Переверни страницу

Где-то там есть счастливые люди… Дети их громко смеются, а родители плачут от радости, Они спокойно живут и не делают никому гадостей. Широко они улыбаются, им неведома ни печаль, ни грусть. Где-то там есть счастливые люди… Но я к ним не отношусь.

      Существуют два возможных варианта добиться от людей внимания: один из которых состоит в том, что бы постоянно попадаться к интересующему тебя объекту на глаза и делать всё, чтобы тебя заметили, другой же - полностью игнорировать, пока человек сам к тебе не потянется, к слову, во многих случаях менее действенный. В случае же Арсения Сергеевича второй был абсолютно бесполезен - этот человек не из тех, кому важно общение, казалось, хоть с кем-нибудь, а тем более с Антоном, который этого внимания последние несколько недель и пытался добиться. На самом деле, и первый способ не особо работал, учитывая, что мужчина и сам как будто упорно пытался не встречаться взглядом, да и в целом не видеться с юношей лишний раз. Поэтому парню ничего не оставалось, кроме как воспользоваться третьим вариантом. Единственной загвоздкой было то, что Шастун пока ещё не продумал этот способ до конца, и пока он состоял лишь в том, чтобы вести себя как раньше и не задавать лишних вопросов. Очевидной проблемой при таких обстоятельствах было то, что таким образом парень не двигался с мертвой точки ни на миллиметр. Честно говоря, Антон и сам не особо понимал, что ему нужно от начальника, но каждый раз когда видел того, внутри загоралась какая-то искра и возникал неподдельный интерес разузнать о редакторе хоть чуточку больше. После встречи с Павлом Волей - автором книги, которую всё-таки решили выпускать в печать, редакторы больше не возвращались к личным разговорам. Хоть Антон и пытался кое-как подобраться ближе к начальнику, разбавляя их обычные рабочие диалоги повседневными фразами, но каждый раз Арсений чётко давал понять, что он в подобных беседах не заинтересован.

***

      — Нет, я не понимаю! — разрывает длительное молчание Шастун, вслух подытожив свои мысли, как всегда мучительно терзающие и компостирующиеся в его же мозгу. — Что ты не понимаешь? — тут же недоуменно отзывается друг, отрываясь от диалога с Катей.       Сегодня у Вити нет ни пар, ни подработки, ни других дел, что удивительно для студента-медика старших курсов, поэтому, пользуясь такой редкой возможностью, он решил присоединиться к простым работягам на время обеденного перерыва и сейчас сидел, приобнимая девушку за талию, напротив Антона в кафе на первом этаже здания, в котором тот работал. — Да нет, ничего, забудьте — отмахиваясь рукой, отвечает парень, возвращаясь к изучению меню. — Нет уж, сказал «а» - говори и «б» — уже заинтересованная в чём же дело, произносит коллега, откладывая заламинированный листок с названием блюд в сторону и одновременно хмуря брови. — Ладно, — не особо ломаясь, соглашается юноша — вот смотрите, есть один человек… — Так, а это уже интересно — перебивает его друг, полностью обращая внимание на Антона. — Вот… и он несколько раз, так скажем, нарушал дистанцию между нами, — продолжает парень, аккуратно избегая подробностей о том, кто и каким образом эти границы переходит — но этот человек каждый раз делает вид, что ничего не произошло и упорно игнорирует меня. Шастун поднимает на друзей взгляд, которым всё это время следил за движением своих пальцев, перебирающих в руках многочисленные кольца. — Ты чего это, влюбился что ли? — спокойным голосом спрашивает Витя так, как будто в этом нет ничего необычного. — Нет… — задумывается ненадолго юноша, а затем резко повторяет — Нет! — Ладно-ладно, я просто спросил — отвечает парень, начиная размахивать рукой в защитном жесте. — Просто я совершенно не понимаю его поведения. — Не хочу тебя обидеть, но возможно, ты просто ему не интересен? — аккуратно произносит Катя, искривляя лицо в непонятной то ли смущённой, то ли сочувствующей улыбке. — Может, и так, но... — соглашается юноша, одновременно чувствуя долю какой-то необъяснимое печали, подкатывающей к горлу. — Или он просто мудак — вновь перебивает друг, несильно ударяя кулаком по деревянной поверхности стола. Шастун ухмыляется, кидая взгляд на Витю. — Это тоже весьма похоже на правду. — Может ты попробуешь с ним поговорить? — предлагает девушка единственное, что приходит ей на ум. — А ты думаешь я не пытался? — отвечает вопросом на вопрос Шастун, натягивая улыбку, и в этот момент к ним подходит официантка, спрашивая заказ. Парни и Катя указывают на нужные позиции в меню, и молоденькая девушка лет двадцати, записав всё в блокнот, мило улыбается, после чего покидает их компанию. — Ладно, попробую сам разобраться, лучше вы что-нибудь расскажите — переводит стрелки Антон, внутренне коря себя за то, что вообще поднял эту тему. Друзьям ни к чему выслушивать его проблемы, по крайней мере, так кажется самому юноше. — Я совсем забыла! — выдаёт девушка с интонацией, так и говорящей - вовсе она ничего не забыла и думала о следующей фразе всё это время, что они сидели в кафе — Ты же знаешь, что в выходные презентация новой книги в Питере? — Антон кивает, конечно, он знает. После фурора на презентации в Москве, все в офисе были как на иголках в ожидании следующего подобного мероприятия в культурной столице, в частности, из-за постоянно напоминающего об этом сотрудникам Попова. — Дак вот, я должна была туда поехать с Сергееичем, но у Вити выпал отпуск на эти дни и неизвестно, когда в следующий раз у нас получится провести выходные вместе… Это правда, у его друга постоянно были завалы на учёбе, а свободное от них время он посвящал работе в неотложке больницы, где выходные давали раз в никогда, оттого они с Антоном могли видеться от силы раз в месяц, когда у Вити не было пар, а смены выпадали на ночные. — И в общем, не мог бы ты поехать вместо меня? — умоляюще с надеждой в глазах произносит девушка. — Почему я? — искренне недоумевая, отвечает юноша — Я же младший сотрудник, логичнее было бы попросить кого-то более опытного? — Да, но Борисыч по таким мероприятиям не ездит, тем более, он должен оставаться в офисе, пока нет главного — начинает загибать пальцы девушка — Аня в больнице, сам знаешь, — парень кивает в знак согласия. Когда коллеге стало плохо в офисе, все думали, что это из-за бесконечных диет и перенапряжения, которое в свою очередь преследовало каждого в офисе под покровительством Арсения Сергеевича, но потом оказалось, что проблема была куда серьёзнее - у девушки обнаружились проблемы с почками, и теперь ей предстояло пробыть в больнице не меньше месяца, на что, к слову, вечно недовольный начальник долго и мучительно сокрушался, ссылаясь на то, что его работники даже за здоровьем своим уследить не могут. А спрашивается, когда за ним следить-то, если сотрудники с утра до вечера проводят время в издательстве. — Вот, а Дима сказал, что уезжает куда-то вместе с женой на все выходные, и билеты они купили уже давно — она загибает четвёртый палец, не забыв упомянуть себя, и остаётся лишь мизинец, непроизвольно ассоциирующийся с местом Антона в их небольшом офисе. — Ясно, ну-у хорошо, — отвечает парень, осознавая, что деваться ему никуда. Тем более, что посетить северную столицу, где он, к тому же, никогда не был, выдавалось куда лучшей перспективой, чем провести очередные выходные наедине со своими тараканами в голове. Конечно, и без мысли о том, что он снова окажется в обществе Арсения и, возможно, сможет-таки вывести того на разговор не обошлось — только у меня одно условие - вы зайдёте покормить Демона в эти дни. — Демона? — одновременно, недоуменно выпучив глаза, задаётся вопросом парочка. — Да, это мой кот. — Ты завёл кота? Удивительно — выдаёт Витя, до этого искренне считавший, что его друг терпеть не может животных. — Так получилось — разводит руками юноша.

