Я знаю, что ты простишь.

POV Олега. Сознание возвращалось толчками, в ушах звенел крик матери - "Нет!". Передо мной были глаза брата, так и говорившие, что он не верит. Боль пронзала тело. Пищащие приборы раздражали. С мученическим стоном, все-таки открыл глаза и не поверил себе. Передо мной стоял Марк! Его взгляд выражал смятение, он переминался с ноги на ногу, но не уходил. - Мам, он пришел в себя! - крикнул в коридор брат. В палату ворвалась мать, она упала на колени возле кровати. - Жив! Слава богу, жив! - шептала она, плача, целуя мою руку. Я видел, что ей хочется заключить меня в объятия, но она боится навредить неосторожным прикосновением. В палату зашел врач, сопровождаемый отцом. - Ну что вы? Что вы? Все с вашим сыном будет хорошо! - проговорил он, поднимая маму и передавая ее отцу. - А теперь давайте посмотрим на вас, молодой человек! - устремил на меня свой взгляд "Айболит". Начался осмотр довольно осторожно: врач прощупывал внутренние органы и внимательно следил за реакцией, под конец он уже крутил меня как собачонку, сгибая и разгибая конечности. - Ну что ж! Как я и говорил - ничего серьезного. Только легкие, но многочисленные ушибы, а потеря сознания - защитная реакция организма, - вынес вердикт он. - Но до завтра пусть полежит, еще понаблюдаем. И нужно, чтобы с ним кто-нибудь остался - с персоналом у нас напряженка, зарплаты у младшего медсостава маленькие, а пациентов много, так что сами понимаете, - обернулся к моим родным доктор. - Я останусь! - отводя глаза, выдохнул Марк. Несколько минут после ухода родителей мы провели в гробовой тишине, и только тихий скрип двери прерывал ее. Я не знал, сколько это будет продолжаться, и вообще, почему он вызвался со мной сидеть? Не отдавая себе отчета, Марк перекладывал с места на место предметы на тумбочке, молча поглядывая на меня. Он было раскрыл рот, видимо для того, чтобы что-нибудь сказать, но так же быстро его закрыл, отводя взгляд в сторону. Зачем вообще остался? Чтобы помучить и меня, и себя, наверное. Что же он почувствовал, когда меня сбила машина... И почувствовал ли? Он резко протянул руку и схватил один из фруктов. Посмотрел на него, оглядел, покрутил и в итоге почти шепотом сказал мне: - Тебе нужны витамины, ешь. - и пихнул мне его в рот с таким серьезным выражением лица, как будто от этого зависела его жизнь. - Эм... Да, спасибо. - давясь, сказал я, не взяв яблоко в руку, а только откусив от него. Недоумение в его глазах. Снова тишина и замершая рука Марка с яблоком перед моим лицом. - Я больше не хочу, извини. - прожевав, поспешил объяснить я. Брат тут же убрал руку и положил яблоко на место, доставая телефон и что-то в нем тыкая. Нам бы поговорить, только с чего начать разговор, да и обстановка, мягко говоря, неподходящая. - Марк! Отвлекись, пожалуйста, на минутку. - он оторвался от телефона и поднял на меня глаза. - Понимаешь, я очень тебя люблю! В это трудно поверить, но в тот день я просто не сдержался. Кроме тебя мне никто не нужен. - запинаясь на каждом слове, начал я. Брат отложил телефон, поднялся и захлопнул скрипящую дверь. - Я тебя внимательно слушаю. - вернувшись на место, сказал он. - Меня никогда не привлекали девушки, партнеров по сексу у меня было мало, а тут ты - такой красивый, нежный, до одури привлекательный. Мне просто снесло крышу. Я готов использовать любую возможность, хочешь, я сам добровольно под тебя лягу, только не отталкивай. - продолжил я. - Можешь сделать мне как угодно больно, только прости! - глядя на него с надеждой, закончил я. - Ну что ж, проверим степень твоего раскаяния. - ответил он, замыкая дверь. - Твое "стоп-слово"! - Прости, не понял. - слегка озадачился я. - Слово, которое ты произнесешь в тот момент, когда терпеть больше не сможешь. - пояснил брат. - Марк? - я растерянно уставился на него. - Ты уверен? Впрочем, не важно. С этой минуты я для тебя - хозяин, и без моего разрешения ты говорить не смеешь. - отрезал брат, доставая свой рюкзак. - Да-а-а! Не густо! Но сойдет! - покопавшись в рюкзаке, заключил он. На свет была извлечена плетка, напоминающая кисточку, мягкая на вид длинная лента, две пары наручников и еще что-то в футляре. От увиденного у меня глаза полезли на лоб, а волосы на голове зашевелились. - Ма-а-арк! Ты что собираешься делать? - стараясь слиться с кроватью, спросил я. - Ну вот! Так я и думал, мы еще даже не начинали, а уже "стоп-слово". - холодно сказал он, начиная складывать вещи обратно. - Нет! Нет! Погоди, я согласен, только давай выберем другое слово, такое, которое не может сорваться случайно. Мой взгляд заметался по палате, остановился на фруктах. Апельсин. - выпалил я и зажмурился, чтобы не видеть его презрительного взгляда. - Хорошо! - все еще холодно, но уже без презрения отозвался он. - Я поясню некоторые моменты, после ты можешь поменять свое решение, но второго шанса у тебя не будет. - затаив дыхание, я принялся внимать. - Без моего разрешения ты не имеешь права