Чувствовать сердцем

Вэй Ин, с каким бы неодобрением ни смотрел на это почтенный учитель Лань Цижэнь, часто занимался с младшими учениками. Чтобы не маячить перед глазами Старейшины и не расстраивать его не подходящими под строгие правила Гусу Лань методами, он уводил малышей в горы на долгие прогулки, во время которых рассказывал много интересного, учил музыкальным техникам, а заодно и сам становился крепче. Тело Мо Сюаньюя, лишённое Золотого ядра, значительно уступало в выносливости тому, которое некогда принадлежало самому Вэй Ину, но эту неприятность можно было разрешить долгими тренировками. Порой походы в горы затягивались даже на несколько дней, и тогда вместе с младшими учениками шли и несколько старших, чтобы не допустить досадных случайностей. Обычно помогать учителю Вэю отправлялись Лань Сычжуй и Лань Цзинъи. Однако на этот раз в Облачные глубины с визитом прибыл глава клана Цзинь, Цзинь Лин, да и Оуян Цзычжэнь по счастливой случайности находился здесь же — поднялся погостить после ярмарки в Цайи. Не то чтобы Цзинь Лин действительно сказал, что хочет пойти вместе с учителем Вэем, но какое бы хмурое лицо он ни сделал, всё же не отказался наотрез, что же касается Оуян Цзычжэня, так ему всё равно не хотелось слишком рано возвращаться в собственный клан. Учитель Вэй ничуть не возражал против компании, хоть и уделял основное внимание малышам, которых ласково называл «крольчата». Поначалу горные тропы, поднимающиеся от Облачных глубин, были не такими уж сложными, и поход напоминал прогулку, но постепенно они становились всё уже, а потом и вовсе превратились в череду уступов, за которые приходилось цепляться что есть силы, выбирая, куда бы поставить ногу. Учитель Вэй с лёгкостью балансировал на камнях, повисал на руках, перепрыгивал расщелины и постоянно смеялся, не замолкая даже на мгновение, пока усердные «крольчата» следовали за ним. Державшиеся чуть в отдалении старшие ученики тем временем переговаривались о своём, лишь изредка бросая взгляды на идущего впереди беззаботного учителя и помогая тем младшим, кому это было нужно. Однако когда дорога совсем исчезла и даже самый выносливый среди прочих Лань Сычжуй немного устал, Вэй Ин внезапно оступился и повис на одной руке. Оуян Цзычжэнь едва не кинулся на помощь, но Цзинъи удержал его за рукав. — Ничего страшного, не оскорбляй учителя Вэя своей глупой тревогой, — проворчал он. И действительно, смеясь, Вэй Ин подтянулся, вспрыгнул на камень и повёл малышей в обход страшного места. — Как ты понял, что с ним ничего не случится? — удивился Цзычжэнь. — Что тут понимать, если бы ему хоть что-то угрожало, в тот же момент здесь появился бы Ханьгуан-цзюнь, — фыркнул на это Цзинъи. — Да не может этого быть, — покачал головой Цзычжэнь. — Мы ушли далеко от Облачных глубин. Как бы Ханьгуан-цзюнь оказался здесь? Что такое ты придумываешь? — Можешь удивляться сколько угодно и не верить мне, если желаешь, — скрестил руки на груди Цзинъи, — но не было такого момента, чтобы учитель Вэй падал, а его не подхватил бы при этом сам Ханьгуан-цзюнь. Верно я говорю? — и тут он толкнул Цзинь Лина в бок. Может, Цзинь Лину и не хотелось бы того признавать, но, скривившись, он добавил: — Так и есть. Когда в начале цветения пионов он разговаривал с моим дядей, рассевшись прямо на крыше павильона, да случайно соскользнул с неё, Ханьгуан-цзюнь поймал его на руки, хотя, честное слово, был до этого в Главном зале! — Да таких случаев не сосчитать, — продолжал Лань Цзинъи. — Думаю, он просто не способен упасть. Ханьгуан-цзюнь всегда подхватывает его. И никакому злу не получится подобраться ближе, потому что рядом всегда будет верный Бичэнь. — Однажды его подхватил я, — вмешался Лань Сычжуй, но и Цзинь Лин, и Цзинъи тут же замахали на него руками. — Скажешь тоже! Ты его сын, это одно и то же, — ткнул его в грудь пальцем Цзинь Лин. — Эй, все крольчата давно уже расположились на отдых, а вы всё ещё застряли здесь? — учитель Вэй Ин появился перед ними и насмешливо