другом мне был парнишка с юридического, с которым мы вместе планировали искоренять несправедливость этого мира! А господин адвокат, который теперь защищает тех, кого мы ловим, мне не друг! — Прекрати немедленно! — вспылил Минцзюэ. — Ты прекрасно понимаешь ситуацию, Яо не мог не согласиться на предложение отца! И тех, кого ловим мы, не сможет защитить ни один адвокат, потому что мы хорошо выполняем свою работу! А тебе давно пора перестать дуться и, наконец, простить Яо, кстати, отличная возможность будет сделать это в выходные! — Ну да, еще бы ты его не защищал! — Да мне надоело уже разрываться между любимым братом и любимым мужем! Хватит уже собачиться! Хуайсан, недовольно фыркнув, вышел из кабинета брата.

***

Чэн выбрался из машины и оглядел дом, к которому они подъехали. Посмотреть было на что. Красивый бревенчатый дом, окруженный соснами, так и кричал об умиротворении и единении с природой. Пейзаж нарушали только машины, припаркованные недалеко от дома. — Ну, я понимаю, Усянь любитель устраивать шоу, но твой брат как повелся на это? — Чэн обернулся к вышедшему из машины напарнику. — Ты прекрасно знаешь, А-Чжань не способен отказать ему ни в чем, поэтому да, — он развел руками, — все вот так. Ну разве ж не здорово отдохнуть и провести выходные в таком замечательном месте? Мы должны быть благодарны братьям за это. — Ага! Если они помолвку превратили в пафосный пикник на два дня, то что нас ожидает на свадьбе? — проворчал Чэн, доставая их сумки из багажника. — Боюсь даже представить, — улыбнулся Сичэнь, беря из рук Чэна свою сумку. Вдвоем они направились к дому. Когда они уже поднимались на террасу, из дверей выскочил красный ураган и накинулся на них. — А вот и вы! Наконец-то, только вас и ждали! И не смейте мне тут заливать про работу, ибо ваш начальник уже сидит в гостиной и пьет виски, а вас где носило? Напарники переглянулись, не объяснять же этому человеку-буре, что они опоздали, потому что не могли сойтись во мнении по поводу подарка. Впрочем, Вэй Ину и не нужны были объяснения, он подхватил обоих мужчин под руки и потащил в дом, не переставая говорить. — Ну, вы добрались, отлично, размещайтесь и спускайтесь к нам. Основное мероприятие будет вечером. Тогда же приедут дядя Цзян с мадам Юй, так что сейчас есть возможность посидеть в неформальной обстановке и пообедать. Лань Чжань приготовил такую острую курочку, что закачаетесь! Ваши комнаты наверху, от лестницы направо, идите, комнаты рядом и даже общий балкон есть, — он загадочно поиграл бровями. — Что ты тут выделываешься, — проворчал Чэн. Сичэнь только благодарно улыбнулся и утащил напарника наверх, пока этот неугомонный почти родственник не сболтнул чего лишнего. Нет, он, конечно, знал, что у его брата нет секретов от любимого, но почему-то надеялся, что его секреты все-таки останутся в их тесном (очень тесном, только между Сичэнем и братом) кругу, хотя, конечно, очень скоро Вэй Ин тоже станет членом его семьи, что является причиной нервного расстройства их дяди. Скачущие мысли Сичэня остановил голос Чэна. — Вот, кажется, это наши комнаты. Тебе какую? — Все равно, не думаю, что они отличаются. — Хорошо, тогда я сюда, а твоя дверь дальше. Сильно осмотреться Сичэнь не успел, почти сразу прилетел Усянь, утверждающий, что они ну очень долго собираются и распаковаться успеют позже, и потащил обоих мужчин вниз, обедать и общаться. Обед, прогулка по окрестностям, небольшой отдых и, наконец, вечерняя церемония помолвки прошли стремительно и насыщенно. Родители Усяня и Чэна на ночь не остались и сразу после церемонии уехали. Сичэнь подозревал, что они также не в особом восторге от предстоящей свадьбы, как и их дядя, который из принципа проигнорировал помолвку младшего племянника и не явился. Вечером Хуань, приняв ванну и заварив чай, вышел на балкон немного посидеть в тишине. Он, конечно, хорошо относился к избраннику брата, но все же очень уставал от этого шумного и неугомонного