I'm just your problem...

Оказавшись дома у Айси, Марселин лично убедилась, что блондинка «катается, как сыр в масле». У девушки была своя однокомнатная квартирка недалеко от университета. Айси жила отдельно от родителей, которые взяли квартплату на себя. Блондинка неожиданно легко согласилась приютить у себя Марси. Гитаристка с порога предупредила о невозможности всяких пошлых поползновений в свой адрес. — Ой, да ладно, не переживай, посмотри в мои честные глаза! — Айси подмигнула, а Марселин цокнула: — Ну, да, конечно… Марси первым делом осмотрела квартирку, подметив чистоту и стильную обстановку. В единственной комнате (не считая кухни) были все удобства: черный лакированный стол для занятий, белый комод для вещей, изящный книжный шкаф, плазма на стене, а посреди всего этого — большая двуспальная кровать с сине-голубым покрывалом. — Неплохо живешь. — Ой, да ладно, — Айси зарделась от гордости, — Может, положишь уже свою гитару, сумку, и разденешься… то есть, переоденешься. Блондинка улыбнулась, как ни в чем не бывало. Марси недовольно покосилась на нее, но все же бросила сумку в угол комнаты. Затем рокерша аккуратно сняла чехол с гитарой и устроила ее там же. — Черт, я не взяла ночную рубашку. — Не переживай, я дам тебе что-нибудь из моего, — Айси подмигнула подруге и направилась к комоду. — О, Сатана, пусть это будет не кожаный бандаж, пожалуйста, — Марси свела ладони в молитвенном жесте. — Я все слы-ы-ышу-у-у, — блондинка недовольно покосилась на девушку, а потом стала рыться в куче голубого и синего блестящего тряпья. — Это не подойдет, это не твой размер, это безвкусица какая-то, — Айси упорно искала в недрах комода что-то подходящее. Марси только сильнее раздражалась. — Это мне жалко, это слишком пошлое… О, нашла! — Нашла, что мне надеть? — Марселин оживилась. — Нет! Нашла свой кожаный бандаж! Гитаристка от безысходности продемонстрировала такой фейспалм, что на ее лице остался отпечаток собственной ладони. — Слушай, просто дай мне что-нибудь обычное. Что угодно! В этот раз просьбы Марси были услышаны, и в лицо девушке прилетела какая-то рюшчатая тряпка. — Это тебе подойдет, — блондинка захлопнула комод и с чувством выполненного долга направилась на кухню. — Переодевайся, а я пока нам чай заварю. Ты мне расскажешь, что все-таки тебя ко мне привело… Ах, да! Ванна в твоем распоряжении. — Нет, спасибо, обойдусь, — буркнула Марси вслед блондинке, попутно снимая с себя одежду. Через две минуты девушка была облачена в рюшчатую ночную рубашку, которая скорее походила на вечернее платье. «Будь сильной, Марси, это то испытание, которое ты должна пройти». Девушка вздохнула и направилась на кухню к Айси. За горячим чаем девушки разговорились. В особенности блондинку интересовала причина такого неожиданного визита Марселин. — Ого-о-о, как у вас все запущено, — Айси покачала головой. — Ага, — Марси поражалась тому, как она легко проболтала блондинке всю подноготную их отношений с Боннибелл. «Стресс, наверное», — решила гитаристка, потягивая зеленый чай. И действительно, девушке стало гораздо легче когда она, наконец, хоть кому-то выговорилась. Правда, сейчас ей не особо хотелось разбираться в своих личных проблемах — сильно клонило в сон. — Слушай, а где я спать буду? Айси ответила, не задумываясь: — На моей кровати, конечно. — А ты где будешь спать? Блондинка чуть не поперхнулась чаем от такой наглости. — На своей кровати, естественно! Марселин недовольно посмотрела на подругу. — Что? Да не буду я к тебе приставать! У меня, вообще-то, уже есть бриллиант моего сердца, — Айси театрально возвела глаза к небу в свойственной ей манере. Марси недоверчиво хмыкнула, но смирилась: — Хорошо, но считай, что я ловлю тебя на слове. *** Чтобы сохранить свою честь хотя бы до утра, Марселин возвела подушечно-одеяльные баррикады, разделяющие