Легенды земель Миифа

      Когда-то давно, когда ещё люди не были так жестоки и бесчувственны и радовались простому снегопаду, произошло великое событие, которое все запомнят, как Праздник Пурпурного Демона.       В одну звёздную ночь, когда все дети должны были видеть десятый сон, а взрослые трудиться не покладая рук, двое мальчишек сбежали из дома. Если бы их увидели родители, то им было несдобровать, но, к счастью, одни трудились на заснеженном поле, а другие нежились на королевских простынях.       Ах да, забыл упомянуть, что мальчишки были из разных слоёв общества.       Один мальчик, лет десяти, был обычным парнем в вечно порванной рубахе, спадающих штанах и с измазанным в угле лицом. Но, что бы ни происходило, какая бы беда ни случалась, на лице его сияла улыбка, что способна была растопить любое, даже самое холодное сердце. А в комплекте с этой улыбкой прилагались глаза-бусинки. Родители ласково звали его «кротёнок». Хоть и рос в бедной семье, он никогда ни в чём не нуждался. Не хотел лишний раз тревожить из-за какой-то безделушки на рынке. Он видел, что родителям было нелегко, поэтому помогал им, как только мог: ходил в лес и собирал травы, а после продавал их на рынке. Не было времени даже поиграть с детьми во дворе. Не хотелось вновь видеть стёртые в кровь ноги матери и сломанные пальцы отца. Так, с ранних лет он познал всю печаль людской жизни.       Второй же мальчик, лет двенадцати, был королевским сыном. Будущий наследник великой державы. За спиной его отца была не одна выигранная война. Все славили великого короля и приходили к нему с податями, в знак благодарности за спокойную жизнь и мирное небо над головой. Королеву знали, как самую добрую женщину на землях Палаха. По красоте никто не мог с ней сравниться. Всё королевство праздновало рождение наследника несколько недель. Какое же было счастье, когда народ узнал, что у короля родился сын. И не просто сын, а будущий завоеватель. Имя дали ему соответствующее — Кескиль. Его обучали самые умные люди королевства, кормили лучшие повара, одевали способные портные. У него было всё. Но только одного у него не было — друзей. Постоянно в замке, постоянно один. Родители запрещали покидать его стены и приставили к сыну охрану.       Так тянулись его двенадцать лет жизни, пока он не встретил мальчика, что воровал яблоки в королевском саду. Кескиль заметил парня и сразу направился к нему. За ним рванула и охрана.       — Я схожу один, — развернувшись, мальчик увидел, что за ним следует стража.       — Приказ Его Величества — не спускать с вас глаз! — с высоко поднятой головой заявил один из стражей.       — Я помню приказ своего отца, — вздохнул и потёр переносицу мальчишка. — Но, будьте так добры, оставьте меня одного, хоть на несколько жалких мгновений, а потом вы снова будете ходить за мной, словно я не замечаю толпу из десяти человек у себя за спиной. Хорошо? — склонив голову и улыбнувшись еле заметной улыбкой, спросил парень.       — Но только на несколько, как вы выразились, «жалких мгновений», — сказал усатый мужчина и повёл за собой охрану наследника.       Выдохнув, парень развернулся и побежал в сад. Он хотел увидеть смельчака, что решил обворовать королевскую семью. Зайдя на территорию, что простиралась на несколько гектаров, Кескиль рванул к конкретной яблоне.       — Кто ты такой? И как смеешь воровать мои яблоки? — закричал, но не громко, чтобы стража не услышала мальчика.       — Ты хочешь яблок? — выгнул бровь мальчик, который сидел на ветке, только и делая, что виляя одной ногой.       — Что? — широко распахнув глаза, удивился Кескиль.       — Яблок хочешь, говорю? — спрыгнув с дерева, переспросил малый. Он отряхнул колени и подошёл к наследнику. Кескиль, испугавшись действий незнакомца, сделал шаг назад и упёрся спиной в другую яблоню. — Держи, — протягивая руку с яблоком, улыбнулся мальчишка. — Мне не жалко, — и засмеялся.       Кескиль смотрел на смеющегося парня изумлёнными глазами. Он не понимал действий этого парнишки. Кто он? Что он здесь делает? Как смог пробраться на охраняемую территорию? Только за яблоками? Тогда он точно странный. Приняв яблоко из его рук, парень покрутил его и поднял взгляд обратно на воришку.       — Кушай, не стесняйся! Они очень сладкие, — продолжил улыбаться парень. — Если ты не хочешь кушать при мне, то я могу отвернуться, — в этот момент улыбка исчезла с лица, и он начал разворачиваться.       — Ты меня не смущаешь! — крикнул Кескиль и откусил яблоко, доказывая свои слова действиями. — Кто ты такой и как сюда пробрался? — проглотив кусок, спросил наследник.       — Очень просто, — покачиваясь с ноги на ногу, сказал мальчишка. — Через ту стену, — и указал на одну из каменных высоких стен, что защищали покои замка Палаха.       — Сам?! — выпучив глаза и проглотив очередной кусок, удивился Кескиль.       — Конечно, — ещё шире заулыбался странный мальчишка. — Это несложно! Хочешь, я и тебя научу? — запрыгав на месте, попутно хлопая в ладоши, спросил мальчик.       — А ты можешь?       — Ещё как. Ты высоты боишься? — спросил младший и получил отрицательный кивок. — Тогда у тебя точно получится.       Мальчик начал объяснять, как правильно перелезать через стену, за что лучше ухватиться, чтоб не получить синяк, и показал свой на левой коленке, полученный совсем недавно. За этим инструктажем от младшего Кескиль и не заметил, как съел яблоко. Младший, заметив это, дал ему ещё одно яблоко из своей корзинки. Кескиль принял его, но есть не стал.       — Мне пора идти, — почесал затылок парень. — Если захочешь перелазить через стены, то я с радостью тебя научу.       — Мне бы очень хотелось, но нельзя. Родители накажут, если узнают, — грустно склонив голову, надул щёки старший.       — Не бойся, они не узнают, — подмигнул мальчишка и пихнул его в бок локтем. — Я научу так, что они даже не заметят твоего отсутствия.       Кескиль поднял взгляд на мальчика и улыбнулся. Ему безумно хотелось побывать за пределами замка и увидеть, как живут остальные люди. И сейчас ему выпал шанс исполнить свою мечту. Он просто не может отказаться от такого. Младший помахал ему на прощание и начал убегать.       — Стой! — крикнул ему вслед. — А как хоть тебя зовут?       — Сокджин! — прилетело ему в ответ. — Но можешь звать меня Джин!       Так началась дружба совершенно разных людей. Сокджин, как и обещал, научил Кескиля сбегать из замка. И спустя несколько синяков и царапин тот уже мастерски взбирался на стену без помощи дерева. Сокджин был очень горд, что смог завести друга и научить его чему-то. Ни одного из мальчиков не смущало то, что они из совершенно разных миров. Сокджин — бедняк, что выживает в этом мире. Кескиль — королевский наследник, который никогда не знал нищеты.       Они не раз сбегали из замка в город, но никогда не смели покинуть его и побывать за окраиной.       На этот раз, что странно, Кескиль пришёл за Сокджином.       Обычно они встречались у ворот замка, но сегодня было иначе. Джин смотрел в потолок и только и делал, что комкал простынь. Сон никак не приходил. Он уже и молока выпил, и считал овец, и даже попрыгал, чтоб устать. Обычно, после тяжёлого дня он без задних ног валился на постель. И вот уже глаза лениво закрывались, как что-то ударило в окно, и мальчик вздрогнул. Джин не придал этому значения и повернулся на другой бок, но удар повторился, а за ним и следующий. Тогда мальчишка вскочил и медленно двинулся к окну. Он приподнял голову, а из окна были видны лишь большие чёрные глаза и маленький носик. И увидел, как за забором стоит Кескиль с горсткой камней в руке, подкидывая их вверх, а затем опять в окно. Хвала небесам, что камни были не столь большими, чтобы разбить окно.       — Ты что такое вытворяешь?! — открыл окно и пригнулся. В него чуть не прилетел один из камней.       — Ой! Я попал? — поинтересовался принц.       — К моему счастью, но, к твоему глубокому сожалению — нет, — выставив голову в окно, сказал мальчишка и улыбнулся своей фирменной улыбкой. Хотел разозлиться на старшего, но, как всегда, не получилось.       Что бы ни сделал Кескиль, Сокджин не мог сердиться на друга, характер не позволял. Не смог, даже когда старший столкнул его в фонтан, что был в королевском саду, хоть и боялся до жути воды, а тот это прекрасно знал.       В отличие от его маленького друга, Кескиля разозлить было проще простого, достаточно ступить первым на тропинку, и ты уже его враг номер один. Он мог держать свою злобу по несколько дней и никогда не шёл на примирение первым — не в его это было стиле. Поэтому Джин всегда извинялся первым, даже за такие глупости. Его наоборот забавляло, как в мгновение ока старший становился краснее помидора и злее надменных продавцов на рынке.       — Прости, — хихикнул принц. — Пошли со мной. Я тебе покажу такое, — на последнем слове интонация его изменилась, улыбка растянулась до ушей, а взгляд стал диким.       — Если перестанешь кидаться камнями, то выйду, — исчезая из поля зрения старшего, Сокджин побежал скорее одеваться.       Наступила зима. Поэтому долго на улице не побудешь, но даже при такой погоде мальчишки твёрдо решили, что будут видеться каждый день. Как только сядет солнце, и на небе засияет луна, как только всё королевство заснёт, они выберутся из домов и пойдут исследовать неизведанные переулки.       Джин надел тёплые портки, длинную рубаху, а поверх неё укутался тёмно-зелёной накидкой, что закрывала полностью голову и маленькое тело. Он выпрыгнул через окно и не забыл его прикрыть, чтобы родители не заметили его отсутствия. Хоть он сбегает не впервые, но каждый раз страх присутствует. Даже когда родителей нет дома. Если заметят, если найдут, то будет несдобровать. Увидев скучающего старшего, Джин только шире улыбнулся и побежал к нему. Обняв его со спины, он уткнулся носом и поводил им вдоль спины.       — Наконец-то, — неловко улыбнувшись, развернулся Кескиль, — я уж успел посчитать, сколько снежинок выпало.       — Правда? — поднял на него изумлённый взгляд мальчишка. — И сколько же упало? — шмыгнул он.       — Ровно столько, сколько нужно, — улыбнулся ему старший и взял его лицо в руки. Он почувствовал, какие щёки младшего на ощупь. Они были мягче королевских подушек. Хотелось продолжать их трогать, но нужно было показать младшему его находку.       — Так нечестно! Я думал, ты скажешь число, — надулся младший и выскользнул из рук.       — Не дуйся, — похлопал его по плечу. — Пойдём лучше за мной, — и взял Сокджина за руку. Не долго думая, младший легонько сжал ладонь принца в ответ и двинулся за ним.       Они вышли на одну из главных улиц королевства. Вокруг ни единой души. Никогда на улицах не было так пусто и тихо. Обычно, на каждой вылазке парни встречали пьяных мужиков, яро о чём-то спорящих или дерущихся за очередную бутылку пойла. Встречали и животных, которые искали место для ночлега. Но сегодня их встретила тишина. Только ветер вдали завывал. Но и он был другим. Звучал он странно, не то кричал и звал на помощь, не то пел самую красивую мелодию из всех. Снег шёл небыстро. Снежинки танцевали как можно медленнее, чтобы в конце не упасть на холодную землю, где покоятся их сёстры, а вновь подняться в небо и завершить свой танец там. Но, каждую из них, в конце концов, постигала одна и та же участь. И вот они уже вышли на единственную дорогу, ведущую из королевства, как вдруг Сокджин остановился.       — Кескиль, куда мы собрались? — испуганно произнёс младший, посмотрев на открытые ворота, ведущие вглубь леса.       — Не бойся, малыш. Я покажу тебе кое-что очень интересное, — присев на корточки и подцепив лицо Джина двумя пальцами, произнёс старший. — Ты мне веришь?       — Больше, чем себе, — резко ответил младший и слабо улыбнулся.       — Вот и славно, — выпрямившись, сказал Кескиль и двинулся вперёд, не отпуская руки младшего.       Вместе они вышли за ворота и пошли в лес. По дороге принц постоянно оглядывался назад, желая увидеть родной замок, но вместо этого он видел лишь пугающую темноту. Джин же, наоборот, шёл уверенно, с высоко поднятой головой. Если сначала он испугался, увидев, куда его ведёт друг, то сейчас страх ушёл на второй план, а его заменило любопытство. Взглянув на старшего, он увидел в его глазах тревогу и только сильнее сжал ладонь парня. В молчании они шли несколько минут и продолжили бы так идти, пока Сокджин не прервал пугающую атмосферу.       — Куда теперь, Кескиль? — спросил мальчик и потянул руку, привлекая его внимание.       — Сейчас налево, и уже придём, — пробубнил он и пошёл вперёд, освещая дорогу свечой.       Сокджин был не уверен, правильной ли дорогой они пошли или, может, уже заблудились, а может, и вовсе ходят кругами, потому что картину они видят одну и ту же — темнота и тропинка. И вот Кескиль уже хотел сдаться, просто развернуться и уйти вместе с младшим обратно домой, как услышал радостный крик друга.       — Смотри! — отпустив его руку и побежав вперёд, закричал мальчик.       — Джин, стой! — крикнул принц, но за ним не побежал.       Младший увидел поляну, которая не была покрыта снегом. Это было удивительно, ведь на дворе январь, и снега везде столько, что из него можно соорудить ещё одну стену, оберегающую королевство. А эта поляна была совершенно пуста. Ни одна снежинка, которая падала с неба, не могла коснуться заветной земли на поляне. Словно над ней был щит, который не давал осквернить прекрасную поверхность снегом. Но, помимо этого, было удивительно то, что среди тёмного и мрачного леса одна эта поляна была освещена лучами солнца. На ней была зелёная трава и капельки росы, которые стекали и падали наземь. Вокруг порхали пёстрые бабочки, которые не просто летали, а танцевали самые изящные танцы. Крылья то и дело меняли цвета, словно у этих бабочек их бесконечное множество. Рядом стояла большая похутукава. Ветви её были широкими и закрывали собой почти всю территорию поляны. Лучи солнца ласково касались красных листьев дерева, делая их ещё ярче. На ветви дерева садились птицы и напевали разные мелодии. Всё это казалось сном, а не реальностью. Хотелось остаться здесь, на поляне, а не стоять на морозе и ждать, когда холод окутает тело вместо одежды.       Сокджин понёсся к дереву. Он не слышал просьб старшего вернуться. Он был очарован красотой этого райского уголка. Словно и вправду кусочек рая упал на эту грешную землю. И вот мальчик уже ступил на поляну, как из-под его ног пропала земля.       — Сокджин! — закричал старший.       Джин и не заметил, что ступил не на землю, а на болото. Его же не было там? Откуда оно взялось? Хотя, скорее всего, оно там и было, просто за всей той красотой поляны не было видно ужаса болота. От испуга мальчик закричал и агрессивно начал махать руками в надежде найти хоть какую-то ниточку спасения. Но её не было. Широкие ветки дерева не доставали до болота, а рядом ничего больше не было, только снег и изумительная поляна.       — Кескиль! Кескиль, помоги мне! Кескиль, спаси меня! Пожалуйста! — кричал младший.       Но старший так и стоял на месте.       Он видел, как медленно тонет его друг, как болото засасывает его, но ничего не мог сделать. Страх взял над ним верх. Если он подойдёт хоть на шаг ближе, то и его засосёт болото. Но просто стоять и смотреть на Джина он тоже не мог.       И тогда он сделал одно единственное, верное, по его мнению, решение. Он побежал прочь.       Ноги сами несли его подальше от страшной картины. Слёзы лились по щекам, но так и не падали на землю, а замерзали прямо на подбородке. Убежав на достаточно большое расстояние, он поднял голову вверх и увидел кроваво-красную луну. Быстро опустив голову обратно, он ринулся прочь. Не хотелось больше находиться в этом проклятом лесу. Когда мальчик уже был вновь перед воротами, он обернулся в последний раз и склонил голову. Была маленькая, совсем крохотная, скорее, призрачная надежда, что Сокджин всё-таки смог выбраться и сейчас следом бежал за другом. Но, глядя на чёрный лес, ему мерещилась лишь пустота и широкая улыбка друга, которую больше никогда в жизни не увидит.       — Прости меня, Сокджин, — всхлипывая, говорил парень. — Прости, Джин, — потянулся рукой к лицу. — Прости, пожалуйста, малыш, — он развернулся и пошёл обратно в замок.       Вернувшись в замок, он лёг на свою кровать и закричал в подушку. Это был немой крик помощи. Хотелось, безумно хотелось помочь мальчишке с широкой улыбкой и глазами-бусинками, но страх сковал принца и не дал сделать и шага для спасения друга. Он шептал на ухо: «Беги, оставь, уходи, не то сам погибнешь». Так Кескиль и уснул с виной на сердце. На следующее утро он ходил как в воду опущенный. Ни с кем не говорил и не глядел никому в глаза. Было стыдно. Принц, наследник, сын Великого и бесстрашного короля, чьё имя известно всем и каждому, струсил и, сбежав, оставил друга умирать на болоте.       — А что было дальше? — раздался детский голос. Старик поднял голову и улыбнулся своей беззубой улыбкой.       — Что-что… Спустя несколько недель принц пришёл в себя и отпустил дурные мысли прочь. Он решил, что если забудет про существование друга, то станет легче, и он перестанет винить себя.       — А лучше стало? — снова детский возглас, но уже другой, более мягкий.       — Кто знает, может, и стало, а может, и нет. Прошло много лет, и принц Кескиль унаследовал королевство Палах и все прилежащие к нему земли. Правил он не так много, но все запомнили его, как самого слабого и трусливого короля, что боялся собственной тени. Ходил вечно с охраной. На битвах не бывал и войска не отправлял. Так Палах потерял большую часть земель. Хвала небесам, что у него были наследники, и те, когда выросли, вернули территории обратно, а некоторые даже расширили их.       — А что случилось с Сокджином?       — А ты как думаешь? Умер, конечно, — хмыкнул один мальчишка.       — Не умер, а погиб, — возразил старик и поднялся с пенька. Все дети смотрели на картину удаляющегося старика. — Умирают слабаки и трусы, а погибают смельчаки и герои.       Старик вышел из большого шатра. Каждую неделю он приходил и рассказывал легенды королевства Палах и не только. А маленькие дети с радостью и выпученными глазами слушали его.       Выйдя за пределы королевства, старик направился в лес.       — Хорошая легенда, — раздался голос за спиной. — Чем я люблю легенды, так этот тем, что в них есть как доля истины, так и доля обмана, — склонил голову парень с пурпурными волосами, которые скрывала накидка.       — Тем легенды и хороши, не так ли, Хранитель? — обернувшись, старик одарил юношу своей улыбкой.       — И то верно, — усмехнулся парень и направился вслед за стариком.