Ночь, о которой ты не пожалеешь

23 ноября 2028 г.

12:28

Bienêtre Cafe

       Эджворт обедал с Франциской, когда ему позвонили. В обычной ситуации он бы не стал отвлекаться — ему редко удавалось увидеть свою сестру, так как ее работа в Интерполе часто требовала ее присутствия за границей, а его собственная должность Главного прокурора не позволяла часто совершать международные поездки. То, что им обоим удалось найти время в своем плотном графике, чтобы встретиться, само по себе было маленьким чудом. Но, честно говоря, Эджворт с нетерпением ждал предлога, чтобы уйти от текущей темы разговора (неважно, что он был тем, кто поднял ее первым). Кроме того, его определитель номера сообщил ему, что звонит сержант Гамшу. Было бы безответственно с его стороны проигнорировать то, что потенциально могло быть важным звонком по работе. — Я должен ответить. — Эджворт извинился перед сестрой, изо всех сил стараясь скрыть свое облегчение от небольшой передышки, которую предложил ему телефонный звонок. Судя по тому, что Франциска смотрела на него безразличным взглядом, у него это не очень-то получалось. — Сержант Гамшу, чем я обязан такому удовольствию? — Эджворт поинтересовался, есть ли новости по делу Робертса. Это, безусловно, было бы достаточно хорошим предлогом для того, чтобы полностью выйти из этой ситуации. Франциска поймет. Работа всегда была их приоритетом. К сожалению, Гамшу позвонил не для этого. — Я и Мэгги женимся, сэр! — громко объявил по телефону восторженный голос мужчины. — И я хочу, чтобы Вы были моим шафером!        Эджворту потребовалось несколько минут, чтобы полностью переварить это заявление. — Я польщен, сержант. Но у меня сложилось впечатление, что вы с миссис Бёрд-Гамшу уже женаты. — медленно произнес Эджворт. Иначе почему его заставили участвовать в этой крошечной церемонии... сколько там, шесть лет назад? «Боже, как быстро летит время» — размышлял Эджворт. — Так и есть, сэр! Но оказывается, они неправильно написали имя Мэгги в свидетельстве о браке! — объяснил Гамшу. — Они написали «Магги»! — Как жаль. — ответил Эджворт, хотя втайне он задавался вопросом, почему им понадобилось шесть лет, чтобы заметить такую ошибку. В этой ситуации было еще кое-что странное, на что Эджворт быстро указал. — Но почему это требует еще одной свадебной церемонии? Штату Калифорния достаточно, чтобы вы прислали только несколько форм для исправления орфографической ошибки в свидетельстве о браке. — Ой, это не весело, сэр. — Эджворт слышал, как надулись губы этого человека. — Мы с Мэгги подумали, что было бы здорово повторить все это еще раз, особенно теперь, когда мы можем позволить себе более красивую церемонию! Не говоря уже обо всех тех наградах, которые Мэгги сумела получить за свою работу. — Награды? — спросил Эджворт, удивляясь собственному любопытству. Это правда, что первая свадьба Гамшу была довольно скромной и дешевой — не то чтобы жениха или невесту это волновало в то время. — Да, это лучшая часть, мистер Эджворт! — с энтузиазмом продолжил Гамшу. — У нас свадьба в Лас-Вегасе! С тех пор, как она начала работать в iFly несколько лет назад, Мэгги собирает множество бонусов и предложений от отелей, которыми она никогда не пользовалась. Мы подумали, что сможем обналичить их всех за пару отличных ночей! — Полагаю, это звучит довольно мило. — согласился Эджворт. — Но я не могу навязываться вам с миссис Гамшу… — О, это не проблема, сэр! — прервал его Гамшу. — У нас полно свободных комнат! И это так много значило бы для нас, если бы Вы смогли… Эджворт не знал, как отклонить такую ​​искреннюю просьбу. Но он хотел отказаться. У него не было времени отправиться в такое легкомысленное путешествие. Его график был слишком плотным, и он никогда не испытывал особого интереса к так называемому «Городу грехов». — К сожалению… — начал Эджворт, но был прерван на полуслове, когда Франциска с силой выхватила телефон из его рук. — Что это я слышу о свадьбе, Скраффи? — спросила Франциска, не обращая внимания на злобный взгляд, который Эджворт бросил на нее. Он не мог слышать, что Гамшу говорил по телефону, но слышал ответы Франциски. — Понятно, — сказала она, а затем задала вопрос: — А кого еще вы планируете пригласить на эту вашу маленькую церемонию? Тот, кого перечислил Гамшу, заставил Франциску расплыться в хищной улыбке. Это выражение вызвало невыразимую волну ужаса, пробежавшую по Эджворту. — Спасибо за предложение, Скраффи, но я не могу. — сказала Франциска. — К сожалению, моя работа не позволит мне присутствовать. «Это должна была быть моя отговорка!» — с горечью подумал Эджворт. — Но я позабочусь о том, чтобы мой младший брат лично передал вам мои поздравления. — Франциска смотрела прямо на него с той проклятой улыбкой на лице. — Я уверена, что вы все отлично проведете время. — а затем она повесила трубку. — Франциска! — выругался Эджворт, как только разговор закончился. — Ты не можешь вот так просто принимать за меня решения! Ты не единственная, у кого плотный график. — Перестань. — усмехнулась Франциска. — Ты теперь Главный прокурор. Я уверена, что ты можешь выделить несколько дней для бедного старого Скраффи. И я ошибаюсь, думая, что ты еще не использовал все свои отпускные дни в этом году? — Это… может быть и так, — неохотно признал Эджворт, — но ты все равно не имела права говорить за меня! — Ну, ну, Майлз Эджворт… — Франциску совершенно не смущал его гнев. — Ты будешь благодарить меня в конце этого. Это просто возможность, которую ты так долго ждал. — Возможность? — Ой? Ты уже забыл, что мы обсуждали до того, как Скраффи прервал нас? — Франциска теперь откровенно ухмылялась. — Я говорю о твоей неудаче в ухаживании за Фениксом Райтом! — Франциска! — резко прошептал Эджворт, его глаза метались по кафе в поисках знакомых фигур. — Не говори о таких вещах так громко! Кто-то может нас услышать. Кроме того, я не понимаю, какое это имеет отношение к свадьбе Гамшу! — Как ты надеешься добиться чего-то, если даже не можешь сказать об этом вслух? — фыркнула Франциска. — И ты позвал меня сюда или нет, чтобы спросить моего совета, как окрутить этого нелепого синего дурачка? Что может быть лучше, чем отправиться в романтическое путешествие? — Значит, он приглашает Райта. — констатировал Эджворт. Он должен был догадаться. — Конечно. — подтвердила Франциска. — Ты хотел моей помощи или нет? — Нгх… — простонал Эджворт себе в руки, яростно сожалея о том, что рассказал сестре о своей… личной проблеме. Он был влюблен в Феникса Райта. Это был факт, о котором он знал в течение некоторого времени. Вернее, нескольких лет. Все это время он не обращал внимания на свои чувства и продолжал дружить, как прежде. Однако недавно это изменилось. Дело было вовсе не в том, что его отношений с Фениксом было недостаточно. Он всегда будет благодарен за то доверительное товарищество, которое они создали за эти годы; оно, конечно, не изменится, если Райт не ответит взаимностью на его чувства. И он не боялся потерять дружбу с этим человеком - если Эджворт до сих пор не смог отпугнуть его, то уже никогда не сможет. Эджворт сомневался, что любые... наклонности с его стороны приведут к чему-то худшему, чем краткий период неловкости. Возможно, временное избегание, если ему действительно не повезет. Ничего такого, с чем