Oh No! Now We Actually Need Therapy

Итак. Таббо похитил ребенка. Это звучит плохо. Это было просто легкое похищение! Это не звучит лучше. Неважно, как Таббо завладел Майклом, теперь у Таббо есть он. Это означает, что ему придется заботиться о нем и обо всех других вещах, которые приходят с воспитанием ребенка. Все это будет довольно трудно сделать, когда Таббо активно пытается быть злодеем. Хммммммммммммм. Ему действительно нужно перестать принимать импульсивные решения. Он может сосчитать по пальцам одной руки, сколько раз это у него получалось. Но прежде чем он решит начать все с чистого листа, ему нужно выбраться из этого здания и вернуться домой к Майклу, так как идти пешком больше не вариант. Он хватает свой коммуникатор, набирает чей-то контакт и слушает, как тот звонит. Есть только один человек, который проснется так поздно. -Алло? -Привееееет, Торн! -Что ты сделал? Таббо хмурится. — С чего ты взяла, что я что-то сделал? Может быть, я просто звоню, чтобы поздороваться. — Мало того, что уже почти час ночи, так ты еще только что сказал «привет» с пятью «е». — А как вы посчитали их в устной беседе… — Ближе к делу, Таббо. Таббо вздыхает. Никогда не нужно ходить вокруг да около с Торн. Она очень безобидный человек. Это одна из причин, почему он нанял ее. Он всегда задавался вопросом, такая ли она, когда не на дежурстве. Как он ни старался, ему так и не удалось получить о ней никакой информации. Даже настоящего имени нет. Обычно Таббо не нанимал бы кого-то, о ком он ничего не может найти, потому что это обычно означает, что они слишком тенистые даже для него, но растения, которые она может сделать, просто такие охуенные, а еще у нее красивая подводка для глаз. Он все время возвращается к мысли о том, что ее подводка для глаз хорошенькая. Он не знает почему. Может быть, потому, что это действительно очень красиво. — Я вроде как… похитил ребенка? -Ты что?! Таббо морщится от такой громкости и отодвигает коммуникатор от уха. -Это был несчастный случай! -Как ты случайно похитил ребенка?! — Я тестировал новое устройство, ну, ты знаешь, которое позволяет сканировать здания и прочее дерьмо, и я заметил, что там был ребенок, потому что это был детский дом, и другие дети пинали его, поэтому я ворвался в здание, взял ребенка и убежал. -… — Его зовут Майкл. Он немой и говорит через язык жестов. Таббо слышит, как вздыхает Торн. -Что ты собираешься с ним делать? -Не знаю, — отвечает Таббо, глядя на спящего ребенка. — Я не могу его бросить. — Я не подписывался на тебя и на каждое твое импульсивное решение, Таббо. Это ставит наши планы под угрозу. Таббо сглатывает. — Я знаю. Я что-нибудь придумаю. Торн на мгновение затихла. — Тебе лучше что нибудь придумать. Полагаю, ты позвонил, потому что тебя нужно подвезти? -Ты так хорошо меня знаешь. Вскоре после этого Торн заканчивает разговор, но не раньше, чем говорит Таббо, что сдаст его полиции, если Майкл все испортит, так что теперь Таббо остается только ждать. На крыше. С ребенком, которого он похитил. К (не)счастью, Майкл спит в течение последних пятнадцати минут, так что это просто Таббо и его мысли снова. О Божечки. Может ли он просто вырубить себя вместо того, чтобы иметь дело с ними? Это было бы намного проще. Нет, это делает его безответственным (незаконным опекуном?). человеком, так как он наблюдает за Майклом. Но если бы это случилось, а Майкл не знал бы, потому что тогда он спал- Нет. Нет. Майкл спит у него на коленях. Он буквально не может вырубить себя, не разбудив ребенка. Так что он просто подождет. Нетерпеливо. Чтобы машина приехала. И когда это произойдет, Таббо может спрыгнуть с крыши и убежать от своих мыслей, а затем и от своих проблем. О черт. Он на крыше. Таббо смотрит на Майкла. Как он должен нести ребенка вниз по крыше? Обычно он просто прыгал, потому что недавняя оценка способностей сказала Таббо, что у него повышенная прочность, и (после некоторых тестов) он может легко пережить прыжок с такой высоты, но как насчет Майкла? Таббо не думает, что все пойдет хорошо, если он прыгнет с Майклом на руках, но он действительно не знает, что еще он должен делать. Таббо зашел слишком далеко, чтобы просто оставить его. Майкл — единственная причина, по которой Таббо попал в эту переделку, а теперь он — причина, по которой Таббо гипотетически застрял здесь. Таббо качает головой. Нет, нет, Майкл ни в чем не виноват. Это Таббо виноват в том, что был импульсивен и похитил ребенка без четкого (или неясного) плана. Он тяжело вздыхает. Таббо так не создан для отцовства. ---- Когда прибывает машина, управляемая