Мы невозможны

Бывают ли в мире, где есть: колдуны, ёкаи, рейки, Они и кицунэ, волшебные и, до боли, красивые болезни? Конечно. Только об этих болезнях информации становится всё меньше и меньше с каждым днём. Пожилые люди, которые знают о подобном, умирают. Да и никто верить им и не будет, ведь это глупые выдумки и сказки для детей. Даже те, кто и знает о существовании всяких существ, мало верят в подобные болезни. Ну и зря. Они настигают немногих, но если вы заболеете этим, то это даже и смертельно. Советую не влюбляться в кого ни попадя. Хонг не верил, но, кажется, его поражает глициния. Цветок то прекрасный, но вот только тогда, когда он не разрастается у тебя в лёгких, поражая все дыхательные пути, да и весь организм в целом. Не верил даже тогда, когда начал ими давиться и задыхаться. Когда его в первый раз стошнило цветами, то он сразу же отправился к дедушке Чонгану, вдруг тот знает в чём дело и что это вообще значит. Спросил совсем незначительно, даже не намекая на то, что с ним случалось. Тогда-то и узнал он о ханахаки. — Восхитительная и безжалостная болезнь..... Ханахаки… — Старик начал поглаживать свою седую бороду, явно размышляя о чём-то. — кроме названия и признаков болезни я, к сожалению, ничего не помню. Мы можем пойти к Такао и попросить у него книгу, конечно, если он ещё в деревне. — Я сам сбегаю, а что конкретно мне искать? — Ну… Болезни… Может быть легенды о болезнях или ещё что-нибудь подобное… Кто знает… А ты давай, иди-иди, я пока чаю налью. — Молодой ниндзя кивнул и направился к колдуну. Прежде, когда он бегал, он мог бежать долго и быстро на довольно большие расстояния, а сейчас, спустя пару минут бега, синоби выдохся. Тревожность внутри увеличивалась, это было ему не свойственно. Странные ощущения переполняли его и когда он, постучавшись, зашёл к дзёнину, то глава это сразу заметил. — Такао, мне нужна книга о… Хм… Необычных болезнях — светловолосый мужчина не стал задавать лишних вопросов и просто пошел искать нужную книгу ниндзя. Таких оказалось несколько, потому уточнил — это для Чонгана — Такао убрал одну книгу. Почему? Может о содержании той книги дедушка знает, но с этим вопросом заболевший решил не докучать и потому, попрощавшись, Хонг отправился вновь к местному лекарю. Путь был недолог и вот, Хонг уже стоял подле Чонгана. — Ну что же? Нашёл что нужно? — Чонган уже сидел и ждал возле гэнкана юношу, который, точно, прибыл к нему ради ответов на его сокровенные вопросы. Они зашли внутрь жилища, где уже остывал чай. Взяв книги, которые принес Хонг, Чонган быстро пролистал содержимое и на второй книге остановился. — Ежели спрашиваешь про это, то, получается, тревожит тебя вся эта ситуация. Я ведь прав? Так позволь же мне узнать, что произошло, от чего ты ко мне за этой информацией пришёл? — А времени всё меньше… Нельзя Хонгу вот так впустую время на разговоры тратить. Действовать нужно, да поскорее. Парень уже хотел начать свой рассказ, как вдруг дышать стало больнее, а в груди, словно стадо лошадей бьются наружу. Невыносимая боль. Он прокашлялся, надеясь, что хоть так дыхание придёт в норму. Так и произошло, вот только… — Я… Что это? Невозможно ведь такое… — Мудрец смотрел на всё это с сочувствующим взглядом и теперь понял, что медлить нельзя, а то и сам вовсе погубит парнишку. — Глициния обильноцветущая. Какой чудесный цветок. Невероятно красивая листопадная субтропическая лиана или же кустарник с длительным периодом цветения и поникающими ветвями. Этот цветок будто бы создан для тебя, мой юный друг. — деревянный пол, изначально ничем непримечательный, сейчас был покрыт лепестками глицинии. А поверх красовались капли крови, что так гармонично смотрелись на лепестках. — Я знал о болезни, но уже совсем позабыл, что да как. Что ж, пожалуй, начну свой рассказ. Ханахаки — это редкая мифическая человеческая болезнь, при которой больной откашливает цветы из-за неразделённой любви. Она возникает лишь у тех, кто безумно влюблён в кого-то. — Хонг с испугом посмотрел на Чонгана, ведь, по факту, всё действительно сходилось… — Миф о том, что в груди распускаются цветы, можно сравнить переносным смыслом этой фразы. Шанс на спасение от трагических последствий ханахаки если и есть, то он очень невелик. Возлюбленный должен ответить взаимностью, а это маловероятно, особенно, если учесть причину возникновения болезни. В большинстве случаев всё заканчивается тем, что несчастный влюблённый умирает, а на его могиле вырастает прекрасный цветок. Так что, милок, всё зависит лишь от вас. Дальнейший исход событий контролируете только вы. — Даже слёзы вдруг появились на глазах у юнца, который точно понимал, что умрёт. Как бы этого не хотелось, но ведь решение его возлюбленного никак не изменить. — Спасибо Вам, дедушка Чонган. Вы очень выручили меня. — Хонг поклонился и, забрав книги, двинулся обратно к себе. Он не спросил как быстро может развиваться болезнь, но если это всё из-за любви, то стоит забыть о возлюбленном. Идея парня звучала очень логично. Сейчас это была не проблема, ведь Сатоши на задании и когда вернётся не ясно, нужно же выполнить заказ. — «Но когда они вернуться, то что я буду делать?.. А с чего началось? Почему я такой растерянный?»— махнув головой в стороны, дабы отогнать ненужные мысли, паренёк уже дошёл до дома. Хотелось отвлечься от всей информации, которую он получил за день, потому, как только положил книги, направился тренироваться. В его положении заниматься подобными делами неразумно, но другого варианта не оставалось. Это уж лучше, чем писать письмо Сатоши мол: «Я немного умираю от любви к тебе и, надеюсь, доживу к твоему приезду, ха-ха». Да и вообще, письма в клане отправляют только в редких случаях, так что всё равно не вариант. Остаётся только ждать и надеяться на лучшее. А вообще, синоби еще пару недель назад начал замечать в себе перемены. Раньше это были лепестки глицинии в кровати, которые, как он думал, принес ветер в открытое окно. Потом «случайные» касания невзначай, да и вообще было неловко с возлюбленным находиться, пусть они и тренировались каждый день. Тогда он этого не понимал или же не хотел понимать. А теперь все стало серьезнее и суровее. И как объяснить всё другим было также непонятно, да и лишняя паника не нужна была. При одной мысли, что всё закончится плохо для него, Хонга сразу бросало в холодный пот. Нельзя же было умереть нелепой смертью. Хотя тут уже юноша не знал что лучше: умирать, так и не сказав о чувствах, или сказать о любви, но получить отказ и умереть. Всё было сложно.