Эджворт не смог бы справиться. И что ж… за эти годы были моменты, множество моментов, когда Эджворт чувствовал, что есть шанс, что его чувства не будут односторонними. Ничего настолько убедительного, чтобы подтвердить это в суде, но между ними всегда что-то было. Прикосновения и взгляды, которые задерживались на несколько секунд дольше, чем следовало. Эджворт все ждал, что что-то произойдет, но этого не происходило. И он сказал себе, что должен попытаться стать инициатором событий — это имело смысл, если Райт опасался заходить с ним слишком далеко, учитывая их историю. Но подходящего времени все не было. Либо Эджворт был за границей, либо он не был готов к отношениям, либо Райт лишился адвокатского статуса, либо у него внезапно появилась дочь, и у него было слишком много забот, чтобы беспокоиться о каких-то романтических отношениях, или они были слишком заняты, пытаясь заставить правовую систему соблюдать хоть какое-то подобие справедливости... Но официально у него не было оправданий. И да поможет ему Бог, но Эджворт хотел попробовать. И он попробовал, но с катастрофическими результатами. Эджворт подумал, что дело Спрокета было хорошей возможностью… так сказать, прощупать почву. Они работали над делом вместе, как в старые добрые времена, да еще в такой романтической обстановке. Но когда Эджворт указал на это, одного того факта, что он произнес слово «романтический», было достаточно, чтобы Райт подумал, что с ним что-то не так. Его попытка полностью провалилась прямо в ад. На самом деле, все это было катастрофой. От семьи, не желающей, чтобы он участвовал в этом деле, до присутствия некоего Ларри Батца, нелепых заявлений о путешествиях во времени и того факта, что всем просто нужно было продолжать подкалывать его личную жизнь или ее отсутствие... ну правда! Комментарий Райта о том, что ему некому дарить цветы, был особенно излишним! Неудивительно, что он вышел из себя и громко заявил о своем намерении никогда не жениться. Он начал это дело, желая открыть себя новым возможностям, а закончил его тем, что еще больше закрылся ото всех. Он был расстроен и, даже не подумав, отверг предположение судьи о его будущем браке. Но у него не было желания брать слова обратно после того, как он их произнес - ему было важно, чтобы кто-то указал на то, что брак не является обязательством в жизни. И это правда, что он никогда не был так одержим сексом и романтикой, как все остальные. Но это не значит, что он был совершенно не заинтересован. Так уж получилось, что его вкусы были... ограничены. Он признавал, что у него есть сексуальное влечение, хотя он удовлетворял свои желания гораздо реже, чем это казалось нормой. Тем не менее, ему было достаточно просто справиться с такими чувствами самостоятельно, когда возникнет необходимость. И будь то результат его воспитания или врожденный аспект его самого, Эджворт считал практически невозможным вступать в интимные отношения с кем-то, кому он не доверял полностью, а круг людей, подходящих под эти критерии, был невероятно мал. Еще меньше, если сузить круг людей, к которым он испытывал физическое влечение. Можно даже сказать, что был только один человек, который подходил под эти критерии. (Два, если включить этот короткий и неудачный роман с агентом Лэнгом. Но он не был тем, кому Эджворт мог по-настоящему доверять или понимать, и это было одной из причин, по которой роман не продлился долго. К тому же, было несправедливо по отношению к ним обоим продолжать то, на что Эджворт согласился в основном потому, что Лэнг был рядом и предложил. Любопытство могло затянуть отношения только недолго, и Эджворт счел бесполезным притворяться, что он не был влюблен в Райта все это время.)        ((Стальной самурай был вымышленным персонажем и не в счет.)) До двадцати пяти лет романтика казалась ему чуждой концепцией. Долгое время он не мог понять, почему так много людей одержимы идеей потратить столько усилий ради одного человека. Эджворт ценил свою личную жизнь и не мог представить, что может так много делиться — своим временем, своим пространством, своими мыслями — с кем-то еще, кроме себя. Что это может принести кроме утомления? Ближе всего он подошел к пониманию этой концепции, когда был маленьким ребенком, увлеченным мальчиком с колючими волосами, который ловил каждое его слово и настаивал на том, чтобы стать его первым другом. Но Майлз был слишком мал, чтобы полностью понять или сформулировать постоянно растущее желание сблизиться с Фениксом. В свои девять лет Майлз знал только, что ему нравится ощущение тепла в груди, когда они держатся за руки, и удивлялся, почему он способен терпеть, даже жаждать прикосновений Феникса, хотя обычно ему был неприятен такой физический контакт. Но это совершенно перестало иметь значение после того, как умер его отец и его увезли в Германию. Там его новый опекун только укрепил урок, что романтика — не что иное, как постыдная фантазия, которой люди занимаются только для того, чтобы отвлечься от того, что действительно важно. Исследования Эджворта в области права и преступности только подтвердили убеждения его наставника, поскольку любовь и романтическая глупость чаще всего были главным мотивом многих уголовных преступлений. К тому времени, когда Эджворт вернулся в свою родную страну, чтобы вести уголовные дела, он уже давно счел романтику ненужной и не чувствовал никакого желания заниматься подобными вещами. Конечно, откуда ему было знать, что его детская любовь зайдет так далеко, чтобы снова встретиться с ним? Как он мог подготовить себя к тому факту, что Феникс вырос в кого-то столь безрассудно храброго, в кого-то, кто был достаточно умен, чтобы противостоять Эджворту в суде на равных, в кого-то, кто мог победить его в его собственной игре? Тем не менее, Феникс по-прежнему обладал той же преданностью и серьезностью, которые так полюбились Эджворту в детстве, направленными на его клиентов и даже на Эджворта, несмотря на прошедшее время и первоначальную враждебность самого Эджворта к этому человеку. Феникс Райт вернулся в жизнь Эджворта в виде хаотичного вихря, превратив жизнь и убеждения Эджворта в беспорядок только для того, чтобы развернуться и предложить свою руку, помогая исправить беспорядок, который он оставил.        Вероятно, влюбленность Эджворта была неизбежна.        Так вот, он влюбился. Достаточно отчаянно, чтобы обратиться к своей сестре за советом, хотя знал, что рискует нарваться на бесконечные насмешки и злорадство. Но, возможно, он был несправедлив. Похоже, Франциска искренне хотела помочь. Даже удивительно, что она так охотно давала ему советы. У Эджворта всегда было впечатление, что она ненавидит Феникса Райта. То, что она предложила свою помощь в ухаживании за ним, немного шокировало.        Возможно, она просто не могла упустить возможность подчеркнуть явный дисбаланс в их романтических способностях — она и Адриан Эндрюс недавно обручились, спустя четыре года после того, как их дружба на расстоянии переросла в робкий роман. А вот и Эджворт, изо всех сил пытающийся флиртовать с мужчиной, которого знал с девяти лет. — Твои попытки будут продолжать терпеть неудачу, если ты не изменишь свой подход, — сказала Франциска, восприняв молчание Эджворта как согласие на ее помощь. — Если ты хочешь, чтобы твои отношения с Фениксом Райтом изменились, ты должен изменить свое отношение к нему. — Что ты предлагаешь мне делать? — Эджворт подозрительно прищурился. Франциска ухмыльнулась. — Я предлагаю тебе попробовать флиртовать, маленький брат. — Я уже пробовал это… — Дурак! — прервала Франциска. — У тебя это не получается! Особенно, когда имеешь дело с кем-то вроде этого шута с колючими волосами! — ...