оглядел их. — Дайте угадаю, снова сплетничаете? — Сплетни запрещены в Облачных глубинах, — хмуро возразил Цзинь Лин, избегая смотреть на него. — Так поэтому вы и отошли от них подальше, — хмыкнул на это учитель Вэй. — К тому же разве распространяются эти правила на главу клана Цзинь? — На самом деле мы говорили о тебе, учитель Вэй, — вдруг решился Оуян Цзычжэнь. — Цзинъи утверждает, что если тебе будет угрожать опасность, Ханьгуан-цзюнь окажется здесь в то же мгновение, не успеешь моргнуть. Это правда? Учитель Вэй удивлённо распахнул глаза и улыбнулся. Качнув головой, он задумчиво пожал плечами. — С одной стороны, не так уж легко найти опасность, которая стала бы мне угрожать, — почесал он кончик носа. — С другой… я не могу вспомнить случая, когда этого бы не случилось. Лань Чжань действительно… оберегает меня. — Так давайте проверим, — воодушевился Лань Цзинъи, подпихивая сразу и Цзычжэня, и Цзинь Лина. — Если ты, учитель Вэй, допустим, упадёшь со скалы, поймает тебя Ханьгуан-цзюнь? — Падать со скалы, знаешь ли, не так уж приятно, — фыркнул на него учитель Вэй. — Этакое я уже пробовал, и не особенно хочется повторить, — он двинулся прочь. Остальные только заговорщицки переглянулись. Они прекрасно знали его характер — пусть он и поворчал сначала, но стоило лишь показать загадку, и учитель Вэй не мог оставить её в покое без всякого решения. Они медленно двигались к лагерю крольчат, а вокруг стремительно темнело. За разговором они и не заметили, что солнце уже близилось к закату. Тропа — или её подобие — была уже едва различима, потому никто и не удивился, что Вэй Ин внезапно оступился на ней и едва не рухнул в ощерившуюся внизу каменными клыками пропасть. Едва — но не потому, что Лань Сычжуй, шедший следом за ним, успел выбросить руку и поймать его, а потому, что, стоя на мече, появился сам Ханьгуан-цзюнь и теперь удерживал учителя Вэя за талию так легко, точно за этим только и прибыл. Точно на самом деле и нёс его на руках всё это время. Оуян Цзычжэнь удивлённо приоткрыл рот, Цзинь Лин недовольно отвёл глаза, Цзинъи сиял, как начищенное медное зеркало, а Лань Сычжуй, единственный из всех не лишившийся ни спокойствия, ни вежливых манер, поклонился и поприветствовал: — Ханьгуан-цзюнь. За что был удостоен краткого кивка. — Лань Чжань, — выдохнул тем временем учитель Вэй, совершенно преобразившись. — Откуда ты здесь? — Ты был неосторожен, — качнул на это головой тот. — Просил тебя не уходить так далеко в горы. Это может быть опасно. — Нисколько, — возразил учитель Вэй. — Крольчатам полезно воспитывать стойкость и выносливость, да и этому телу не помешают такие прогулки, ты и сам это знаешь. — Мгм, — коротко вздохнул Ханьгуан-цзюнь, кивнул им, оставил учителя Вэя на тропе и канул в ночь, воспользовавшись талисманом перемещения. *** Позже, сидя у костра, пока младшие ученики спали, а учитель Вэй уединился для медитации, Лань Цзинъи продолжал: — …И так происходит всегда, вы сами убедились сейчас. — Да ну, я всё ещё не верю. Это совпадение. Должно быть, они оговаривали маршрут прежде, и Ханьгуан-цзюнь просто проверил… — отмахнулся Цзычжэнь. — Как иначе он бы понял, где искать учителя Вэя?.. — Что ж ты такой недоверчивый, — надулся Цзинь Лин. — Цзинъи прав! Не веришь ему, так поверь мне, главе клана! — Ну-ка, тише, — вынырнул из темноты учитель Вэй. — Не надо будить крольчат, они очень устали. Что вам снова не даёт покоя? О чём теперь вы сплетничаете? — Всё тот же вопрос, — развёл руками Лань Сычжуй, сделав вид, что не заметил, как учитель Вэй назвал их разговор. — Признаться, это и мне любопытно, — усмехнулся тот, но не стал продолжать и снова отошёл во мрак. *** Ночь прошла очень спокойно, днём они добрались до вершины и долго созерцали открывшийся мир, а после направились вниз, обратно в Облачные глубины, только иным путём. Выбрал дорогу Оуян Цзычжэнь и даже упрямо пошёл впереди, чтобы быть совершенно уверенным, что учитель Вэй не планировал так вилять среди скал. К середине дня