Таёжный роман

Фэсовцы подошли поближе. Да, им не почудилось. Среди тысяч безмолвных сосен они нашли убежище, дом. Вздох облегчения вырвался из уст. Внешне дом не отличался от многих сибирских – простой деревянный сруб с маленьким чердаком и низким входом. Дверь оказалась заперта на немаленький ржавый замок. Он был сбит одним точным выстрелом «Сайги М». Дверь со скрипом открылась, приглашая путешественников внутрь. Они переглянулись. - Пошли? - Пойдём, - уверенный кивок головы. Внутри дом оказался даже проще, чем снаружи. Обычные бревенчатые стены, серая – в прошлом – белая – печь, три маленьких окна. Деревянная дверь, ведущая в другую комнату. Вместо штор – тонкие длинные занавески, выцветшие от времени. Грубо сделанный стол и две табуретки рядом. Местами они даже были покрыты мхом. Здесь явно никто не жил, причём довольно давно. Рогозина бросила рюкзак на входе и опустилась на пыльную табуретку. Женщина облокотилась на бревенчатую стену и улыбнулась. Впервые за те полгода, что они знакомы, Круглов увидел, чтобы она так улыбалась. Так искренне, так радостно. Так естественно. "Искатели приключений" решили пока остаться здесь – другого выхода не было. За таинственной дверью Круглов обнаружил допотопный умывальник. Вероятно, это раньше была «ванная комната». В доме было намного теплее, чем на улице. Продуктов у них оставалось немного. Быстро сообразив нехитрый ужин, Рогозина и Круглов поели. Они шли почти целый день и теперь оба очень хотели спать. Немного поспорив, они решили натаскать еловых веток и спать прямо на них. Через полтора часа в заснеженном домике лежало несколько крупных тяжёлых ветвей, принесённых Кругловым. «Супруги» устроились на ночлег прямо на полу, на еловых ветках. Ночь сгущалась, обволакивая лес кофейно-чёрной тишиной. В домике, маленьком и старом, спали двое, которые честно исполняли свой долг и волей судьбы оказались заброшены в глубину тайги. Пепельно-серое утро наступало долго, медленно. Московские эксперты проснулись ближе к десяти утра. Они почти не разговаривали друг с другом – делали вид, что нет в том необходимости. После скудного завтрака Рогозина подробно осмотрела дом. В углу она нашла добротный топор. В одной из стен были вырублены полочки, в углу одной из которых женщина нашла две толстые восковые свечи. Фэсовцы решили их пока не использовать – оставить на крайний случай. Круглов поражался своей начальнице. Любая другая бы билась в истерике, ударилась в панику. Любая другая, но не Рогозина. Она хладнокровно оценивала сложившуюся ситуацию. Понимала, что прожить им в этом домике придётся ни день, и даже ни неделю. - Откуда здесь этот дом? – женщина озвучила свои мысли вслух. – Кругом глухая тайга, и… - Не знаю, но по обстановке это похоже на домик лесника. Значит, где-то недалеко отсюда должна быть деревня или посёлок какой-нибудь. - Жилой? – в глазах Рогозиной засветился огонёк надежды. - Маловероятно, - пожал плечами Круглов, - этот дом ведь заброшен, вряд ли где-то здесь поблизости есть люди. Галь, давай я схожу на разведку. - Давай, только не заблудились. Круглов ушёл. Рогозина осталась в домике одна. Она решила немного убрать в довольно-таки грязной избушке. Женщина сняла одну из занавесок и разорвала её на тряпки. Разведя на улице небольшой костерок, – благо, спички были, – она растопила кусок снега, получив таким образом горячую воду. Рогозина вымыла окна, пол, протерла влажной тряпкой бревенчатые стены. Она соскребла мох со стульев, разложила посуду по полочкам. За работой она не заметила, как пролетело время. А между тем Круглова не было уже около четырёх часов. Рогозина начала нервничать. Ближе к трём часам дня он вернулся. Мужчину приятно удивили изменения, произошедшие в домике. - Ну что ты узнал? – сразу спросила она, как только он переступил порог «убежища». - Километрах в двух отсюда есть небольшая деревенька домов на семь-восемь, явно заброшенная. Окна