Часть 6
6 апреля 2022 г., 15:10
Примечания:
Жду ваших комментариев, целую)
Кухня семьи Фоминых была в полном беспорядке. Мама- Анна Дмитриевна резала уже второй тазик салата. Маша же, мешала картошку кипящую на газовой плите. Работа шла полным ходом. Вечером придут гости, большое событие в семье. У Анны Дмитриевны юбилей, пятьдесят пять лет. Приглашенны академики, университетские друзья родителей. Маша же в этой компании должна была стать лишней, но одна случайность дала ей возможность быть с группой поддержки.
Три дня назад Маша так же готовила на кухне:
— Пробуй. — котлеты по киевски с румянной корочкой лежали на большой посуде. Так и манили запахом.
— Маш и кто ж тебя научил готовить? Это точно не наши с папой гены. — Мария довольно улыбнулась на высказывание матери.
Ей и правда всю жизнь нравилось готовить. Пока родители были в разъездах маленькая Фомина вдоль и поперёк изучила кулинарную книгу, а уже в десять научилась поджигать газовую плитку. Продуктов в холодильнике всегда было много и тягость Маши к кулинарии мама всегда поощряла. Учителя по трудам восхищались маленькой поварихой, а девочке это только льстило. Все грезили ей судьбу успешного шеф-повара, только вот сердце Маши лежало совсем не к еде, а к музыке.
— Как? Вкусно?
Мария Аркадьевна вывела для себя одно правило которого всегда придерживается: «Сначала накормить всех и узнать нравится или нет, а потом уже есть самой».
— Машенька, ты с солью переборщила. — удивлённо подняла глаза на дочь Анна Дмитриевна.
Нонсенс, Маша и пересолить? Быть такого не может, она всегда делала всё одинаково. Что пошло не так?
— Пересолила? Быть такого не может. — девушка отломила кусочек и положила в рот. — Ничего себе. Я и не заметила. Как так?
— Дочь? — мама улыбнулась и подпёрла подбородок кулаком. — Может быть уже хватит как школьникам шифроваться? Штирлицы.
— Мама ты о чём? — брови девушки поползли вверх.
— Я про мальчика у которого ты уже два месяца ночуешь. Что думаешь я совсем глупая? Какая Вика, какие конспекты? Машунь ты взрослая девочка и если у тебя есть молодой человек я буду за тебя только рада.
Щёки юной Фоминой залились пунцовым румянцем. Она правда так считает? Подумала Маша.
— Ты права не против? Я думала вы с папой…
— Что? Под монастырь хотим тебе повести? — засмеялась зенщина. — Марусь, мы тоже были молодыми, ты бы знала как твой папка меня у деда выкупал, такое видеть надо было. Для нас ты всегда будешь маленькой девочкой, потому что ты наша дочь. При это твоя жизнь должна расти дальше, семья, дети. Когда—нибудь и они у тебя будут. — мама замолчала, а затем выдала. — А может быть ты этого мальчика ко мне на юбилей приведёшь? Вот и познакомимся, тогда я точно буду спокойна.
Так Маша и обеспечила себе поддержку в лице Пчёлкина, а иначе бы её буквально разорвали на кусочки мамины подруги. Вечные расспросы о женихах, свадьбе и детях преследуют девушку с шестнадцати лет и если раньше это были просто шутки, то сейчас серьёзные наставления. На большое удивление Витя согласился, сказал, что ради такого даже на работу не поедет, заведёт какие-то бумажки и всё.
— Парни у меня сегодня не получится. — Пчёла поднял руки вверх в знак «сдаюсь».
— Ты, что задумал? — поинтересовался Фил, попивая кофе.
— Ничего, еду знакомиться с предками Маши.
— Вау! Пчёлкин знакомиться с родителями девушки, помечу как красный день календаря. Я думал вы так…— поясничал Космос крутясь на офисном стуле.
— А мне кстати Томка сказала, что Машка ей звонила.
— Звонила? И, что сказала? — удивлённо произнёс Витя, закуривая новую сигарету.
