FFEZ

      Уезжать из Челябинска, хоть и с золотой медалью, отчего-то было крайне грустно. Причём, всём.       Тутберидзе хоть и была довольна выступлениями своей команды, будто бы оставляла в этом городе что-то недосказанное вместе с бутылкой вина, которую она прошлым вечером открыла и опустошила всего на четверть. У Медведевой было примерно такое же состояние, отсутствовала только бутылка вина, которую она пообещала самой себе в следующем году в компании главного тренера, раз уж это мысленно было обещано во время долгожданной прогулки.       Глейхенгауз с Дудаковым выглядели внешне одинаково, внутри испытывали разные эмоции. Даниил Маркович упорно не понимал, что происходит и откуда взялся непонятный для него треугольник между двумя спортсменками и одним главным тренером. Разговаривать с самым старшим "углом" этой фигуры — было бы бесполезно. Поэтому он даже не пытался. Подойти к Жене больше не было возможности, а Алина молчала. Была весёлой всё время, что общалась с хореографом, но сразу же менялась в лице, как только он задевал эту тему. Она не рассказала ему, что происходит. Ни в Челябинске, ни в самолёте, на котором они улетали после. Сергей Викторович же, как и всегда, просто молча подмечал детали, которые всем казались незаметными, но в незаметности не было равных ему, именно поэтому он видел и слышал больше всех, но продолжал молчать, не желая влезать в межличностные отношения и междоусобные войны.       До Нового года оставался один день, который все планировали провести одинаково.       В силу сумасшедших графиков никто даже не вспоминал о приближающемся празднике до поездки из аэропорта. Въезжая в украшенную и пестрящую новогодней атрибутикой Москву, каждый вспомнил про подарки, которых до сих пор не было. Единение продолжалось и с разницей в пару минут каждый, кто двигался сейчас из Домодедово к долгожданному дому, открыл календарь в телефоне и пометил себе, что нужно обязательно отправиться завтра в поход по ближайшему торговому центру в поиске презентов.

Этери Георгиевна

Что ты хочешь на Новый год, чемпионка?

