Чёрный

Мы приехали в первый для меня восточный город. Стамбул был просто прекрасен! Этот город будто сошёл с страниц восточных сказок и раскрасил весь мой мир. Вы когда-нибудь видели Софийский собор? Сочетание двух религий, причём настолько удачное, что трудно поверить, что изначально этих столбов не было! Это просто чудесное место! – «Сора, хватит глазеть на эту рухлядь, испоганенную варварами! Нам нужно торопится!» – «Вечно мы куда-то торопимся!» – «Сора, потом погуляем. Нужно сделать одно дело, и мы свободны» Как всегда, он никогда не даёт мне повеселится в новых местах. Может, он действительно не считает меня какой-то зверушкой…? Если верить, что он бессмертный, то наверняка у него было множество таких же, как и я… Наверное, я ему больше мешаюсь, чем помогаю… Это глупость, чтобы человек, сорящий так деньгами, жил не то что долго, а жил вечно! Он поволок меня за собой к какому-то очередному дворцу, поддразнивая, что таким, как я, такое нравится. Не нравится мне такое! Я просто хочу понежится в речушке… Не одна, да! Я хочу это сделать с тем, кто вытащил меня из кафе в Киото и проволок через пол света! – «Сора, подожди тут. Ничего не трогай, я скоро вернусь» – «Ладно» Странно… Почему это меня не пригласили?! Значит раньше меня за собой можно было таскать, а щас стало нельзя? Вот же он вредина! Вот выйдет и тут же ему всё выскажу! Я хочу просто покупаться! Я хочу просто повеселится! Разве нельзя девочке, которую заперли на острове, немного повеселится в новых местах? Хотя стоит признать, с ним весело… Я ни с кем не чувствовала себя такой особенной, как с ним… Может, он это делает, чтобы мы и дальше так путешествовать могли…? Но… А если он не захочет со мной больше путешествовать? Если… Не стоит его присваивать только себе… Всё-таки он бессмертный, а я – нет… Наверняка я у него далеко не первая, да и не последняя… Интересно, а почему он тогда покраснел? Может, я ему нравлюсь? Хе-хе. На самом деле, если не считать тех моментов, когда я его дразню, он достаточно чуток, внимателен и обходителен. А ещё, когда меня ранили, он залечил мою рану, хотя я заметила, что на его теле теперь такой шрам, который был бы у меня… Когда я вышел, я заметил, как Сора гладит своё запястье, которое в Италии ей прострелили местные упыри. Я подошёл к ней и, погладив, сказал: – «Пошли теперь наслаждаться Стамбулом?» – «У-угу» Сора покраснела, отведя от меня взгляд. Интересно, чего это она? – «Сор, с тобой всё хорошо? Может, тебе плохо» Я приблизился к её лицу и стал осматривать, щупая её лоб и щечки. – «Н-нет! С-с-со мной в-в-всё хорошо! П-п-прекрати!» – сказала она, краснея сильнее. – «Сора, это серьезно! Ты могла заболеть!» Да как так вообще можно трогать девушку?! Хватит лапать моё маленькое бедное личико! Памагити!!!! – «Всё хорошо… П-просто задумалась…» – сказала она, вырвавшись из моих рук – «С тебя за это мороженное!» – «Ха-ха, хорошо» Я посмеялся над её лицом, полным смущения и ещё чего-то. Может, она была из той породы девушек, которые никогда не признают, что любят чрезмерное мужское внимание, но будут очень недовольны, если оное прекратится. Но ладно, сейчас мы шли купить себе корзинку для пикника и новое покрывало, чтобы расположится на берегу босфорского залива. – «Сор, бери, что хочешь, а я буду то же, что и ты» – «Так не пойдёт! Я тоже хочу выбрать корзинку и покрывало! Хватит отправлять меня в магазин!» – «Я и сам могу выбрать нам это всё» – «Нет! Я требую, чтобы мнение Соры учитывалось!» – «И какое ты хочешь?» – «Я ещё не знаю, но знаю, что я это хочу!» Невозможная девченка! Как вообще можно быть такой… такой… такой капризной и невыносимой?! Что это значит: «Я хочу чего-то, не знаю чего, но хочу»?! Как же бесит! Ладно, мы пошли с ней на рынок вместе. Она встала у прилавка и, казалось, вечность спорила с продавцом. Самое идиотское, что по итогу она ничего не купила! – «У него цены большие и мне вообще он не нравится, у него к Сорам всякие претензии» ДА ТВОЮ МАТЬ, КТО ТЕБЯ СОЗДАЛ ТАКУЮ?! В следующей лавке я увидел всё мастерство этой японской девочки. Она сбила цену вдвое, купив покрывальце и корзинку всего за 23 евро. Правда там был ещё один момент… Да, мы поспорили с ней из-за цвета: она хотела голубое, а