они нырнули под кроны искривлённых ветром низеньких сосен. Тропа была узенькой и петляла между стволов по склону, а усыпавшие всё ржавого цвета хвойные иголки так и норовили заскользить под ногами. Корни здесь то и дело выпирали из земли, кое-где даже раздвигая скалы, и пока все пробирались, осторожно глядя вниз, Вэй Ин вытащил флейту и начал наигрывать какой-то легкомысленный мотив. Уже то, как учитель Вэй обращался с тёмным артефактом, с могущественной Чэньцин, привело бы к искажению ци старейшин клана Лань, но и крольчата, и компания постарше уже привыкли к подобному, а под музыку идти было всё же намного веселее. Однако, следя за мелодией, учитель Вэй совершенно точно не смотрел, куда наступает. В какой-то момент камень под его ступнёй внезапно раскрошился, и он оступился на скользкой хвое, взмахнул руками, не в силах удержаться, и должен был кубарем покатиться по склону, но… Нечто белоснежное тут же оказалось рядом. — Вэй Ин, — раздался спокойный голос Ханьгуан-цзюня. — Ты опять неосторожен. — Ох, да, слишком увлёкся, — на скулах учителя Вэя появился румянец, и крольчата, и Лань Сычжуй, и Цзинъи, и Цзычжэнь мгновенно отвернулись, а Цзинь Лин ещё и прикрыл ладонью лицо. Когда же хрупкая горная тишина нарушилась коротким звуком поцелуя, все сделали вид, что ровным счётом ничего не произошло. — Мы доберёмся к вечеру, — пообещал учитель Вэй, отстраняясь от Ханьгуан-цзюня и дыша порывисто и быстро. — Уже скоро, обещаю, — и тот кивнул и снова скрылся, воспользовавшись заклинанием перемещения. — Два раза — это всё ещё совпадение, — пробормотал Цзычжэнь, стараясь не замечать испепеляющего взгляда Лань Цзинъи. *** Как учитель Вэй и рассчитывал, они вышли к водопаду в Облачных глубинах на закате, как раз вовремя, чтобы полюбоваться яркими красками и сиянием искрящихся капель. Затем крольчата отправились отдыхать, учитель Вэй исчез в цзинши, а остальные собрались в выделенных Цзинь Лину покоях. — Должно быть, между ними существует какая-то связь, — ворчал Цзычжэнь. — Должно быть, у него есть какой-то талисман, который он берёт с собой. Как иначе это может происходить?.. — Нет при нём ничего подобного! — возмущался Цзинь Лин. — Однажды он бродил по крышам в Пристани Лотоса только в одном нижнем ханьфу, а там, как знаешь, ничего не спрятать в рукав. Оступился на скользкой черепице, потому что был дождь, но и тогда Ханьгуан-цзюнь не дал ему даже ногу подвернуть, хотя дядя пожелал ему свернуть себе шею! — Ты как будто бы обыскал его лично, прежде чем отпустить на прогулку по крышам, — недоверчиво покачал головой Цзычжэнь. — Нет, как именно Ханьгуан-цзюнь может знать такие вещи? — Ну а ты задай этот вопрос ему самому, — предложил Цзинъи. — Он не обидит тебя, рядом с учителем Вэем он мягок, что тот кролик. Цзинь Лин ткнул его локтем под рёбра, и дальше они уже не возвращались к этой теме. *** На следующий день Оуян Цзычжэнь всё же должен был покинуть Облачные глубины. Но уже когда он шёл по выложенной белыми камнями дорожке мимо Главного зала, заметил Ханьгуан-цзюня, удерживавшего на локте сразу несколько свитков. — Ханьгуан-цзюнь, — воскликнул он и поспешно поклонился. — Ханьгуан-цзюнь, у меня есть вопрос… — он замялся. — Какой? — спросил его Ханьгуан-цзюнь спокойным тоном. — Какая бы… опасность ни угрожала учителю Вэю, вы постоянно оказываетесь поблизости, — опустил голову и весь зарделся Оуян Цзычжэнь. — Как… как это у вас получается? Вы используете для этого талисман или скрытую технику?.. — Чувствую, — ответил на это Ханьгуан-цзюнь. — Чувствуете? — удивился Цзычжэнь. — Сердцем, — уточнил Ханьгуан-цзюнь. — Но… — Мне нужно отлучиться, — вдруг вихрем сорвался с места Ханьгуан-цзюнь. Цзыжчэнь осмотрелся, но не увидел ничего подозрительного, как вдруг издалека послышалось: — О… Лань Чжань… — Ты снова неосторожен, Вэй Ин. Оуян Цзычжэнь прижал холодные пальцы к горячим щекам и быстрым шагом отправился дальше. Однако мягкий смех учителя Вэя всё равно настиг его и заставил покраснеть ещё больше.