кровать пополам. Айси сначала была недовольна, но вскоре успокоилась. Обе девушки заснули. Марси всю ночь снились кошмары: сцены, как они с Бони ругаются, ссорятся, как соседка уходит, оставляя гитаристку в одиночестве. Из-за дурацких снов девушка совсем не выспалась и наутро выглядела помятой и измученной. На учебу сегодня она явно не собиралась. Айси даже не стала настаивать на том, чтобы Марси отправилась в университет. Блондинка решила дать своей новой соседке отдохнуть, но оставила ей копию ключей — на всякий случай. С того момента как Айси ушла, Марселин долго лежала на кровати, пока ей не стало скучно. Тут девушка вспомнила о своем мобильном, который со вчерашнего вечера остался в сумке. Гитаристка выудила телефон и была малость удивлена, обнаружив аж 37 пропущенных вызовов. И все от Боннибелл. Марси стало немного стыдно, что она вчера неожиданно сбежала, заставив подругу волноваться подобным образом. Нужно было просто позвонить и сказать, что все нормально, или отправить смс. Марселин знала, что именно так и необходимо поступить, но не могла ничего написать. «И что мне ей отправить? Что-то типа: „все в порядке, я у Айси дома“? Как ни в чем не бывало? Эххх…» Девушка повертела телефон в руках и направилась на кухню. Гитаристка заварила себе чай, позавтракала печеньями и, чтобы хоть как-то себя развлечь, начала фотографировать все, что попадается на глаза. Сначала она сфотографировала кружку с чаем, потом вид из окна кухни, потом свое рюшчатое одеяние. «А потом ты будешь постить эти фотографии в инстаграм, больше и больше, пока он не поглотит тебя. И только в твиттере останутся упоминания о твоей безвременной кончине…» Тут девушку посетила идея. Марселин отправилась в гостиную и начала рассматривать полки книжного шкафа. Она быстро нашла нужную, на которой красовалось несколько портретов Айси в золоченых рамках. Там же стояла статуэтка в виде маски. Марси сфотографировала полку и комнату целиком, а затем отправила эти фотографии Боннибелл. «Так не придется с ней разговаривать и что-то писать. Надеюсь, она все поймет». Тут же пришло ответное смс. «О боже, ты в порядке? Я так волновалась. Ты у Айси дома?» Марселин недолго подумала над ответом и направилась на кухню. Там она вывалила на стол маленькие печенья и выложила из них слово «yes», отправила фото Бони. «Понятно. Я рада, что с тобой все в порядке)) Но все-таки, ты не хочешь со мной поговорить? : с» Девушка отправила свое фото в рюшчатой пижаме. Ответ не заставил себя ждать. «Ахахаха, смешно. И все-таки ты не хочешь со мной говорить: с» Марси выложила из печений слово «problem?» и отправила подруге. «You just my problem… Хорошо, может быть, ты напишешь мне, когда захочешь поговорить? Я буду ждать.» Марселин долго смотрела на экран и улыбалась, что-то милое было в этих словах. Iʼm just your problem… Девушка оживилась и направилась в гостиную за листом и ручкой. *** Боннибелл чувствовала себя отвратительно, лежа ничком на кровати и иногда постанывая в подушку. Сегодня она (о, ужас!) пропустила университетские занятия. В голове была каша, мысли путались: «Какая я тупа-а-ая! Если бы я только ее не отталкивала. А теперь она ушла жить к этой извращенке… Неужели, она пристает к Марси?! А она сопротивляется? Ну, конечно, Марселин никогда не поддастся… А вдруг?! Неееет… Или да?!» Бони еще некоторое время вела внутренний спор, пока не решила, что если так продолжится, она сойдет с ума. «В конце концов, она мне написала. Значит, все не так плохо… О, Боже, Марси, возвращайся, а то я точно умру-у-у». Бони еще немного полежала и поскулила в подушку. Затем девушка решила, что ныть и стонать весь день нельзя. Нужно было чем-то себя занять. Тут в светлую розоволосую голову пришла гениальная идея. Девушка вскочила с кровати и кинулась к шкафу. Там она хорошенько