Гнев
2 апреля 2022 г., 16:56
Королевские стражники, как и все военные, были ребятами исполнительными, но туповатыми. Когда прекрасный принц потребовал от них немедленно найти волшебного эльфа и приволочь его во дворец, они сперва рассредоточились по парку, а потом в кратчайшие сроки доставили двух садовников высоко роста, одного длинноволосого бродягу, младшую фрейлину в шелковом халате, которая мыла ноги в парковом фонтане, и карлика с подозрительно большими ушами. Всех, конечно, пришлось отпустить, кроме бродяги — его выдворили за пределы дворцового парка, и фрейлины, её король пригласил поработать по совместительству пару недель в бухгалтерии.
Прекрасный принц топнул ногой и снова послал на поиски эльфа и волшебного дерева стражников, в этот раз усилив их отряд гвардейцами. Результат был отрицательный. Никаких следов эльфа.
Тогда прекрасный принц, разъярившись не на шутку, приказал вырубить в парке все деревья с толстыми стволами. Тут уж Его Величество король вмешался и тактично поинтересовался у сына, что вообще за движ.
Принц стал было жаловаться на приключившееся с ним несчастье, но по лицу отца понял, что рассказ тому не очень заходит. Прекрасный принц рассердился. Он стал настаивать, что эльф был настоящий, и дерево тоже, и высекли его взаправду — больно, до крови! А потом вода в фонтане враз убрала все следы. Папа-король слушал внимательно, кивал, в нужных местах говорил «ага» и «угу», но принц и сам понимал, что история звучит совершенно неправдоподобно. Он надулся.
Его Величество немедля вызвал к себе придворных лекарей и потребовал осмотреть любимого сына на предмет возможных повреждений. Те внимательно изучили филейные части прекрасного принца, констатировали отсутствие на них каких-либо признаков побоев и стали задавать ему всякие странные вопросы: не слышит ли он голоса, не кажется ли принцу, что кто-то его преследует и всякое такое прочее. Потом в ход пошли картинки с симметричными кляксами, всякие намеки и перешёптывания, и прекрасный принц вспылил: он сказал, что если папа ему не верит, то и пусть не верит дальше, и не зачем из сына дурачка корчить! И расплакался.
Тут, конечно, сердце короля дрогнуло, он кинулся сына обнимать и утешать. Когда слёзы были выплаканы, отец осторожно спросил у прекрасного принца, не кажется ли ему, что эльф, возможно, — всего лишь возможно, — является не просто плодом его воображения, а своего рода метафорой совести самого принца? Ведь, если подумать, все, что сказал эльф, в общем-то правда: принцу давно пора браться за ум, хамство и заносчивость принца совсем не красят и о будущем действительно надо задуматься всерьёз.
Прекрасный принц на такие слова только раздражённо дёрнул своим красивым носом и чуть оттопырил нижнюю губу.
— А что скажет медицина? — спросил король у придворных лекарей.
Те развели руками и переглянулись. Самый старший и мудрый сказал, что наука пока находится в зачаточном состоянии, до доказательной медицины далеко, и всё, что они могут предложить — это просверлить в голове прекрасного принца отверстие и влить туда немного святой воды или расплавленной смолы. На выбор.
— И что, это поможет? — с сомнением спросил король.
— Как Вам сказать, — помявшись ответил самый старший и мудрый лекарь, — опыта пока недостаточно. Мы только наблюдаем. Но в нашей работе есть кое-какие позитивные сдвиги, есть обнадеживающие результаты. Хотя их, конечно, пока ничтожно мало, но все же...
Его Величество рассердился и выгнал лекарей вон. Он обнял обиженного сына за плечи и тихонько, чтобы не слышали придворные, сказал:
— Видишь, в какие времена живём, сынок. Болтать о всяком таком, что возможно померещилось, не стоит. А то, не дай бог, слухи всякие поползут по королевству... Скажут ещё, дескать, принц-то «тю-тю». — Его Величество покрутил пальцем у виска. — Атмосфера в обществе и так нездоровая: религиозный фанатизм, суеверия. Средневековье, одним словом.
Король заботливо поправил на сыне сбившееся на бок жабо.
— Тем более, что эльф-то прав! Что если ты попробуешь всё-таки соблюдать его — как он там выразился? Манифест? — и тебе на пользу пошло бы, и задница целей... — Его Величество подмигнул сыну.
От такого предложения прекрасный принц буквально потерял дар речи. А когда вновь обрёл, то от его слов покраснели не только придворные фрейлины и всякие там лакеи, но даже двое стражников, стоявших с алебардами у входа в королевские покои — хотя они-то были ребята бывалые.