Торн, удивительно, но Таббо был уверен, что она просто отправит приспешника или вызовет Убер — фактическое решение проблемы Таббо проще, чем он ожидал. В основном (полностью) из-за Торн. Она вырастила огромный цветок, затем Таббо посадил в него Майкла, у которого было лучшее время в его жизни, а затем Торн опустил цветок на землю, Майкл упал в руки Терн. Она сказала, что ей все равно на ребенка, но Таббо увидел, как загорелись ее глаза, когда он указал на цветы в ее волосах и что-то показал. Очевидно, Торн тоже знает язык жестов, потому что она именно такая, и то, что показал Майкл, было красиво. По ее словам, он делал это буква за буквой, потому что он ребенок, и поэтому еще не так хорош в языке жестов. Затем у Торна и Майкла долгий разговор, и Торн говорит Таббо, что Майкл на самом деле сирота, и что его так часто перемещали из системы приемной семьи, что у него никогда не было возможности должным образом выучить язык жестов . Таббо старался не морщиться при упоминании системы приемной семьи. Вспоминая травму (не его собственную, травма приемной семьи есть у Томми и Ранбу, но помнить их было его собственной проблемой), посадить Майкла в машину было проще, чем планировал Таббо. Он думал, что ребенок немного поругается, или даже заплачет, или что-то в этом роде, из-за какой-то странной опасности или еще чего-то, но Майкл нетерпеливо забрался в машину, даже пристегнулся ремнем безопасности. Как только Таббо сел в машину (он спрыгнул с крыши, что до смерти напугало Торн, ха-ха), Майкл отстегнулся, забрался на переднее сиденье вместе с Таббо и быстро заснул у него на руках. Безопасно ли держать ребенка на коленях в движущемся автомобиле? Было ли это законно? Вероятно, нет, но Таббо собирается нарушить гораздо больше законов через два дня, так что эх. Никто не заметит этого малыша. Никто не будет скучать по малышке. Торн молчит большую часть пути. -Он напоминает тебе тебя, не так ли? (Майкл указывает на шрамы Таббо от взрыва, затем на его перевязанный глаз и делает знак «то же самое») Таббо бросает взгляд на ребенка пиглина, сидящего у него на коленях. -Да. -Я понимаю, — говорит она. -Я все еще расстроена тобой, но я понимаю. Он понимает, что она говорит, действительно понимает, но Таббо хватает всех сил, чтобы не зарычать, что ему не нужно ее одобрение, ее одобрение. В последнее время это происходит намного чаще. Гнев. . Крик. Желание взрывать вещи (и людей). Он знает, что это потому, что в последнее время он так легко позволял ярости просто течь через него, что отсутствие контроля над ней изменило то, как он думает и чувствует, и что если он хочет сохранить отношения, которые у него сейчас есть, он должен сдерживать ее, подавлять и хоронить огненные эмоции но он просто не может этого сделать. Не тогда, когда он может разозлиться и испугаться, а люди не вздрагивают и не отступают в страхе. Не тогда, когда люди поощряют это. Он хочет наслаждаться этим, пока он здесь. Пока ее у него не отняли. ---- За день до дебюта Майкл находится на базе наверху, за ним наблюдает Фанди, а Таббо в своем рабочем подвале получает все последние детали. Это должно пройти идеально. За исключением того, что каждый чувствует необходимость напомнить ему, это не будет идти идеально из-за ребенка. Слушайте. Таббо не доверяет своим подчиненным, насколько он может их бросить (особенно после переворота), и люди, которым он доверяет, будут с ним на дебюте. Так что остается два варианта: найти няню, которая борется с преступностью, или взять Майкла с собой. Ни один из них не является жизнеспособным вариантом. Вы можете увидеть его дилемму. -Почему — стонет Панзоотии из-за стола. -Почему ты это сделал. Таббо ощетинился. -Ему нужна была помощь! Этот приют все равно продержится всего два дня! -Это не твоя проблема! -Нет, моя! Я не мог просто позволить этому случиться! Вот что можно услышать уже некоторое время. -Да, ты мог, — плюет наемник. -В этом бизнесе нет места сердцу. Здесь нет места глупому ребенку с сочувствием. Это действительно начинает действовать ему на нервы. -Я не занимаюсь бизнесом, — говорит Таббо опасно низким голосом. -Я провожу операцию, а это значит, что пока я босс, я могу делать все, что захочу, чтобы достичь своих целей. Что еще более важно, ты должен помнить, с кем разговариваешь. Панз вытаскивает пистолет быстрее, чем Таббо успевает моргнуть, целясь стволом прямо в лоб Таббо. -Давай, — Таббо наклоняется вперед, — давай. Палец Панза сжимается на спусковом крючке, и Таббо наклоняет голову в сторону как раз вовремя, чтобы пуля попала в торчащие остатки его рога. Хах.