11:45

      Сообщение высветилось и скрылось через несколько секунд, когда хозяйка телефона даже не повернулась, чтобы узнать, кто же ей написал в один из редких выходных. Медведева спала, не желая открывать глаза так рано в предпраздничный день. Смс-ку увидела мама, но не успела смахнуть её вбок, чтобы скрыть от Жени хотя бы до того, как она откроет мессенджер, зато успела смахнуть слезу, спустя пять минут после увиденного.       Она до сих пор держала слово, которое мысленно дала дочери после её просьбы — не появляться на тренировках. И даже учитывая тот факт, что Женя была бы счастлива видеть маму на соревнованиях, ведь уже отпустила ситуацию, Жанна Юрьевна даже не собиралась нарушать законы, несмотря на то, что они нигде не были прописаны и даже не были окончательно утверждены. Несмотря на это, грусть и тоска о том, что дело всей жизни её дочери теперь появляется только в виде новостей и трансляций, резало крайне больно и глубоко. Ещё глубже входили подобные появления главного тренера, которые продолжали приносить Жанне только злость, обиду и ревность.       Спустившись по лестнице на первый этаж, она встала к столешнице, забирая у самой себя пару минут на то, чтобы выдохнуть, а после вернуться к привычному ритму.       — Доброе утро… — донеслось сзади.       — Уже встала?       — Да. Проснулась, когда ты зашла. — ответила Женя, проснувшаяся несколько минут назад, когда дверь в её комнату захлопнулась.       — Извини, что разбудила… — выдохнула мама, укладывая ложку на стол, после снова взяв её в руки, явно нервничая и снова обвиняя себя.       — Да, я не к этому, мам. Всё в порядке. Мне ещё в торговый центр надо, так что, даже к лучшему.       — Тебе звонил кто-то или писал. — доставая любимую кружку Жени, бросила мама. — В общем, что-то брякало       — Да… Это подружка.       — Подружка?       — Лиза Туктамышева. — соврала Женя, сама не понимая, зачем. — Мы подружились в Челябинске. Она классная.       — Не слишком взрослая для тебя? — спросила мама, подсознательно имея ввиду совсем не Лизу.       — Да нет. Нормально.       “Нормально” — буквально слово последних нескольких дней. Медведева отчаянно оправдывала всё, что происходит вокруг именно этим словом. Нормальной была прогулка с Лизой, а после с Этери Георгиевной. Нормальной была реакция на Алину и Даниила Марковича. Это слово спасало ситуацию и Женя надеялась, что это продлиться все праздники, ведь несмотря на то, что она не обращала внимания на общепринятые суеверия, это не мешало успешно выдумывать собственные. Именно поэтому Медведева переиначила поговорку, которая гласила — как встретишь Новый год, так его и проведёшь. Она упрямо спорила с тем, что предрешить целый год сможет всего лишь короткий промежуток времени. Девять дней казались Жене куда большим сроком, способным повлиять на всё. Тем более, что это был долгожданный отпуск, за который было необходимо отдохнуть, чтобы красиво завершить не только 2016 год, но и весь сезон.       — Я пойду соберусь, спасибо за завтрак! — ответила Женя, быстро отодвигая тарелку, даже не допивая кофе.       — Может мне с тобой поехать? Чтобы ты такси не заказывала. Да и подарок тебе куплю, а то сама, честно говоря, даже не знала, что тебе купить.       Повернувшись к маме лицом, Женя понимала, что выбора у неё нет.       — Да, клёвая идея! Я тогда быстренько оденусь… — ответила Медведева, тут же разворачиваясь обратно.       Благо, что мама не увидела выражение лица, которое появилось у дочери, как только она снова оказалась к ней спиной. Ещё больше Женю обрадовал тот факт, что она была не рядом, когда телефон снова оказался в руках. Второй раз за это утро улыбка снова появилась на лице Жени, но тут же сошла, когда осознание добралось до неё. Она прочла сообщение, как только мама ненароком разбудила, вымещая свою злость на несчастной двери. Но в тот момент, когда буквы окончательно сложились в предложение и донесли мысль до мозга, Женя уже забыла о том, почему проснулась. Это милое сообщение подняло бы настроение, даже если бы Медведеву разбудили в четыре утра.       — Твою мать… Точнее, мою… — прошептала Женя, снова прокручивая в голове план, в котором была прогулка по торговому центру в одиночестве.       Как выбирать ответный подарок для Этери Георгиевны в сопровождении мамы, фигуристка не понимала. Конечно, можно было бы сказать, что это для Лизы, но в списке покупок было довольно много всего, что выглядело бы подозрительно, учитывая, что Туктамышева в глазах мамы была относительно новой подружкой. Старыми Женя так и не обзавелась, а от некоторых даже избавилась, именно поэтому вспоминать о них было бы странно… До стычки на тренировке, в этой семье не было никаких проблем и между матерью и дочерью не было никаких секретов. И учитывая характер Жени, поверить в то, что она могла бы обзавестись большим количеством подруг за небольшой отрезок времени — было невозможно.       Вариант — отправиться в торговый центр ещё раз, но уже после поездки с мамой, кажется, был единственным. Но присмотреться к ассортименту можно, так что Женя оделась и даже слегка улыбнувшись, вышла на улицу.       Снег кружил самыми крупными хлопьями и наводил на мысль о пешем походе в сторону торгового центра, но километраж был уж слишком большим, поэтому Женя относительно спокойно села на заднее сиденье. Столкнувшись с взглядом мамы в зеркале заднего вида, обе улыбнулись друг-другу, отмечая про себя странный выбор места, но ничего не говоря об этом. После нескольких минут молчания, Женя попросила включить музыку, хотя и могла сидеть в наушниках, но решила, что это перебор.       — А что ты хочешь в подарок? — спросила Медведева, когда мама остановила машину на светофоре.       — Да ничего не надо, Жень! Всё нужное у меня уже есть.       — Это типа я?       — Типо, да. — в манере дочери, ответила Жанна.       — Ладно, сама выберу, — улыбнувшись сказала Женя, — но могла бы и подсказать.       Проигнорировав забавный семейный комплимент, Медведева снова замкнулась, ощущая странное предчувствие. Подарков нужно было выбрать много и мама не облегчала задачу. Если с бабушкой всё было известно и пара музыкальных пластинок с чем-то олдскульным, уже были заказаны и оставалось только оплатить и забрать, две оставшиеся женщины доставляли проблем. Выдумывая, что же выбрать для главного тренера ещё в Челябинске, Женя не потратила особо много времени, учитывая, что до этого никаких подарков друг другу они не делали. Нарушить эту привычную установку Медведева задумала первой, но судя по смс, Тутберидзе её опередила. И от подарка теперь невозможно было бы отвертеться. Вариантов в Челябинске было немного, но за несколько дней скопился список, из которого теперь нужно было что-то выбирать. Женька🐼 Ничего не надо! Всё нужное у меня уже есть 13:34       Вспомнив про смс, которая так и осталась неотвеченной, Женя быстро напечатала ответ, позаимствовав фразу у своей мамы, пока та выбирала очередное новогоднее украшение и оставила дочь позади.

