Can’t figure out the ending of my dramarama

Добравшись до Астрономической башни, Минхёк устроился там же, где и вчера, усевшись на полу на сложенной в несколько раз теплой мантии. В этот раз он рисовал плетистые розы, обвивавшие кованую ограду клумбы в тенистом саду. Цветы получались очень реалистичными и немного мрачными. На одной из роз, на стебле которой почему-то не было шипов, сидел маленький хомячок, но он пока был только намечен, еще не прорисован как следует. Парень так увлекся рисованием, что не услышал шагов - обычно он был более осторожным и внимательным, если не сказать нервным, но сегодня хотелось быть не здесь и ни о чем не думать, и он провалился с головой в свои грезы. Так что когда Кихён с ним поздоровался, Минхёк посмотрел на него очень удивленно. - Привет... - осторожно проговорил он, не веря своим глазам. Так тепло и ласково ему уже очень давно не улыбались, и слизеринец пытался понять, в чем же подвох. Может, этот парень так улыбается, потому что уже придумал, как сделать ему больно, и предвкушает воплощение своего плана? Не может же быть, чтобы он действительно был рад встрече? - Можно. Наверное... А что... Что тебе нужно? Минхёк прижал к груди альбом, сразу его спрятав, будто боялся, что Кихён попытается его отобрать. То есть не будто, боялся, это было уже рефлексом - не один его альбом закончил свои дни очень печально, превратившись в кучу изорванных и скомканных листков. Может быть, этого хаффлпаффца бояться и не стоило, но Минхёк почти ничего о нем не знал и, следовательно, не бояться не мог. Кихёну, наверное, тяжело было видеть Минхёка таким. С хомячком он был очень солнечным, открытым и доверчивым, очень нежным и ласковым, сейчас же слизеринец смотрел холодно и колюче, настороженно, и было заметно, что он готов в любой момент бросить свой любимый альбом и схватиться за волшебную палочку. Можно было бы предположить, что Минхёк относится к Кихёну не так, как остальным, раз его портрет оказался в его альбоме, но это, видимо, сейчас не имело никакого значения. Он видел в этом хаффлпаффце с очаровательной улыбкой такую же угрозу, как и во всех остальных. И милые ямочки на щеках это впечатление совсем не исправляли. - Не подходи ближе, - предупредил Минхёк, торопливо отодвигаясь. - В этот раз я не позволю загнать себя в угол. Лучше не подходи. Он поднялся на ноги и отступил еще на два шага, так и прижимая к груди альбом с рисунками. Карандаш выпал и покатился по полу, но слизеринец не обратил на него никакого внимания. *** Ну, по крайней мере Минхёк не послал его сразу. То есть его поведение, конечно, ничуть не было приветливым, но удивляться Ки не мог – не после того, что уже знал об этом парне. Он только поднял руки, показывая, что волшебной палочки в них нет, и подходить не стал, чтобы слизеринцу не казалось, что он его обманывает. Хотя… Все равно ведь наверняка кажется. Это оказалось больнее, чем Кихён ожидал. После того, каким нежным и открытым Ли был с хомячком, контраст казался просто чудовищным. Но если Кихён всерьез хочет, чтобы у них что-то получилось – а это он решил еще вчера! – ему нужно как-то убедить Минхёка, что ему можно доверять. Сложно. Он сам на месте парня поостерегся бы доверять хоть кому-то. - Я ничего тебе не сделаю, - Ки смотрел очень серьезно, улыбка на его лице сменилась чем-то очень печальным. – Обещаю. Могу поклясться, - давать клятвы просто так в волшебном мире было не принято, но для Ки это было слишком важно. – Я тебя искал. Он не захотел говорить, что предлагает общую работу слизеринцу случайно. Это было бы нечестно, это было бы неправильно. И Ки понимал, что при его репутации Минхёк может подумать о нем и об этом «искал» что угодно, но сейчас казалось, что он все это выдержит. - Мадам Спраут дала дополнительное задание, можно заработать по тридцать баллов. Хотел позвать тебя. Он бы сам не поверил. Вообще никак. Слишком это внезапно и неправдоподобно. Но другой версии у Кихёна не было, а рассказывать подробности сразу, как будто он оправдывается, не хотелось. Он надеялся на то, что Минхёк, который так хотел общаться хоть с кем-то, не откажется прям сразу. И все-таки смотрел он очень нежно – иначе и не получалось, и не хотелось. Минхёк был очень красивым и сейчас казался уже таким родным… Его очень хотелось обнять, очень! С ним было хорошо, с ним было легче – и Ки вдруг подумал, что совсем не представляет, как будет справляться, если Минхёк его совсем оттолкнет. За один вчерашний вечер, казалось, они стали ближе, чем с теми, с кем Ки встречался и спал – и это было хорошо и плохо одновременно. Шону казался ему идеальным, но Минхёк… Он ведь особенный.