Он думал что может доверять Панзу больше. Мужчина опускает пистолет, не сводя глаз с гибрида барана. Панз первым нарушает тишину, тяжело вздыхая и засовывая пистолет обратно в кобуру. — Ладно. Я больше не буду спорить об этом. Но я не собираюсь с ним нянчиться. Мне этого хватило, когда я был моложе. Таббо хитро улыбается. — Жаль. Фанди нужно сделать перерыв, а кто-то другой должен прикрыть его. -Ты не сделаешь это. -Разве? Панз прищуривает глаза. — Я тебя ненавижу. Таббо машет рукой. — Да, да. А теперь иди и приведи сюда Майкла. Я немного посмотрю за ним. Панз усмехается, но все равно поднимается по лестнице, чтобы забрать случайно найденого ребенка. Как бы Панз ни доказывал, что он занимается этим только ради денег — и хотя Таббо знает, что он убил бы Таббо в мгновение ока за тот же самый предмет, черт возьми, он уже пытался, буквально две минуты назад, — он удивительно хорошо ладит с детьми. Таббо знает, что у Панза есть брат, потому что Таббо исследовал всех своих сотрудников и товарищей по команде, прежде чем нанять их — и чтобы знать, во что он ввязывается, и для… страховых целей. Найти информацию о Панзе было чрезвычайно трудно. «Трудно» по меркам Таббо означало, что это было бы невозможно для кого-то другого, а это означало, что Панз позаботился о том, чтобы нужно быть гением, чтобы найти что-нибудь. Таббо не гений, но он занимается хакерством столько, сколько себя помнит, так что достаточно близко, верно? Однако Таббо не ожидал, что Перплд окажется младшим братом Панза. Таббо никогда не был близко знаком с подростком, но он знает его из-за Квакити и Томми. Он знает, что Перплд был наемником. Таббо знает, что Панз заботится о Перплде. Таббо также знает, что Перплд не знает, что Панз — наемник, хотя Перплд знает, что Панз знает, что Перплд был наемником. Это очень запутанная ситуация, на выяснение которой у Таббо ушло несколько часов. В любом случае, Таббо знает, почему Панз так хорошо ладит с детьми, и он также знает, что все, что нужно сделать Таббо, чтобы Панз не сделал ничего… радикального, — это произнести имя Перплда. Это, конечно, подло, и Таббо чувствует себя плохо, думая об этом, потому что Перплд- его возраста, но в конце концов Таббо его не знает, и он вполне может быть ключом к выживанию Таббо, если что-то пойдет не так. Он ничем не рискует. Особенно когда он зашел так далеко. Панз спускается по лестнице, Майкл сжимается в его руках, прерывая мысли Таббо о шантаже. Ребенок, о котором идет речь, взволнованно визжит, извиваясь в хватке Панза и делая хватательные движения руками в сторону Таббо. Панз опускает его на землю, и Майкл бросается бежать, маленькие копытные ножки цокают по полу. Таббо узнал после проведения (как вы догадались) дополнительных исследований, что Майкл был немым. Он потерял правый глаз после удара молнии и получил легкие повреждения голосовых связок. Его записи показывали, что они полностью зажили, но все попытки логопеда были тщетны, потому что Майкл отказывался даже открыть рот. Он казался довольным используя язык жестов, и он часто использовал разные звуки в стиле пиглина, когда был счастлив или взволнован, поэтому Таббо не видел смысла заставлять его вернуться к логопедии. Кроме того, нет никакого способа, которым Таббо может без возбуждающего подозрения. Что он собирается делать? Вальсировать в офис как известный злодей с ребенком, который во всех новостях отсутствует? Таббо окажется в тюремной камере быстрее, чем Томми сможет сказать блять. У ног Таббо Майкл делает больше движений руками, прося, чтобы его подняли. Таббо подчиняется, и Майкл издает еще больше счастливых визжащих звуков. Майкл остается в своей форме пиглина больше, чем в человеческой, что хорошо для Таббо. Он кажется более удобным в этом, почти более выразительным, когда он оснащен гибкими розовыми ушами и хвостом, а не человеческой плотью и хвостом, о котором можно говорить. Так что это хорошо. Все в порядке. Но если быть честным, иногда он задается вопросом, правильно ли поступил, взяв Майкла. Очевидно, есть целая часть, где его очень сильно воспитывают буквальные преступники и окружают их, и хотя Таббо изо всех сил старается держать его подальше от насилия, он не сможет делать это вечно, и тогда он мог бы вообще не брать Майкла, потому что ужасы… ребенок увидит, что руки людей, которые сейчас его окружают, наверняка травмируют его сильнее, чем когда-либо могла бы сделать система приемных семей. Кроме того, Таббо семнадцать. Он не взрослый, у него нет никакого опыта воспитания или ухода за детьми, к тому же он