Кто похоронен в этой могиле?

      Весенняя пора. Сакура, котороя расцвела, уже давно сыпет своими листьями и разлетается по всему портовому городу. Всё живут своим ладом, в парке гуляют молодые и пожилые парочки, дети резвятся на площадке, а Дазай Осаму просто проходил мимо с букетом из шести цветов. Ему было не важно наблюдать за всей суетой, эта жизнь его чуть меньше интересовала ведь для него она была очень далёкой и не понятной. Выйдя из парка он прошёл дальше по улице, где стояли красивые ветрины с одеждой, чайные и прочие сооружения. В этот день он даже не стал бросаться под колесы машин, как это было пару недель назад от чего его тогда вытащили прохожие. Дернулись за подол плаща, пока тот медленным шагом шёл на красный, вывели его обратно, покрутили пальцем у виска и дожидались, когда загорится зелёный свет для пешеходов.       Думайте, что он забросил свои попытки самоубийства, но на самом деле у него были дела поважнее этих. Так он считал по крайней мере. Свой путь Осаму держал к кладбищу, где покоится его близкий друг Сакуноске Ода, или же короче - Одасаку. Прибыв в назначенное место положил букет возле имени покойного, отпустился так же к могиле, как и месяц назад, облокотился спиной об плиту. Закрыл глаза и уже никто не может сказать, что он думает и о чем вспоминает, но как минимум что то приятное всплыло в его голове и от этих мыслей он улыбнулся. — М? Интересно вспомнить былое, Одасаку? - обычно он никогда не говорил в слух, да и уж тем более с самим собой. - Что ж, думаю, что не только в моих и твоих интересах все это вспомнить. Я ведь верно говорю, Ацуши-кун?       Чуть ближе, как и тогда, к Дазаю и к могиле подошёл Накаджима. Его немного удивило то, что шатен каким то образом смог узнать о его приходе, но удивлял он достаточно часто, а точнее каждый день что-то новое. То с фразой "Люди - не птицы, но летать научаться" шёл на крышу и пытался от туда спрыгнуть, то с зажигалкой стоял у открытого бензобака, то просто что-то дурное скажет а ты потом разбирайся, что это может означать. Парень не знал что ответить, он лишь случайно проходил мимо и встретился с Дазаем. Хоть на самом деле сам только что отходил от одной могилы, где был похоронен самый жестокий человек в жизни Ацуши, но об этом он предпочёл умолчать. — Честно признаться, Дазай-сан, то мне действительно хотелось бы подробнее узнать об этом человеке и почему он для Вас так дорог. — Интересно. Ода сам бы чуток удивился, что его жизнь кого-то интересует. В прочем, тут и рассказывать нет чего, думаю, что ты и так всё понял. - после этих слов можно было ожидать всё, что угодно. Одно из двух: либо на этом всё и закончится, либо этому будет продолжение.       Возможно, молчание тут сейчас не уместно и стоит предпринимать меры. Дазаю самому было любопытно, что он может рассказать другим о своём друге, да так что бы и не преувеличивать и не сравнивать его с пылью во многих аспектах. Как бы то ни было он продолжил свою речь: — Это было уже давненько. Когда мы работали вместе, в одной организации, ходили в один бар. Тогда я был намного другим и не думал, что кто-то сможет хоть чуток это изменить, но этот человек всё таки смог и, вроде как, должен сейчас знать об этом. Хотя я не верю, что духи и призраки существуют. — Извините, а сколько Вам тогда было? — Мне было восемнадцать, когда умер Одасаку. — Нет, я не про то. Во сколько лет вы впервые выпили? — Ацуши-кун, стоит всегда прямо говорить, я ведь не настолько великий ум. - с этих слов Дазай даже повелел, выразив ещё одну улыбку. Ацуши лишь слегка занервничал, но услышав смешок Осаму, то и сам не смог воздержаться от улыбки. - Пить я начал в пятнадцать лет и тогда мы и познакомились. — Ваше знакомство произошло в том баре? - поинтересовался Накаджима. — Практически, но это не так уж и важно.       