говорить, подниматься с колен, прикасаться ко мне, позволены лишь действия, имеющие цель угодить мне. Сначала я буду говорить, что нужно сделать, потом ты должен будешь предугадывать мои желания сам. За непослушание или неверно выполненный приказ я имею право тебя наказать. - поигрывая плеткой, просветил меня он. - Я могу делать с тобой все, что угодно и не обязан пояснять свои действия. "Я так хочу" - и для тебя это закон. До того, как мы начнем, ты можешь оговорить, что тебе особенно неприятно и я не буду этого делать, но в процессе ни какие возражения не принимаются. - заключил он и вопросительно посмотрел на меня. - Я не совсем понимаю, что ты хочешь делать, но я готов на все, лишь бы ты был со мной. Я тебе доверяю. - произнес я. - Не смей больше никому говорить такое, твои слова дают слишком большую власть! - судя по тону, это уже был приказ. - Вставай, раздевайся. - Когда поднимался, меня чуть качнуло, но на лице брата не дрогнул ни один мускул. Стянул через голову бывшую на мне футболку, чуть поколебавшись, снял и боксеры. - На живот! - указал на кровать брат. Разместившись, как было приказано, сжался в ожидании удара. Но его не последовало, руки Марка заскользили по моему телу, осторожно втирая целебную мазь и разминая напряженные мышцы. Начал он с ног, и когда дошел до плеч, я уже млел от удовольствия. - Разворачивайся! - холодный голос вывел меня из полудремы, я не заставил себя упрашивать. Экзекуция повторилась, и если при прикосновениях к моей филейной части я каждый раз напрягался в ожидании проникновения, то сейчас просто таки жаждал, чтобы меня приласкали. Подрагивая от нетерпения, я попытался подставиться под умелые пальчики и тут же ощутил весьма болезненный щипок на бедре. - Какой непослушный мальчик. - услышал я сожалеющий голос брата. - На колени! - последовало незамедлительно. - Спиной ко мне! Упор на руки! Ноги шире! - Марк достал убранный ранее в рюкзак футляр, одел на запястье петлю от плетки и вернулся ко мне. Чем он занят, я не видел. В какой-то момент я ощутил смазывающие меня пальцы; к анусу прижалось что-то гладкое, скользкое, небольшого диаметра, а потом скользнуло внутрь. Во мне бушевала такая гремучая смесь эмоций, что я пропустил следующий приказ, спину обожгло ударом плети. - Не заставляй меня повторять! Я сказал: считай! - Раз! Два... Всего шариков оказалось семь, каждый последующий был чуть больше предыдущего и, судя по ощущениям, заканчивались они пушистой кисточкой. Марк обошел меня по кругу. - Молодец, хороший мальчик! - погладил он меня по щеке. - Ты же раскаиваешься в своих предыдущих поступках? - мурлыкнул он и нажал кнопку пульта, находящегося в другой руке. Игрушка внутри меня начала вибрировать, она периодически задевала заветную точку, спавшее было возбуждение начало набирать обороты. Поцокав языком, брат вернулся и что-то поправил, теперь стимуляция была постоянной. Я застонал. Господи, кто бы знал, КАК Я РАСКАИВАЮСЬ! - Вставай! Я кушать хочу! - скомандовал, откидываясь на подушку, Марк. Ноги меня почти не держали, от возбуждения темнело в глазах, но я поплелся к злополучным фруктам. Вспомнив, что брат любит виноград, я выбрал именно его. В ответ на протянутую кисть я получил только вопросительно изогнутую бровь. Пришлось опускаться на колени и кормить Марка, отрывая ягоды по одной. - Хватит! Раздень меня! - продолжая стоять на коленях, я начал с обуви. Раздев брата, я потянулся к своему колом стоящему естеству, за что сразу же получил плеткой по рукам. - Плохой мальчик! - на основании члена сомкнулось извлеченное из футляра кольцо. Я чуть ли не взвыл от разочарования. - Иди сюда! Руки! - мои запястья охватили наручники, парные кольца защелкнулись на спинке кровати, талию он обмотал лентой, пропустив концы под боковыми перекладинами, привязав ими мои икры, предварительно заставив согнуть колени, зафиксировал в позе лягушки с пошло торчащей вверх задницей. Едва не кричу, когда Марк вытаскивает из меня с хлюпающим звуком вибратор и откидывает его куда-то на пол. В следующий миг в меня входит уже его возбужденный член плавно, одним уверенным толчком заполняя до самого конца. Мои столько времени сдерживаемые хриплые стоны с каждым его движением становятся все громче, внутри все пульсирует от нестерпимого желания кончить. - Пожалуйста! Прошу тебя! - уже просто скулю я. Марк останавливается, его рука опускается и он снимает кольцо. Какое наслаждение, он нежно надрачивает мой член. Меня наконец пронзает разрядка, а он еще какое-то время трахает послушное тело, а потом со стоном кончает в меня. Слегка отдышавшись Марк развязал меня и плюхнулся на кровать рядом со мной. Приподнявшись на локте заглянул ему в глаза: - Ну, я прощен? - Надо подумать! - проказливо улыбнулся он. - И как долго ты будешь думать? - теряя надежду спросил я. - Ну-у-у, не знаю! Поцелуй меня! - со счастливой улыбкой, потянулся ко мне брат. - Люблю тебя! - выдохнул я впиваясь жадным поцелуем в его губы.