— Арчи! — воскликнул отец, бледнея, — где ты нахватался такой казарменной брани? Откуда такие грязные...
— Хватит! — крикнул прекрасный принц, губы его затряслись, а хорошенькую мордашку перекосило гримасой ярости, — ты за меня придурка не держи! Вы с этим чертовым эльфом сговорились! Думаешь, я ничего не понимаю? Никакой ты мне после этого не отец! Ненавижу тебя!
Ну, и ещё несколько слов добавил из того своего лексикона, от которого стражники краснеют.
Папа-король хотел было что-то сказать, но прекрасный принц выскочил из королевских покоев белый от гнева и громко хлопнул дверью.
На улице прекрасный принц немного успокоился. Во-первых, стыдно ему стало, что на отца накричал да ещё обругал по матушке. Хоть я и говорил, что принц был избалованный и вообще говнистый, а папу своего он, тем не менее, любил. Маму он тоже любил, конечно, но так как мама всё время была за кадром, мы проявления этой любви особенно не видели. Во-вторых, у прекрасного принца начинало нехило припекать задницу, что тоже возымело отрезвляющий эффект. Принц-то ведь уже и забыл слова эльфа, что теперь его пятая точка в случае надобности сама будет подавать сигнал, когда пора на порку. Вот совсем прекрасному принцу не понравилась эта фича — болело, конечно, не так сильно, как сразу после розог, но пригревало ощутимо, будто на попу перцовый пластырь налепили, и с каждым шагом неприятные ощущения только нарастали.
Прекрасный принц нервной, дерганной походкой мерил дорожки дворцового парка, пиная мелкие камушки и сосновые шишки. Мысли в очаровательной его голове, украшенной модной шляпой с пером, путались. Очень хотелось поймать этого эльфа и приказать, чтобы ему отрубили голову! Однако принц понимал, что папа к этой истории с волшебным деревом относится как-то неоднозначно, даже вроде бы с одобрением, а сам принц пока смертные приговоры подписывать не мог. Зад, меж тем, жгло уже почти нестерпимо, прекрасный принц так и подскакивал. И обида, и злость в груди пылали, а они плохие советчики, но тут прекрасного принца осенило — исцеляющий фонтан! Ведь можно найти то место и воспользоваться водой в фонтане, а к эльфу этому злому даже близко не подходить!
Как всегда бывает в сказках, куда направил свои стопы прекрасный принц, там и оказалось волшебное место с эльфом, деревом и фонтаном, долго искать не пришлось. Принц обрадовался: фонтан был к нему близко, а дерево, с сидящим под ним эльфом, достаточно далеко — можно было рискнуть, сунуть зад в воду и тут же убежать, если что. Так он решил и сделать.
Прекрасный принц расстегнул штаны, спустил их пониже, настороженно поглядывая на эльфа, подобрался задом к краю чаши фонтана и только тут заметил, что чаша пуста, а фонтан не работает!
— Твою мать! — выругался прекрасный принц, и его слова утонули в весёлом хохоте эльфа.
— Нет, Ваше Высочество, так это не работает! Сперва заслуженная порка, а потом уже исцеление! — эльф похлопал ладонью по траве рядом с собой.
— Ой, да иди ты! — невесело ответил принц. — Я подойду, и ты меня сцапаешь!
— И в мыслях не было! — отозвался эльф, — я тебя ловить не буду, больно надо. Это в твоих интересах! Я лишь предлагаю поболтать. — Он снова сделал приглашающий жест.
Деваться было некуда, задницу уже жгло отчаянно, прекрасный принц даже спущенные штаны не решился натянуть. Он вздохнул и прямо так голым задом уселся на траву рядом с эльфом. Трава оказалась чуть влажной от росы и попе стало полегче.
— Да... Ты вернулся раньше, чем я ожидал! — усмехнулся эльф.
— Даже в фанфиках такого не бывает, чтобы в один день два раза пороли! — пожаловался принц, не переставая ощупывать пылающим задом мокрую траву.
— Ну, во-первых, бывает, — усмехнулся эльф, — ты просто не всё читал, а во-вторых, тебе грех жаловаться, у тебя заживляющий фонтан есть. Попробовал бы ты с выпоротой задницей часов восемь в школе на фанерном стуле просидеть.
— Где? — удивился принц, — на чём?
— Неважно, — махнул рукой эльф, — ну, так что? Приступим? Раньше сядешь — раньше выйдешь!
