Maniac

Продолжительное молчание в тёмной комнате, где слегка горит небольшая настольная лампа. И эти взгляды, которые, буквально, выжигают дыру внутри. Чувства напряжённые у всех, но по разному. — Так вы утверждаете, что некто в маске гонялся за вами по всему зданию? И при этом ничего не украл и не нанёс никакого вреда? — Уже в сотый раз вздохнув и вскинув бровь, спрашивает офицер. — Я же уже сказал,  что он выбивал двери! Он хотел меня убить! Посмотрите, у меня все руки в травмах! — Переходя на крик, говорил Тэхён. — Господин Ким, на месте не было обнаружено ничего подозрительного и все двери были целы. При всём уважении, я не могу запротоколировать это. Пожалуйста,  поезжайте домой и хорошенько отдохните. — Вы совсем ничего не понимаете!? Меня убьют! Убьют и Чимина! Послушайте же меня! — Кричал во весь голос Тэхён. — Из за спины послышалось: — Тэхён? — Это был никто иной, как Чонгук. Именно его голос сейчас и хотелось услышать и всё рассказать. Он точно поверит и поможет. Как никак он даже по ночам ищет Чимина.   И вот сейчас он здесь. Ким бросился к Чону в объятия и резко начал тороторить: — Чонгук! Ура, скажи ему, что я говорю правду! — В глазах младшего играла надежда, но... — Тэ, поехали домой. Я всё улажу. Только иди ко мне в машину. — Смотря в сторону, сказал, как отрезал тот.   Удивление. Вот, что было у Тэхена в голове. Услышать такое от самого, можно сказать, любимого человека... было очень неожиданно и неприятно. — Какой домой? Ты меня слышишь? Что с тобой? Почему ты такой спокойный? Мы же подобрались к преступнику! Он сам пришёл к нам... Камеры! Камеры видеонаблюдения! На них должно быть хоть что-то! — Тэ, успокойся пожалуйста.  Я проверю всё сегодня, только ступай в машину! — Твёрдо стоял на своём тот. — Но... мы же так близки... мы можем найти Чимина... Когда!? Когда будет ещё такая возможность!? — В машину.    Опустив глаза Ким пошел к месту, куда и послал его Гук. Он был разбит и Чон это видел, но сохранял хладнокровие. Вскоре и он отправился за младшим. И только в дороге получилось наладить диалог. — Мы найдём всех. Я обещаю.  Давай заедем в больницу? — Нет. — Тэ. Пожалуйста.  Давай не будем. — Тяжелый вздох. — Поехали, я сам посмотрю камеры. — Правда? Ты мне веришь? — Ну конечно. Поехали, а потом отдыхать. — Ну хорошо.    Прибыв на место, Чон пошёл внутрь, Тэхёну же он приказал оставаться внутри и никуда не вылазить. Хоть идея эта и не понравилась Киму, но он покорно остался. Прошло минут сорок,  как показался Чон.   Когда Чонгук вернулся, Тэхена было не остановить. — Ну что? Что там? Убедился? Забрал записи?   Опустив голову к рулю, на выдохе Гук ответил: — Тэ. Там ничего нет. — Что... но... как? Должно! Дай я сам посмотрю!    Только рука потянулась к ручке, как  замки на дверцах закрылись. — И что это значит? Выпусти меня. — Ты слишком зацикливаешься на Чимине. А я? Ты думаешь вообще обо мне? — Я не совсем понимаю тебя... — Я столько делаю! Столько не сплю! А тебе плевать! — Что ты такое говоришь? Мне совсем не плевать.  Но это... это же весомая зацепка... — Давай немного отдохнём и начнём расследовать вместе. Бок о бок? — Да... давай...   Ким явно был подавлен, но сделать он ничего не мог. Как Чонгук мог такое сказать... И вообще подумать о том, что Киму плевать.     Машина завелась и вдвоём они уехали к Гуку домой. Дорога была недолгой, но даже за тот небольшой промежуток времени Тэхён перебрал в голове сотни вариантов того,  кто мог быть под маской. Из мыслей его вывело "приехали". — Вау, у тебя квартира в таком дорогом районе? — Приходится. — М? Что это значит? — Да так. Не бери в голову. Чувствуй себя как дома.       