человека. Что лишний раз доказывало, что Лань Чжань Усяня любит больше жизни, потому что он был воспитан в тех же ценностях тихой, размеренной и строгой жизни, и то, что он готов изменить свою жизнь и связать ее с этим неугомонным парнем, больше, чем что-либо другое, говорило о его глубоких чувствах. — Отдыхаешь? — раздался рядом бархатный голос. Сичэнь вздрогнул от неожиданности и обернулся. Позади него стоял Чэн, в таком же пушистом халате и с мокрыми волосами, очевидно, тоже только что из душа. Ах, да! Усянь же говорил про общий балкон. Сичэнь бросил взгляд за спину напарника и увидел там точно такую же дверь, как и в его комнате. — Да, не обижайся, но твоего брата все-таки очень много. — Ни в коей мере, я его знаю с детства и уже привык, но прекрасно представляю, что этот ураган способен смести своим энтузиазмом кого угодно. Это еще большую часть его внимания оттягивает на себя твой брат, поверь мне, обычно от него намного больше шума и хаоса, — Чэн сел в соседнее кресло. В руках у него был стакан с виски. — Удивительно, вы такие разные, как вы ладите друг с другом? — Хуань сделал глоток чая и залюбовался отблесками фонарей на загорелой коже и в отливающих фиолетовым глазах. — Ну… — Чэн качнул стакан, звякнув кубиками льда, — поначалу мы много дрались, и вообще далеко не сразу поладили. Но я рад, что у меня такой брат, он как бы дополняет те качества, которых нет у меня: дружелюбность, открытость, ещё улыбка эта его до ушей, — мужчина, нахмурившись, отпил из стакана. — Ты на себя наговариваешь, я-то знаю, что ты тоже умеешь быть добрым и улыбка у тебя восхитительная, — улыбнулся своим воспоминаниям Сичэнь. — Что? О, нет, — Чэн закрыл рукой лицо, — ты долго еще будешь вспоминать этот случай? — Никогда его не забуду, я сохраню эти моменты в своей памяти на всю жизнь, — лукаво улыбнулся Сичэнь. Это действительно был замечательный момент, именно тогда суровый и грубый напарник открылся для него с другой стороны. В ходе расследования они наткнулись на заброшенный склад, где обнаружили целый выводок маленьких щенков, мать которых погибла, и суровый детектив Цзян просто на глазах превратился в милейшего парня, воркующего над крохами, как над маленькими детьми. Он тогда забрал их всех с собой; несмотря на возражения начальства, устроил зверят в кабинете и каждый день кормил их и выхаживал. А потом пристроил каждого из шести пушистых комочков, при этом очень придирчиво выбирая хозяев и сокрушаясь, что при его графике себе он оставить ни одного не может. Это были до того умилительные дни для уже и так влюблённого Сичэня, что забыть он такое просто никак не мог. Любитель собак тихо хмыкнул, наблюдая мечтательную улыбку на лице напарника — Усянь собак боится до дрожи, мне никогда не разрешали их завести в детстве. А сейчас не позволяет работа. Нельзя смеяться над слабостями человека. Хотя, о чем я, у вашей семьи их нет, вы идеальные как роботы. Андроиды, прекрасные лицом и с характером, запрограммированным по образцу вашего дяди. Сичэнь не выдержал и рассмеялся. — Ну, тогда твой брат явно хакнул А-Чжаня, потому что с тех пор, как они встретились, брат точно перестал соответствовать дядиным идеалам. — Этот может, — Чэн задумчиво уставился на начинающие появляться звезды. А Сичэнь подумал, что еще ни разу не оказывался с напарником в такой романтичной обстановке, и сердце его зачастило с удивительной скоростью. Романтичное течение мыслей прервал шелест шин по земле и тихое ворчание мотора. Напарники выглянули с балкона вниз: около крыльца остановился мотоцикл, седок опустил ногу и снял золотистый шлем. — О! Господин адвокат пожаловал, — хмыкнул Чэн. Вышедший из дома Минцзюэ стиснул в медвежьих объятьях спешившегося мужчину. До второго этажа долетел тихий разговор: — Извини, встреча с клиентом затянулась, я никак не ожидал, что это растянется так надолго, — виновато произнес Яо, уткнувшись в грудь мужа. — Ничего страшного, главное, что ты