Он умный человек и отличный юрист. — сказал Эджворт, защищая имя Райта. Не то чтобы в ее словах не было ни малейшего смысла. Временами мужчина мог быть раздражающе тупым. Это делало моменты, когда он умело подмечал детали, которые все остальные упускали из виду, еще более поразительными. — Как бы то ни было… твои жалкие методы не работают. Тебе придется быть более откровенным в своих заигрываниях. — Франциска задумчиво постукивала пальцами. — Первым шагом будет поездка в среду, не связанную с работой — эта поездка в Лас-Вегас — прекрасная возможность. — Чего ты ждешь от меня, Франциска? — спросил Эджворт, не в силах сдержать разочарование в голосе. — Я не могу подойти к нему и попытаться… использовать метод пик-апа или что-то в этом роде! Я отказываюсь. — он бы не стал унижать себя таким образом. Кроме того, он не был уверен, что не сможет даже сказать такое с невозмутимым лицом. — Я никогда не предлагала тебе этого делать. — хмыкнула Франциска. — Вот, я научу тебя технике флирта фон Кармы. — Я не знал, что такое есть. — сухо прокомментировал Эджворт, не в силах скрыть отвращение. Такой техники точно не существовало, когда они находились под опекой Манфреда фон Кармы. Если Эджворт правильно помнил, он называл любые романтические занятия «никчемными пустяками». — Да. Я усовершенствовала это сама — как и все остальное. — с гордостью заявила Франциска. — Первый шаг во флирте, братец, — быть искренним. — … — Не смотри на меня так! — Франциска сверкнула глазами. — Ты без ума от этого дурака, да? Тогда должны быть какие-то его черты, которые ты находишь привлекательными. Все, что я предлагаю, это просто определить эти черты и указать на них ему. Например: «То, как твои волосы бросают вызов гравитации, меня поражает» или «Мне особенно нравится, как страстно ты указываешь указательным пальцем». — Франциска. Ни то, ни другое не похоже на флирт. — Эджворт ни в коем случае не был экспертом, но был уверен, что никто никогда не падал в обморок от таких высокопарных комплиментов. — Ну, я не могу придумать в нем ничего привлекательного! Это твоя работа. — Франциска усмехнулась. — Кроме того, зная тебя, я уверена, что ты постоянно сочиняешь в своих мыслях стихи об этом человеке. Просто скажи ему их вслух. «Неужели я действительно произвожу такое впечатление?» — недоумевал Эджворт. Но он полагал, что совет достаточно дельный. Он редко открыто говорил комплименты Райту - наверняка, если он начнет делать это чаще, это заметно изменит их динамику? — Что, если он подумает, что я сошел с ума? — нахмурился Эджворт. Даже простого произнесения слова «романтичный» было достаточно, чтобы Райт заподозрил неладное. — О, наверняка так и будет. — ответила Франциска, к ужасу Эджворта. — Ты вел себя определенным образом все время, что знал его. Вполне естественно, что он будет смущен такой внезапной переменой. — Замечательно. — заметил Эджворт, хотя и знал, что это была его собственная вина. Он бы не оказался в такой ситуации, если бы был более... открытым в своих чувствах. Хотя это было легче сказать, чем сделать. — Этот дурак обязательно что-нибудь скажет, либо из беспокойства, либо в попытке вернуться к вашему статус-кво, — продолжила Франциска. — И, зная тебя, это, безусловно, вызовет у тебя гнев. Но! — Франциска многозначительно указала на него пальцем. — Ты не должен попасться на приманку! Ты не можешь отстраниться или огрызнуться, как в прошлый раз. Ты просто будешь упорствовать, пока он не поймет, что ты серьезно относишься к этому начинанию! Эджворт уставился на стол и провел рукой по лицу, чувствуя, как его одолевает усталость. — Я серьезно, Майлз Эджворт! — отрезала Франциска. — Посмотри на меня — очень важно, чтобы ты не вышел из себя! Эджворт сделал то, о чем его просили, посмотрел на Франциску и увидел в ее выражении лица неподдельное беспокойство. Он не ожидал, что его сестра будет настолько заинтересована в этом вопросе. — Хорошо, да. Я обязательно останусь джентльменом все это время. — вздохнул Эджворт. — Есть что-нибудь еще, что я должен знать? — его слова были, возможно, немного более легкомысленными, чем следовало, но обсуждение этого вопроса начинало эмоционально истощать его. — Да, я рада, что ты спросил. — сказала Франциска, приняв просьбу за чистую монету. — Ты будешь называть Райта «Фениксом» все время, пока будешь там. — Ты так говоришь, как будто для меня это редкость. — ответил Эджворт. — Хотя это правда, что я предпочитаю придерживаться профессиональной этики, когда мы на работе, я много раз обращался к Фениксу по имени в обычной обстановке. — Действительно? — спросила Франциска, не дав ему ответить, прежде чем задать ему еще один вопрос. — Ты хочешь сказать, что никогда не называл его «Райт» в непринужденной обстановке, чтобы установить некоторую дистанцию ​​между вами двумя? — Эрк…! — «Как, черт возьми, она узнала?» — Хм. Я так и думала. — кивнула Франциска, прежде чем ее лицо смягчилось. — Я делала то же самое с Адриан. — ее голос стал заметно мягче. — Потом стало легче. Для себя; не для нее. То, как мы были воспитаны... Я знаю, может быть трудно позволить себе быть эмоционально уязвимыми. Я даже не осознавала, что делаю это, пока моя Schatzi не указала на это. — Франциска… — Мы одинаковые, маленький брат. — Франциска смотрела на него с решительным блеском в глазах. — Вот почему я помогаю тебе. И именно поэтому я не приму ничего меньшего, кроме полной победы в этом вопросе! Эджворт ничего не мог с собой поделать, он немного усмехнулся над ее дерзким заявлением. Это так напомнило ему о том, какой она была в детстве. «Ты так выросла, Франциска, но, похоже, некоторые вещи никогда не меняются.» — И в чем именно будет заключаться эта твоя «победа»? — спросил Эджворт. — Нет никакой гарантии, что Рай... Феникс ответит на мои чувства. Франциска откровенно рассмеялась. — Если ты считаешь, что это так, то ты еще больший дурак, чем он! Но ладно, я смилуюсь над тобой. — она изящно подперла подбородок ладонью. — Я буду считать победой, если ты объяснишь Фениксу Райту свои чувства до конца путешествия. — Э, так быстро? — Эджворт почувствовал, что начинает потеть. Он даже не знал, когда должна была состояться поездка в Лас-Вегас! Франциска повесила трубку прежде, чем он смог узнать подробности - ведь, насколько он знал, это может произойти уже на следующей неделе! — Ты потерял достаточно времени, ты так не думаешь? И если ты будешь следовать методам, которые я тебе дам, этот дурак должен достаточно быстро понять твои намерения. — заявила Франциска. — Он побил оба наших идеальных рекорда… он должен быть достаточно проницательным, по крайней мере, для этого! Признайся ему во всем, если потребуется. И если ты потерпишь неудачу в этой миссии, маленький брат... — Франциска угрожающе замолчала, — ты будешь страдать от последствий! Эджворт вздрогнул. «Я уже слышу, как щелкает кнут…»

23 ноября 2028 г.

