Жил-был художник один

Вэй Ин был, как никогда, в прекрасном настроении. Это всё потому, что его младший брат закончил с отличием университет. В самое ближайшее время Цзян Чэн встанет у руля семейного бизнеса. Ведь дядя Цзян уже давно хотел передать бразды правления сыновьям, но Вэй Ин решил, что семейный бизнес это не его, не тянет его эта юриспруденция, не тянет. И он принял решение, что сам попробует начать с нуля, то, к чему тянулась его душа, и за пять лет Вэй Ин преуспел! Его галерея искусств приносила неплохие дивиденды и он был всем доволен. Сейчас же Вэй Ин с нежностью наблюдал за тем, как самая милая, добрая и любимая сестра очень бережно держала своего первенца и ворковала над ним. Смотря на Цзян Янли, Вэй Ин блаженствовал. Иногда он подумывал, что вроде как и ему пора уже обзавестись спутницей жизни, но к своему стыду, к 27 годам, он не только не встретил никого, но даже на свидания не ходил. Всё-таки воспитание тётушки Юй сказывалось на всём. Трое детей Цзянов были очень требовательны к избранникам, а если честно, то ни Вэй Ин, ни Цзян Чэн не встретили еще в своей жизни никого, кто тронул бы их сердца. У их нежно любимой шицзе был договорной брак, и к большой удаче, он оказался счастливым. Но сами парни не рассматривали для себя такую перспективу. И в одном из разговоров с родителями, они попросили о собственном выборе супругов. На что родители согласились, немного подумав. Условием было то, что родители должны были удостовериться в том, что избранницы действительно любят их мальчиков. Сейчас же, смотря на племянника, Вэй Ин вспоминал о том, как он оказался в этой семье. ☆☆☆☆ Родители Вэй Ина были летчиками-испытателями. Они очень любили небо, работали только в паре и в одном из полетов, погибли. Ему исполнилось три. Утром, в день его рождения, мама, разбудив его поцелуем и улыбкой, отправила умываться. Папа был в ванной и подставил малышу маленький стульчик, чтобы А-Ину было удобно умыться и почистить зубы. После утренних процедур, отец усадил его на плечи, и напевая любимую песенку сына, понёс завтракать. Попрощавшись на пороге детсадовской группы, родители пообещав, что вечером пойдут с ним в парк и махнув на прощание, ушли. Так и запомнил их Вэй Ин. Вечером за ним приехали дядя Цзян и тетя Юй, долго говорили с воспитателем, а тетя Юй плакала. А-Ин не понимал, почему тетя плачет и гладит его по спине, а дядя говорит медленно и, как ему казалось, очень тяжело, как-будто тоже едва сдерживая слезы. Он всё спрашивал, где мама с папой… А тетя ещё сильнее плакала, обнимая и прижимала к себе. Уже дома, А-Ину сказали, что родители погибли. Но слово погибли он не понимал, и в надежде смотрел на входную дверь, ожидая с минуты на минуту, что за ним придут. Потом были слёзы, тоска по родителям, болезнь. Тетя Юй не спускала его с рук, носила, кормила, укачивала его. Янли, как будто понимала, что именно ему сейчас необходимо всё внимание и не беспокоила маму. Вырастая в доме семейства Цзян, Вэй Ин никогда не чувствовал себя лишним или не родным. Казалось, что он незаслуженно получал любовь их всех. И он старался с отдачей. Он отдавал любовь новым родителям, проявляя заботу к Янли и малышу Чэну. Чэн родился через год появления его в семье Цзян. Вэй Ин изо всех своих детских сил старался его научить всему, что знал и умел. Примерно через полгода после смерти родителей он начал рисовать, и дядя Цзян купил ему всё, что было необходимо. Он рисовал везде и всё что видел, его увлечение переросло в профессиональное занятие и всем было понятно, что Вэй Ин в будущем займётся искусством. По этой причине, когда он подошёл со своим проектом к родителям, они от всей души поддержали его. Сейчас гордились тем, что их сын практически был самым знаменитым художником, и не только Китая. Когда Вей Ин был в классе третьем, ему за хорошую учебу подарили велосипед. В порыве чувств, он, кинувшись в объятия дяди и тети Цзян, воскликнул: -Мамочка, папочка, спасибо! Я так вас люблю! Чета Цзян, замерев на мгновение, обняли его, и целуя в щечки, каждый со своей стороны, наперебой заговорили: -А-Ин, сыночек, тебе спасибо! Тетушка плакала, не скрывая эмоций. У дяди от волнения дрожали губы…