Тем временем особняк Чона:     Глаза медленно открываются. Перед собой Пак видит две размытые фигуры. Он выплёвывает скопившуюся кровь и снова теряет сознание. В себя он приходит только от нашатырного спирта. Обнаружить, что одна рука прикована к батарее - не так уж и трудно. Медленно поматав ей, дабы убедиться в том, что выбраться не получится,  он услышал напротив голос. — Удобно ли вам, следователь? — С язвой в голосе говорил Чон.    Повернув недовольный взгляд, Пак съязвил — весьма, ушлёпок. — Хах, какие мы дружелюбные. Я бы рассёк тебе череп, но это не в моих полномочиях. — На это Пак лишь ухмыльнулся, чем ещё больше выбесил собеседника. — Долго тут ещё отношения будете выяснять? — Послышался голос из проёма двери. — О, господин Мин, собственной персоной. — Так это был не сон. — Сказал, словно с досадой Чимин. — А ты догадливый. Я довольно быстро закончил. Чимин, скажи пожалуйста,  что движет тобой? — Подойдя и взяв за волосы, говоря прямо в губы произнёс тот. — Желание упечь вас за решётку! — Что же. Тогда нам придётся провести воспитательной работы. Хосок, приготовь всё. — Окей.    И тот покинул комнату.  — Чего же ты хочешь добиться? — Это всё весьма весело. Скажите, следователь,  когда веселье было против закона? — Смотря какое. Идиот. — Я хотел пощадить вас, но придётся наказать. — И как это понимать? — Понимать никак не надо. Просто наблюдайте и терпите. Я сломаю тебя, гнида полицейская! — Отпусти меня! Слышишь! Отпусти! Мрази! Я же вам всем отомщу! — Я буду очень ждать, малыш. Кстати, отныне для тебя я хозяин и никак иначе. Назовешь по другому получишь тридцать ударов кнутом.  Договорились? — Пошел ты! Ушлёпки! — Так сразу, сорок ударов? Смело — Что!? — Ну ты не обратился ко мне как подобает. Ещё и послал. А еще пытался сбежать. Тут целых пятьдесят ударов созрело.   После этого следователь молча с хмурым, наполненным злобой взглядом, наблюдал за всей картиной происходящего.  Пришёл Чон и сказал, что всё готово. На что Мин ухмыльнулся, отстегнул Пака от батареи и повел в подвал. Там его привязали к другой батарее. В помещении было темно, холодно, но на удивление сухо. Посередине, на потолке висела лампочка, которую и включили. Как только свет зажёгся, Пак пришёл в шок, и начал сильно дёргаться, пытаясь выбраться. А напротив был привязан мальчик лет восемнадцати. Его одежда была порвана и вся в грязи, сквозь неё были видны синяки, царапины и кровоподтеки. По глазам и общему виду было понятно, что он давно не ел и почти не спал. Когда мальчишка увидел Пака, в его глазах загорелась надежда, которой, казалось бы, и следа не осталось. Эти гляделки развеяли две фигуры, что и затеяли это всё. — Думаю и этого будет достаточно. Простите, следователь, мальчики нравятся Хосоку. Собственно он с вами и проведёт вечер. А я вернусь за тобой, малыш, утром. Развлекайтесь.   Сказав это, Мин покинул комнату, оставив Чимина и парнишку наедине с Чоном. Хосок же улыбался, как сумасшедший и начинал посмеиваться. — И какого хрена ты ржёшь!? Помоги ему! — Господин, Пак, как часто вы испытывали чувство безысходности? А потом шока, перерастающего в отчаяние? Перед вами будет крутиться столько мыслей. Так-то товар  должен был ещё пожить, но Юнги, будь он проклят, решил погрузить вас сюда. Поэтому наслаждайтесь. — Что ты несёшь!? Ублюдок! Отпусти хотя бы этого ребенка! Делай со мной всё, что хочешь! —  Вы, не мой товар. И не моё развлечение. Хотя я бы позабавился со следователем! — Сказав это, он выкатил из соседней комнаты операционную кушетку и тележку с инструментами. Там были не только хирургические, но и обычные инструменты и секс-игрушки. Увидев это, словно зная, что будет дальше, парень начал истерично биться и кричать в кляп, раздирая горло. — Что... Что это!? Какого чёрта!? — Наслаждайтесь.