Нам нужны ответы!

Тем временем...      

Чернеющий кокон раскрылся, выпуская из недр разума Крессента, крайне недовольного, при всём этом, сидящего на кортах. — Отпустил, блин, с семьёй поужинать, называется. Вот так и думал, что успокоить нужно было перед этим. — векторы быстро вернулись за спину, принимая типичную для них расслабленную форму, пока сам Кресс не сел обратно на ковёр в позу лотоса обрабатывать информацию. — Как только Градиент ушёл, я попытался убедиться, что всё будет в порядке, но буквально через пару секунд тот едва не откинулся от ужаса. Определённо, он добрался куда нужно, даже, судя по эмоциональному фону, завёл приятную беседу, пока разговор не обрёл какую-то негативную окраску. Результат разговора – паническая атака, а ведь с виду и не скажешь, что у него есть какие-то личные проблемы. Также, ориентируясь на эмоциональный фон двух окружавших его людей, они испугались его истерики, до этого испытывая лишь нежность к Граду, следовательно, они с ним знакомы, как и он с ними, следовательно, они и есть его семья, к которой он торопился на ужин. Раз, они его семья, значит они могут сами разобраться с такой проблемкой и, наверняка, в курсе. Ну, по крайней мере, я им помог. Теперь точно он проснётся самостоятельно и не от кошмара. Тогда что это за ощущения? – хребет Крессента пересекла стая мурашек, щекоча взбираясь по позвонкам, а руки приятно свело судорогой. – Похоже на волнение, но… исходит-то оно от меня? Почему? Я… Переживаю? Судя по всем книгам, что я читал, эти чувства действительно похожи на те, что были описаны в литературе, словно… змея ползёт по спине, давя тяжестью на душу. Жутко. Ну, теперь я изучил ещё одну новую эмоцию для меня. Осталась ещё… Забава, Смех, Зависть, Ревность, Нежность, Нега и… Любовь. Большой списочек однако. Но, так или иначе, ощущения могу испытывать все. Все негативные эмоции, кроме тех, что могут быть вызваны привязанностью мне известны, а из позитивных я познал только… радость? И это зовётся позитивом? — локти Кресса упёрлись в колени для удобства, пока он продолжал бормотать – Когда я почувствовал Радость, меня словно кипятком ошпарило, и больно вправду было, но позже, во время дальнейших вспышек Радости, я научился избегать боли. Теперь, позитивные эмоции воздействуют лишь на разум, но на магию не влияют так сильно. … Куда меня унесло? А ну нахрен всё, я ж телек смотреть планировал.

***

— Альфис, не делай этого!!! — Воскликнул сын Ночи, следя за действиями персонажей всеми излюбленной АндерНовеллы. Зомбоящик воспроизвёл звук выстрела. — НЕеЕееЕЕеЕеЕеЕЕееТ! Ну на кой чёрт надо было защищать эту рыбину? Та бы пережила шальную пулю, а ты нет! Нахрена толкать-то её было?! Бляяяяяяя! Ну неееееет! Такого персонажа угробили! А ведь Альфис была последним свидетелем того убийства! Блять. Теперь то дело никогда не распутают и убийца Меттатона останется на свободе! Бляха муха! — и бросил обёртку от шоколадки на пол. На коленках приятно мурчала Ошибка, грея косточки. За эти сорок минут они достаточно хорошо подружились, а Крессент даже угостил её кусочком плитки горькой сладости. Удивительно, что кошке понравилось. На экране телевизора рыдала «селёдка без шубы», а сбоку от сцены побежали титры, отмечая конец эпизода. Тогда раздражённый Кресс выключил телик, думая наперёд как он будет ждать… чего-то. Даже кошка ушла с колен, что отозвалось неприятным холодком на бедренных костях. Вектором собрал мусор с пола, намереваясь выкинуть их в мусорку… — А ты, блять, кто вообще такой? …И рывком обернулся на незнакомца. Растекающийся чёрный череп, желто-розово-голубые пятна краски на челюсти, касающиеся самых глазниц, синеватая кофта, коричневый шарф, явно повидавший многое, и тигриные кроссовки. Из-под рукавов выглядывали цветные фаланги. Взгляд Крессента встретился с многообещающими восклицательным знаком и мишенью. А у его ног вилась ранееупомянутая Ошибка. После взмаха руки гостя, в Кресса полетела чёрная жидкость, наподобие той, что стекает с бесформенного скелета и плавает около головы. Ну, как обычно и поступают все незнакомые Крессенту монстры/люди, (Градиент похоже единственный, кто сделал по-другому), он атаковал. Чёрная жижа формировалась в кости прямо в воздухе, едва не вонзаясь Крессу в грудную клетку, благо, наш главный герой хорош в уворотах. У Сына Тьмы было достаточно много врагов, но нынешний противник явно был опытнее и сильнее, а его яркие пятна и зрачки вводили в ступор. Рывок – и неизвестный прыгнул на скелетика, желая придавить к полу, но Крессент отклонился вправо и вцепился левой рукой в куртку на спине соперника, желая перебросить его через себя. Едва противник осознал задумку Кресса – схватился за ногу, совершая подсечку и укладывая его на лопатки, попутно прижимая к полу костяной рукой за шейные позвонки. Грустно звякнула декоративная ваза на тумбочке неподалёку, шатаясь и едва не падая с опоры. Осторожно протянув вектор, Крессент, всё ещё придавленный огромной тушей, коснулся посудины, дабы остановить шаткую декорацию. Удивлённый противник, наблюдая за движениями неизвестного объекта, потерял бдительность и упустил тот момент, что три других вектора занялись другим делом. Одна из свободных лоз обкрутилась вокруг руки незнакомца, резким движением способная переломить крепкую кость, другие две обхватили плечи, совершая подлость, недостойную честного боя: эти два вектора, словно проводники, отправили поток негативных эмоций наподобие жалости и сочувствия прямо в его слабое место – шею. Кажется, соперник дрогнул, растерялся и, на мгновение, передумал о битве, и его рука ослабла, чем не примкнул воспользоваться Наследник негатива. Две секунды – и враг был на полу, пока на его торсе сидел защитник дома. Два вектора теперь удерживали незнакомца на полу, не давая шевельнуться, пока два других, с таким же успехом, удерживали ноги. «Попался!» — восторжествовал Крессент победе. Вдруг, в коридоре что-то упало, зашуршав целлофаном. Две пары взглядов устремились на пришедшего Градиента. На его руках сидела мурличащая Ошибка. Краем глазницы Крессент заметил мелькнувшие в зрачках противника капельку и звезду сохранения. Что бы это значило? — Кресс? Пи? Что здесь происходит? Крессент хотел уже ответить про задержку проникшего, как незнакомец воскликнул: — То есть ты с ним знаком?! — Да! — От Града исходили отнюдь не позитивные эмоции, скорее непонимание и злость. — Кресс, почему ты напал на братика? — он обернулся к тому, кого считал другом. — Он первый напал. Я просто на диване сидел. Это твой брат, про которого ты рассказывал? — Крессент недоумевал, в чём он провинился. — Да, это Пиджи, а теперь не мог бы ты его отпустить, пожалуйста? Глаза скелета с поплывшим черепом метались от брата к недавнему противнику.