я ангельски белое, потому что не гоже мне сидеть на всякой голубой хрени! – «Нет, мы купим это!» – «Нет, это!» – «Голубой прекрасно подходит под реку!» – «Белый прекрасно подходит под меня!» Она набросилась на меня и повалила на спину. – «Ах так?! Значит белый подходит под Вас, многоуважаемый Феликс?! А эта прическа вам подходит?!» Она стала взъерошивать мне волосы, приводя их в полнейший беспорядок. Я еле скинул её с себя и был вынужден купить то, что она хотел. БЕСИТ, ВЕДЬМА БЕЗ МЕТЛЫ! Но самое интересное было в магазине: маленькое чудо не давало мне взять выпивки и закуски, называя всё это нашими «семейными посиделками». Когда это мы с ней стали семьёй, простите меня?! – «Мы вместе спим, ты меня спасал, ты меня таскаешь через весь свет, я видела тебя без всего, а ещё ты везде за меня платишь, ставя меня в неловкое положение. Разве я не имею права на тебе отыграться? Хе-хе» – «Сора» – «Лучше молчи, му-же-нек, хе-хе» Её слова ошарашили меня. – «Ой, а чего мы покраснели?» – удивилась и заулыбалась она – «Неужели я вас куда-то туда-туда тюкнула?» – «Прекрати.» Я тут же помрачнел и сжал кулаки. – «Покупай скорее. И не смей больше такое говорить. Ты не Она.» – «Э-эй… Прости… Я не хотела…» Сора оплатила еду, мы сложили её в корзинку и отправились на берег босфора. Расстелили покрывало и сели на него. Сора уминала ужин, а я сидел, глядя на заходящее солнце, которое скрывалось за балканскими горами вдали. – «Мария…» – «Что?» – «Её звали Мария. Прошу, не шути больше так» От этих слов в моей груди будто что-то сжалось… Я подползла к нему и обняла. – «Прости меня… Я не знала…» – «Ничего страшного… Просто больше так не делай…» Я не знала, что и сказать… Но вдруг, меня осенило! – «Фел, а не хочешь прилечь на мои колени? Просто прилечь. Ты устал за сегодня, я уверена» – она сложила свои колени в некое подобие подушки и похлопала по ним – «Ну же, смелее!» – «Я не думаю…» – «Ложись, сказала!» – перебила она меня. Что делать? Я решил лечь, тем более, что очень устал и был выжат, как апельсин после соковыжималки. Сора стала аккуратно гладить меня по голове, расправляя испорченную ею же прическу. – «Ты мне расскажешь о ней?» – «Прости, но нет. Это чересчур личное» – «Л-ладно… П-прости…» – «Может, когда-нибудь, но не здесь и не сейчас… Прости…» Между нами повисла гробовая тишина, которую решила нарушить Сора. – «Феликс, а расскажи о себе. Откуда ты?» – «Я… Откуда я? Финикия, слышала? Я финикиец.» – «Ого!» – «Да-да! Я великий и бесстрашный финикиец! Правитель морей и строитель Карфагена!» – «Ты же врешь, да?» – «Так заметно?» – «Очень даже, хих» – «Я очень древний и давно не помню, кем был. Но скажу тебе так, я знаю все древние языки и могу без труда читать египетские иероглифы и финикийские письмена. Но самые славные дни я прожил в Римской империи и считаю её своею отчизной… Считай, я последний из римлян… Вечный легионер…» – «Вечный легионер?! Я читала эту книжку!» – «Замечательно… Считай, ты знаешь про меня сказочку, которая выставляет меня на посмешище» – «Но она про великого легионера, который сторожил башню более 1000 лет и не покидал свой пост ни на секунду! Он сторожил её, ожидая свою возлюбленную, запечатанную злой колдуньей, а ангелы даровали легионеру бессмертие, чтобы он смог дождаться своей любимой!» – «Но это не про меня. Я не ждал ни у какой башни даже сотни лет. И моя любимая не проклята, а я получил это проклятье за долго до нашей с ней встречи» – «Расскажешь…?» – «Нет. Я бессмертен стал не по своей воле и не по воле какой-то там любви, которую искренне презираю. А теперь замолчи и дай насладится единственным городом, который пытается сохранить свою честь!» – «П-прости…» Сора продолжила гладить меня по голове, но теперь она стала в разы нежнее и теплее. Видимо, девочка что-то себе напридумывала в своей голове, но мне было так лень это рушить, что я решил просто смирится. Так мы и переночевали на этом берегу. С утра я увидел, что Сора так же завалилась и на меня, но не стал будить. В скором времени мы поехали дальше, в далекие страны, что обладают изобилием и на деревьях которых растут плоды невиданных вкусов! Сора стала более нежной и теплой, чем до этого дня, но всё-таки так и осталась ведьмочкой.