Наше прошлое лето

Хосок любил голубику, холодный кофе и документалки про животных. Любил июль, грозу и полевые цветы. Ему нравилось просыпаться утром, когда мир ещё спит, выходить на террасу и смотреть на то, как солнце заливает тёплым светом деревья. Любил ехать на велосипеде по широкой обочине и всматриваться в зеленеющие вдали верхушки небольшого леса. Он любил чувствовать ветер в волосах, любил запах травы и мокрого дерева, любил бегать босиком по песку у небольшого ручья, спрятавшегося за высокими кустами растения, название которого Хосок никогда не мог запомнить. Хосок любил лето, когда заканчивалась учёба и можно было со спокойной душой уехать сюда: к бабушке. В маленьком домике всегда было тихо и поразительно спокойно. Хосок, когда приезжал сюда, каждый раз чувствовал, что наконец-то может действительно отдохнуть: от Универа, вечных экзаменов и… Людей. Нет, Хосок искренне радовался своим друзьям, любил их вечера и прогулки по городу после пар, любил заброшенную коробку, где Чимин и Тэхен постоянно играли в футбол. Любил смотреть на них, любил провожать Чимина до его танцевальной студии. Он любил свой город. Но только здесь он мог успокоиться и подумать.

***

Солнце светящим зайчиком скользнуло по щеке и краю белой подушки. Хосок распахнул глаза и посмотрел на потолок. Первый день летних каникул. Конец июня. Два месяца тишины, беготни по любимому полю и лазанию через каньон. Два месяца ночей на крыше и любования звёздами. Хосок так скучал по этому… Бабушка давно проснулась. Она бесшумно передвигалась по дому, разнося по комнатам запах только испечённых пирогов. Хосок их обожал с самого детства. Вкус томленых яблок, корицы и мёда - это его беззаботная и счастливая юность. Хосок натягивает на себя старую белую рубашку, которую носил ещё его дед, после встал с кровати, почесывая затылок выглянул в окно. Он знает этот пейзаж наизусть: край участка, невысокий забор, дальше, кажется, - бесконечный луг. Он темно-зелёный, мокрый, Хосок буквально почувствовал, как ступил на траву с ещё невысохшей росой. Парень отвернулся от окна и, натянув шорты, выбежал из комнаты. Потом - ловкие шаги по вечно скрипучей лестнице, поворот направо и… Вот она, картина из детских воспоминаний. Хосок любит это место именно за то, что тут ничего не менялось, и неважно, было Хосоку пять лет или двадцать. Голос у бабушки бархатный, тёплый. Холодное молоко растеклось по телу приятной прохладой, а солнце все больше и больше заливает комнату. Хосок быстро заканчивает с завтраком, после целует бабушку в щеку и выбегает на уже нагретую солнцем террасу, находит взглядом канистру с водой. Хосок любит так: умываться не умываясь. Вода затекла за шиворот рубашки, волосы мокрые, но Хосоку это только на руку. Он видит приставленный к теплице велосипед и уже через секунды исчезает за калиткой.

***

Проселочная дорога вьётся песочной лентой, шины шуршат по мелким камушкам, те вылетают из под колёс и редко, но бьют Хосока по щиколоткам. Ему все равно. Он всматривается в зеленеющий океан по обе стороны дороги, поднимает глаза на синее небо и не верит, что наконец-то чувствует все это. Он останавливается у того самого леса, где на одной из опушек прячется ручей. Но в лес не хочется. Солнце и ветер уже высушили волосы, становится жарко, так что Хосок всё-таки сворачивает в сторону озера. Это скорее пруд, но он слишком большой и глубокий. Хосок слезает с велосипеда и дальше идёт к берегу, уже собираясь приставить его к близ растущей иве, когда резко поднимает глаза на воду из-за неожиданно раздавшегося всплеска. И замирает. В пятнадцати метрах от него по пояс в воде стоит человек. Хосоку не сразу удаётся разглядеть его, но первое, что он замечает - глаза. Большие, чёрные, брови сдвинулись к переносице и вода на ресницах блестит. И как-то совершенно неважно, что на человеке нет ничего. Буквально. Ничего. Незнакомец смотрит в ответ несколько секунд, после чего решает игнорировать взявшегося из ниоткуда подростка и снова исчезает под водой. Хосок замечает едва загорелую крепкую спину и, кажется, что-то ещё, но ему не хочется думать об этом. Он ещё с минуту неподвижно стоит на берегу, после чего разворачивает велосипед и, как в тумане, едет обратно. Почему-то резко захотелось домой. Желательно - в комнату. В идеале - в шкаф.