Таёжный роман

- Как же хорошо!.. – блаженно протянула Рогозина, выходя из ванной небольшого номера единственной гостиницы города Тайга. Дальнейший путь из леса до дороги, а потом до «отеля» прошёл без каких-либо значительных событий, не считая бурной реакции администраторши – всё той же вульгарной блондинки. Разбушевавшуюся девушку успокоил приход Романова, который любезно принялся ей всё объяснять. Потом Круглов отвёл Рогозину в номер, а сам пошёл в ресторан «Тайга», чтобы купить еды на ужин. Пока его не было, женщина с радостью отдалась благам цивилизации. - Как хорошо, - повторила она, усаживаясь в кресло. Буквально несколькими минутами позже в номер вернулся Круглов и застал её, сидящей в кресле и с увлечением подпиливающей ногти. Он даже застыл на пороге от удивления. Она такая домашняя, такая родная, такая… Женщина. Как будто помолодела на несколько лет. На её лице задержались блики тусклого бра, отчего она стала выглядеть ещё свежее. Заметив майора, женщина улыбнулась. В чалме из полотенца, серовато-белом гостиничном халате она выглядела очень непривычно, даже для Круглова, прожившего с ней в одном доме целый месяц. - Ты так быстро? – спросила Рогозина, нарушив неловкую тишину, повисшую в уютном номере. - Как видишь. - Можешь идти в ванную, халат там есть, - женщина жестом указала на белую дверь в противоположном конце комнаты. - Хорошо, я быстро, - кивнул Круглов, снимая куртку. Часом позже, закончив сытный ужин, счастливые начальники лучшей криминалистической службы стали укладываться спать. Всё закончилось. Теперь можно было спокойно ложиться спать, не думая о том, что будет завтра. Теперь всё будет хорошо. Через пару дней они будут дома, в Москве, осталось только уладить формальности в кемеровском УВД. Всё хорошо, всё закончилось. Только будущее их дальнейших отношений оставалось довольно туманным. Нет, они совершенно ясно понимали, что стали друг другу куда больше, чем просто друзьями. Это было очевидно. Но что будет дальше?.. Именно об этом подумала Рогозина, засыпая в тёплой постели. Она была благодарна судьбе за этот месяц, проведенный в глубине таёжного леса. Несмотря на бесчисленные опасности, угрожавшие им, трудности, подстерегающие на каждом шагу, она смогла многое понять, многое осознать, переоценить некоторые ценности, многое переосмыслить. И, кажется, что-то ещё. Это «что-то» как будто ускользнуло из её сознания, из памяти. Женщина пыталась сосредоточиться, но мысли скользили как песчинки в песочных часах. Что-то произошло ещё, что-то важное, что-то такое, что мозг отказывался принять… Однако усталость взяла своё, и женщина уснула, так и не придя к нужным выводам. Ночь на улице стояла тихая-тихая. Бледный серп луны слабо освещал город, затерянный между таёжными лесами. Неярким светом искрились звёзды на лилово-чёрном небосводе. В гостиничный номер проникал приглушённый шум железнодорожного вокзала и редко проезжающих машин. Блекло искрился под окнами снег, освещённый мутным светом уличных фонарей. Такая удивительная ночь. Бесконечно много и бесконечно мало времени, чтобы что-то понять, что-то почувствовать, в чём-то себе признаться. Ночь – это целая жизнь. Медленно, мучительно медленно, наступил рассвет. Медленно рассеивались бледно-фиолетовые сумерки, уступая место чистому лазурному небу, украшенному розовато-золотистой дымкой облаков. Что-то было в этой обстановке торжественно-праздничное, как новый день новой жизни. Проснувшись, Рогозина глубоко вдохнула и открыла глаза. Она давно не чувствовала себя так хорошо. Новое утро, новый день – новая страница в жизни. Она осторожно высвободила свою руку из руки Круглова и не без сожаления подумала, что с послезавтрашнего дня будет просыпаться одна. Никто не обнимет ночью, никто случайно не возьмет за руку, никто не пожелает спокойной ночи. Ей казалось, что она и раньше без этого неплохо обходилась, но теперь это всё стало чуть ли не жизненно необходимым. «Привыкнешь, - убеждала она себя. – Жила же раньше как-то». Раньше… Раньше она и не думала, что такая ситуация вообще может с ней случиться, не думала, что сможет так легко ужиться со своим заместителем, и уж тем более не думала, что они будут засыпать в одной постели. Странная всё-таки штука – жизнь. Сталкивает людей, разводит их, снова сводит и снова разводит, будто издевается. Рогозина помотала головой. С чего вдруг такие философские размышления? Желая отогнать непрошеные мысли, она включила чайник, чтобы выпить кофе. На часах только семь утра. К девяти приедет машина, чтобы отвезти Рогозину и Круглова в Кемерово для дачи официальных показаний. Пока женщина пила горько-чёрный кофе, ещё раз успела передумать тысячу и одну мысль. Потом она разбудила майора, они позавтракали остатками ужина и стали собирать вещи – следующую ночь они должны были провести в Кемерово. Опять заснеженная трасса, только теперь уже обратная – в областной центр. Те два часа, что они ехали, прошли в полной тишине, нарушаемой лишь звуком работающего двигателя. Московские гости грустными взглядами провожали мелькавшие за окном бутылочно-зелёные сосны, голые кустарники, ослепительно белые сугробы. Жаль, в Москве такой красоты не будет. - Приехали, - густым басом сказал водитель, останавливая машину возле бежевато-розового здания кемеровского УВД. Своеобразная ностальгия. К удивлению обоих разговор с полковником Никоновым и его заместителем прошёл довольно быстро. Они рассказали всю историю, начиная от момента, когда отправились в лес, и заканчивая их спасением. Круглов и Рогозина во всех деталях описали свою таёжную жизнь, как охотились, занимались собирательством и рыболовством, однако они предпочли опустить некоторые подробности своего пребывания в лесу – это останется только между ними. Мартовский вечер этого дня оказался свободным – все формальности оперативно были улажены. Начальство ФЭС решили пройтись по городу – едва ли такая возможность будет в Москве. Они прогулялись по Кузбасскому парку, поужинали в небольшом кафе там же. Им нравилось проводить время вместе, в неформальной обстановке и разговаривать не об очередном убийстве, уликах и подозреваемых, а просто о жизни или её отдельных аспектах. До своей гостиницы «Золотой павлин», где им предложил переночевать Никонов, «супруги» добрались поздно вечером. Уставшие, они быстро заснули, не забыв пожелать друг другу спокойной ночи. Завтра будет трудный день – перелёт в Москву. А пока можно насладиться несколькими часами спокойного сна, пронизанного мягкой тишиной гостиничного номера.