порылась, и была невероятно обрадована, обнаружив «ту самую» рокерскую футболку. Бони тут же надела ее на себя и повертелась перед большим зеркалом, висевшим на стене у шкафа. Хоть размер вещицы был чуть больше нужного, Боннибелл сейчас казалось, что это самая лучшая вещь, которую она когда-либо надевала. Бони снова залезла в шкаф соседки и достала оттуда кожаные штаны. Натянув и их на себя, девушка вернулась к зеркалу. — Наука — это полный отстой! Только хардкор! — подражая голосу Марселин, сказала Бони зеркалу. Девушка приняла пару «крутых» поз, подсмотренных у соседки, затем рыкнула на свое отражение, обнажая несуществующие клыки. — Такое чмо, как ты, не может слушать хороший рок! Этим ты оскорбляешь музыку! Тут, Боннибелл осознала, что занимается полной ересью. Девушка сняла штаны, но оставила футболку и решила придумать себе какое-нибудь более адекватное занятие, пока рассудок ее не покинул. *** Марселин сидела с гитарой на полу посреди комнаты, задумчиво перебирая струны. Мелодия не наклевывалась. Вздохнув, девушка взяла в руки мобильник. «Интересно, Джейк отошел от похмелья?» Девушка быстро отправила смс другу с просьбой позвонить ей. Через минуту после отправки сообщения, телефон заверещал в ритме Rammstein. Марси ответила на звонок. — Алло, Джейк, можешь говорить? — Да, конечно. Что такое, Марс? — Хочу обсудить репетиции. Осталась всего неделя, и я предлагаю усиленно репетировать все эти дни, начиная с сегодня. — Хм.… Ну, как скажешь, я не против. — Только не у меня в общежитии. Отобьешь нам зал? — Окей, без проблем. — И позвони Финну, пожалуйста. Меня он совсем не слушает. — Хорошо, сейчас все будет, босс. Может, чашечку кофе? — Джейк весело хмыкнул. — Я серьезно. — Понял, понял. Все сделаю, договорюсь насчет помещения и перезвоню тебе, окей? — Окей, пока. Рокерша положила трубку и призадумалась. «Надо бы уже переодеться». Марселин оглядела свои кружева и принюхалась. «Мда, душ мне тоже не помешает…» Тут же в памяти девушки всплыла Боннибелл, которая однажды говорила ей эти же слова. Как давно это было… Марси вздохнула, постаралась выкинуть лишние мысли из головы и направилась в душ. Через тридцать минут Марселин была свежа и одета на выход. Пришло смс от Джейка с хорошими новостями: им предоставили зал, а Финн согласился посвятить себя репетициям. Сбор был назначен через 40 минут, чтобы все успели доехать до места. Марси положила гитару в чехол и, взвалив приятную ношу на спину, покинула квартиру. Хорошо, что Айси оставила ей ключи. *** Репетиция прошла довольно живо. Марселин была на высоте, даже немного перенапрягла голосовые связки. Финн и Джейк ко второй половине дня совсем выдохлись, а девушка, кажется, могла еще всю ночь петь и играть на гитаре. Парни так устали, что даже забыли о песне, которую должна была написать гитаристка. Сама Марселин не спешила сообщать о том, что уже написала стихи. Когда ребята расходились, Марси чувствовала себя даже более энергичной, чем с утра. По дороге домой она заглянула в парк и просидела там до позднего вечера, наигрывая аккорды на гитаре. *** Дни летели невероятно быстро. Марселин не появлялась в университете, но Айси на нее не давила и не пыталась выставить из своей квартиры. Боннибелл отправила девушке только пару сообщений, в духе: «Доброе утро» и «Спокойной ночи». Репетиции занимали все свободное время — Марси репетировала даже без парней, в одиночестве. Она хотела забыться и не давать ни шанса навязчивым мыслям, поэтому занимала себя, как могла. Джейк спрашивал насчет новой песни, и они все вместе подобрали и отрепетировали музыку. Но за время всех репетиций Марси ни разу не спела. Они играли только музыку, гитаристка так и не смогла даже показать ребятам слова. Девушка пообещала, что займется пением сама, и на концерте все будет нормально. Боннибелл была подавлена