Неудачник - книга вторая

— Вот ваши комнаты, — сказал слуга. — Самая большая — это гостиная. Здесь ваша спальня, а это комната для отдыха и развлечений.  — А для чего здесь кровать? — спросил Колин. — Разве мало той, что в спальне?  — Так положено, — пожал плечами слуга. — Можно развлекаться с друзьями, и не всем нравится, когда… впрочем, вам это действительно пока не нужно. Есть ещё комната для занятий. Такие в этой части дворца только у вас и у девушек императрицы. Это комната с удобствами, а здесь будет ваш гардероб. Больше в этих апартаментах ничего нет. Ключи от комнат лежат на столе, но точно такие же есть у слуг, чтобы они могли в ваше отсутствие делать уборку. У нас не крадут, но ценности лучше запереть в денежный ящик. Вот от него нет других ключей. Оставьте свои вещи, и я покажу вам всё, что нужно знать во дворце. Сейчас пойдём к трапезной, которой пользуются маги… Завтрак подают в девять, обед у нас в два часа, а ужин в семь. Можно прийти позже, но лучше не задерживаться. Подобное сочтут неуважением, а если задержитесь надолго, можете остаться без еды. Вот это комнаты девушек, а главный маг…  — Я запомнил, где его комнаты, — перебил мальчик. — Кто ещё из магов здесь живёт?  — Только личный маг императрицы. Маги охраны живут и питаются отдельно, как и маг императора. Вот здесь у нас зимний сад.  — А зачем зимний сад, если нет зимы?  — Почему нет? — удивился слуга. — У нас зима не очень холодная, но с дождями. В парке уже не погуляешь, а здесь много красивых растений. В этом саду любят гулять девушки, и в нём часто бывают императрица с женой наследника. Я всё вам показал…  — А где библиотека? — спросил Колин.  — Она в той части дворца, где покои императора. Когда вас будут туда пускать, тогда и покажут. Расставшись со слугой, мальчик вернулся в свои комнаты и внимательно их осмотрел. Золото запер в денежном ящике, а свои вещи положил в шкаф. Комната для отдыха понравилась больше спальни. В спальне не было ничего, кроме кровати, ковра на полу и часов с зеркалом. В комнате для отдыха кровать была поменьше, но тоже большая. Здесь же был низкий стол с тремя креслами, а на полу возле каждого из трёх окон стояли красивые керамические бочки, в которых росли высокие кусты с большими блестящими листьями. Они немного закрывали окна, но выглядели очень красиво. Наверное, от этой зелени в комнате приятно пахло чем-то вроде лимона. На полу возле кровати лежал большой ковёр, а на стене висели часы. Гостиная выглядела богаче других комнат. Опробовав удобства, Колин вернулся в комнату отдыха и лёг на кровать. Он задумался, поэтому не сразу её увидел. Невысокая девушка без признаков одежды прохаживалась по комнате взад-вперёд, не производя при этом ни малейшего шума. Он насмотрелся на голых девиц на пляже, но там они просто отдыхали, а эта его соблазняла! Красивое личико, большие торчащие груди, такая тонкая талия, каких он не видел у женщин, и широкие бёдра, которыми она так двигала, что он невольно в первый раз в жизни по-настоящему возбудился. Видимо, красотка решила, что можно от демонстрации перейти к делу, остановилась и послала ему такую улыбку… Подобного стыда Колин еще не испытывал. Когда закончились судороги, он вытерся платком и вскочил с кровати, чтобы прогнать нахалку. Ещё раз улыбнувшись, на этот раз насмешливо, она ушла сквозь стену! Колин в полной растерянности вернулся на кровать. Его защиту никто не ломал, иначе он бы это почувствовал. И в магическом зрении абсолютно ничего не было видно! И что же тогда это было?  — Где это мы? — спросил появившийся рядом лафрей.  — Меня перевели в императорский дворец, — ответил мальчик. — Главный маг опасается, что мы с тобой чего-нибудь натворим.  — Глупо, — сказал демон. — Опасаются не тебя, а меня, и правильно делают! Но тогда было бы умней убрать источник опасности куда-нибудь подальше, а не тащить его во дворец вашего владыки. Ладно, это ерунда. Настойка у тебя?  — А приборы?  — Вот они, — сказал лафрей и положил на стол два небольших шара. — Сразу говорю, что вы не сделаете других. Не доросли вы до такой магии.  — А как ими пользоваться?  — Так же, как и при обычном магическом разговоре, поэтому второй шар должен находиться у того, с кем ты хочешь связаться. Разговаривать с незнакомыми не получится. Давай настойку.  — Сейчас принесу, — сказал Колин. — Только ты сразу не исчезай: я хочу кое-что спросить. Он сходил в комнату с одежными шкафами и принёс одну из бутылок. Лафрей выхватил её из рук мальчика, откупорил и присосался. Всю не выпил, но сразу же захмелел.  — Что у тебя за вопрос? — спросил он, устроившись на кровати. — Задавай быстрее, а то мне нужно уходить.  — Меня только что кто-то разыграл, а я не понял, как это сделали! Колин подробно рассказал о своём видении.  — Такая? — спросил демон, показав лапкой в сторону двери. Мальчик повернулся и увидел ещё одну голую красотку.  — Не та, которая была, но такая же! Это не живой человек, но я ничего не вижу в магическом зрении!  — Потому что плохое зрение. Это балуется кто-то из ваших самок. Используют для создания образа астральных зверюшек. Смотри-ка, до чего додумались! Они не просто что-то изображают, а видят всё в этой комнате и могут управлять фантомом. Кто-то из ваших использует не одну грачу, а целую связку. Хочешь их проучить?  — Конечно! А ты сможешь?  — Для меня это плёвое дело! — самодовольно ответил демон. Рядом с Колином возник его голый фантом. Его мужское достоинство возбудилось и стало вытягиваться, увеличившись раз в пять.  — Пожалуй, хватит, — сказал лафрей, и фантом с улыбкой на лице ушёл сквозь стену в коридор.  — Что ты сделал? — потрясённо спросил мальчик. — Куда ты его послал?  — Обостри магией слух, — ухмыльнулся демон. — Тебя соблазняли, ты ответил тем же. Всё нормально! Видимо, соблазнительницы были далеко, потому что даже с обострённым слухом мальчик едва услышал женский визг.  — Мой образ лучше, — гордо сказал лафрей. — Его можно даже пощупать. Ладно, я с тобой задержался…  — Постой! — крикнул Колин. — Можешь улучшить зрение? Мне это предлагал один демон, но он хотел лупить по голове, а подставлять голову под его кулак…  — А настойка?  — У тебя она есть, а потом дам ещё. Мне для тебя не жалко.  — Ладно, подставляй лоб, — согласился лафрей. — Но учти, что у меня тоже будет больно. Я не буду долго возиться. Посмотрев на потерявшего сознание мальчика, он сходил в комнату с гардеробом и забрал вторую бутылку с настойкой, после чего исчез. Колин очнулся минут через десять. К его удивлению, голова не болела, а, ощупав лоб, он не обнаружил шишки. Взглянув на мир магическим зрением, мальчик обомлел. Повсюду струились разноцветные потоки силы и плавали купающиеся в них существа самого причудливого вида. Сквозь образ замершей посередине комнаты девушки просвечивалось что-то похожее на связку больших колбас. В коридоре послышались приближающиеся шаги, и кто-то постучал во входную дверь.  — Войдите, — разрешил поднявшийся с пола Колин.  — Чем это ты занимаешься? — сердито спросил вошедший в комнату Грас. — Зачем создал свой фантом и отпустил гулять по дворцу, да ещё в таком виде? Ты напугал жену наследника, а ей сейчас вредно пугаться! Остановить не получается, уничтожить я тоже не смог. Иди и сделай это сам!  — Это не моя работа! Ваши девушки запускали ко мне вот таких… — Колин повернулся к фантому девицы, но его уже не было.  — Опять баловалась Алина? Но она клянётся, что не создавала твоего фантома, и не врёт.  — Его создал лафрей. Принёс приборы для связи, глупо пошутил и ушёл, треснув меня по голове. Теперь и я вижу ваших зверюшек.  — Это хорошо, — сказал Грас, забрав шары. — Для того чтобы полностью открыть магическое зрение, мне потребовалось почти сто лет. Как пользоваться шарами? Колин повторил объяснение лафрея.  — Настойка осталась? — спросил Грас. — Как только закончится, скажешь. Сейчас её готовят. Мы ещё поговорим о том, что требовать от демона, а сейчас беги искать свой фантом и делай что хочешь, но он не должен расхаживать по дворцу!  — И как я это сделаю, если ничего не знаю об этих фантомах?  — Сейчас я пришлю Алину. Вместе устроили это безобразие, вместе будете разбираться! Грас ушёл, а вскоре во входную дверь опять постучали. Вошла девушка, одетая в серый балахон мага с медальоном на груди. Перейдя на магическое зрение, Колин понял, что для его глаз одежда больше не является препятствием. Осмотрев стройную фигуру, он перевёл взгляд на лицо. Оно было красивым и смущённым, но ему показалось, что смущение напускное, а на самом деле ей хочется не стоять, опустив глаза, а смеяться.  — Алина? — спросил он. — Ты, случайно, не сестра Клода?  — Ты знаешь брата? — удивилась она. — Откуда?  — Учился вместе с ним в королевской школе магии. Я Колин Гросвер. Клод обо мне не говорил?  — Говорил и неоднократно! — обрадованно сказала она. — Он всё время боялся за тебя и за одну девушку. Извини, что я так пошутила. У нас здесь абсолютно нечем заняться, кроме магии, вот иногда…  — Ладно, забыли. Давай думать, как извести мой фантом. Это не моя работа, а одного демона. Тоже любитель пошутить вроде тебя. Я вижу твои колбасы, но не знаю, что нужно делать.  — Побежали его искать! — сказала она и первая выбежала в коридор. — Фантомы, если ими не управлять, бродят только по тому этажу, где их выпустили. Сейчас я обострю слух… Кричат там! После недолгой беготни они обнаружили фантом, который с улыбкой на лице шёл по коридору мимо рассматривавших его придворных.  — Повезло же кому-то! — сказал один из них другому. — Девчонки берут свои образы с натуры, так что этому парню можно позавидовать.  — Уж больно он тонкий, — с сомнением ответил придворный.  — Это да, но длина!  — У меня не такой, — сказал покрасневший Колин едва сдерживавшей смех Алине. — Это работа демона.  — Жаль! — отозвалась она, не выдержала и засмеялась.  — Ну и что с ним делать? — рассердился он. — Я не вижу твоих колбас, только каких-то фиолетовых ёжиков.  — А я вообще ничего не вижу, — растерялась девушка. — Какие ёжики?  — В центре фантома слиплись несколько шаров с иголками. Может, ударить по ним силой?  — Не вздумай! — остановила она мальчика. — Некоторые из них поглощают любую магию. Подкормишь своим ударом, а потом с ними ничего не сделаешь. Попробуй вырастить на ладонях такие пальцы и растащить ими ёжиков. Я сделала бы сама, но ничего не вижу. Наверное, тебе сделали зрение лучше моего. Колин со второй попытки вырастил на ладонях зелёные пальцы и вцепился ими в одного из ёжиков. Попытка оторвать его от других привела к тому, что существо лопнуло, исчезнув без следа. Фантом держался до последнего ёжика и исчез вместе с ним.  — Уходим, — сказал он, стараясь не смотреть на придворных.  — Не обращай на них внимания, — успокоила Алина. — Обо мне здесь чего только не говорили! Даже в карцере сидела. Из дворца не выпускают, а брату вечно некогда. Я люблю магию, но не всё же время ею заниматься! Давай поспешим, а то опоздаем на обед. На обеде Колин увидел всех девушек императрицы, в том числе и тех, чьи образы использовала сестра Клода. Они были очень разными, но красотой мало уступали Луизе. Он старался есть быстрее и не обращать внимания на их перешёптывание и бросаемые в его сторону насмешливые взгляды. Ушёл, точнее убежал, сразу после ухода главного мага.  — Подожди, — остановил его Грас. — Не обращай внимания на этих коз. Ты ещё мальчишка, поэтому станешь объектом для их шуток и насмешек. Когда через месяц превратишься в парня, от желающих согреть твою постель не будет отбоя.  — Неужели во всём дворце нет никого, кроме меня? — сердито спросил Колин. — Не знаю, почему вы держите их взаперти, но разве здесь мало придворных?  — Есть основания никуда их не отпускать, — сказал Грас. — Тебе необязательно о них знать. А придворных не подпускает императрица, да те и сами не рвутся. Кое с кем уже пошутили, поэтому остальным есть чего опасаться. Найти себе девицу нетрудно, не связываясь с этой компанией, а некоторым из наших девушек это уже нужно. Вот и начинают сходить с ума и развлекаться, кто как может. Шуточки с грачами из самых безобидных. Ладно, иди отдыхать. Придёшь ко мне в четыре, тогда поговорим о демоне и твоей учёбе. Вернувшись в свои комнаты, Колин недолго наблюдал за плавающими в потоках силы созданиями. Мальчик не знал, что с ними делать, и решил не пробовать самому, а позже узнать у Алины. Сразу после приезда во дворец он пытался связаться с Сентой, но тогда ничего не получилось. Сейчас он, к своей радости, услышал слабый голос девушки: «Это ты, Колин? Я тебя слышала утром, но ты мне ничего не ответил». «А я тебя раньше не слышал, — ответил он. — Наверное, для такого расстояния у тебя слишком слабый зов. А сейчас мне подняли чувствительность, поэтому хоть и слабо, но тебя слышу. Ты ничем не занята? Тогда расскажи о вашем путешествии и о своих неприятностях, а потом я расскажу о себе». Они говорили почти до четырёх часов. Колин слишком поздно спохватился, поэтому к комнатам главного мага пришлось добираться бегом.  — Начинаешь с опоздания, — попенял ему Грас. — Садись, разговор будет долгим. Прежде всего хочу сказать, что отправил доверенное лицо к графу Оргез. Я не думаю, что с графом возникнут какие-то сложности. Для того чтобы лишить наследства убийцу своих сыновей, он усыновит кого угодно, не только тебя. Когда привезут документы, я поговорю с императором. Он, кстати, видел твой фантом. Сначала впал в изумление, но, когда во всём разобрался, долго хохотал. Он любит оригиналов и ценит тех, кто дарит ему хорошее настроение, так что у тебя есть шанс попасть в любимчики. Но, вообще-то, старайся вести себя серьёзней и больше времени уделять делам. Вот к ним мы сейчас и перейдём. Сначала я должен оценить уровень твоих знаний. Оценка длилась с полчаса, и Грас остался доволен результатом.  — Есть пробелы, — сказал он, — но это и неудивительно. Удивительно то, как много ты знаешь. Меня это немного успокоило в отношении твоего демона. По мере разрушения личности лафреи теряют и магическую силу, поэтому, когда твой демон начнёт сходить с ума, ты легко с ним справишься. А чтобы это было легче сделать, с сегодняшнего дня займёшься изучением атакующих заклинаний. Остальное подтянем потом. Возьми медальон, а это Кодекс имперского мага. Не пожалей времени, чтобы его выучить, а потом я растолкую, какие у тебя будут дополнительные права. Возьми эту книгу, держи под замком и никому не показывай, потому что она из закрытой части императорской библиотеки. Всю книгу учить не нужно. В неё вложен лист бумаги с моими пометками, с него и начнёшь. Заниматься будешь самостоятельно, а ко мне обращайся только в тех случаях, когда чего-нибудь не поймёшь. Во дворце ничего отрабатывать нельзя, мы этим занимаемся в другом месте. Завтра у нас тренировка, так что сходишь вместе со всеми и посмотришь. Теперь о демоне. Что ты хотел просить?  — Я хотел изменить внешность, — смутился Колин.  — Зачем? — искренне удивился Грас. — Ты же красивый парень. Если хочешь что-нибудь подправить во внешности, это нетрудно сделать самому. Чем меньше ты допускаешь демона копаться в своём теле и мозгах, тем лучше.  — Мне нужно, — упёрся мальчик.  — Так, кажется, я понял, — усмехнулся Грас. — Это связано с той девушкой, которая тебе нравится? Вижу, что угадал. Наверное, хочешь стать похожим на того, кто нравится ей? Что, опять в точку? Послушай, что я тебе скажу. Любовь очень странная штука, но если она есть хоть какая-то, но не к тебе, самая дурная затея — стараться стать похожим на того, кто её вызвал. Если девушке не повезло, она должна пережить неудачу, и только после этого её сердце станет открытым для другого. И гораздо лучше, если будут любить тебя, какой ты есть, а не лицо чужого тебе человека памятью прошлой любви. Знаешь, в чём мудрость человека? Ум и жизненный опыт не даются с рождения, а копятся всю жизнь. Старикам трудно пользоваться всем этим, поэтому их часто обвиняют в глупости. А у молодых плохо с умом и опытом. И того, и другого обычно не хватает, только мало кто из них это признает, наоборот, мнят себя умнее старших. Но и в твои годы можно быть мудрым, нужно лишь признать, что не хватает собственного ума и обратиться к чужому. А с влюблёнными всё гораздо хуже, потому что большинство из них не могут думать и поступать разумно и не хотят прислушиваться к советам. Мне всё равно, твоё у тебя лицо или чьё-то, не всё равно будет тебе. Пока ты любишь глазами, а не тем, что твоему фантому увеличил демон, поэтому должен думать головой. Ладно, я и так потратил на тебя слишком много времени. Держи ещё один лист. На нём перечень того, что нужно попробовать выжать из лафрея. Есть что-нибудь непонятное?  — Всё понятно, — прочитав список, ответил Колин. — Можно один вопрос? Кто такие графы Беккель?  — А почему они тебя заинтересовали? — насторожился Грас. Пришлось Колину рассказать о том, что приключилось на «Гордости Сарска».  — Я запрещаю в это вмешиваться! — сказал главный маг. — Это очень паршивая семья, которая имеет большое влияние и связи. Дело мутное, а наш офицер не может быть свидетелем, потому что сам замешан. Я не думаю, что граф начнёт повсюду искать вашу подругу, но пока пусть сидит в особняке и никуда не высовывается. У графа и помимо неё хватает забот. И тем более нечего во всё это встревать тебе. У императора и так не очень хорошие отношения с Советом империи, не хватало ещё портить их из-за пустяка. Ты меня понял?  — Понял, — опустив глаза, ответил мальчик. — Но если ей будет нужна моя помощь, окажу и постараюсь сделать так, чтобы у вас не было неприятностей.  — Ничего не делай сам! — отчеканил Грас. — Я теперь твой учитель, поэтому со всеми проблемами только ко мне! Вернувшись к себе, мальчик бросил книгу на стол и всю накопившуюся за день злость вложил в упражнения. Он занимался ими трижды в день, а сегодня из-за переезда не делал ни разу. Сняв всё, кроме штанов, Колин принялся отжиматься, приседать, поднимать кресло и издеваться над телом с помощью других подручных средств. Он отнёсся серьёзно к предупреждению лафрея о необходимости нагрузок. Когда почти не осталось сил, в дверь постучали. Применив магию, он определил, что стучит Алина.  — Заходи! — крикнул он. — Подожди в гостиной, пока я помоюсь. То ли дело было в том, что девушка оказалась сестрой друга, то ли в ней самой, только для Колина она сразу стала своим человеком. Удивительно, но и она сразу же приняла его манеру общения.  — А чем ты здесь занимался? — принюхиваясь, спросила Алина. — Пахнет потом.  — Нужно нагружать мышцы, — сказал он, — иначе растолстею.  — Тебе нужно сильно постараться, чтобы растолстеть, — засмеялась она. — И учти, что тебя будет нагружать Учитель. По крайней мере, нас он нагружает. В основном работаем с оружием.  — А вам для чего? — удивился Колин.  — Как ты думаешь, для чего нас готовят? — спросила Алина. — В нашей группе собраны самые сильные девушки. Таких магов немного и среди мужчин. Раньше считали, что у женщин не может быть больших сил, поэтому их никто и не искал.  — И кого из вас готовят?  — Боевых магов, кого ещё! Только не для армии, а для защиты семьи императора. От кого его нужно защищать, я пока не знаю.  — А почему вас заперли во дворце?  — Откуда ты свалился? — удивилась Алина. — Разве не знаешь, что южане крадут таких, как мы?  — В первый раз об этом слышу, — признался он. — Так ваш граф интересовался тобой из-за этого?  — Из-за этого. Если ты собрался мыться, иди, а я пока посижу. Колин смыл пот, вытерся и надел рубашку, после чего вышел в гостиную.  — Сколько тебе лет? — спросила Алина. — Наши девушки интересуются. Старшим ты не интересен, только самым мелким.  — А ты к каким относишься? — засмеялся он. — Мне чуть больше четырнадцати, а через месяц будет шестнадцать!  — Странная арифметика, — наморщила она лоб. — Объяснишь?  — Я взрослею с помощью демона, для того и упражнения.  — А зачем это нужно? — удивилась девушка. — Я не позволила бы демону копаться в себе! Эта не та свинья, которая сидела на кровати?  — Не свинья, а лафрей, — ответил Колин. — Это один из самых страшных демонов, поэтому не стоит его обзывать. Так ты действительно видела всё, на что смотрел фантом?  — Это я сама догадалась! И никто об этом не знает, кроме тебя и Моны. Мона — это моя подруга.  — А тебе обязательно создавать фантом или можно смотреть без него?  — Можно и без него, но я ни за кем не подглядываю, кроме девчонок. Должна же я знать, как они выглядят без мантий! Не себя же мне было к тебе отправлять!  — Слушай, Алина, никому об этом не говори! — предупредил мальчик. — Если узнают, что ты можешь подглядывать, будет плохо! Слушать тоже можешь?  — Ещё не могу. Пробую с разными зверьками, но пока не получается. Не понимаю, чего ты так испугался. Если бы можно было смотреть издалека, тогда да, а грачи слушаются самое большее на полсотни шагов.  — Всё равно молчи и свою Мону предупреди, чтобы не проболталась.  — Ты так и не сказал, из-за чего спешишь вырасти. Скорее всего, ты потеряешь эти два года. Даже для сильного мага два года — это не пустяк! Для такого нужна серьёзная причина.  — Я оказался один среди чужих людей. Разве это не серьёзная причина, чтобы хотеть самостоятельности? — сказал Клод. Ему почему-то не хотелось говорить этой девушке о своей любви.  — Ты обо мне кое-что слышал от брата, — сказала она, — а я о тебе вообще ничего не знаю. Расскажешь?  — Расскажу, — согласился он. — Только пойдём в ту комнату, где ты меня соблазняла. Теперь мой черёд. Буду тебе рассказывать о том, какой я замечательный.  — Не нужно об этом рассказывать, — засмеялась Алина. — У меня замечательный брат, и его друг не может быть другим. Только я не пойду с тобой в комнату отдыха. Может, ты не знаешь, но девушку приглашают в неё только для того, чтобы соблазнить. Я тебе верю, но если кого-нибудь принесёт, об этом мигом узнают и поймут только так. Потерять репутацию и не получить ничего взамен… — она опять засмеялась. — Я лучше послушаю тебя здесь. Он сел на стул рядом с девушкой и с час рассказывал о своём путешествии из герцогства в столицу.  — Скоро ужин, и мне пора идти, — с сожалением сказала Алина. — Да, ты спрашивал, а я не ответила. Так вот, я отношусь к самым мелким! Она убежала, а Колин сидел, пытаясь разобраться в своих чувствах. Ему ни с кем из девушек не было так легко и хорошо, как с Алиной. И о чём это говорит? Неужели он, как Клод, влюбился сразу в двух? Или это не любовь? Так ни до чего не додумавшись, побежал в трапезную. За ужином демонстративно не смотрел в сторону девушек, но обострил магией слух и услышал немало интересного. Самым приятным было то, что Алина не захотела его обсуждать.  — Это лучший друг моего брата и очень хороший юноша!  — Какой он юноша! — пренебрежительно сказала её соседка. — Мальчишка!  — Пусть мальчишка, — согласилась Алина, — но всё равно хороший. Ни к чему над ним издеваться! После еды он опять вышел из трапезной следом за Грасом и направился к себе, рассчитывая заняться выданной книгой, но с этим пришлось повременить. «Колин! — донёсся до него голос Сенты. — Сейчас такое было! Нас чуть не выгнали из особняка!» «Кто мог такое сделать?» — не понял он. «Приехали граф и графиня Ургель. Граф увидел нас и расшумелся, мол, в моём доме посторонние! Кто разрешил и всё такое. Хорошо, что с ним были только двое слуг и вскоре приехал ваш Робер. Он заявил графу, что особняк давно не его, а законно передан в собственность Клоду, и что если граф не уймётся, то его выбросят вон. Вот графине Робер обрадовался и сказал, что её эти слова не касаются. Но она ответила, что уедет вместе с мужем. Они сегодня переночуют, а завтра граф отправится к канцлеру. Он хочет узнать, как быстро отвоюют провинцию. Ты там не рядом с канцлером?» «Канцлер где-то на третьем этаже, а мы на втором, — ответил Колин. — И долго они собираются у вас жить? Ничего не имею против Гретты, но от её мужа могут быть неприятности. Если он узнает о графе Беккель, мигом его о вас известит, так что ты предупреди Софи, чтобы не сболтнула». «Вряд ли он совершит такую низость…» — неуверенно сказал она. «Сколько тебе нужно встретить мерзавцев с графским титулом, чтобы наконец научиться думать? — рассердился Колин. — Этот Ойген узнал, что Клода ищет стража, и сразу послал своего человека в магистрат!» «У графа много золота в императорском банке. Графиня сказала, что они обязательно что-нибудь снимут или купят. Граф тоже сказал, что не будет унижаться и здесь жить. Просто они поздно приехали в столицу. Это он сказал после того, как узнал, что его бывшая жена стала герцогиней». «Крис как чувствовал, что может появиться отец! — сказал Колин. — Это мой друг, который сейчас живёт у матери. Вряд ли Ойген пойдёт завтра требовать, чтобы его вернули, но это ещё впереди! Ему не столько нужен сын, сколько в радость сделать гадость бывшей жене. Ничего, за неё заступится герцог Клаус. Было у него двадцать дуэлей, будет и двадцать первая. Граф не трус, а герцог мастер клинка, поэтому я не сомневаюсь в исходе дуэли. А Гретта не пропадёт с титулом и золотом. У неё к нему не любовь, а долг, вот от этого долга и освободят!» «Граф очень силён, а в поединках случается всякое, — возразила девушка. — Вдовой может остаться и Мануэла. Да и зачем эта дуэль? Ургели от нас уйдут, а ты сам говорил, что твой друг через месяц станет самостоятельным. Если его заберут у матери, недолго может пожить с отцом». «Я беспокоюсь не о Крисе, а о вас. Я говорил с главным магом о вашем графе, так он запретил мне связываться с этим семейством. Сказал, чтобы вы сидели тихо и никуда не высовывались. Если бы Клод был здесь, мне было бы куда спокойнее. Он и сильнее меня, и с ним больше считаются, а я для всех только мальчишка из Вирены. Пока не усыновят, обхожусь без титула, чтобы не смеялись. Но я не оставлю вас без помощи!» «Шевалье Робер сказал, что поговорит в своей службе насчёт места для моего отца и нашего друга. Этой службы здесь все боятся». «Граф не испугается, — возразил Колин. — Вы делаете ошибку! Я же сказал, что, если нет денег, отдам свои! Они мне сейчас не нужны. Пусть ваши мужчины сидят в особняке и охраняют вас вместе с наёмниками. Вы только закончили трудное путешествие, неужели нельзя посидеть дома и отдохнуть? Ну куда они рвутся? Передай мои слова и отцу, и Роберу!» «Не шуми, я передам, — ласково сказала Сента. — Не волнуйся, мы будем осторожными. Как дела у тебя?» «Познакомился с сестрой Клода. Замечательная девушка!» «Его сестра не может быть другой. Знаешь, я, наверное, скоро выйду замуж». «За лейтенанта? Он мне понравился и тебя любит». «Он мне тоже нравится, но любовь ли это?» «Это ты решай сама! Я в своей любви запутался».