***

      За окном сменялись виды на невероятной красоты архитектурные сооружения, выполненные в стилистике прошлых веков, когда машина такси проезжала мимо до конечного пункта назначения. Антон впервые очутился в культурной столице России, прежде видевший её только на картинках в интернете и слышавший о прекрасном и таком атмосферном городе по рассказам знакомых. Оттого сейчас, смотря сквозь стекло, покрытое капельками дождя, на вечерний Питер, сверкающий из темноты своими огнями, его переполняли эмоции, которыми хотелось поделиться в тот же момент. Казалось бы, это просто другой город всё той же страны, в которой парень провёл все свои двадцать с лишним лет и с которой у него почти не было хороших ассоциаций, но оказавшись вне привычной ему обстановке серых будней, юноша ощущал, что он попал в абсолютно другой мир со своей маленькой жизнью. Он бы хотел поделиться этими чувствами с человеком, сидящим в меньше, чем метре от него в той же машине, но Арсений Сергеевич, уткнувшийся в свой телефон и совершенно не обращающий внимание на красóты за окном, всем своим видом ясно давал понять, что не настроен на разговоры. Так что Шастуну приходилось довольствоваться выставлением фотографий в истории соцсети и беззвучной односторонней перепиской с друзьями, которые сейчас явно были заняты обществом друг друга и не могли ответить юноше.

***

      Оказавшись в холле отеля, находившегося прямо на легендарном Невском проспекте, Антон не переставал удивляться, разглядывая старинное помещение с резными колоннами, высокими потолками, на которых красовались хрустальные люстры и стенами, украшенными картинами известных художников. — Антон — послышался голос, отрывающий парня от любования деталями, очевидно, не самого дешёвого отеля. — Да-да, иду — ответил начальнику юноша и направился вслед, за уже получившим ключи, редактором.       Шастун, зайдя в свой номер и кинув потрепанной жизнью рюкзак на кровать, тут же примкнул к окну, разглядывая вечерний Петербург. Казалось, люди и не спешили возвращаться по домам, медленно расхаживая по центру города, в котором с наступлением сумерек только начинала кипеть жизнь, и парень во всей этой фантасмагории видел что-то далёкое и непостижимое - тихое счастье, которое тому казалось невозможным.