приехал. — Усянь с Ванцзи сильно расстроились? Я в качестве извинений привез им подарок. — Нет, они все понимают, им хватило и других гостей. Устал? — Чертовски сильно. — Тогда пошли, буду тебя кормить, а потом ванна и спать. У этого неугомонного на завтра еще целая программа, так что ты еще успеешь от него устать. — Ну, это можно пережить, — Яо, улыбнувшись, пошел вслед за Минцзюэ в дом. Чэн тихо хмыкнул: — Кто бы мог подумать, что такие разные люди окажутся вместе… — Любовь сильная штука, никогда не знаешь, кого и когда она поразит, — мягко улыбнулся Сичэнь. На следующий день неугомонный брат Чэна утащил всех на более дальнюю прогулку с пикником вместо обеда, переходом небольшой речки вброд и любованием природой в полном объеме. Еще до обеда они чуть не утопили в попавшемся ручье Хуайсана. Лань Чжань чуть не прибил несчастного пса, который тоже совершал лесную прогулку с хозяином и неосмотрительно гавкнул на Усяня из кустов. Чэн с братом успели поругаться, помириться, опять поругаться по поводу собак, их драку предотвратил вовремя разнявший парней Минцзюэ. Маленький племянник Чэна чуть не свалился в какую-то дыру в земле, его успел вовремя подхватить Сичэнь, за что оставшуюся часть пути принимал благодарности от сестры Чэна и Усяня. Когда они вышли на живописную поляну около небольшой речки, все единогласно решили, что пора сделать перерыв на обед. Пока все раскладывали покрывала и еду, готовя импровизированный стол, братья Лань отошли в сторону, воспользовавшись возможностью спокойно поговорить. Сичэня еще с прошлого дня интересовал вопрос: — Ванцзи, ты говорил Усяню о моих чувствах к его брату? — Нет, брат, это твой секрет, я не мог его никому рассказать! С чего ты это взял? — Вчера, когда он провожал нас в комнаты, сказал несколько двусмысленную фразу и я решил… — Нет, я ничего не говорил. Возможно, он сам догадался? Усянь очень проницателен, когда это не касается его чувств, — мужчина слегка печально вздохнул. Конечно, Хуань понимал брата, тот тоже продолжительное время тайно вздыхал по своему возлюбленному, пока тот, ни о чем не догадываясь, точно так же вздыхал по Лань Чжаню. — Не думаю, что я так очевиден… Ведь нет же, брат? — Я тебя слишком хорошо знаю, мне легко было догадаться, но другие… Не думаю. Может быть, Вэй Ин имел ввиду не тебя? — брат пристально посмотрел на Хуаня. — Что ты хочешь сказать? Что? Нет! Нет! Я даже надеяться не смею. Мы просто друзья. — Я тоже долгое время думал, что Вэй Ин мне просто друг! — Вы другое! С вами всем окружающим было очевидно, что вы предназначены друг другу, и только вы никак не могли объясниться. А мы с Чэном просто напарники. Ванцзи опять пристально посмотрел на брата. — Что? Да! Мы очень эффективная команда, но, в отличии от Усяня, Чэн никогда не давал мне никаких знаков, что считает меня кем-то большим, чем другом! Нет! Пусть все остается как есть, меня все устраивает! Лань Чжань только тяжело вздохнул. В этот момент их прервал подскочивший Усянь. — Что вы тут стоите, все уже готово, — он повис на руке Ванцзи, — мой любимый будущий муж, я уже 20 минут тебя не обнимал, ты не считаешь, что это ужасно? — Абсолютно неприемлемо, — произнес Лань Чжань, обняв любимого, и они все вместе направились к месту пикника.

***

Машина мягко вывернула на шоссе и, набирая ход, устремилась к городу. — Несмотря ни на что, выходные получились хорошими, — улыбнулся Сичэнь, бросив мимолетный взгляд на пассажира. — Да, полезно было отвлечься от рутины. Даже Минцзюэ подобрел, как мне кажется, — Чэн усмехнулся. — Да, шефу тоже отдых был необходим. Тебя домой? — они остановились на светофоре при въезде в город. — Да, надо выспаться перед новой рабочей неделей, — Чэн потянулся, заставив Сичэня немного покраснеть от открывшегося зрелища. Светофор сменился на зеленый, машина плавно тронулась, набирая скорость. В этот миг раздался визг тормозов, страшный грохот, в глазах у Хуаня потемнело и он провалился в темноту…