15:35

Агентство Райта по любым делам

«В такие моменты я действительно начинаю скучать по Аполло.» — Феникс внутренне вздохнул, продолжая разбирать свои старые файлы. Аполло всегда был так удобен для того, что на него можно было сваливать такие рутинные, но необходимые дела. Но нет, его первый протеже должен был просто взять и уехать из страны, чтобы открыть собственное юридическое агентство в Кураине. Конечно, это было сделано ради благой цели — Феникс не понаслышке знал, насколько запутанной была юридическая система той страны. Требовались все адвокаты защиты, которых только можно было найти. И Феникс солгал бы, если бы сказал, что не гордится Аполло. Фениксу просто было обидно, что Афина выиграла битву камень-ножницы-бумага за право проверять центр заключения на наличие потенциальных клиентов. А это означало, что ему досталось дежурство по картотеке. Феникс скучал по старым добрым временам, когда у него было два протеже, на которых можно было свалить работу. Жаль, что пройдет несколько лет, прежде чем Аполло сможет вернуться из Кураина, если он вообще решит это сделать. «И даже если он вернется, нет никакой гарантии, что он захочет вернуться в агентство» — мрачно подумал Феникс.        Последнее, что Феникс слышал, Аполло был в ярости на него. И не только он. По-видимому, объединенных событий, связанных с узнаванием правды о смерти ее первого мужа и тем, что ее сын переезжает в другую страну, было достаточно для Ламируар — или, точнее, Талассы — чтобы, наконец, дать Фениксу добро на то, чтобы рассказать Аполло и Трюси правду об их общей матери. Аполло был, мягко говоря, не в восторге от того, что от него скрыли этот факт. Но Феникс с трудом справился с реакцией Трюси. Трюси расплакалась, когда он впервые рассказал ей об этом, а потом закричала — впервые Феникс видел, чтобы она настолько потеряла самообладание. А потом она уехала, она и Ламируар, чтобы провести некоторое время с Аполло в Кураине. Сначала Феникс был в ужасе от того, что Трюси уезжает навсегда. Но даже в ужасном гневе Трюси оставила ему записку: «Дорогой папа, Я еду с мамой, чтобы провести немного времени с Полли. Я все еще люблю тебя, и я знаю, что ты не сказал мне, потому что мама попросила тебя об этом, но я все еще злюсь, что ты скрывал от меня что-то подобное! Мы должны быть друг за друга! Мне нужно время. И не думай, что я не сержусь и на маму. Я действительно люблю тебя, но я также не хочу упустить шанс узнать ее по-настоящему. И мне очень нужно поговорить с Полли — он единственный, кто может понять, что я сейчас чувствую. Вот почему я уехала. Постарайся не спалить Агентство, пока меня не будет! С любовью, Трюси» Три недели, которые она провела за границей, были самыми длинными в жизни Феникса. Он пытался погрузиться в работу, чтобы отвлечься, и, к счастью, Майя нашла время прийти и пообщаться с ним. Ей даже удалось втянуть в это Эджворта, заставив их троих ходить вместе на обеды, которые хоть и не заставили его полностью забыть о том, что он испортил отношения с дочерью, но немного помогли. И когда Трюси, наконец, вернулась в офис, Феникс тут же заключил ее в гигантские медвежьи объятия, на которые она показала лишь намек на раздражение. Она обняла его в ответ, и это было все, о чем он мог просить. Прошел почти месяц с тех пор, как она вернулась, и, хотя все стало лучше, между ними все еще была неловкость. Он не знал, должен ли он что-то сделать, чтобы наладить отношения между ними, или им просто нужно больше времени. Из размышлений его вывела мелодия звонка, также известная как музыкальная тема «Стального самурая», которую он так и не придумал, как изменить. Он, вероятно, никогда не изменит. — Ник! — раздался знакомый голос Майи, как только он ответил. — Ник, мы едем в Лас-Вегас! — Эй, Майя, подожди, что? — Ты слышал меня! — Майя быстро отреагировала, объяснив все на одном дыхании. — Только что звонила Мэгги и сказала, что они с Гамшу собираются снова пожениться в Вегасе, у них есть куча бесплатных номеров в отеле, и они хотят, чтобы мы приехали! Фениксу потребовалось некоторое время, чтобы полностью понять все, что он только что услышал. — Лас-Вегас? — слабо спросил он. Казалось, Майя учуяла его нерешительность. — Да ладно, Ник… тебе бы не помешал отпуск! Я уверена, что Афина сама справится с агентством несколько дней. И тебе стоит провести некоторое время с Трюси! — Наверное, это правда… — признал Феникс. Может быть, поездка - это как раз то, что нужно, чтобы вернуть расположение дочери. И разве в Лас-Вегасе не было какого-то знаменитого магического магазина? Он мог поклясться, что помнил, как Трюси говорила об этом в какой-то момент. — А комнаты бесплатные, говоришь? — Да, и полет тоже! — подтвердила Майя. — Нам придется платить за еду и шоу самостоятельно, но все остальное оплачивается. — Это очень хорошая сделка. — Неужели? — сказала Майя. — Я тут пошутила с Мегги, что мне стоит перестать быть Мастером и стать стюардессой вместе с ней и Родой! — Кто такая Рода? — Феникс никогда не слышал, чтобы Майя упоминала кого-то с таким именем. — О, Рода — лучшая подруга Мэгги! Они вместе работают в iFly — ты встретишь ее в поездке. — Майя на мгновение замолчала. — Хотя, если подумать, я не уверена, что ты будешь видеть ее слишком часто перед свадьбой. Вы, ребята, вероятно, будете заняты мальчишником Гамми, а у Мэгги останемся только мы, девочки. — Мальчишник?! — не мог не воскликнуть Феникс. — Ага, ну. Ты забыл, что это свадьба? — Я думал, что это больше похоже на обновление клятв. Они даже устраивают мальчишник для этого? — спросил Феникс. — Э-э… технически, я думаю, что это еще одна свадьба? Думаю, они неправильно написали имя Мэгги в их старом свидетельстве о браке. Это целое событие. — объяснила Майя. — И кроме того, Мэгги сказала мне, что у нее не было девичника в первый раз! — Я имею в виду, в этом есть смысл? — ответил Феникс. — Хотя я почти уверен, что штат Калифорния не требует, чтобы вы вступали в повторный брак для таких вещей… — Феникс замолчал, прежде чем вспомнить что-то очень важное. — И, погоди! Ты думаешь, что я соглашусь, чтобы Трюси пошла с вами на девичник! Она слишком молода для таких вещей! — Эй! Я никогда не говорила, что Трюси пойдет. — ответила Майя. — Она даже не сможет пройти мимо вышибал в клубе. — И что, я должен просто оставить свою дочь на произвол судьбы в чужом городе? — возразил Феникс. Майя фыркнула. — О, пожалуйста, Ник. Ей уже семнадцать — я уверена, что они с Перли смогут пойти на представление или остаться одни. — Не знаю… — с сомнением пробормотал Феникс. — Ой, не будь таким занудой! Это всего одна ночь. Кроме того, если Трюси не пойдет, то это значит, что Перли останется совсем одна... Майя действительно знала, как бить по больному месту, не так ли? — Угу, хорошо. —наконец Феникс сдался. — Супер! Потому что я уже сказала Мэгги, что вы, ребята, придете. — весело сказала Майя. — Увидимся через две недели! — затем она повесила трубку. Феникс уставился на свой телефон. «Как меня всегда втягивают в эти вещи?»        