Этери Георгиевна

Это ты про медали?

13:40

Женька🐼 Типа да. 13:40       Оставляя в конце предложения не двусмысленную точку, которыми никогда не пользовалась, Медведева заблокировала телефон. Задавать встречный вопрос тренеру о том, что же она хотела бы получить в подарок, уже как-то не хотелось. Подумав о том, что она итак собрала все возможные медали за половину сезона, а это для неё, кажется, главное, Женя снова открыла свой список. Всё, написанное ранее, казалось очень глупым и абсолютно неподходящим. Женя никогда не была одной из тех, кто считал, что подарок обязательно должен быть практичным и нужным, именно поэтому могла позволить себе рассмотреть абсолютно всё, но сейчас каждый новый вариант казался идиотским.       Удаляя заметку в телефоне, она снова проверила диалог на наличие новых сообщений, но даже её последнее было не прочитано.       — Чего застыла? — спросила мама, заглядывая в телефон дочери. — С кем переписываешься?       — Да, ни с кем. Просто залипла, пойдём. Два часа прошли весьма быстро, но не очень продуктивно. Из всего, что предложила мама в качестве подарка, Жене не понадобилось бы ничего, но выбор остановили на книге и худи. Куда проще было согласиться на всё это, чем искать ответный подарок для мамы, которая упорно отказывалась принимать хоть что-то от дочери, несмотря на её уловки. Шумно выдохнув, Женя прекратила попытки и решила обсудить всё вечером с бабушкой, когда мамы рядом уже не будем и может быть совместно у них появится хорошая идея. Но отвлекаться от подарка для мамы не хотелось, ибо последним оставался только подарок для главного тренера, переходить к которому хотелось меньше всего. Вариантов теперь уже не было и Медведева устало бегала глазами по всем витринам, которые её окружали, как в одну секунду наконец остановились. Идея была, возможно, даже глупее, чем предыдущие, но отчего-то Женя уже зацепилась взглядом и не могла придумать что-то лучше, чем то, что видела перед собой. Казалось, что подарок был идеальным, исключительно потому, что напоминал о Жене. Застыв около витрины, она снова не заметила, как синхронно остановилась и мама, вглядываясь в неё.       — Украшение выбираешь? — спросила мама, вернувшись на пару шагов назад к застывшей дочери.       — Что? Нет. — коротко ответила Женя, продолжая оценивающе разглядывать то, что находилось внутри. — Просто забавно.       — Да уж, чего только не придумают! Идём?       — Идём.       Отходя от витрины, Женя пометила в своей голове магазин и вновь взглянула на потенциальный подарок. Ещё раз перебирая в голове всё, что могло бы подойти, она снова возвращалась к тому, что увидела на витрине и решив, что это окончательный вариант, забила его в поисковике. Цена оказалась довольно большой, но заначки от призовых и небольших рекламных контрактов более чем хватало, чтобы спокойно купить подобный подарок. А уж в оправданности презента Медведева не сомневалась. Целей было две — удивить и оставить напоминание о себе. И этот вариант подходил под обе.