— Про работу спрашивала, любишь ли ты её ещё. Кажется, девчонка боится. Пчёл ты бы задумался. Она вроде неплохая, да, Саня сказал, что она от оружия шарахалась, но сама по себе неплохая.
Давно Виктор это обдумывал. Мария и впрямь казалась ему «той самой», даже утром когда только проснулась: с заспанным лицом, в мятой футболке, но такая своя, что думать о ком-то другом даже духа не хватало. И как она это сделала?
— Вот. — из внутреннего кармана пиджака молодой человек достал красную бархатную коробочку.
— Опа! — воскликнул Холмогоров. — Дай посмотреть.
— Я уже неделю хожу и никак не могу найти подходящий момент. То я поздно возвращаюсь, то она весь день на учёбе. — Пчёлкин почесал голову.
— Не хило. — прокомментировал ювелирное украшение Космос.
— Космосила ты только не примеряй, а то не снимешь. — засмеялся Валера.
— Ещё и ссоримся всю неделю, вон вчера из-за нихуя.
Витя был правд, отношения и правда портились с немыслимой силой. А всё из-за как её называет Маша: «работы» Вити.
— Витя я сегодня утром кровь на рубашке видела, что случилось? — сверлила взглядом Пчёлкина, Мария.
— Ничего, так запачкался. Выкинь её, не парься.
— Не париться? Вить…неделю назад я тебе бровь рассечённую обрабатывала, сейчас кровь на рубашке.
— Машунь, пустяки, производственная травма.
— Производственная травма, это когда ты на заводе палец станком придавил, а это серьёзно. А вдруг тебя убьют, что ты мне прикажешь делать?!
— Кто меня убьёт? Что ты такое говоришь?
— Да кто угодно! Мы не бессмертные! Я не хочу быть вдовой в двадцать один!
— Да о чём ты говоришь! — воскликнул Пчёлкин. — Маша! На меня смотри! Слушай! Со мной всё в порядке! Я жив и здоров как бык! Перестань нести чушь!
В дверь позвонили когда на часах ещё не было четырёх. Маша поправила платье у зеркала в прихожей и улыбнувшись отражению поспешила открыть гостям.
— Привет. — протянул слово Пчёлкин.
— Ты рано. Привет, проходи. — радостно улыбнулась Маша и заметила букет красных роз в руках парня.
— Я люблю поздравлять первым. — лёгкий поцелуй остался на девичей щеке.
— Тогда ты опоздал, мы с папой опередили.
— Чёрт! Ну вот. Где именинница? — огляделся Витя.
— С отцом в гостиной, стол накрывали. Переживаешь?
Конечно же Пчёлкин переживал, всю ночь думал как лучше прийти и, что лучше сказать. Для храбрости даже рюмашку с парнями замахнул.
— Всё в ажуре, пойдём уже знакомиться. — как бы внешне молодой человек не выглядил спокойным, ладошки всё равно потели.
— А вот я, что-то переживаю. Мам, пап! — девушка взяла мужскую руку и аккуратно провела пальцами по часам на левом запястье.
— Здравствуйте, — зайдя в комнату попревествовал родителей Витя.
— Ой, здравствуйте. — поправила женщина причёску.
— Пап, мам познакомьтесь, это Витя, мой молодой человек. — слова грели парню душу, давно никто не смотрел на него с такой любовью, а уж когда последний раз был в серьёзных отношениях вообще забыл. Может, никогда? — Витя, это мои родители. Аркадий Александрович и Анна Дмитриевна.
— Очень приятно, — Виктор протянул руку отцу.
— Мне тоже. — несколько секунд зрительного контакта и мужчины отступили друг от друга.
— А это вам, — протянул букет в руки женщины. — С днём рождения.
— Спасибо большое, — улыбнулась Анна Дмитриевна, тут Витя подметил от кого Маше досталась такая солнечная улыбка. — Не стоило, это очень дорого.
Букет и правда отличался своей величиной, в годы развала о там московские женщины могли только мечтать.
— Для вас ничего не жалко, пустяки.
Вечер шёл полным ходом. Маша нервно ковыряла еду в тарелке с надеждой, что мамины подруги не начнут старую песню.