Почти как по волшебству дверь в офис открылась, и за ней появилась Трюси. — Эй, папа! — сказала она, прежде чем заметить, как он все еще держит свой телефон. — У тебя появился новый клиент или что-то в этом роде? Феникс покачал головой, засовывая мобильник обратно в карман. — Нет, милая, я просто разговаривал с Майей. — Ой! Ты сказал ей и Перл навестить нас? Я не видела их целую вечность! — сказала Трюси. «Они приходили, когда ты вернулась из Кураина… Хотя я полагаю, что это было месяц назад.» — Вообще-то, насчет этого… как бы ты отнеслась к тому, что мы поедем в Вегас вместе с этими двумя? — спросил Феникс, надеясь на положительную реакцию. Он не был разочарован. — Что? Серьезно?! — Трюси подпрыгнула, явно взволнованная перспективой. — Да, мой старый друг еще раз женится...или снова женится? Это для одного и того же человека, так что я не уверен, как правильно сформулировать — и они пригласили нас.— объяснил Феникс, потирая затылок. — Ой! Я их знаю? — спросила Трюси. — Да, я почти уверен, что познакомил тебя с Мэгги и Гамшу раньше… — ответил Феникс. — Кажется, мы недавно ходили на пикник с их детьми, помнишь? — О, да! У них двое, да? Их звали Мария и Рикки, или что-то в этом роде… — Трюси задумчиво потерла подбородок. — Ага! Именно так! — ответил Феникс. Это была еще одна деталь о свадьбе, о которой Майя не сообщила ему — где дети должны были быть во время этого? Они оба были довольно маленькими, самому старшему было около пяти лет. Феникс сомневался, что пара просто оставит своих детей в Лос-Анджелесе. На самом деле, в этой поездке было много такого, о чем он не знал, если подумать. Кто вообще собирался на праздник? — Так! Когда поездка, папа? — спросила Трюси, все еще взволнованная. По крайней мере, он знал ответ на этот конкретный вопрос. — Через две недели, если я правильно понял Майю. — Хорошо! Я уже начинаю собираться — мне не терпится наконец заглянуть в Волшебный магазин Гудини! — Трюси, как пуля, помчалась в сторону своей комнаты, и Феникс не мог не почувствовать облегчения от того, что Трюси, похоже, искренне рада поездке. К счастью, Майя отправила ему электронное письмо с более подробной информацией обо всем. Тот факт, что их не будет всего чуть меньше четырех дней, заставил его почувствовать себя намного лучше, оставив Агентство в руках Афины. Он сомневался, что за такой короткий промежуток времени у нее может возникнуть слишком много проблем, даже если сама Афина выглядела нервной. — Все будет хорошо! — Феникс попытался успокоить ее, когда сообщил новости. — Ты всегда можешь позвонить мне, если у тебя возникнут проблемы. И я уверен, что Блэкквилл или Эма будут готовы помочь тебе, если возникнут какие-либо проблемы. — Наверное. — призналась Афина, все еще выглядя немного неуверенной. — Ай, да ладно. Ты должна быть более уверена в своих силах. Ты чертовски хороший адвокат. — настаивал Феникс. — Кроме того… если Аполло может управлять своей собственной фирмой, я уверен, что и ты справишься с управлением всего несколько дней. Похоже, это было как раз то, что нужно сказать, чтобы Афина согласилась. — Вы правы! — сказала она, огонь вспыхнул в ее глазах. — Подождите, босс! К вашему возвращению агентство будет лучше, чем когда-либо!

7 декабря 2028 г.

10:50

Международный аэропорт Лос-Анджелеса

Феникс был вполне доволен своим решением отправиться в эту поездку, когда они с Трюси появились в аэропорту с багажом в руках. Майя и Перл встретили их у входа, и вместе им удалось пройти через службу безопасности. Как обычно, Майя настояла на том, чтобы поесть, как только они пройдут через ворота. — Разве мы не поедим в полете? — возразил Феникс, не собираясь платить по возмутительным ценам в ресторанах авиакомпаний. Что такого было в аэропорту и когда вдруг все стало в два раза дороже? — Наш полет всего час, папа! — напомнила ему Трюси. — Они ни за что не накормят нас. Нам повезет, если мы получим эти маленькие пакетики с кренделями. — Да! — добавила Майя. — Кроме того, даже если они будут раздавать еду — разве ты не знаешь? Еда в самолетах всегда отвратительная! «Я никогда раньше не видел, чтобы это останавливало тебя.» — подумал Феникс. — Это правда, Мистик Майя? — спросила Перл, слегка прикусив кончик большого пальца. — О, да, ты впервые летишь на самолете, не так ли, Перли? — спросила Майя, на что ее двоюродная сестра утвердительно кивнула. Майя повернулась лицом к Фениксу. — Видишь, Ник? Мы же не можем позволить гнилой еде в самолете испортить первый полет Перл, да?! — Наверное. — уступил Феникс, вынув бумажник и мысленно приготовившись к будущей дыре в своем бюджете. — Ребята, принесите нам что-нибудь, — сказал он, передавая свой бумажник Трюси, — я пойду посмотрю, к какому выходу мы должны идти. — Спасибо, папа! — весело сказала Трюси, убегая с остальными к ближайшему ресторанному дворику. Феникс направился к информационным табло, на которых были указаны все текущие прибытия и вылеты. Ему потребовалось несколько минут, чтобы найти номер их рейса, но когда он это сделал, он вздохнул с облегчением, увидев, что их рейс должен был вылететь только через час у выхода 12. Феникс слегка повернулся и увидел знакомую фигуру, пристально смотрящую на информационное табло. Феникс почти не узнал его, одетого в повседневную водолазку и брюки. — О, привет, Эджворт! Рад, что ты смог приехать. — улыбнулся Феникс. Он был весьма удивлен, узнав, что Эджворт согласился прийти на свадьбу. Прокурор обычно на это не соглашался — может быть, с возрастом он расслабился? Эджворт отвернулся от табло и посмотрел на него. — Здравствуй, Р—Феникс. Я тоже рад тебя видеть. — он поднял очки вверх. — Я бы с удовольствием остался поболтать, но, похоже, вылет моего рейса перенесли. — Что? — Феникс снова повернулся к табло, чтобы перепроверить, увидев те же цифры, что и раньше. — Но до нашего полета еще час. — Возможно, это ваш полет. — ответил Эджворт. — Я забронировал свой через другую авиакомпанию. — А, понятно. Не хотел связываться с нами, плебеями, а? — пошутил Феникс. — Вовсе нет. — отрицал Эджворт. — Вообще-то, между нами… — Эджворт придвинулся ближе, и внезапная близость заставила Феникса занервничать, пока Эджворт не прошептал ему прямо на ухо: — Я просто не выношу ярких цветов на этом самолете. Они всегда вызывают у меня мигрень. — Я-это так? — сказал Феникс, проклиная себя за заикание. «Эджворт же не говорит ничего скандального! Соберись, Феникс.» Эджворт отодвинулся с легкой улыбкой, и Феникс почувствовал, что снова может дышать. — Я уверен, ты поймешь, что я имею в виду. — добавил Эджворт. — Но если кто-нибудь заговорит об этом, я прошу тебя просто напомнить им о том, как я нашел труп на борту самолета этой авиакомпании и впоследствии был обвинен в убийстве. «Так iFly и есть та авиакомпания, да?» — подумал Феникс. Он все еще помнил, как Эджворт рассказывал ему о той безумной паре недель. — Конечно, Эджворт. — ответил Феникс, все еще чувствуя себя немного не в своей тарелке. — И помни — то, что я сказал тебе, — секрет. — сказал Эджворт, хотя его тон звучал скорее заговорщически, чем угрожающе. — Давай оставим это между нами, хорошо? Феникс имитировал застегивание рта, что вызвало у Эджворта веселую усмешку. — Увидимся на другой стороне, Феникс. — Эджворт махнул рукой, схватил свой чемодан и направился к выходу на посадку. Феникс смотрел ему вслед.        «Интересно, что привело его в такое хорошее настроение,» — подумал Феникс. — «Может, он просто очень ждет отпуска? Хотя на него совсем не похоже…» Из мыслей Феникса вырвало возвращение Майи и девочек. — Мы принесли тебе сэндвич с курицей! — сказала Трюси, бросая ему упомянутый сэндвич. — Спасибо, Трюс. — Эй, это только что был Эджворт? — спросила Майя между укусами своего гамбургера. — Да, он должен был идти на свой рейс. Очевидно, он купил билет у другой авиакомпании. — ответил Феникс. — Хм. Странно. — Майя пожала плечами, хотя, казалось, просто восприняла это как еще одну эксцентричность Эджворта. Затем они нашли ближайший столик в зоне фудкорта, за которым сели поесть. — Вероятно, нам следует направиться к выходу 12. — сказал Феникс после того, как все закончили, начав собирать всех в зону посадки. Гамшу поманил их к своей группе, как только они оказались в поле зрения, освободив им несколько мест в зоне ожидания возле ворот. Мама Гамшу и оба родителя Мэгги сидели рядом. Феникс узнал троих после того, как встретил их на барбекю несколько лет назад. Он помахал им в молчаливом приветствии. Оба родителя Мэгги с энтузиазмом помахали в ответ, хотя их быстро отвлекла от должного приветствия их внучка, которая потребовала их внимания к карточной игре, в которую они все играли. Мама Гамшу — невысокая темноволосая женщина с такими же широкими плечами, как у ее сына, — кивнула и улыбнулась ему, ее руки были слишком заняты, держа на руках спящего двухлетнего ребенка, чтобы помахать в ответ. Феникс предположил, что это ответ на вопрос, кто будет присматривать за детьми Мэгги и Гамшу во время этой поездки. — Привет, Ник! — Ларри сел и возбужденно помахал. — Ты готов к Городу грехов? — Привет, Ларри… — Феникс слабо помахал в ответ. Благодарный Ларри, не ожидавший ответа на свой вопрос, прошел мимо Феникса, чтобы поприветствовать Майю и девочек. Феникс воспользовался отвлечением, чтобы подойти и свирепо шепнуть Гамшу: — Ты пригласил Ларри на свадьбу? Гамшу смущенно пожал плечами. — Хех, извини, что не сказал тебе раньше, приятель. — он понизил голос до шепота. — Если честно, это было решение, принятое в последнюю минуту. Изначально я планировал пригласить шефа Бэдда, но он был слишком занят... ну, знаешь... делами шефа. А потом я собирался отдать это место мисс Фарадей, но она уехала работать над каким-то делом Интерпола! Даже Эма была слишком занята для меня. — Гамшу потер затылок. — Итак, я говорил об этом в участке с Батцем, и одно привело к другому… Феникс не мог не чувствовать себя немного ответственным. Это по его вине Ларри начал работать в полицейском управлении. Именно он предложил своему другу подработать полицейским художником-экспертом — в конце концов, Ларри был не лишен таланта, а его работы уже использовались в качестве улики в нескольких делах. В то время это казалось хорошей идеей. Тем более, что Ларри больше не везло с детской книжной индустрией, не считая его чуда с одним хитом. — Кроме того, Батц не так уж и плох, как только ты узнаешь его поближе! — добавил Гамшу. — И разве он не ваш с мистером Эджвортом друг? «Да, и только потому, что я знаю его так давно, я беспокоюсь о его приходе...» —подумал про себя Феникс. По личному опыту Феникса, присутствие Ларри повышало вероятность того, что произойдет что-то ужасное, по крайней мере, на 80%. Тем не менее, технически Ларри был его другом. А свадебная вечеринка в Лас-Вегасе, похоже, была в его вкусе. — Тут ты меня подловил, — признался Феникс. — Хотя я не уверен, что Эджворт согласился бы с нами… — он задумчиво погладил подбородок. — Что насчет Эджи? — спросил Ларри, обнимая Феникса за плечо. Он не стал дожидаться ответа и снова заговорил, — Кстати, об этом парне — где он, черт возьми? Разве это не он обычно постоянно отчитывает нас, что мы опаздываем? — Ларри скривил лицо. — Чувак, какой лицемер! Феникс взглянул на часы и заметил, что до посадки оставалось всего двадцать минут. — Я почти уверен, что он уже покинул штат. — прокомментировал Феникс. — Что? — выражение лица Ларри мгновенно стало печальным. — Зачем он едет в Европу в такое время? — хватка на плече Феникса становилась все сильнее, Ларри все больше расстраивался. — Я думал, он должен был поехать с нами! Мы не можем пригласить старого Гамми на его мальчишник без нашего третьего амиго! — у Феникса начинала кружиться голова от того, как сильно Ларри тряс его в истерике. — Эй, осторожнее, приятель! Ты слишком сильно трясешь мистера Райта. — выругался Гамшу. Ларри отпустил его, надувшись, а Феникс благодарно посмотрел на Гамшу. — Ларри, я ничего не говорил о его поездке в Европу! — ответил Феникс. — Я просто имел в виду, что он сел на другой рейс, господи. Ларри мгновенно успокоился. — О, это хорошо, — он вздохнул. — На секунду я подумал, что мне придется платить за все! «Я сомневаюсь, что Эджворт тоже планирует это делать, шафер он или нет…» — Значит, это все? — спросил знакомый голос. — Мэгги! — Гамшу широко улыбнулся при виде своей жены (или теперь это была невеста? Неважно.) — Привет, Ричард! — Мэгги помахала рукой, выглядя довольно солидно в своем наряде стюардессы iFly. — Скоро будет посадка. — сказала женщина, стоящая рядом с ней. Она была немного выше Мэгги и носила такую ​​же униформу, а ее черные волосы были собраны в пучок. — Ты, должно быть, Рода! — сказала Майя, подходя к другой стюардессе. — Ты даже симпатичнее, чем мне говорила Мэгги! Рода моргнула, явно удивленная комментарием, но, тем не менее, слегка покраснела. — Спасибо… а вы? Майя приняла позу. — Майя Фей, Мастер Кураина! — она взяла руку Роды и пожала ее. — Приятно познакомиться! — ...Взаимно. — Рода ответила на рукопожатие. — А я Трюси Райт, экстраординарная волшебница! — следующей представилась Трюси, театрально приподняв цилиндр. Затем она одарила Перл выжидающим взглядом, ободряюще улыбнувшись. Перл двинулась вперед, почтительно склонив голову. — Я Перл Фей… одна из духовных помощниц Мистик Майи. — Она экстраординарный духовный медиум! — услужливо добавила Трюси, заставив Перл покраснеть. — Меня зовут Рода Тенейро, и я старшая бортпроводница здесь, в iFly. — улыбнулась Рода двум девушкам. — Приятно познакомиться с вами обеими. — Не забывайте меня! — Ларри заговорил, экстравагантно кланяясь. — Великий художник Ларри Батц к вашим услугам! «По крайней мере, он перестал представляться как Лорис Деним.» — Эм, тоже приятно познакомиться. — ответила Рода. — Твоя очередь, папочка! — сказала Трюси, подойдя и толкнув его в плечо. — Хм? Ой. — Феникс потер затылок. — Феникс Райт. Я адвокат. — Ой! Тогда вы должны работать с мистером Эджвортом. — ответила Рода, явно заинтересованная. — Можно сказать и так… — запнулся Феникс. — О да, они соперники! — добавила Майя, и ее улыбка стала лукавой. — Но это только в зале суда. Они настоящие закадычные друзья вне суда, если ты понимаешь, о чем я. — Майя! — прошипел Феникс. Сколько раз