в эти дни. Без энтузиазма плелась в университет, ожидая встретить подругу, и возвращалась домой в расстроенных чувствах. Айси ничего толком не рассказывала Бони о состоянии ее подруги. Сама гитаристка так ни разу не позвонила и не отправила ни одной смс. С каждым днем депрессия все больше одолевала Боннибелл, а когда девушка совсем отчаялась, получила сообщение со знакомого номера: «Суббота 20:00, клуб „Пистолеты“. Скажешь свое имя на входе, если будут проблемы.» И еще через минуту: «Я буду ждать.» *** В субботу утром группа провела контрольную репетицию. Правда, она была короче обычного — ребята не хотели выдохнуться перед выступлением. Парни нервничали и удивлялись тому, что Марселин была спокойна, аки монах, познавший дзэн. Сама девушка просто-напросто находилась в прострации — в ее голове был вакуум. — Слушай, я не очень уверен насчет твоей новой песни, — начал, замявшись, Джейк. — Мы же ни разу не репетировали ее со словами. Еще есть время. — Нет, все в порядке, — отрезала Марселин. Гитаристка никак не могла объяснить, что ей слишком некомфортно петь с ребятами наедине такую личную песню. Другое дело на сцене, на сцене она точно сможет… — Ну, а как ты вообще собираешься петь, если даже не знаешь, как слова ложатся на музыку, как они попадают в ритм? — Джейк явно был обеспокоен и не сдавался. — Всю ответственность я беру на себя. К тому же я репетировала пение, — Марси посмотрела в недоверчивое лицо друга. — Разве я вас когда-нибудь подводила? Джейк вздохнул и сдался. — Хорошо, Марс, тебе решать. Твоя ответственность. Гитаристка улыбнулась и стукнула Джейка, по-дружески, кулаком в плечо: — Все будет в порядке, не волнуйся. *** Клуб, в котором группе предстояло выступать, был неплох, как показалось Марселин. С заднего входа ребят встретил администратор, которого звали Год Пати. Марселин про себя нарекла его оборотнем: уж больно суровое лицо у него было, и даже оскал был каким-то хищным. Он провел группу через внутренние помещения к себе в кабинет. Там Год и Джейк уточнили некоторые детали выступления. Всю формальную часть Марселин всегда оставляла Джейку — у него это лучше получалось. К тому же Марси не слишком интересовали условия выступления и гонорар. Девушке вполне хватало денег, которые ей переводил отец на карточку. Для нее весь смысл выступлений был в увеличении популярности группы. Когда деловые разговоры закончились, ребят повели в основную часть помещений. Год дал группе осмотреться. Не слишком вычурный интерьер включал в себя громоздкие конструкции под потолком и элементы из дерева и кожи. Нижняя подсветка добавляла новизны. Получалось какое-то соединение прошлого и будущего. Марселин поняла, что клуб предназначен как для молодых, так и для «не слишком молодых» посетителей. Здесь было два зала: первый включал в себя столики и бильярд, там растянулась барная стойка; во втором зале находились танцевальный партер и диджейский пульт. Танцевальный партер был выше, что служило границей между двумя частями помещения. Сцена же, наоборот, соединяла обе части, возвышаясь перед ними так, чтобы удобно была наблюдать за ней и со столиков, и с танцпола. Ребятам выделили угловой столик вблизи сцены и почти впритык к барной стойке. Год сказал, что они могут заказывать любые напитки, кроме алкогольных, бесплатно. Напоследок, администратор показал им сцену и оборудование. До выступления оставалось немного времени, чтобы все настроить. Участники группы решили не рассиживаться попусту — все тут же принялись за работу. *** Клуб быстро наполнился посетителями, танцпол ожил. Группа вышла на сцену для первой песни. Марселин искала глазами розовую шевелюру, но безрезультатно. Первый выход был хорош, молодежь на танцплощадке размахивала неоновыми браслетами. Кажется, все были довольны. После первой композиции объявили