Пророчество для монстра

— Ну, это была богатая событиями ночь, — сказал Деймон, когда он и Стефан вошли в парадную дверь пансионата. — Думаешь, это была хорошая идея? — спросил Стефан, закрывая за собой дверь. — Думаю ли я, что было хорошей идеей выпустить всех Древних на свободу? — Деймон налил себе выпить, прежде чем повернуться и посмотреть на Стефана, — Конечно, нет. Стефан провел рукой по волосам, когда подошел и бросился на диван. — Как ты думаешь, у нас когда-нибудь будет нормальная жизнь? — Нормальная жизнь? — Деймон приподнял бровь, отпивая глоток, — Я даже не знаю определения нормальности. — Нормальный: обычный, типичный, ожидаемый или средний, — голос раздался позади них, заставив Стефана вскочить, а Деймона обернуться. Но прежде,, чем кто-либо из них успел даже подумать о нападении, девушка с длинными волнистыми каштановыми волосами и ярко-голубыми глазами, одетая в черные джинсы, светло-голубой струящийся топ, туфли на каблуках и кожаную куртку, подошла в угол. — Но с другой стороны, ты никогда не был самым умным в семье, не так ли? — Кассандра?! — они оба в шоке закричали. Девушка рассмеялась, — Приятно видеть, что я все еще могу лишить вас обоих дара речи. И пожалуйста, зовите меня «Кэсс». От полной формы имени я уже давно отвыкла. Оба брата продолжали смотреть на сестру. Они не могли в это поверить. Это была действительно она. Перед ними стояла их сестра. Их пропавшая сестра. — Вы, мальчики, собираетесь пялиться на меня всю ночь? — Кэсс скрестила руки на груди, ухмыляясь. — Не могу поверить, что это действительно ты, — сказал Стефан, который первый отошёл от шока. Он подошел к старшей сестре. Как только он встал перед ней, он посмотрел на нее сверху вниз, а затем обнял её. — Ну, поверь, — тихо сказала Кэсс, улыбаясь. Когда они со Стефаном отстранились, девушка повернулась к Деймону, который все еще смотрел на нее. — Деймон? — спросила она, забеспокоившись о брате, — Ты в порядке? — Последний... последний раз, когда я видел тебя, было в... — В 1864... — закончила за него предложение девушка. — Почему? Почему ты ушла тогда? — спросил Деймон, сузив глаза. Кто-то, кто не знал Деймона так же хорошо, как Кэсс и Стефан, подумал бы, что это совершенно не в его характере. Но у Деймона была большая слабость к своей сестре, и, когда она ушла той ночью в 1864 году, это сломало его. Он был старшим братом. Он был тем, кто должен был оберегать Кассандру и Стефана, и он принимал близко к сердцу, когда с ними что-то происходило, даже если не показывал этого. Кэсс вздохнула, — Это длинная история. — У нас есть вся ночь. Кэсс и Деймон какое-то время смотрели друг на друга, пока сестра, наконец, не нарушила молчание. — Хорошо. Я заключу с тобой сделку. Я расскажу тебе обо всём, начиная с того времени, когда я обратилась, и до сих пор, если ты сделаешь то же самое. Прежде чем Деймон успел открыть рот, вмешался Стефан, — По рукам. Кассандра повернулась и слегка улыбнулась ему, прежде чем схватить полную бутылку виски и три стакана. — Это обязательно? — спросил Деймон, приподняв бровь. — Когда я сказала, что это длинная история, я не шутила, — сказала Кассандра, подходя к дивану и ставя бутылку и стаканы на стол, наливая напитки. Деймон и Стефан переглянулись, прежде чем подойти к диванам и присоединиться к сестре. — Хорошо. Во-первых, что вы, ребята, знаете? — спросила Кэсс. Она не хотела тратить много времени на объяснение того, что они уже знали. — Только то, что ты ушла в свою комнату после вечеринки. Потом, через несколько часов, мы услышали крик отца, потом нашли его на полу, а тебя не было, — сказал ей Стефан, отпивая глоток. — Хорошо, — Кассандра глубоко вздохнула, — После того, как вечеринка закончилась, я вернулась в свою комнату. Через несколько минут в комнату вошла Кэтрин, и она вела себя… более странно, чем обычно. Затем она внезапно сунула свое запястье мне в рот. Я понятия не имела, что происходит, и она была в бешенстве. Она начала говорить, что хочет заполучить вас обоих, и она собиралась использовать меня против вас двоих. — Как именно? — спросил Стефан, когда Деймон допил свой стакан. — Она сказала, что собирается изменить меня – что она и сделала, а также сказать вам обоим, что, если вы останетесь с ней, она сохранит мне жизнь, а если нет, ну… — Сука, — пробормотал