Черный клык "Возрождение фамилии"

Атоев лежал на больничной койке и спокойно читал книгу. Его уже две недели как перевели из реанимации в обычное отделение. Марина каждый день посещала брата и давала ему уроки. Дима уже мог класть вещи в Чертог, предварительно потратив кучу времени на его создание, научился вызывать разные предметы, даже немного поупражнялся в фехтовании. Клинок парню подарила сестра — это был очень красивый резной меч с цифрами и какими-то портретами на лезвии. Но главным откровением для Димы стало то, что опытные маги умеют читать мысли других людей с помощью заклятия, которое называется «взлом памяти». По словам Марины, важно научиться распознавать, когда тебе лезут в память: в теле образуется сильная дрожь, переходящая в страх, а в голове звучат хриплые голоса. Сильные маги могут противостоять заклятию, создавая шумы в голове и постоянно перескакивая с мысли на мыль, дабы другому было сложнее ориентироваться в сознании. Ещё, конечно, может помочь медальон — он вообще никого не пустит в голову, поэтому у каждого в Империи есть свой амулет. Даже эту защиту при должных знаниях можно обойти, но это довольно трудно. Поэтому Атоев твёрдо решил, что снова наденет свой медальон, как только выйдет из больницы. В палате вместе с Димой лежали два человека. Один из них — светловолосый парень лет тринадцати-четырнадцати — очень редко поворачивался к нему лицом. Но когда это всё-таки происходило, Атоев видел в его серых глазах глубокую печаль и скорбь. Дмитрий пытался с ним заговорить, но тот не отвечал. Врачи редко называли соседа по имени, но один раз Атоеву удалось услышать его. Обычное такое, русское — Михаил. Больше Диме ничего не удалось узнать про него. Ничего. Ноль. Пусто. Вторым соседом — а, точнее, соседкой, была девушка лет семнадцати-восемнадцати. Про себя Атоев называл её Барби — всё потому, что каждое утро она неизменно выливала на себя тонну косметики, хотя выходить из палаты ей было особо некуда. От типичной куклы девушку отличал чёрный цвет волос и скрывавшийся под макияжем мертвенно-бледный цвет лица, делавший её похожей на призрака. Высокомерный взгляд тёмных, почти чёрных глаз неизменно выражал презрение — будто она считает собеседника своей собственностью. У девушки, конечно, было имя — Ольга. Ольга Романова. Она была очень высокой, даже выше Атоева! И почему-то всеми возможными способами старалась к нему подлизаться. Сейчас Ольги в палате не было, и Дима наслаждался тишиной, ведь обычно её назойливые приставания не давали спокойно позаниматься своими делами. — Дим, можно? — в дверном проёме показалась золотая макушка Оксаны. Она каждый день заглядывала к Диме с апельсинами и жаркими объятиями. — Да, входи, — Атоев положил книгу на тумбочку и сел, стараясь не показывать, что движения всё ещё причиняют ему боль. — Привет, — обнимая подругу, прошептал парень. — Ты как? — заботливо спросила девушка. — Я-то нормально, — Атоев внимательно посмотрел на Ягужинскую и хитро улыбнулся. — А когда ты перестанешь волноваться за меня? Оксана мгновенно залилась краской, но не растерялась. — Когда ты перестанешь попадать в разные передряги, тогда и перестану, — ответила девушка, всё ещё продолжая краснеть, хотя, казалось бы, больше уже некуда. — И вообще, я возмущена… На этих словах в палату ворвалась Романова. Скорее всего, она подслушивала за дверью, так как сразу возненавидела Оксану и всё время пыталась как-то ей подгадить: один раз вылила на платье девушки компот, в другой раз подножку подставила… — Не знаю, чем ты там недовольна, но конкретно у меня к тебе претензии есть. Во-первых, кто ты такая? — несмотря на то, что Оксана неоднократно называла своё имя, Ольга всё пропускала мимо ушей и до сих пор делала вид, что не знает, как её зовут. — И что ты здесь забыла? Почему лезешь к моему Димочке? — Так, всё, достаточно, — грозно отрезала Оксана, вставая с постели Атоева. — Ну-ка, пойдём выйдем! Не ожидавший от Ягужинской такой прыти Дмитрий после этих слов даже присвистнул. — А ты вообще молчи! Я с тобой потом разберусь, — рявкнула Оксана на парня. Атоев удивлённо открыл рот, но, увидев разъярённый взгляд Ягужинской, решил, что лучше помолчать. Девушки вышли из палаты. Пожал плечами, Дима улёгся и снова открыл книгу. Но чем дальше он читал, тем больше ему казалось, что в палате становится темнее — будто кто-то постепенно приглушает свет. В какой-то момент, когда Атоев уже еле разбирал строки, он услышал голос: — Опасайся человека, который скоро будет рядом с тобой. От него тебе лучше уйти, чтобы не случилось беды. Ведь человек этот — неживой по природе. Дмитрий вертел головой, пытаясь понять, откуда идёт этот голос. Наконец его взгляд остановился на единственном оставшемся в палате соседе. Тот тоже смотрел на Атоева, но не своими привычно серыми глазами, а белыми, без зрачков. По контуру пустых глазниц выступали