Прекрасный принц горько вздохнул. Было ему, конечно, что ответить, и по факту, и из того лексикона, который всех при дворе удивил. Вот только был ли смысл с эльфом пререкаться? К четырнадцати годам у прекрасного принца уже сложилась своя квазифилософия. Например, он считал, что если с проблемой нельзя ничего сделать, то не стоит об этом и переживать — раз это не поможет. Там было ещё много всяких несформулированных пока постулатов, но сводилось всё, в конечном итоге, к выражениям «плыть по течению» и «не писать против ветра». Конечно, боль от порки это не то же самое, что плохая погода, смириться с ней сложней, но деваться-то всё равно некуда.
Вздохнув, прекрасный принц поднялся и, придерживая штаны, подошёл к дереву:
— Давай уж, мучитель! — принц не знал, куда деть свою красивую шляпу, но её забрал эльф.
— Не мучитель, Арчи, а учитель! — поправил эльф, — наказание ты заслужил. Впрочем, поскольку кое-что ты уже сам осознал, и про хамство отцу, и про гневливость, то можно, пожалуй, немного убавить.
Эльф кивнул дереву, то аккуратно обвило прекрасного принца ветвями за руки, ноги и талию и, прижав к себе поплотнее, стегнуло тонким прутом по голой попе.
В этот раз никакого яблока во рту у принца не было, и он тут же протяжно «айкнул». Дерево опускало свои прутья неторопливо, давая принцу отдышаться после каждого удара. Эльф тем временем прохаживался рядом, эффектно обмахиваясь принцевой шляпой:
— Взять хотя бы твое желание вырубить в таком прекрасном парке все деревья с толстыми стволами — надеюсь, ты сам понимаешь, насколько это безумная затея? Конечно, тобой двигала обида, но всё же! — эльф рассуждал, прутья свистели, принц вскрикивал, — тебе придется научиться сдерживать свой гнев. Это будет непросто, ведь раньше держать себя в руках тебе не приходилось, но мы с деревом тебе поможем!
— Ааай! — поскуливал прекрасный принц. — Больно!
— Конечно больно! — эльф мимоходом взглянул на попу прекрасного принца: та уже вся была исчерчена тонкими красными рубцами, — а думаешь, твоему отцу не больно, когда ты разговариваешь с ним, как со скотиной? Ведь ты должен его уважать не потому, что должен, а потому, что он король! К тому же он любит тебя больше всех на свете!
Прекрасный принц уже ревел горючими слезами. Он уже пожалел, что связался с эльфом, сейчас казалось, что лучше было терпеть жжение, чем отчаянную острую боль от розог.
— А ты как к нему относишься? Как потребитель! Совсем его не ценишь. Только представь: он управляет целым королевством и ещё находит время нянькаться с тобой, лоботрясом великовозрастным! — эльф красивым жестом заложил длинную прядь шелковистых волос за ухо. — Ну, по́лно!
Дерево тут же прекратило порку. Несчастный прекрасный принц жалобно скулил сквозь всхлипы. Эльф ласково погладил его по голове:
— Будет тебе. В этот раз даже не до крови! — эльф вытер принцу слезы, — пойдем умываться.
Легко смыть волшебной водой следы от порки с юного тела, но какой водой умыть раны в душе ребенка? Как утешить? Но, кажется, мудрый эльф знал и это.
— Конечно, это немного жестоко, — начал эльф, когда прекрасный принц опустил задницу в фонтан, который, кстати, снова заработал, — но вряд ли какие-то слова возымели бы такой же эффект, как порция тугих крепких прутьев. Смотри, как многому ты уже научился за этот день! А представь, что дни складываются в недели, недели в месяцы, а те в года! Каких удивительных вершин ты можешь достичь при помощи розог, если каждый день... Ладно, ладно, шучу! — эльф засмеялся, глядя как вытянулось лицо прекрасного принца от мысли, что его будут пороть каждый день.
Эльф помог принцу одеться и, несмотря на сопротивление, притянул к себе и крепко обнял.
— Надеюсь, что мы увидимся нескоро! Будь хорошим мальчиком. Правила ведь просты, соблюдать их несложно. Не дерзи и не хами, старайся в учёбе и веди себя хорошо. — Эльф вернул прекрасному принцу его шляпу и шутливо шлёпнул пониже спины.
Прекрасный принц вывернулся из объятий эльфа и, только отбежав на приличное расстояние, буркнул: «Гандон».
— И помни, юный друг! — голос эльфа звучал вдогонку — ты всегда найдешь ко мне дорогу. Всегда!