***

— … — … — Долго молчать будем? Все трое сидели за столиком, с чашками в руках. Вернее, Пи и Кресс сидели, пока Град намешивал себе знаменитый зелёный чай за спиной недавнего приятеля. Тогда, Крессент решился спросить: — Ты в порядке, Град? Градиент удивлённо глянул на друга, поднося готовый напиток ко рту. Пи также вопросительно посмотрел на сидящего в полуобороте Крессента. — Буквально через пару мгновений после того как ушёл в портал ты отрубился от панической атаки, вот и спрашиваю, всё ли в порядке сейчас? — ИиИиик? Градиент вздрогнул, немного расплескав чай. Кипяток пролился на кости ладоней, отчего чашка полетела на пол из обожженной руки. Реакция, вот что сработало. Вектор поймал падающую кружку до столкновения с полом. Большая часть чая оказалась пролита, а часть ополоснула вектор, причинив сильную боль его обладателю. — Ох чёрт! — воскликнул Град, встряхнув пострадавшей рукой, — Крессент, тебе не сильно больно? — Типично для ошпаренного кипятком. Но ничего, скоро пройдёт. — Но ловить то зачем было?! Тебе же… эмм… щупальце обожгло, причём сильно! Ты сильно пострадал! Это того не стоило. — Напоминаю: регенерация. А вот твои ноги, в которые вонзились бы осколки от разбитой чашки, не считая кипяток, лечились бы гораздо дольше, так что стоило. ПаперДжем тихонько попивал чай, переводя взгляд то с брата, то на его, как оказалось, друга. Вдруг, Градиент что-то вспомнил. — Ты так и не ответил на вопрос. Как ты узнал? — Чувства. Я понял, что что-то случилось по твоим эмоциям. Ощутив твою паническую атаку отправился в мысленный образ, возникший в твоей голове. — Так это был ты? — Да, взять под контроль кошмар, созданный отцом для добычи негатива, проще простого. Меня научили этому с рождения, чтобы я не пострадал, бродя по миру снов. Значит, ты меня увидел. — Ага. Капюшон спалил. Хруст. Две пары глазниц повернулись к Паперу, активно жующему попкорн. Похоже, только Крессента заинтересовало происхождение пакета с снеком, как Град внезапно разозлился. — Это опять он тебя этому обучил?! Живите чернила усмехнулись. — Конечно. Достаточно удобный навык чтобы перекусить и разбавить атмосферу. Что же ты никак не примешь, что он мой муж? — Я не хочу этого принимать! Да и мама тоже! Он против Фреша был с самого начала, так ты ещё и влюбился и завёл с ним ребёнка! Я не буду принимать как твоего мужа никогда! Он тебя портит. — Град немного покраснел, смущаясь обсуждать личную жизнь брата. — Насчёт ребёнка ты не прав, это была случайность. Подрастешь – узнаешь, как нелегко уследить за… Градиент пулей обогнул стол и заткнул рот брату рукой, даже не скрывая горящие от смущения скулы: — Не. Смей. Заканчивать. Это. Предложение. Глухой звук. Братья обернулись на гостя. Шум повторился. Крессент недоумевал на своей реакцией и звуками, исходящими глубоко из горла и щекочущими солнечное сплетение. Рот непроизвольно скривился в подобие болезненной улыбки, а тело неконтролируемо дергало плечами. Спустя пару попыток, Кресс понял, что перестать улыбаться и издавать необычные звуки не может. Он задыхается? Что происходит? — Не смейся! Здесь совершенно нет ничего смешного! — Градиент нахмурился, недовольно смотря на Крессента. Тот уставился на Града, от изумления внезапно взяв под контроль своё тело. — Что ты сказал?