маленькие язычки пламени. Рука Михаила была направлена в сторону Димы. Всё закончилось так же неожиданно, как и началось. Вокруг снова стало светло. Атоев недоумённо заморгал. Он никак не ожидал такого от, казалось бы, тихого мальчика. Дмитрий уже хотел спросить его, что это было, но тут в палату зашли Ольга с Оксаной, и Миша отвернулся обратно к стене. — Если хоть один раз увижу рядом с Димой — убью, — пригрозила Ягужинская. Ольга вытирала кровь из-под носа — похоже, ей крепко досталось. Атоев вскинул брови, но, вспомнив предупреждение Оксаны, снова решил промолчать. Ягужинская молча подошла к парню и дала затрещину. — За что? — возмутился Дмитрий. Оксана метнула грозный взгляд в сторону Ольги, и та, вжав голову в плечи, выбежала из палаты. Тряхнув своей золотой макушкой, Ягужинская повернулась к Диме. — За то, что она сказала! И вообще, я не закончила… — Это про то, что ты возмущена была чем-то? — улыбнулся Атоев. — Да хватит меня перебивать! — Оксана ударила Диму в плечо. — Помолчи уже, пожалуйста. Дай договорить! — Хорошо, молчу, — сдался парень. Ему так нравилось бесить дам! Сначала была мама с сестрой, а теперь ещё и Ягужинская добавилась. Красота! Есть где развернуться. Атоев устроился поудобней и приготовился слушать. — Так вот… — начала девушка, но продолжения Дима не дождался — Оксана вдруг застыла на полуслове. — Эй, что происходит? — Дима подскочил на кровати, несмотря на боль. — Оксан, что случилось? Оксана не отвечала. Атоев попытался потрясти подругу за плечи, но стоило ему только дотронуться до неё, как всё тело прошибло мурашками, а рука будто обледенела. Дмитрий схватил себя за запястье и начал дышать на ладонь, чтобы хоть как-то согреть, но это не помогло: рука продолжала дрожать от холода. — Так-так-так, кто это у нас дрожит? Атоев вздрогнул. Тон этого голоса за спиной парню очень не понравился. Дима обернулся. Перед ним стоял высокий мужчина в строгом чёрном костюме. Его усмешка не предвещала ничего хорошего, а холодные голубые глаза прямо-таки светились гневом. — Знал бы ты, как я хочу тебя убить! — мужчина подошел ближе. — Но у меня есть приказ, и нарушить его я не могу. — Что нужно-то? — сухо поинтересовался парень. — Где Чёрный Клык? — прохрустел пальцами маг. Атоев сразу вспомнил всё, о чём его предупреждал сенатор и рассказывала сестра. Этот человек не должен узнать правду… — Я не знаю, где он. Наверное, выронил в Старинном коридоре! — Врёшь, — холодно сказал мужчина. — Лучше отдай его нам. Пока просим по-хорошему. — Нет, — так же холодно ответил Атоев. — Вы его не получите. — Уверен? — насмешливо спросил маг. — Да, уверен! А если хотите его найти, идите в Старинный коридор! Надеюсь, ваши люди, которые за нами бежали, случайно не раздавили его. — Ладно, — вдруг согласился мужчина. Маг слегка шевельнул кистью рук, и за ним появился стул. Он аккуратно сел на него, закинув ногу на ногу, и уставился на Дмитрия. Парень почувствовал дрожь в теле и услышал какие-то голоса, хрипло звучащие в его голосе. Неужели это и есть «взлом памяти», о котором рассказывала сестра? В попытке установить хоть какую-то защиту Атоев начал мысленно воспроизводить громкие звуки, чтобы хоть как-то сбить мага с толку. Брови противника слегка сдвинулись к переносице в недоумении — маг явно не ожидал отпора от мальчишки. Пару мгновений спустя на его губах показалась хитрая ухмылка, и Дима резко вспомнил свой дом, комод и белоснежную коробочку, после чего воспоминания резко оборвались, сменившись темнотой. — Понятно, — сказал маг, отводя взгляд. — Я узнал всё, что мне нужно. Прощай. Мужчина испарился. — Так вот… — в тот же миг Оксана «разморозилась» и уже собиралась отчитать парня по полной программе, но, увидев выражение его лица, обеспокоенно умолкла. — Дим, что случилось? — Подожди, Оксан, — прошептал Атоев. Дима поёжился — его вдруг охватил необъяснимый страх. Вскочив с кровати, он дрожащими пальцами схватил лежавший на тумбочке телефон. От волнения парень едва попадал пальцами по цифрам пароля. Наконец, введя код, Атоев зашёл в телефонную книгу. Через пару секунд он уже звонил сестре. — Марин, привет! А ты сейчас где? Где мама с папой? — Я с Андреем дома, родители на работе, а что? — Ко мне приходил… — Стоп! — остановила брата Марина. — Во сне поговорим… Мне мама звонит, повиси секунду, конференц-связь включу. Атоев сидел как на иголках — ему хотелось скорее обсудить с сестрой всё, что произошло с ним за последний час. Наконец включился групповой звонок. — Марина, девочка моя, ты где? — в трубке раздался взволнованный мамин голос. — С Андреем. А что случилось? — Наш дом подожгли. — Что? — воскликнула Марина. — Что?! — вторил сестре Дима. Вдруг перед глазами Атоева засеребрился силуэт. Приглядевшись, он увидел деда. — Я предупреждал, — зловещая улыбка окрасила лицо Тёмного повелителя. Зловеще засмеявшись, Александр растворился.