Деймон, отпивая второй стакан. Кассандра несколько мгновений смотрела на него обеспокоенно, прежде чем продолжить, — В любом случае, она сломала мне шею, и, когда я проснулась, ее уже не было. — Почему она ушла, если хотела использовать тебя против нас? Она бы не оставила тебя там просто так. — поинтересовался Стефан. — Потом я узнала, что за ней приехал Джордж Локвуд, и они заключили сделку. Она отдала ему лунный камень, чтобы он... — Помог инсценировать ее смерть, — вмешался Деймон. Кассандра подняла бровь, — Откуда ты... — Мы дойдем еще до этого, — сказал ей Стефан. — Хорошо, — Кэсс сделала глоток, прежде чем продолжить, — Когда я проснулась, я была одна и напугана. Я не могла ясно мыслить. Вы оба знаете, каково это. Я осталась в своей комнате, психуя. У меня была жажда, любой тихий звук был похож на взрыв бомбы. Через несколько часов я вышла в коридор, пытаясь найти Кэтрин. Там я столкнулась с отцом, ну и, конечно, он велел мне пойти обратно в свою комнату, при этом оскорбляя меня. Я развернулась обратно, пошла прочь, а он при этом до сих пор меня оскорблял, как вдруг что-то внутри меня как будто оборвалось... Затем следующее, что я помню, я почувствовала эту ужасную боль в голове, я упала на землю, а кровь отца была на моем лице... — Ты завершила переход, — сделал вывод Деймон, отпивая уже четвертый стакан. Девушка кивнула, допила свой стакан и налила себе новый. — Эмили вовремя оттащила меня от него. Она рассказала мне, как заставить его всё забыть. Когда он вернулся целым и невредимым в свою комнату, она объяснила мне, кем я стала. — Это все равно не объясняет, почему ты ушла от нас, — сказал Деймон. — Позвольте мне закончить, — Кэсс жестом заставила замолчать его, — Когда она закончила объяснять мне все, я рассказал ей все, что рассказала мне Кэтрин. Мы пришли к выводу, что единственный способ уберечь меня и уберечь вас обоих от необходимости проводить вечность с этой сучкой – мне нужно было оставить вас. — Что ты и сделала, — сказал Стефан, наливая себе еще один стакан. Кассандра кивнула, — Я побежала обратно в свою комнату, прибралась, упаковала кое-какие вещи и убралась оттуда к черту до того, как вернулась Кэтрин. — Я не понимаю одного, — Деймон наклонился вперед, опираясь на локти, — Почему ты просто не рассказала нам обо всем? — Ты поверил бы мне? — спросила Кэсс, — Если бы я вбежала в твою комнату и сказала, что я, твоя сестра, теперь вампир, обращенная девушкой, которую вы оба любили, и из-за этого мне придется сбежать? Когда они оба ничего не сказали, Кассандра поняла, что получила ответ. — Но ты знала, что мы вампиры? — спросил Стефан. — Я не говорила, что уезжала из города. — Значит, ты все время была в городе? — Я уехала после того, как вы оба обратились, — объяснила им сестра, — Итак, я знаю о том, что отец сдал Кэтрин, а вы оба собирались ее спасти. Отец застрелил вас, ну и вампиры в гробнице... — Хорошо. На одно дело меньше, — Деймон мрачно пробормотал, поднося свой напиток к губам. — Ты также должна знать, что мы больше не имеем и не хотим иметь ничего общего с Кэтрин. Иначе ты бы не стала сейчас так говорить о ней, — сказал Стефан. — Нет, мне сейчас все равно, слышит ли она каждое слово, которое я говорю, — Кассандра сделала глоток, — Но если бы вы двое имели с ней опять какие-то отношения, я бы начала думать, что вы оба сошли с ума. — Ты действительно изменилась, Кэсс, — сказал ей Деймон, — Ты уже не та девушка, что была. — Время меняет людей, а времени с тех событий прошло много. Кроме того, путешествия по миру в одиночку, однозначно закаляют. — Значит, ты тогда путешествовала по миру, — Стефан слегка улыбнулся. Лицо Кассандры расплылось в широкой улыбке, — Да. Я была везде. Бразилия, Китай, Рим, Мексика, даже в России, — Кэсс рассмеялась, — Но я действительно скучала по вам, ребята. — Почему ты не вернулась к нам раньше? — задал вопрос Деймон. Кассандра вздохнула, проведя рукой по волосам, — Часть меня была напугана. Я не знала, как вы отреагируете. Другая часть меня просто хотела увидеть мир, прежде чем мне придется войти в вашу жизнь, полную драмы. — Откуда ты знаешь, что наша жизнь наполнена драмой? — Деймон поднял бровь. — Потому что так было всегда, — она улыбнулась ему, — Кстати, теперь расскажи мне, чем вы двое занимались последние сто пятьдесят лет?