начинающий злодей! У него не будет времени для Майкла, если он будет в бегах, делать незаконные вещи или быть застреленным полицией и/или героями! Если Таббо арестуют, Майкл понятия не будет иметь, почему Таббо ушел, или, что еще хуже, они найдут Майкла и отдадут его обратно в приемную семью, и тогда спасение Таббо будет напрасным. Так что да! Все идет отлично. Таббо уверен, что душераздирающее чувство вины и страха — это именно то, что приходит с воспитанием ребенка. Особенно когда Таббо все это выдумывает на ходу. Майкл запускает пальцы в волосы Таббо — его любимое развлечение — и издает средний звук счастья «чуфф-чуфф-чуфф «. Майкл любит мягкие текстуры. Таббо бросает взгляд на Панза, который все еще стоит в дверях с непроницаемым выражением лица. — Теперь ты можешь идти. Мы будем в порядке. Панз опускает голову и выходит, не сказав больше ни слова. Таббо, широко улыбаясь, снова обращает внимание на ребенка у себя на руках. Майкл делает знак «счастлив» — обеими руками, вытянутыми перед собой и пару раз коснувшимися его груди, — несколько раз, затем возвращается к работе пальцами в волосах Таббо. Таббо качает головой и смеется, а Майкл взвизгивает от удивления. Он с любовью смотрит на своего ребенка и улыбается. Прайм, он надеется, что не облажается. ---- Майкл кое-что знает о жизни. Это важные вещи, гораздо более важные, чем глупости, например, есть больше, чем просто картошку, чистить зубы и клыки по ночам. Во-первых, он знает, что взрослым не нравится, когда Майкл не пытается говорить. Он ничего не может с собой поделать! Он старается изо всех сил, но когда открывает рот, не издает ни звука. Ему все равно, потому что он любит пользоваться языком жестов, как его называют все взрослые. Майкл не знает, что означает язык жестов. Во-вторых, Майкл знает, что он предпочитает держать ухо востро. Взрослые всегда говорят ему, что это неприлично, но они злые и говорят гадости, а Майклу нравятся его уши. Наконец, Майкл знает, что не любит грозы. Или дождь. Или что-нибудь еще, кроме солнечного света и случайных пасмурных дней. Ему не нравится, когда идет дождь, потому что тогда он вспоминает тот день, и ему не нравится вспоминать тот день, потому что это было так страшно, и там никого не было, и он был один- Он не любит дождя. И ему не нравится, когда небо становится громким и сердитым. Раньше Майклу приходилось прятаться под одеялом, когда небо злилось, или прятаться в шкафу, потому что никто не хотел ему помочь. Но Майкл больше не одинок. У него есть папа и хорошенькая леди с красками вокруг глаз, мужчина, у которого есть хвост, но не такой, как у Майкла, и мужчина, чье имя начинается на букву «П», думает Майкл. Он любит их всех. Он старается проводить с ними как можно больше времени на случай, если его заберут. Поэтому вполне понятно, что он был расстроен, когда небо решило разозлиться, когда он обнимался с папой. Когда в небе прогремел гром, звук пробивался сквозь стены и звучал странно и эхом, Майкл чуть не заплакал прямо там. Но он хотел быть сильным и показать папе, что он крепкий орешек. Но тут снова завопил гром, и на глазах Майкла выступили слезы, и это всегда было так громко. Он нырнул к отцу на грудь и обнял его изо всех сил. Его отец зажал уши Майкла руками, заглушая звук гнева неба. И Майкл больше не был один. Его папа напевал какую-то песенку, и Майкл не слышал слов, потому что папины руки все еще закрывали ему уши, но он чувствовал гул в груди своего папы, и это успокаивало его. Его голова снова бормотала глупые слова, которые ненавидели взрослые. Такие слова, как шум. Майкл покачал головой, как будто это действие могло прогнать слово из его мозга, и зарылся глубже в утешение своего отца. В конце концов он заснул там, а когда проснулся, его папа все еще напевал, и небо больше не сердилось. Майкл думает, что его Папа напевал небу чтобы оно заснуло. Небо очень легко вот так раскачивается. Кроме того, у его папы очень приятный гул. А на следующий день его папа, похоже, очень нервничал. Он все бегал и разговаривал с людьми, и много ходил взад-вперед, и делал то, что делал, когда тянулся за своим рогом, но сильно промахивался, а потом делал еще несколько шагов. Майкл думает, что папа плакал в какой-то момент, но он вышел из комнаты, прежде чем Майкл успел сказать. Майкл хотел бы сказать папе, что плакать нормально, потому что, возможно, это папина гроза. Майкл не любит грозы, но папа сделал это лучше, поэтому Майкл хотел, чтобы он чувствовал себя лучше! Но потом папа собрался куда-то идти, и Майкл знает это, потому что он положил эту штуку