перерыв, чтобы ребята могли отдохнуть. Марселин упорно вглядывалась в разноликую толпу танцующих, следила за всеми входящими в клуб, но тщетно. Боннибелл так и не появилась после первого выхода. И после второго тоже, чего Марси никак не ожидала. Еще меньше она предполагала, что в клуб придет Флейм. Ее усадили за их столик, и Финн полностью посвятил себя рыжей девушке, не обращая внимания на побледневшую Марселин. Посетители начали проявлять интерес к столику группы, кто-то даже пытался подойти и что-то спросить. Хорошо, что к ребятам приставили девушку-секьюрити, которая жестом руки и фразой: «Автографы после выступления, фото после выступления», не давала новоиспеченным фанатам навязывать свое общество. После еще нескольких песен клуб был заполнен под завязку, никого уже не впускали. Марселин передала охране на входе сообщение о том, чтобы они впустили девушку с розовыми волосами, по имени «Боннибелл», если такая появится. Шел последний перерыв перед заключительным выходом. Боннибелл так и не пришла, отчего Марселин уже всю трясло. Джейк всячески подбадривал подругу, убеждая, что выступление идет гладко и последний выход тоже будет удачным — парень просто не понимал, что происходит с девушкой. Финн предлагал Марси напитки, но на самом деле больше внимания уделял Флейм, а не паранойе гитаристки. Рокерша была уже настолько морально убита, что готовилась сорваться с места и убежать. Она написала столь личную песню, только чтобы Бони ее услышала, чтобы донести свои чувства, а теперь даже нет смысла ее исполнять. «Она не пришла. Она меня ненавидит. Все. Это конец, я никогда больше, наверное, с ней не поговорю…» Неожиданно диджей объявил их выход. Марси ничего не сообразила, когда Джейк схватил ее за руку и потащил на сцену. Девушка шла неуверенно и вяло, шаркая тяжелыми ботинками. Оказавшись на сцене, взяв в руки гитару и приблизившись к микрофону, Марси почувствовала, как силы покидают ее. На секунду ей показалось, что она теряет сознание, гитаристка беглым взглядом оглядела зал. Глаза невольно задержались на фигуре с розовыми волосами, упорно продвигающейся от входа ближе к сцене. В темноте, при неоновых вспышках там и тут, было тяжело разглядеть, но гитаристка была уверена… Неожиданно для Марси грянула бас гитара. Девушка опомнилась и, наконец, коснулась медиатором струн, извлекая грубую, но лиричную мелодию. Толпа ожила, что было не по душе Марси — она искала взглядом розовую шевелюру. Голос девушки немного дрожал, когда она запела: «Iʼm like a hunting vampire Looking for you my trophy» Марселин не могла уследить за своим баритоном. Она вглядывалась в толпу, ища ту, ради которой она вообще сейчас это пела… «I will carry off you in my shire And lock with a key…» Короткий проигрыш на бас-гитаре дал девушке немного времени сосредоточится на поиске и… Нашла! Бони подобралась ближе к сцене, насколько это было возможно в толпе, и размахивала руками, привлекая к себе внимание. Марселин прошиб заряд электричества. Огромный груз свалился с плеч, когда она увидела сквозь неон улыбающееся лицо Боннибелл. Девушка вновь запела и в ней, казалось, проснулось второе дыхание. Голос был сильным и переливающимся. «If youʼre sugar, Iʼm cyanide. My rudeness repels and attracts And now, youʼre losing your mind. Letʼs play a couple more acts? „ Зал оживился от значительной перемены в исполнении. Даже парни, казалось, стали играть более живо и энергично, подхватив волну вокалистки. ‚Iʼm just your problem, But I would like a little more, Just a little more…‘ *** Как только песня закончилась и зрители загалдели, Марселин вихрем умчалась со сцены, оставив парней недоуменно стоять на сцене. Девушка пробиралась через толпу к Боннибелл, та в свою очередь пробиралась гитаристке навстречу. Марселин было трудно продвигаться вперед, когда посетители