он говорил ей, чтобы она перестала говорить подобные вещи на публике? Было хорошо дразнить его из-за его жалкой влюбленности, когда они были только вдвоем (не совсем, но он давно смирился с такими комментариями, когда дело касалось Майи) — но не было необходимости палить его перед другими людьми! — О да, мистер Райт и мистер Эджворт знают друг друга целую вечность! Очевидно, они с мистером Батцем были друзьями еще в начальной школе. — добавил Гамшу, и намеки Майи, как обычно, полностью прошли мимо него. «Слава богу за старого доброго невнимательного Гамшу!» — подумал Феникс с некоторым облегчением. Хотя Рода поняла, судя по испытующему взгляду, который она бросила на него. — Ага! Нас называли тремя амигос. — сказал Ларри, так же весело, как и сержант. — Ты единственный, кто когда-либо использовал это прозвище. — Феникс почувствовал, что должен указать на это. — Да и ладно! — Ларри показал ему язык. Затем он громко вздохнул. — Тем не менее, я не могу поверить, что Эджи ушел и бросил нас! Как будто он даже не хочет с нами общаться! — Что? — спросила Мэгги, выглядя удивленной, а затем разочарованной. — Ему не нужно было идти и покупать еще один билет на самолет... Сначала он не хотел один из наших бесплатных номеров в отеле, а теперь это! Я обидела его или что? — спросила Мэгги с искренним беспокойством. Рода успокаивающе положила руку на плечо Мэгги. — Не принимай это на свой счет, Мэгги. — она пренебрежительно фыркнула. — Мы не виноваты, если мистер Эджворт считает, что он слишком крутой для iFly. «Похоже, ты сама принимаешь это на свой счет,» — не мог не подумать Феникс. — «Кроме того, разве это не должна быть модная роскошная авиакомпания или что-то в этом роде?» — Я имею в виду, в его защиту, — перебил Феникс, вспоминая свой предыдущий разговор с Эджвортом, — однажды он упомянул, что нашел мертвое тело на одной из этих штуковин. — Ах! — Рода моргнула. — Я полагаю, это правда… — она замолчала, выглядя слегка смущенной. «Я не могу поверить, что это сработало!» — Феникс сохранял нейтральное выражение лица, чтобы не улыбнуться. Должно быть, эта стюардесса не слишком хорошо знает Эджворта, если она действительно купилась на это оправдание. В конце концов, речь идет о парне, который до сих пор ездит на той же машине, в багажнике которой когда-то лежал труп. — Ой! Я совсем забыла об этом. — сказала Мэгги, прежде чем повернуться к Роде. — Разве вы не так познакомились? — Да, это так. — кивнула Рода. — Мэгги, я думаю, мы должны пойти и подготовить все к посадке. — О верно! — сказала Мэгги, обращаясь к остальной группе. — Мы объявим, когда все смогут подняться на борт — надеемся, вам понравится ваш полет с нами! — Мэгги отдала честь, выглядя как настоящая стюардесса, хотя образ стал менее ярким, когда она остановилась, чтобы поцеловать своих детей, Марию и все еще спящего Рика, в лоб, прежде чем последовать за Родой через ворота терминала. Все потратили несколько минут на то, чтобы поправить свои сумки и удобно устроиться на сиденьях в зоне ожидания. До начала посадки оставалось еще некоторое время. Феникс с нежностью наблюдал, как Трюси поделилась своими наушниками с Перл, и они вдвоем развлекались забавным видео на мобильном телефоне Трюси. Когда Рик проснулся и начал плакать, поднялся легкий переполох, но шум утих, когда бабушка по отцовской линии отвела малыша в ванную. Через некоторое время за ними последовали Мария и остальные бабушка с дедушкой (которые попросили Гамшу присмотреть за их ручной кладью). Предположительно, эта группа воспользовалась последней возможностью сходить в туалет, прежде чем сесть на рейс. — Эй, Гамшу, — спросила Майя после того, как полностью устроилась, — что Мэгги имела в виду ранее насчет комнаты? Эджворт тоже забронировал себе номер в другом отеле? — Ах, это. — Гамшу почесал вечный пластырь на щеке. — Нет, он остановился во Дворце Цезаря, как и все мы. Он просто пошел и снял свою комнату, узнав, что ему придется делить ее с кем-то. «Почему-то я не удивлен,» — подумал Феникс. — «Предоставьте Эджворту отказаться от бесплатного гостиничного номера в Лас-Вегасе только потому, что это означало делить его пространство с другим человеком. Ну, в любом случае, он может позволить себе собственный номер в отеле.» — Вообще-то, между нами четырьмя... — Гамшу заговорщицки наклонился вперед, понизив голос, глядя на Феникса, Ларри и Майю, — Мэгги была очень разочарована этим. Она хотела, чтобы мистер Эджворт и Рода жили в одной комнате, чтобы познакомиться поближе. — Что?! — Феникс чуть не упал со своего места. Ларри и Майя выглядели одинаково потрясенными. Ларри пришел в себя первым. — Какого черта, мужик? Почему это должен быть Эджи? Знаешь, я тоже горячий молодой холостяк! «Спорно.» — Ничего личного, приятель. — ответил Гамшу. — Я думаю, Мэгги узнала, что Рода была влюблена в мистера Эджворта, когда они впервые встретились, и она подумала, что было бы довольно мило, если бы наши лучшие друзья начали встречаться друг с другом. — теперь на лице Гамшу была глупая ухмылка. — Разве моя Мэгги не милашка? «Эй, приятель, я лучший друг Эджворта!» — яростно подумал про себя Феникс, но тут же почувствовал себя ревнивцем. Не то чтобы у людей не могло быть больше одного лучшего друга. И он был немного лицемером, поскольку считал и Майю, и Эджворта своими лучшими друзьями. Хотя его чувства к ним сильно отличались. — Раньше была влюблена, да? — сказал Ларри, задумчиво поглаживая подбородок. — Значит, у меня еще есть шанс! — Эй! — Гамшу нахмурился. — Не будь таким эгоистичным, приятель! Вы, ребята, не думаете, что мистер Эджворт заслуживает шанса на любовь? — Никто не говорит, что он этого не заслуживает. — сказала Майя, добавив свои три копейки. — Но я почти уверена, что в данном случае вы с Мэгги не туда смотрите. — Что это должно означать? — Гамшу выглядел озадачено. — Думаешь, Рода недостаточно хороша для него или что? — Нет, — Майя закатила глаза. — Я просто говорю, что она действительно не в его вкусе. — Что ты имеешь в виду? — Гамшу нахмурился еще больше. Феникс заговорил раньше, чем Майя. — Я думаю, что Майя имеет в виду, что Эджворт ясно дал понять, что он не заинтересован в отношениях. — Феникс немного гордился тем, что смог сказать это без капли горечи в тоне. Майя бросила на него взгляд, который явно говорил: «Я не это имела в виду, и ты это знаешь». Феникс просто ответил ей своим взглядом, надеясь, что его слова дошли до нее: «У нас не будет еще одного спора об ориентации Эджворта!» — Правильно — он сделал из этого большую проблему во время всей этой свадебной истории с путешествием во времени. — Ларри кивнул, прежде чем попытаться изобразить Эджворта как можно лучше. — Грр, я никогда не женюсь, вздор! Гамшу начал принимать удрученный вид. — О… я не знал, приятели. Я просто подумал, что было бы неплохо, если бы мистер Эджворт нашел кого-нибудь, понимаете? — он тяжело вздохнул. Майя похлопала его по плечу. — Все в порядке, Гамми. Кроме того, я не думаю, что мистеру Эджворту нужна помощь в поиске кого-то. Во всяком случае, ему просто нужно… — все, что Майя собиралась