на свое глазное яблоко, и оно сделало его центр желтым и черным. Затем он надевает одежду, которая кажется Майклу классной, потому что папа меняет свою зеленую куртку на черную, ту самую, в которой он нашел Майкла, а затем надевает коричневый жилет с мехом вокруг отсутствующих рукавов и воротника. Затем он надевает черные брюки, свои большие сапоги и какие-то странные перчатки без пальцев. Или ладони. Майкл не знает, почему папа носит странные перчатки, потому что на улице не идет снег, поэтому ему не нужны перчатки, и даже если бы это были эти перчатки, они не очень хорошо справились бы со снегом. У него замерзнут руки. Потом папа обнимает Майкла на прощание и говорит, чтобы он был в безопасности и чтобы в случае чего Майкл нажал красную кнопку на браслете, который ему подарил папа. А потом папа уходит. Поэтому Майкл ждет. Поначалу это действительно скучно, поэтому Майкл решает начать раскрашивать, пока он ждет. Он рисует фотографию его и папы, а затем фотографию папы и всех людей, которые помогают папе, потому что они хорошие, и Майкл любит их. Этот рисунок занимает некоторое время, потому что у Майкла нет всех правильных карандашей для цветов глаз красивой леди, но он думает, что это выглядит хорошо. И когда он закончил с этим, папы все еще не было дома, и Майкл подумал о том, чтобы нажать красную кнопку, потому что папа обещал, что всегда найдет Майкла, если он нажмет ее, но потом Майкл вспомнил, что папа обычно очень занят когда уходит, поэтому Майкл решил, что лучше подождать. Ему больше не хочется раскрашивать, поэтому он играет со своими игрушками. Папа купил ему несколько забавных, у которых нет мерзкой текстуры. Но это не весело, потому что игрушки напоминают Майклу о папе, а папы здесь нет, и Майкл скучает по нему. Майкл почти начинает плакать, потому что он одинок, потому что здесь нет даже папиных помощников, но потом он вспоминает кое — что, что Пи- Паз — Панз сказал Майклу. Панз сказал Майклу, что, прежде чем он заплачет и захочет кричать, он должен спросить себя, устал ли он, потому что иногда Майкл не знает, когда он устал, и это расстраивает его тело, а когда его тело расстроено, Майкл плачет. Панз также сказал Майклу, что все в порядке, если он не устал, потому что некоторые ситуации требуют слез. Майкл решает, что ему определенно немного хочется спать, но это также ситуация, которая требует слез, потому что папы здесь нет. Поэтому он забирается в постель, хватает свою любимую игрушку (пчелку) и пытается заснуть. Это не работает сразу, потому что папы нет, чтобы напевать, а Панза нет, чтобы дать ему теплое молоко. Но ему кажется, что ему это удается, потому что он открывает глаза, когда за дверью раздается громкий звук, как у людей, и на улице темно, а когда он лег в постель, этого не было. Он собирается встать, потому что один из людей говорит, как Папа, но затем он слышит шаги, и его дверь открывается. Майкл садится на кровати и смотрит, как папа входит в комнату. Он выглядит грустным и идет очень медленно. Когда Майклу становится грустно, папа обнимает его, и Майкл собирается сделать то же самое! Майкл вскакивает с кровати и бежит к папе, но не может дотянуться до его груди, так что ему приходится обнимать колени. Но прежде чем он успевает это сделать, папа падает на колени и очень крепко обнимает Майкла. Майкл знает, что папа плачет, потому что уголок рубашки Майкла мокрый, и Майкл хочет напевать, но его горло не хочет издавать этот звук. Поэтому он играет с папиными волосами, потому что папа всегда улыбается, когда он делает это. Но папа не улыбается, он просто продолжает обнимать Майкла, и ему все еще грустно, и теперь у Майкла нет выбора. Есть еще одно правило, по которому живет Майкл. Это один его первый папа и мама сказали ему, прежде чем они оставили Майкла в этих машинах с мигалками. «Не показывай никому свои силы». Майкл не хочет, потому что это всегда заставляет его спать, и он не может помочь папе, если тот хочет спать, но папа все равно не счастлив, так что Майклу приходится это сделать. Но что ему делать? Он не может думать ни о какой части папы, которую он должен исправить. Папа идеально подходит Майклу. О! Папины руки! Он не очень любит на них смотреть, потому что говорит, что у них шрамы или что-то в этом роде, так что Майкл должен это исправить! Если у них не будет шрамов, то папа будет счастлив! Майкл отстраняется и хватает папу за руки. Папа выглядит смущенным, но на его лице все еще слезы, так что Майклу нужно работать быстро! Майкл очень сильно концентрируется, и тогда его руки становятся теплыми, а