***

Клаус уставился в огонь, допивая свой стакан. Не успел и половину рассказать Колу о двойниках, а Клаус уже перешел со скотча на что-то покрепче. Теперь, наконец, после разговора, терпения Кола, многократных попыток убить его, Клаус остался один. Кол просто чертовски раздражает. Пока Клаус стоял там, глядя на огонь, он услышал, как открылась дверь. — Я зарежу кинжалом любого, кто войдет сюда, — Клаус пригрозил, когда дверь закрылась. — Это просто твой брат. По крайней мере, это не Кол. Клаус задумался. — Элайджа, — обернулся Клаус, — Так скоро? — У меня есть только один вопрос, чтобы задать тебе, Никлаус, — сказал ему Элайджа, остановившись в нескольких футах от огня. — И какой же? — спросил Клаус, подходя, чтобы в последний раз наполнить свой стакан. — Ты же не веришь, что Елена Гилберт – молодая девушка из пророчества? Клаус медленно повернулся к Элайдже. Из всех вопросов, которые, как он думал, задаст Элайджа, этот не был одним из них. — Почему ты вообще заговорил об этом? — Просто ответь на вопрос, Никлаус, — Элайджа сверкнул глазами, засовывая руки в карманы. Клаус вздохнул, прежде чем сделать большой глоток, — Нет, Элайджа. Я не верю, что это пророчество относится к двойнику. Оба брата некоторое время молчали, пока Элайджа не решился заговорить. — Знаешь, пророчество может относиться к… — Не говори об этом, Элайджа, — Клаус зарычал. — Подумай об этом, брат, — попытался урезонить его Элайджа, — В этом есть смысл. Особенно, судя по тому, как ты мне ее описал. Возможно, это она. — Да, Элайджа. Помимо того факта, что ее сейчас может и не быть в живых. — Есть также тот факт, что она может быть и жива, — ответил ему Элайджа. Клаус допил свой напиток, поставив стакан на стол. Он знал, что спорить с ним бесполезно. По какой-то причине Элайджа был твердо уверен в том, что Кассандра Сальваторе была той самой девушкой с пророчества, с тех пор, как Клаус вернулся домой той ночью 1864 года и рассказал Элайдже о том, что произошло. Элайджа сказал брату, что он, должно быть, что-то увидел в ней, было что-то, что удерживало его от желания питаться ею и вместо этого помогать ей. Он даже дошел до того, что сказал, что это могла быть любовь с первого взгляда, за что чуть не получил кинжал. — Мне пора идти, — Элайджа вырвал Клауса из его мыслей, — Я должен принести несколько мешков с кровью. Их мало, и, если мы хотим, чтобы бал прошел гладко завтра вечером, они нам понадобятся. Особенно для Кола и Финна. Клаус застонал. Бал. Как он мог забыть? Элайджа подошел к двери, а Клаус повернулся и вытащил альбом для рисования. Он открыл его на первой странице и посмотрел на красивую девушку, смотрящую на него небесными глазами. — И, Никлаус... — Элайджа остановился у двери, повернувшись к Клаусу, который все еще смотрел на портрет, — Просто помни, что есть вероятность, что мисс Сальваторе все еще может быть здорова и ходить по этой Земле.