Часть вторая «Now I know»
9 февраля 2015 г., 16:40
POV Марка.
С момента моего соизволения простить брата прошло несколько месяцев. За это время ничего особо не менялось, мне так казалось, все вроде бы шло своим чередом. Дальше обниманий и поцелуев как-то не доходило, хотя порой я и сам был не против. Я честно не понимал почему, но решил ждать, пока все само образуется. Так наивно и глупо.
Легко ли было самому мне признать ориентацию своего брата и себя? Честно, я не задумывался на этот счет. Не считал, что это имеет какое-либо значение в моей жизни. После выписки Олега из больницы несколько месяцев назад мама почему-то решила устроить праздник по этому поводу. Готовила она тогда весь день, а я не мог понять, кому и зачем, ведь столько в нас не могло вместиться и за неделю. Но такова была ее особенность, не знаю почему, но ей все время казалось, что мы останемся голодными. Боюсь, ее уже не поменять. Да мы и не пытались, так как готовила она, признаться, очень вкусно.
На улице был март. Снег таял, создавая маленькие ручейки на неровных склонах асфальта. Идиотское время года, не знаешь, как лучше одеться, выходя из дому. Надеваешь более легкую одежду, и откуда ни возьмись появляется холодный ветер. Надеваешь что-то зимнее, и тут появляется палящее солнце. Вроде еще и не тепло, но уже и не мороз. Никогда не любил весну. Да и осень вместе с ней. У меня они ассоцировались со слякотью и депрессией. К тому же у насильников всякие обострения. Невольно я подумал о своем брате и усмехнулся сам себе. С чего бы это.
Утаптывая еще больше грязно-серый снег ботинками, я шел по улице, оглядываясь по сторонам на прохожих. Я все так же любил наблюдать за людьми. Порой смотришь на человека и пытаешься предугадать, какая эмоция сейчас появится на его лице. Иногда они косились на меня и быстро отводили взгляд, в основном девушки. Может, они считали, что я с ними флиртую... или как это по-современному сейчас называется? Они как никто другой умели одеваться по погоде, чутье у них, что ли.
Я один из тех людей, которые не могут представить хотя бы одну минуту своей жизни без плеера. По этой же причине в моих ушах сейчас звучали слова любимой группы. На свой плеер я копил сам, периодически подрабатывая. Наверное, никогда не смогу забыть того чувства радости, перемешанного с восторгом и гордостью, когда купил его.
Сам того не замечая, хотя я вообще мало чего за собой замечал, за что иногда получал от Олега и остальных членов семьи, я начал совсем тихо подпевать словам:
- Now I know. That I can't make you stay. But where's your heart?* - еле слышно пропел я, оглядываясь по сторонам, в надежде не увидеть непонимающих взглядов, как это бывало всегда. И мне повезло, даже внимания не обратили. Наверное, никто и не слышал. Я мысленно поблагодарил всевышние силы. И с какого времени я начал в них верить?
Иногда такое бывало, что я не мог сдержаться и в людных местах начинал петь совсем один. Не скажу, что я отличаюсь чудесным голосом, как солист этой группы, но петь я явно любитель. Пока я так бездумно бродил по городу в поисках непонятно чего, но явно не смысла жизни, так как его я не видел и никогда уже не увижу, я наткнулся на очень заинтересовавшее меня здание. На нем не было ни вывесок, ни каких-либо других обозначений, возле него стояло много людей с бутылками пива и портвейна в руках, классика России, что тут еще сказать. Отвлекаясь от них, я заметил перед собой обычную такую черную дверь, не имеющую ручки, и я совершенно не понимал, как ее можно было вообще открыть, какой идиот это соорудил? Не сказал бы, что мне повезло, но из помещения кто-то вышел, и я, поддаваясь своему любопытству, нырнул внутрь здания, откуда доносились громкие звуки гитары и барабанов. Странно, конечно, с улицы я не слышал ее. Изоляция, наверное, хорошая, как и во всех клубах. Это же клуб, скорее всего. Хотя, проходя все дальше и дальше, я начинал в этом сомневаться. Если бы я тогда только знал, что меня ожидает внутри. Пошлите мне кто-нибудь побольше мозгов и логики, да и здравым смыслом украсьте все это, пожалуйста.
POV Олега.
Я сидел на мягком стуле синего цвета с бежевыми узорами в кухне и бездельно смотрел в окно, думая о Марке. А разве было время, когда я о нем не думал? Я не особо любил называть его братом и сам не знал причины на это. Мне было легче относиться к нему, как к возлюбленному собой, чем как к родственнику. Я все еще продолжал видеть его изящные движения, наблюдать за ним, когда он переодевается. Он изредка позволял себя обнимать, но дальше и не заходило. Прикоснувшись к нему, я сразу же ощущал, как его тело бьет дрожь, а он отчаянно пытается это скрыть. Глупый.
Похоже, он все еще боялся, несмотря на то, что произошло в больнице. Мне почему-то казалось, что в душе он нихрена меня не простил. Приглядевшись, в его глазах можно было увидеть боль, как в те дни. Похоже, он не отрицал своей ориентации, как и я. Возможно, также не видел в этом смысла, ведь это случилось, и вернуть что-то назад было слишком поздно. Не скажу, что он вздрагивал при любом моем прикосновении, иногда даже первый проявлял инициативу.
А я все размышлял, как после всех этих странных игр в больнице он остался все таким же стеснительным. И долго ли мне придется ждать, пока он решится выяснить, что происходит между нами... вообще произойдет ли это когда-то, или он и правда думает, что все эти нежности и милости проходят для меня даром.
На улице заметно потемнело. и зажглись фонари на проезжой части. Я оставался в своей позе, ожидая прихода Марка. Машины за окном проносились. Вот опять. Куда они все едут, куда они все спешат. Вслед за ними проходят кучки людей. И все как один одеты в черные одежды, как будто другого цвета в мире и не существует вовсе. Хотя, если признаться, я и сам испытывал страсть к черному цвету, но считал, что его нужно с чем-то сочетать, чем так как некоторые любят бездумно облачиться и ходить маленькой тучкой по городу. С улицы послышался протяжный визг тормозов и резкий удар. Я пригляделся и подумал, что ничего другого ожидать было нельзя.
Время шло. Секунда за секундами, минута за минутами, час за часом... Его все так же не было. Я бы уже давно начал волноваться, не будь этот человек моим братом. Каждому из нашей семьи было давно известно, что он любитель походить по вечернему городу, слушая свою дерьмовую группу. Да, я не особо уважал его вкусы, и мы частенько из-за этого спорили, доходило, что начинали бой подушками и всем, что попадалось под руку. Улыбка неожиданно появилась на лице при таких воспоминаниях. Решив, что сегодня ждать его до ночи бесполезно, я отправился в нашу комнату, полностью погружаясь в мир, где мог забыться в любой момент, так как спокойствие все-таки подходило к концу и сменялось волнением.
*My Chemical Romance – Famous Last Words