потом папины руки становятся теплыми, и тогда Майкла действительно клонит в сон. Майкл опускает глаза. Ура! Руки папы исправлены! ---- За час до дебюта Таббо слегка напряжен. Он почти не испытывает стресса, по сути, вообще не испытывает стресса, или, по крайней мере, так он себе говорит. Это час, пока они (они-Таббо, Панз, Торн и Фанди) не уйдут, чтобы ограбить и уничтожить банк, чтобы сделать свой официальный дебют не только совместной работой, но и тем, что Таббо-злодей. Все должно идти идеально. Тем не менее, все пойдет не идеально, потому что Майкл — неизвестная переменная. Под этим Таббо подразумевает, что он не знает, что с ним делать. Это определенно не день «возьми своего ребенка на работу», и у организации был переворот, как неделю назад, так что Таббо не может полностью доверять своим подчиненным. Кроме того, у Таббо есть подозрение, что что-то произойдет на его дебюте. Теперь это может быть общая тревога по поводу подтверждения своей роли злодея и всего, что это влечет за собой, но его догадки никогда не приводили его неправильно раньше. За исключением всех тех случаев, когда они есть. Но возникает вопрос: что, черт возьми, пойдет не так? Что произойдет, что может сбить Таббо с толку или даже остановить его от этого? Потому что что-то произойдет. Он чувствует это в своих костях. Что бы это ни было, он не может позволить этому остановить его. Это ограбление должно произойти. Они не только нуждаются в деньгах, но и с тех пор, как Таббо привез домой Майкла, ситуация стала напряженной. Люди начали сомневаться в мотивах Таббо и задаваться вопросом, действительно ли он серьезно относится ко всему этому. Ограбление банка вернет ему расположение его команды, к тому же это будет весело. Создание хаоса всегда приводит Таббо в хорошее настроение. Последние пятнадцать минут он расхаживает по комнате Майкла. Он оделся некоторое время назад, так что теперь все, что нужно сделать Таббо, это попрощаться с Майклом и уйти. После этого они осмотрят местность, установят периметр, а затем действительно совершат преступление. Очень просто. Неправильно. Таббо стонет. Все в порядке! Все будет хорошо. Он готов буквально ко всему. — Таббо! Пора! — Панз звонит снизу. Таббо вздыхает, поворачиваясь к Майклу. Он заключает Майкла в объятия, наслаждаясь биением его сердца. Пока у Таббо есть Майкл, чтобы вернуться домой, может быть, все будет хорошо. Надеюсь. — Пожалуйста, будь в безопасности. Если что-то пойдет не так, или я тебе действительно понадоблюсь, — Таббо указывает на предупреждающий браслет, который он дал Майклу накануне. -Нажми на эту кнопку, и я найду тебя, несмотря ни на что. Он снова обнимает Майкла. Еще раз. Его губы двигаются по собственной воле, произнося слова, которые его голосовые связки не могут сделать. Я люблю тебя. Может быть, еще слишком рано. Вероятно, так оно и есть, потому что прошло всего несколько дней, но Таббо уже страшно привязан к Майклу. Он не знает почему, он просто случайный ребенок, которого подобрал Таббо, но что-то шотландское в Майкле делает его таким, таким особенным, и Таббо не может не любить его. Независимо от его собственных опасений по поводу своей привязанности, она есть, слишком быстро, на его вкус, но есть. Ему интересно, что чувствует Майкл. Таббо не знает, что он будет делать, если с ним что-нибудь случится. Возможно, слишком резко, чтобы казаться нормальным, Таббо отпускает Майкла, одаривая его последней улыбкой, прежде чем выйти за дверь Он спускается по лестнице с тяжелым сердцем. Вот оно. Это кульминация всего, что когда-либо делал Таббо, всего, ради чего он работал. Панз, Фанди и Торн ждут его в вестибюле. Он вздохнул. -Пойдем. ---- Они не подъезжают прямо к банку, а паркуют криминальный фургон™ (названный Фанди) в квартале от него и осматривают окрестности из соседнего здания. Банк, в который они попали, был выбран специально для того, чтобы меньше всего заботиться о настоящих гражданах Л’Мэнберга и только об их собственной прибыли. Кроме того, технически это был высококлассный банк, и они были достаточно высокомерны, чтобы иметь плохую безопасность. Как идиоты. -Хорошо… -Отвратительно.