***

Выплывая из воспоминаний, Вэй Ин с удивлением увидел слёзы на глазах Янли. -Шицзе, что случилось?! - он с беспокойством смотрел на сестру. -А-Ин, что ты вспоминал? Родителей? - спросила Янли. -Ничего не скроется от моей любимой сестры. Да, я вспомнил их и поблагодарил наших родителей за то, что их дружба дала мне шанс стать человеком. - Он грустно улыбнулся сестре. - Если бы не наши родители, не совсем понятно, что было бы со мной. Детдом, трудности, улица… Но не будем о грустном! Сестра, как думаешь, не закатить ли нам вечеринку в честь малыша Чэна? Янли согласно кивнула и сказала: -Родители уже подумали на этот счёт. Семья Не предложила совместно организовать вечер. -Да ну!? Я так замотался с выставкой, что уже неделю не был дома у родителей. Чэн, засранец маленький, даже словом не обмолвился. Если Не собрались устраивать вечеринку, надо думать, что в приглашённых будет куча чужих, ведь это повод для встречи бизнес партнёров. Ох, как я этого не люблю. Но наш младший братик и Хуайсан заслужили это. Юристы получились что надо! Честно говоря, я горжусь Чэном! Вэй Ин действительно любил брата и был рад и горд за него. В их семейный дружеский круг входили - семья Не, где Минцзюэ был на год старше Вэй Ина и ровесник шицзе, уже возглавлявший семейное детективное агентство, Хуайсан, ровесник Чэна, семья Сюэ, где Ян был и другом и одноклассником Вэй Ина. После школы, Ян ушел учиться в лётную академию и теперь уже был командиром экипажа, семья Вэнь, где Вэнь Цин была ровесницей Миндзюэ и Цзян Янли, а также ведущим хирургом в семейной клинике Вэней, а вот Нин, ровесник Чэна, ушел в спорт и был в сборной страны по джиу джитсу. И если будет вечеринка, то все обязательно соберутся вместе. Что ж, Вэй Ин был бы рад увидеть всех друзей! О чём он и сообщил сестре, поднимая её в воздух и кружа на радостях. -У меня одно лишь желание, шицзе. Поменьше бы чужих лиц, но понимаю, что без этого не обойдётся… - смеясь, сказал Вэй Ин. Уже сидя в машине и направляясь к дому семьи Цзян, он немного взгрустнул о том, что его погибшие родители не видят всего этого и не радуются вместе с ним. Вот прям какой-то день, подёрнутый ностальгией. Заехав в любимую кондитерскую семьи, Вэй Ин купил любимые пирожные тётушки Юй, пирог дядюшки Фэнмяня, и круассаны для них с Цзян Чэном. Завалившись со всеми гостинцами в такой родной дом, сгрузив всё на кухне, Вэй Ин пошёл искать домочадцев. Нашёл всю семью на террасе за бурным обсуждением будущей вечеринки. Тепло обняв дядю, поцеловав руку тете и хлопнув брата по плечу, он сообщил о готовности влиться в процесс приготовления. Но тетушка Юй, обеспокоенно спросила как его дела с выставкой, на что Вэй Ин, смеясь, заверил, что все уже готово, и вообще, он хочет чаю. Семья переместилась в столовую. За чайной церемонией они решили, что будет проще арендовать всё-таки ресторан, а не что-либо другое. Созвонившись с семьей Не и обговорив детали, выбрали ресторан, договорившись на следующий день встретиться там. И уже после, семейная беседа полилась в тихом обсуждении будущего сыновей. Вэй Ин показывал новый проект, и к удивлению всех, это были не картины. Это были черно-белые фотографии. Выставка называлась - Монохром. Родители и брат пообещали обязательно прийти на открытие. Чэн же делился тем, что ему немного страшно становится во главе бизнеса, но все в один голос говорили о поддержке, и о его таланте, как лидера. И действительно, Цзян Чэн увлекал за собой, он был ярким и харизматичным. Выросший в любви, Чэн ни в коем случае не был эгоистичным или мнящим себя центром вселенной. Он был вдумчив, всё решал спокойно, и если в чём то сомневался, то советовался с родителями и Вэй Ином. Брат был для него непререкаемым авторитетом. Он помнил, как его маленького именно брат учил всему, всегда оказывался рядом и поддерживал. Родители наблюдали за ними и никогда не мешали, но всегда контролировали, чтобы ни в коем случае с ними ничего не случилось. Шицзе была их ангелом хранителем. Лечила их разбитые коленки, царапины, синяки. Кормила вкусненьким. Давала советы и нередко прикрывала их проделки. Все перешли в гостиную, устроившись на диване. Цзян Фэнмянь включил видео, где дети были маленькими. Родители принялись комментировать, когда и по какому поводу