сказать, было прервано звуками диктора, объявившего, что пора начинать посадку. Гамшу тут же встал, чтобы забрать багаж матери и свекрови, которая еще не вернулась из ванной, и встал в очередь на посадку. Феникс подошел, чтобы сообщить Трюси и Перл, что пора идти, поскольку два подростка были слишком поглощены просматриваемым видео, чтобы услышать объявление. Девочки взяли свои сумки и все вместе присоединились к остальной группе в очереди. Когда Феникс оказался внутри одного из самолетов iFly, он слишком ясно понял, что имел в виду Эджворт. — Вау, цвета здесь такие живые! — прокомментировала Трюси, садясь на одно из ярко-желтых кресел. «Можно и так сказать...» — сухо подумал Феникс, какое-то время пытаясь положить свою ручную кладь в багажное отделение. Стены самолета были ослепительно-розового цвета, который прямо контрастировал с почти неоново-желтыми сиденьями. Это была странная цветовая гамма для, казалось бы, шикарной авиакомпании. «По крайней мере сиденья удобные, пусть и некрасивые,» — заметил Феникс, опускаясь в плюшевое кресло рядом с Трюси. — «Жаль, что лететь всего час или около того... Держу пари, я мог бы вздремнуть в одной из этих штук.» — Ах, вот это жизнь, правда, Ник? — Майя повторила его мысли, вытянувшись в одном из кресел самолета прямо за ним и Трюси. — Я могла бы к этому привыкнуть, скажу я тебе. — Я полагаю, что в этом случае тебе понравится наша зона первого класса. — прокомментировала Рода, очевидно, делая свой первый обход по проходу. — Каждый человек имеет собственное место. Кстати, не хотите крендельков? — О да, в следующий раз я обязательно заставлю Ника отправить нас в первый класс. — ответила Майя. — И да, я бы хотела крендельков! Феникс повернулся в кресле и посмотрел на Майю. — Я ни за что не заплачу за первый класс! Единственная причина, по которой мы отправляемся в эту поездку, потому что билеты были бесплатными, помнишь? Я не могу позволить себе летать, когда захочу! — Ах да, я забыла, — закатила глаза Майя, открывая бесплатный пакет с кренделями. — Ты просто попросишь мистера Эджворта оплатить твой перелет. . Феникс отвернулся на свое место, не в силах придумать ответ, поскольку технически это было правдой. Он всегда чувствовал себя немного виноватым из-за того, что Эджворт оплачивал их с Трюси поездки в Европу. Но что ему оставалось делать, когда Эджворт продолжал предлагать? Не то чтобы у него много денег. Еще до того, как он стал Главным прокурором, во время лишения Феникса статуса адвоката, Эджворт обычно вывозил его и Трюси на самолете, чтобы Феникс мог помочь ему с делами в любой европейской стране, в которой в то время находился Эджворт. Эджворт всегда говорил, что оплата билетов была частью его оплаты Фениксу, хотя в частном порядке он думал, что эти поездки были больше для того, чтобы дать Фениксу повод время от времени выходить из его депрессивного состояния. Помимо этого, у Феникса всегда было отчетливое впечатление, что, если он не согласится позволить ему оплатить авиабилеты, Эджворт просто придумает какой-нибудь другой способ подкинуть ему денег. По крайней мере, Феникс что-то делал, когда работал помощником Эджворта, а не просто ныл. И те времена, когда он проводил расследование вместе с Эджвортом в Европе, были одним из немногих периодов во время лишения лицензии, когда Феникс чувствовал себя хоть немного похожим на себя прежнего. Еще лучше были моменты, когда Трюси приезжала вместе с ним и помогала ему убедить Эджворта осмотреть достопримечательности - тогда Фениксу было очень легко представить, что они втроем едут в отпуск, почти как настоящая семья. — Правда? — спросила Рода. Феникс слегка вздрогнул, забыв о ее присутствии. Рода придвинулась ближе к их с Трюси местам, доставая еще несколько пакетиков кренделей. — Вы с мистером Эджвортом часто путешествуете вместе, мистер Райт? — Это не ваше дело. — Феникс ответил резче, чем собирался. Он вздрогнул, но не попытался спасти положение. Между непрекращающимися комментариями Майи о нем и Эджворте, о планах Мэгги и Гамшу свести Эджворта с симпатичной стюардессой и о том, что эта симпатичная стюардесса, очевидно, влюбилась в Эджворта, Феникс находился в более раздраженном настроении, чем он предполагал. Он не хотел больше ничего говорить и рисковал усугубить ситуацию. Однако ему стало немного не по себе, особенно когда он увидел обиженное выражение лица Роды, которое она быстро спрятала. — Прошу прощения за назойливость. — сказала Рода профессиональным тоном. — Вот ваши крендельки. — она быстро ушла, поставив пакеты с закусками на их с Трюси подносы. — Папа, что это было? — Трюси подтолкнула его, выглядя обеспокоенной. — Обычно ты не так резок с кем-то, кого даже не знаешь. — Ничего, Трюс. — сказал Феникс, пытаясь уклониться от вопроса. К несчастью для него, его дочь была живым детектором лжи. Обеспокоенное выражение лица Трюси превратилось в свирепый взгляд. — Ты обещал, что перестанешь мне врать. Феникс вздрогнул. Трюси все еще злилась из-за всей этой истории с Талассой. Он должен был догадаться, что с его стороны было слишком наивно ожидать, что она так быстро справится с этим. В таком случае у него действительно не было выбора, не так ли? Ему придется быть с ней более честным, если он хочет вернуть ее расположение. — Хорошо, хорошо. Я тебе скажу. — прошептал Феникс, заставив Трюси немного ослабить свой взгляд. — Я не хотел так говорить. Просто… я разговаривал с Гамшу ранее, и, очевидно, он и Мэгги хотят попытаться свести Майлза с Родой. — Действительно? — спросила Трюси, с любопытством наклонив голову. — Я имею в виду… я думаю, тетя Мэгги упоминала что-то о том, что они уже знают друг друга, верно? — Да, однажды они работали над делом, — кивнул Феникс. — Очевидно, Рода сказала Мэгги, что влюблена в Эджворта, откуда они и взяли эту идею. — Это все равно не повод набрасываться на нее. – выругалась Трюси, неодобрительно скрестив руки на груди. — Я знаю. Опять же, я не хотел, чтобы все так вышло. — Феникс вздохнул. Затем он убедился, что его голос был достаточно низким, чтобы его могла слышать только Трюси. — Не помогло и то, что Майя дразнила меня по этому поводу. Я просто не был готов к тому, что все начнут говорить о личной жизни Эджворта, понимаешь? Это... это своего рода больное место для меня. — О, папочка. — вздохнула Трюси, выражение ее лица стало сочувственным. — Ай, да ладно. Не делай такое лицо. — пробормотал Феникс, пытаясь вызвать у Трюси кривую улыбку. — Я буду в порядке, не волнуйся. Этот отпуск должен быть веселым! И с этого момента я постараюсь перестать быть засранцем. — Если ты так говоришь. — ответила Трюси, хотя он не был уверен, на какую часть его заявления она ответила. В конце концов, это не имело значения, так как Трюси прижалась к боку Феникса и прислонилась головой к его плечу. Было трудно оставаться разочарованным из-за его жалкой личной жизни, когда его дочь была с ним вот такой. Феникс прижался лицом к макушке Трюси, ее мягкие каштановые волосы щекотали его нос. Они оставались так, даже когда их самолет поднимался в воздух, и они вдвоем медленно погрузились в сон.