- Стонет Панз. Таббо закатывает глаза. — Ладно, преступники, мы уже давно ждем этого дня. Торн и Фанди, установите периметр. Панз, иди внутрь и жди моего сигнала, прежде чем занять это место. Как только ты возьмешь толпу под контроль, — Таббо усмехается слишком резко, чтобы быть в безопасности. — Я разнесу все к чертовой матери. Торн встречается взглядом с Таббо. -Как мы и планировали? — Как мы и планировали. Все знают свои позиции? Они кивают. -Хорошо. Я буду ждать здесь твоего сигнала, Торн. С этими словами команда расходится, чтобы завершить свои собственные части миссии. Таббо привязывает панель управления к руке. Это новое устройство, которое он сделал именно для этого — то, что позволяет ему не только легко общаться со своими товарищами по команде, но и управлять различными другими гаджетами — даже теми, которые не принадлежат ему с функцией взлома. Он наблюдает, присев на крыше с прищуренными глазами, как Торн тонко ползет своими лозами — без сомнения, ядовитой разновидностью — вдоль края здания, пока Фанди привязывает С4 к стеблям. Торн сказала, что сами растения выпустят высокореактивную спору, чтобы придать взрыву больший объем и мощность. С4 взорван дистанционно, благодаря некоторым новым работам из Редстоуна, которые Таббо удалось сделать заранее. Все, что ему нужно сделать, это нажать кнопку на отдельном пульте дистанционного управления, и банк и все, что в нем есть, взлетит до небес. Как только они закончат с этим, Таббо вручную отключает любые электронные функции безопасности, а Торн и Фанди проникают внутрь, чтобы взять деньги. Коммуникатор на его панели управления потрескивает через несколько минут. — Мы готовы, когда ты готов, Таббо. Таббо нажимает несколько кнопок на клавиатуре, посылая односложное сообщение Панзу. Зеленый. Мгновенно изнутри здания раздаются крики, люди выпрыгивают из окон и выбегают за двери. Панз идет впереди толпы, стреляя из своего пистолета всякий раз, когда кто-то пытается сбиться с пути. Через несколько минут того, что выглядит как хаос, Фанди и Торн эвакуировали периметр — вернулись на базу с деньгами, как было велено, — и Панз обернулся, показывая Таббо большой палец вверх. Это тот самый момент. Вот оно. Таббо ухмыляется, ступая на карниз здания и глядя вниз на перепуганных банковских служащих. -Привет! — Кричит Таббо, смеясь ужасным визгливым смехом. Толпа смотрит на него, застыв от страха. — Вы все скучали по мне? Он спускается с крыши, улыбаясь еще шире, когда люди кричат. Как раз перед тем, как удариться о бетон, он пригибается, перекатывается и выскакивает обратно без единой царапины. — Давненько мы так не виделись, — Он медленно идет вперед, наслаждаясь тем, как они в страхе отпрянули назад. -Все изменилось. Один особенно смелый человек высовывается из толпы и плюет под ноги Таббо. Таббо не мигая смотрит на слюну на бетоне. — Мне очень жаль, — медленно произносит он. — Разве вы не знали об этой ситуации? Женщина рядом с мужчиной бросает свою сумку в Таббо. -Убирайся отсюда к чертовой матери! Он улыбается. Это будет весело. Таббо идет к ним обоим, топая сапогами по земле. Толпа вокруг него расступается, пятясь и чуть не спотыкаясь друг о друга. Но два тупых, тупых человека глупо стоят на своем, вызывающе глядя на Таббо. — Ты… Как только человек открывает рот, Таббо вытаскивает пистолет, спрятанный в его жилете, и стреляет. Мужчина кричит, падая на землю и хватаясь за ногу. Таббо перезаряжает пистолет. -Эта пуля попала в вашу бедренную артерию. Примерно через тридцать секунд ты почувствуешь себя немного одурманенным. Через минуту ты будешь мертв. Он шагает вперед, пригибаясь, чтобы посмотреть мужчине в лицо. — Итак, ты собираешься попросить своего маленького друга вызвать скорую помощь, и вы оба расскажете всем, что знаете о том, что здесь произошло, на случай, если кто-то еще думает, что может вытащить его на меня, — пожимает плечами Таббо. — Нет никаких обид. Это просто бизнес. Таббо встает, поворачивается спиной к мужчине и идет, чтобы встать рядом с Панзем — Панз- начинает Таббо. -Сколько людей нужно, чтобы распространить слухи? Панз направляет пистолет на человека, все еще сжимающего ногу. -Один. Панз нажимает на курок. Раздается выстрел, и толпа кричит. Но когда Таббо оборачивается, он не видит человека. Кто-то еще стоит перед ним, сжимая кровоточащую руку. Таббо улыбается. — Ну, здравствуй, Тесей. Томми поднимает голову и смотрит на Таббо с такой ненавистью, что на мгновение, всего на секунду, Таббо чуть не падает. Почти. Томми носит свой новый костюм. Тот, который сделал Сэм. Тот, который Фил не доверял Таббо. Кристаллические глаза, в которых когда-то хранились вся любовь и обожание в мире, теперь превратились в острые лужи негодования, прожигая дыру в той части сердца Таббо, которая все еще хранила чувство вины. — Таббо, прекрати. Эти люди не заслуживают смерти. — Ммм, ну, -напевает Таббо. -Все войны имеют жертвы. — Это то, что ты делаешь? Развязываешь войну? — Так и было, пока ты так грубо не прервал