Чуток помолчали. Состояние у обоих было разным: Осаму представлял из себя само спокойствие, разбирал слова по полочкам, что бы продолжить рассказ, а вот Ацуши наоборот - запаниковал и уже было подумал, что не стоило было напоминать Дазаю о прошлом. Ему казалось, что это могло того как то задеть, заставить вспомнить какие то последние воспоминания про того человека. Дазай же давно перестал страдать после смерти Одасаку, считал, что в скором времени они встретятся, ему были безразличны ощущения прошлого, но... Сердце что-то задело от чего он даже сам удивился. Ода всё так же ему дорог. — По мимо Одасаку у меня был ещё один друг, - продолжил свою речь Осаму, что бы не сидеть в гробовой тишине. - Мы в троем тогда ходили туда, но сначала конечно только я и Ода, а после в наш дуэт превратился в трио. — Вы говорите про Сакагучи Анго? - поинтересовался Ацуши. — Да, он самый. Тогда мы достаточно многое повстречали. И ты ведь знаешь, что я раньше работал на Портовую мафию? — Все в агенстве уже об этом знают. - честно признался Накаджима, а после чуть ближе подошёл и к могиле, и к Дазаю. — Ну так вот, наша компания была тогда весьма специфической. Анго, который работал за бумагами и был - и остался - брезглив, после идёт Одасаку - "человек без пуль" и я - "бессердечный пёс" или же "демонический вундеркинд". Собирались мы так в баре, общались то о чем, то о сем. Ода был и тогда для меня странным человеком, мне бы и в голову не пришло работать в мафии и при себе держать орудие без заряда, но он считал, что можно миром решать что-то. Но не спасло его это.       Накаджима вздрогнул, по спине парня прошёлся холодок. Голос в последнем предложение у Дазая был каким то холодным, пронзительно злым или что-то в этом духе и Ацуши это напугало. Уже осторожнее он подошёл к Осаму так, что стоял напротив него, а после и сёл на коленях. — То есть, - осмелелся произнести свой вопрос вслух оборотень-тигр все ещё переживая, что заденет следующими словами своего коллегу. - Он был убит? И тогда у него тоже не был заряжен пистолет? — Да, тогда он был убит, но патроны, как после оказалось были у него. - Дазай поднал голову вверх и взглянул на небо, которое закрывали ветки дерева. Сквозь листья пробирались лучи солнца и в глазах показывались яркими бликами. - В тот день, когда его убили, он вёл перестрелку и в конечном итоге победу никто не одержал. У них были одинаковые способности. — Разве такое возможно? — Похоже на то. Каждый из них мог знать шаг другого, они пользовались способностью, которая могла проявлять себя только в моменты опасные для жизни. Ни Ода, ни тот человек так и не выжили, битва хоть и была на равных, но, как я уже сказал, победу никто не одержал.       Снова эта тишина, которая ещё сильнее напрягала. Ацуши переодически смотрел на Дазая, а то заглядывал на могильную плиту об которую Осаму до сих пор облокачивался. В голове было достаточно много вопросов и сейчас Накаджима лишь размышлял, как их можно собрать в одну кучи и сделать из них один вопрос, что бы не задавать много. Тем временем Дазай просто закрыл глаза, что бы не портить себе зрение и тихо выдохнул.       Легкий ветер качал листья и волосы двух молодых парней, что всё так же молча сидели у могилы Одасаку. — Знаешь что, Ацуши-кун? - с этим вопросом Дазай поднялся с земли. - Нам не стоит так долго засиживаться здесь, все таки будет ведь какая нибудь работка для таких, как мы. — Значит пойдём обратно в агенство. - спокойно произнёс это Накаджима и всё же был слегка огорчён. — Именно! - воодушевленно пропел Осаму и взял в руку свой телефон, начал набирать.       Кому сейчас звонит Осаму для Ацуши это была загадка и ему ничего не оставалось более, чем подняться тоже с земли и уже вместе с Дазаем направляться обратно к работе. Все же Осаму смог до кого то дозвониться и с не менее детским настроением она сказал следующее: — Будет работка?       А по ту сторону трубки послышались крики, которые потихоньку переходили на личности и Дазаю ничего не оставалось сделать, как просто отключиться от абонента. Конечно, Ацуши знал, что Осаму звонил ни кому либо, а Куникиде, возможно, с целью позлить и побесить того. Накаджима уже представляет себе, что случится через пол часа, когда они вернуться в агенство, но в прочем его это уж не так должно беспокоить, ведь у него было достаточно времени для того, что бы привыкнуть ко всему будням на работе.       Пока Дазай Осаму и Накаджима Ацуши возвращались обратно, на могиле Одасаку лежал букет из шести цветов. Шесть живых цветов, которые в какой то момент завянут и засохшие лепестки превратятся в подобие праха. Как в прочем и человек, которому были принесены эти цветы.