— Тебе ещё, что-нибудь положить? — поинтересовалась Фомина смотря на Витю.
— Я объелся, ты готовила?
— Да, мама только салаты резала.
— Узнаётся рука мастера. — пошутил Пчёлкин и ущепнул девушку на бедро.
— Машенька, Вить, а как вы познакомились? — после задорного смеха спросила тётя Галя.
— А Машка на полке магазина стояла, а я иду мимо думаю, чтоб не купить?
— Он шутит. — перебила рассказал Мария. — Я в новый год дверь в квартиру случайно захлопнула, а Витя помог открыть.
И кто бы мог подумать, что случайная встреча в гастрономе рядом с домом Холмогорова может привести к тому, что ребята будут сидеть за семейным праздником и обсуждать жизнь.
— Молодец, а работаешь где? — дядя Игорь старый армейский папин друг, суровых нравов.
— У нас с друзьями ЧП, металлы, дерево перевозим.
— ЧП это хорошо, сейчас мало хороших предприятий. — Маша подавилась, не ожидала она услышать такие слова, тем более уж от дяди Игоря. Как хорошо, что Пчёлкин сказал лишь верхушку айсберга.
— Машунь, пойдём, поможешь мне торт нарезать. — направила свой взор мама.
— Конечно, я сейчас приду. — шепнула она на ухо парня.
Взяв в руки нож Мария аккуратно начала резать десерт.
— Маш, а он точно в ЧП работает?
— А, что такое? Конечно, их четверо работает, только я в дела не лезу.
— Просто, — Анна Дмитриевна слегка запнулась в словах. — Парень очень хорошо одет, ты видела его часы? У нас таких точно не купить, ещё я видела на какой его машине привезли. Он точно предприниматель?
— Мамуль, — девушка опустила руки и подошла ближе. — Сейчас это выгодный бизнес, они вовремя спохватились, денег достаточно. Не переживай, правда.
— Ох, ну если ты так говоришь. — женщина присела на табуретку. — А вообще он хорош, красавец какой, молодец, что успела. Такого с руками и ногами бы отобрали. А смотрит на тебя как.
— Как?
— Как пчела на мёд, как бы это породоксально не звучало. Правда, Марусь, я рада и спокойна.
— Скажешь чего, хоть стой, хоть падай. — усмехнулась брюнетка.
А ведь и правда, несмотря на все недопонимания и ссоры, Витя всегда приходил мириться первым. Всегда пытался успокоить и поддержать, даже с учёбы забирать стал, хоть Фомина его вовсе и не просила, а самое главное каждый раз когда девушка оставалась у него, всегда вставал раньше и приносил кофе в постель. Не джентльмен ли?
— Мы наверное уже пойдём, вам есть о чём поговорить и без нас. — кивнул в сторону выхода Витя.
— Да, мамуль. Мы хотели ещё прогуляться сегодня, а вы сидите. — Маша взяла Пчёлкина за руку и встала из-за стола.
— Конечно, дети мои, идите. — мама пошла вслед за парой.
— Не против, я у Вити останусь?
— Обещаю, завтра железно в девять будет у дверей университета. — подмигнул Пчёла.
— Да, пожалуйста. Главное не проспите. — женщина обняла Виктора.
— Обещаю, ещё раз с праздником вас.
— До скорого. — Аркадий Александрович пожал парню руку первый.
— Досвидания.
Молодые люди вышли в парадную и Маша остановилась.
— Мама под большим впечатлением от тебя. — радостно произнесла Фомина и вцепилась в мужскую руку. — Ты первый кого я познакомила с родителями.
— Я люблю быть первым.
— Ты такой застенчивый.
Парень сократил расстояние до минимума и аккуратно отпустив руку прижался губами к губам девушки. Сладкие, мягкие и такие родные. Родные. Он готов душу дьяволу продать, лишь бы целовать именно её. Милую, задорную Марию. Целоваться пока не станет умотанным. Прижиматься к ней так близко как это только возможно, только она может зажечь оледеневшее сердце.