меня. -И с чем ты воюешь, а, Таббо? Люди, которые ничего не делали, но любили тебя? — Ты имеешь в виду людей, которые игнорировали меня, ненавидели и оставили умирать? Таббо шипит. — Вы все слишком долго ждали этого, Тесей. Томми прыгает на Таббо, прижав уши и острые когти. Таббо прыгает, встречая его в воздухе. Он обхватывает рукой горло Томми, используя взрывы в другой руке, чтобы продвинуться вперед и швырнуть Томми обратно на бетон. Томми корчится на земле, когтистые лапы превращают руки Таббо в кровоточащее месиво. Однако Таббо не двигается, даже когда кровь стекает по его руке на лицо Томми. Он крепко держит руку на горле другого, сильно сдавливая его. Он наклоняется вперед, глядя Томми в глаза. — Я больше не слабая маленькая девчонка, которая позволяет тебе ходить по мне. Я, блядь, уволился. Руки Томми опускаются. — Я скучаю по тебе. Приготовление ужина на троих, перевязка ран Томми, шитье Техно, предложение Ранбу, еда Сэма- Таббо моргает, глаза твердеют. -Нет, ты этого не сделаешь. Ты скучаешь по тому, кем ты нас считал. Томми шипит. -Я чертовски ненавижу тебя. Я ненавижу то, чем ты стал. — Нет, не нужно, — тихо говорит Таббо. — Ты не ненавидишь меня. Ты ненавидишь, что ошибался обо мне. Таббо отпускает Томми и с трудом поднимается на ноги. Томми задыхается, резко кашляя. Таббо идет к зданию банка. Он достает из кармана пульт. -Не мешай мне, Томми. Он нажимает кнопку. Его горизонт начинает гореть. ---- Панз молчит, когда они возвращаются домой. Им едва удалось сбежать. Полиция приехала быстрее, чем они планировали. Они придерживаются переулков, когда идут, ныряя в темные углы и прячась в тени, когда проезжают полицейские машины. Панз прочищает горло.-С тобой все в порядке? Таббо не сводит глаз с горизонта. -Я плачу вам не за то, чтобы вы задавали вопросы. После этого Панз не разговаривает. Фанди и Торн ждут их в вестибюле, когда они прибудут на базу. Торн вскакивает на ноги. -Как все прошло? Таббо устало идет к комнате Майкла. -Тесей появился. Торн открывает рот, потом закрывает и отворачивается. Панз идет к своему офису. Фанди не двигается. Таббо знает, что он должен быть лучшим боссом, знает, что он должен показать, что он в порядке, что он все еще может вести, но он устал, и он игнорирует эту мысль, когда поднимается по лестнице и входит в комнату Майкла. Майкл уже в постели, когда открывает дверь, пиглин нетерпеливо вылезает из постели и направляется к Таббо. У него подкашиваются ноги, и он падает на пол, заключая Майкла в объятия. Ему кажется, что он плачет, но в данный момент Таббо ничего не чувствует. Он смутно узнает руки Майкла в своих волосах, но они кажутся далекими. Почему Томми здесь? Знал ли он, что там будет Таббо? Почему он сказал Таббо, что скучает по нему? Почему это признание так потрясло Таббо? Ему все равно. Томми ушел. Таббо не скучает по нему. Томми тоже. Почему это больно? Почему Томми ничего не сказал раньше? Почему почему почему почему почему почему почему почему- Почему все всегда должно идти так, так неправильно? Майкл резко отстраняется от Таббо, и Таббо издает шум замешательства, нарастающий в его горле. Майкл берет руки Таббо в свои, издавая тихий звук, когда Таббо наклоняет голову. Пиглин закрывает глаза в концентрации, и Таббо в шоке смотрит, как руки Майкла начинают светиться, затем руки Таббо начинают светиться. Его руки начинают покалывать, чувство сосредоточено вокруг его шрамов и новых ран, которые нанес Томми. Свечение тускнеет, а затем исчезает, покалывание идет с ним. Майкл моргает, медленно открывает глаза, как будто устал, затем смотрит на руки Таббо и улыбается. Таббо следует за его взглядом и задыхается от шока от его рук, или, скорее, отсутствия травм. Его шрамы. Уродливая, ухабистая, обесцвеченная кожа она исчезла. Майкл — целитель. Майкл — целитель. Таббо не думает. Он не может. Он просто берет Майкла и бежит. ---- Он запыхался, когда бежал, Майкл издавал обеспокоенные звуки в плечо Таббо. Таббо хочет остановиться и успокоить его, показать ему, что все в порядке, но это не так. Майкл не в безопасности. Таббо знает, что происходит с целителями. Таббо знает, что происходит с маленькими, беззащитными целителями, которых можно использовать. Он продолжает бежать. Он должен… Ему нужно уехать в безопасное место, туда, где Майкл будет в безопасности. Он бежит до самой двери, колотя в нее так сильно, что любой вокруг (если там кто-то был) может услышать. Дверь открывается. Таббо встретил с добрыми глазами и зеленой одеждой. -Мне очень жаль. Мне больше некуда было идти. Мне нужна твоя помощь.