снимали эти видео. Смотря на себя маленьких, Цзян Чэн и Вэй Ин хохотали до упаду. Так прошёл воскресный вечер в кругу любимой семьи. Следующая неделя пролетела в хлопотах о вечеринке и открытии выставки Вэй Ина. Выставка имела огромный успех. Освещение в прессе, хвалебные статьи, все поспособствовало тому, что фотографии были распроданы практически моментально. Семья и друзья были в восторге. Каждая фотография была целым миром, который с любовью передавался через объектив фотокамеры. Вот вроде и радоваться надо было, но Вэй Ину было почему-то немного грустно расставаться со своими работами. Впрочем так было всегда. Для него все его работы, картины это или фотографии, были как будто его детьми. Грустить о расставании со своими работами Вэй Ин любил в своей квартире. Когда доход позволил ему купить своё жильё, он собрался с силами и продал родительский дом. (Вэй Ин так и не смог туда вернуться.) Квартира была двухэтажной, светлой, открывающийся вид из панорамных окон завораживал. Парк, раскинувшийся внизу, радовал глаз, а вдали, покоились воды водохранилища Миюнь. Именно сидя в кресле и смотря на этот пейзаж, Вэй Ин потягивал Дом Переньон и думал о новых проектах, идеях и планах. Период, между завершением и началом, давался ему нелегко. На этаже было только две квартиры, и время от времени, не наблюдая соседей, Вэй Ин пытался выкупить жильё, подумывая о брате. Хотелось иногда, чтобы тот жил рядом, но потом он одергивал себя. Цзян Чэн уже большой мальчик, и решение где и как ему жить должен принимать сам. В очередной раз, задумавшись над этим, Вэй Ин понял, что праздник приближается, а подарок он так и не придумал. С кем посоветоваться он знал. Точно! Вскочив с кресла, схватив телефон и ключи от машины, он выскочил из квартиры. С удивлением увидел, как закрывается дверь соседской квартиры. ‘Надо же, живёт кто-то…’ мелькнула мысль и Вэй Ин шагнул в лифт. Вот и наступил праздничный вечер. Было шумно, радостно, все танцевали, выпивали, обменивались впечатлениями и просто радовались. Вэй Ин и Цзян Чэн стояли рядом с Хуайсаном, говорили о том, что рано или поздно им придётся начать встречаться с кем-то. -А-Чэн, думаю что все девушки, пришедшие сегодня сюда, должны влюбиться в тебя! Ты такой неотразимый сегодня, впрочем как и всегда, мой дорогой братик! Вэй Ин улыбался и подразнивал брата. -Нет, А-Ин, ты намного красивее, и я уступлю старшему, а то ты так и останешься одиноким. - Улыбаясь, вернул шутку брату Цзян Чэн. Тут встрепенулся Хуайсан сообщая о том, что Минцзюэ пригласил на вечер своего нового компаньона и его брата. -Ааа, ммм, вспомнил. Их фамилия Лань! У них огромная сеть юридических, детективных и охранных агенств. Говорят, что они красивы, как небожители, и богаты как Крез. -Мы тоже не лаптем деланные. - засмеялся Вэй Ин. В этот момент в зал ресторана вошли трое, Минцзюэ и два молодых человека. Старший был красив тёплой красотой. Глаза орехового цвета излучали доброту. Грация кошки, но опасной кошки. Улыбка была доброжелательна. Высокий, стройный, похожий на Адониса, так охарактеризовал его Вэй Ин, тихо говоря это Чэну и Хуайсану. Второй же был красив холодной красотой. Высокий, с фигурой атлета, его глаза цвета светлого янтаря, смотрели на всех холодно. Губы были поджаты, как-будто он предупреждал всех о том, как ему неприятно находиться здесь и сейчас. Мраморное творение Микеланджело, прекрасен и холоден. Такая характеристика была дана младшему. Вей Ин наклонился к Хуайсану и спросил: -Ну и кто у нас кто? Хуайсан тихо проговорил: -Тот Адонис - старший, Лань Сичень. Он третий в списке Форбс, в целом душка и романтик. Но в работе непреклонен и даже жесток. Мраморная статуя рядом, его младший брат, Лань Ванцзи, четвёртый в списке Форбс. В работе переплюнул брата во всём. На дороге у него стоять никому не рекомендую, сметёт и не заметит. Оба не женаты, и оба не в отношениях. В этот момент троица проходила мимо них и Ванцзи, встретившись взглядом с Вэй Ином, моментально отвёл глаза. Сичэнь же попросил Минцзюэ представить их виновникам торжества. Минцзюэ, подойдя к молодым людям, начал знакомство. -Хуайсан, мой младший брат. Цзян Чэн, его одногруппник и друг детства. - на этих словах Сичэнь улыбнулся теплее.