везде выбиты, двери распахнуты настежь. Жить там невозможно, - Круглов ответил на молчаливый вопрос, застывший в её глазах. - Тогда остаётся один выход. Как бы это не звучало, но нам придётся заняться мародёрством. Может, что и найдём в этих домишках. Мало ли… - Когда пойдём? - Завтра с утра – скоро темнеть будет. Холодно как-то, - она обхватила себя руками. - Давай печку затопим. Я пойду дров наколю, хорошо? - Хорошо, - чуть заметно улыбнулась она. Через полчаса в углу лежала приличная вязанка дров, а ещё через пятнадцать минут в печке горело жаркое пламя. Причудливые блики падали на стены. Съестных запасов оставалось совсем немного, и на данный момент это была самая главная проблема, которая требовала срочного решения. Вариантов было не так уж и много. Однако усталость и ненавязчивый голод быстро усыпили фэсовцев. Подстилка из сосновых веток показалась им тёплой и комфортной постелью. Очередное серое утро началось с завывания холодного ветра за окном. Поход в деревню пришлось отложить на несколько часов. Когда погода утихомирилась, а небо окрасилось в прозрачно-голубой цвет, фэсовцы вышли из дома. Круглов повёл Рогозину уже знакомой тропинкой, захватив на всякий случай заряженный карабин. Около часа сквозь буреломы и густые кусты они пробирались к заброшенной деревушке. На открывшейся взгляду большой поляне были выстроены восемь домов, между которыми пролегла широкая дорога. Чуть вдалеке ото всех избушек стоял большой, добротный дом. На обследование всех жилищ потребовалось более трёх часов. Если в первых трёх домах почти ничего полезного обнаружить ничего не удалось, то с другими дела обстояли лучше. В одном из домов фэсовцы нашли каркас кровати – старый, железный, местами покрытый толстым слоем ржавчины. С трудом вытащив его через маленькую дверь, они направились дальше. В заброшенных домах они нашли несколько заправленных керосинок, один тонкий матрац, десяток разных восковых свечей. Кто-то из местных забыл в углу дома лопату, судя по всему давно. Ему она, вероятно, уже не нужна, а вот начальству пригодится. Подходя к самому видному дому и таща за собой ржавую кровать, они уже мысленно планировали, что можно будет найти здесь. Некогда весьма солидная обитель небедных, как решила женщина, людей встретила их давящей тишиной. В глаза сразу бросились два маленьких шкафчика: платяной и кухонный. Погрузив их на кровать, Рогозина и Круглов принялись дальше обследовать дом. Женщина сразу полезла на чердак, по опыту прочитанных книг догадываясь, что там можно найти много чего нужного. Она не ошиблась. Под сантиметровым слоем пыли ей посчастливилось обнаружить несколько книг, правда, не с самым занятным содержанием – это были труды Ленина, пять из сорока томов «Ленинских сборников» в красных обложках с золотыми буквами. Рядом лежало небольшое зеркало в тяжёлой медной раме. Вытерев рукавом куртки пыль, Рогозина посмотрела на своё отражение. Тёмные круги под глазами, впалые щёки, бледные губы – она не была похожа на себя. Какое-то время она просидела задумавшись, пока её не окликнул Круглов. Она поспешно собрала найдённые вещи, среди которых оказалась чугунная сковородка и увесистая кастрюля, и поспешила вниз. Круглов уже уложил всё, что нашёл, на тюфяк, который в свою очередь умостил на каркас кровати. Чтобы добраться домой, в избушку лесника, майору и полковнику понадобилось более двух часов. Заняться благоустройством дома и добычей провизии они решили завтра. Сегодня не было ни сил, ни желания. Соорудив какую-то постель на всё тех же сосновых ветках, украшенных густой хвоей, фэсовцы уснули, лёжа на почтительном расстоянии друг от друга. Погружаясь в объятия Морфея, Рогозина подумала, что не так всё и страшно, как казалось вначале. Во всяком случае, теперь у них есть где жить. Такие мысли успокаивали и одновременно убаюкивали женщину. А за окном выла метель, укрывая ночь снежным покрывалом.