обступили ее и не пропускали, пытаясь взять автограф и заговорить. Девушка пыталась выбраться из живого капкана, протискивая руку и плечо между телами, пока ее не зажало. В один момент гитаристка подумала, что это конец, и ей не выбраться. Тут же она почувствовала, что ее запястье обхватила небольшая теплая ладонь. Марси увидела Бони, также прорывающуюся навстречу к подруге. Марселин в ответ обхватила запястье девушки и, прикинув варианты, дернула ее за руку к себе. Марселин потащила подругу в сторону барной стойки, что оказалось правильным решением. Из-за неожиданной смены курса движения толпа поддалась, и Марси удалось выбраться на более свободное пространство и вытянуть подругу. Пока фанаты снова не обступили гитаристку, та рванула со своим балластом в сторону внутренних помещений и, не останавливаясь, потащила Боннибелл через коридор к заднему выходу. Оказавшись на улице, девушки, наконец, смогли перевести дух. Марси тяжело дышала и слышала в ушах только гул своего сердца. В крови играл адреналин то ли от выступления, то ли от горячей руки Боннибелл в ладони. Марселин теперь смогла внимательно рассмотреть подругу: та тоже тяжело дышала, раскраснелась, но была на удивление радостной. Переведя дух, Бони широко улыбнулась подруге, та не удержалась от ответной улыбки. Они стояли под прохладным вечерним ветром. Марси только теперь поняла, что на улице очень тихо и свежо. Ладонь Боннибелл была обжигающе горячей, а в голове смешались мысли: незаданные вопросы и невысказанные чувства. На секунду опешив, гитаристка отрыла рот, еще не зная, что собирается сказать и, неожиданно для себя самой, выпалила: — Какого черта ты опоздала?! Обе девушки замерли в легком шоке. У Боннибелл на лице так и застыла глупая улыбка. Моргнув, девушка пришла в себя и неуверенно выдала: — Проспала… Бони пожала плечами, а Марселин непонимающе уставилась в ответ. — Я проспала. Совсем проспала, — повторила она на выдохе и заливисто рассмеялась. Марселин не просто была в шоке, в ней начала вскипать злость. — Ты что сделала?! — Бони продолжала хохотать, а Марси — злиться. — Что тут смешного?! Я переживала, я себе места не находила! Как можно было проспать, я предупреждала тебя за два дня! Ты — тупая жвачка! Бони на секунду замерла, а Марси испугалась, что со злости оскорбила девушку. — Знаешь, — тихо начала Боннибелл. — Я, кажется, так разволновалась, что не спала два дня. Бони мягко улыбнулась, Марселин опешила и взглядом начала скользить по лицу подруги. Только теперь Марси заметила, что та была невероятно бледной и осунувшейся — под глазами залегли тени, выступили капилляры, волосы были растрепаны. — Я не могла уснуть, и только за час до выхода прилегла на пять минут, — в глазах девушки снова появились задорные искорки. — И проспала! — Боннибелл снова залилась хохотом. — Как же это глупо! Так волноваться и проспать! Марселин почувствовала внутри какое-то тепло и спокойствие, когда смотрела на чуть ли не плачущую от смеха Боннибелл. Марси заметила, что девушка надела ту самую футболку, которую рокерша так и не смогла вручить. От этого внутри что-то екнуло. Неожиданно для себя Марселин дотронулась свободной рукой до розовых волос в попытке распутать колтуны, оставшиеся, по всей видимости, после сна. Бони резко затихла, смутилась, но тихо пробормотала: — Я еще хотела сказать тебе спасибо. За футболку… — Не за что, — Марси нежно посмотрела на Боннибелл. Гитаристка не поняла, в какой момент лицо подруги оказалось на расстоянии нескольких сантиметров от ее собственного. Марселин на мгновение почувствовала теплое дыхание, а затем мягкое прикосновение к своим губам. Рокерша куда-то провалилась в пространстве, выпала из реальности, а когда очнулась, услышала мягкий шепот сквозь гул собственного сердца: — But I would like a little more, just a little more…