Черный клык "Возрождение фамилии"

Дима слегка приоткрыл глаза. Всё вокруг продолжало «плавать». Он попробовал пошевелиться, но почувствовал резкую боль в рёбрах. Атоев был спортсменом, занимался несколько лет в секции армейского рукопашного боя и часто ломал себе что-то. Поэтому сразу понял, что конкретно у него болит. Дмитрий решил спокойно полежать, подождать и спокойно всё обдумать. Что первостепенно? Надо было узнать, где он вообще. — Нет. Пока к нему нельзя! — услышал Дима чей-то голос. Он аккуратно приподнял голову и заметил полуоткрытую дверь. Немного покрутившись и осмотревшись, парень увидел множество приборов, капельницу, больничную койку, кучу таблеток и белые стены. И вот тут-то пришло озарение: он находится в реанимации! «Зашибись, блин…», — подумал Атоев. — У него три сломанных ребра и множество синяков и ушибов различного характера. К этому добавляется болевой шок. Я непременно сообщу вам… На этих словах Дима не выдержал и отрубился. *** — Дим, Дима-а-а, ты меня слышишь? — Атоев поморщился и отвернулся от источника раздражающих звуков. — Атоев, я сказала: подъём! Парень резко открыл глаза и подскочил на кровати. У него ничего болело! Дмитрий ощупал себя, и, убедившись, что всё цело, позволил себе осмотреться. Вокруг него была полная и непроглядная темнота. — Теперь я знаю, как будут выглядеть мои похороны, — пошутил парень в темноту, продолжая попытки оглядеться. Справа от него послышался смех. Атоев резко обернулся, но никого не увидел. — И всё-таки, где я и кто здесь? — Ты во сне, — раздался голос уже с совсем другой стороны. Вновь развернувшись, Атоев прищурился. Через несколько мгновений он начал различать фигуру в темноте. Постепенно силуэт приобретал узнаваемые черты, и парень охнул от удивления. — Марин? Ты как здесь? — непонимающе спросил он. — Тебе пришла помочь, — усмехнулась сестра Атоева. — Ты знания получить не успел, а мама с папой помогать не хотят. Поэтому обучить тебя решила я! — Чему? — казалось, его брови на место уже никогда не вернутся. — А чему тебя обещала Оксана научить? — с хитрой улыбкой спросила Марина. — Вообще, магии, — ответил Атоев, вспоминая тот синий шар и милые крылья за спиной Ягужинской. — Получается, ты научишь меня этому? — Конкретно милым крыльям нет, но остальному — вполне, — ответила девушка и засмеялась, предугадывая вопрос брата. — Да, мысли читать — тоже. Но начнем с простого. С азов, так сказать. С фокусов. — Я готов! — нетерпеливо воскликнул Атоев. — Так, смотри. Для начала надо расслабиться. Представь, что по твоим жилам течет энергия, а ты её просто направляешь. Понял? — Ну примерно да, — неуверенно ответил парень. — По ходу дела поймёшь. Попробуй представить любой неживой предмет — только пока небольшой! — и перенести его сюда. — А почему неживой? — уточнил Дима. — Потому что над всеми людьми стоит магический барьер, и он препятствует перемещению как человека, так и ближайших предметов, которых он касается. Например, маг едет в карете, и у него на шее висит медальон. Ни он, ни карета, ни медальон переместить нельзя. С медальонами отдельная история — какой-то маг давным-давно поставил запрет на использование заклинания, перемещающего медальоны. Ясно? И, предрекая следующий вопрос: из других миров тоже нельзя. Иначе маг умрёт. — А что особенного в медальонах? — вспомнив о своём «весёлом» вечере после возвращения из Империи, решил заодно выведать Атоев. — Медальон даёт магу силу. Ты думаешь в правильную сторону — Чёрный Клык, который тебе подарил папа, передётся в роду Атоевых из поколения в поколение и обладает огромной мощью. Но далеко не каждый обладатель медальона, хоть его и носили только Императоры, мог обуздать эту силу. Большинству было доступно дай Бог процентов 5-10 от реальных возможностей Чёрного Клыка. Но те, кто находили с ним общий язык, достигали просто космических высот в магии. Зная об этом, многие хотят его заполучить. И именно поэтому тебе надо научиться защищаться. Поэтому я и буду тебя учить. Понимаю, что у тебя миллион вопросов, но сейчас нам очень важно сосредоточиться на уроке. Ты обязательно узнаешь все ответы, когда придёт время. — Ок. Тогда вопрос по делу: насколько предмет должен быть небольшой? — полюбопытствовал Дмитрий. — Ну… Меньше кружки, — ответила Марина. — На большее у тебя пока сил не хватит. — Понял, — кивнул Атоев и задумался, какой предмет представить. Дима вспомнил, что видел у Оксаны красивую заколку в волосах. Может, она её сняла?.. — Надо представить как можно больше деталей, — подсказала сестра. Парень напрягся и попытался вспомнить. Маленькая заколка в виде короны, с тремя зубчиками, была вся усыпана кристаллами и переливалась на солнечном свете. — Я представил, что дальше? — с зажмуренными глазами спросил Атоев, стараясь не потерять образ. — Просто представь, что этот предмет появляется в твоей руке, и всё. Ещё раз освежив в памяти заколку, Дима попытался представить её у себя в руке. Ничего не получалось. Рука как была лёгкой, так и осталась. — Не получается, — взвыл Атоев, резко открывая глаза. — Ты напрягаешься, и это тебя отвлекает, — строго сказала Марина. — Ты должен полностью расслабиться — и всё получится. — Ладушки-оладушки. Атоев пошевелил плечами и закрыл глаза. Он полностью расслаблен. Настолько, что уже через пару секунд Марина поднимала его упавшее тело с пола. — Ну не настолько же! — улыбнулась девушка, помогая Диме подняться. Атоев встал, потирая ушибленное место. Неожиданно больничная койка начала качаться. Он вопросительно посмотрел на сестру, но та почему-то таяла на глазах. — Что происходит? — встревоженно спросил Дмитрий. — Либо тебя, либо меня пытаются разбудить. Вот блин! — возмущённо топнула ногой девушка, но тут же рассмеялась. — Ничего и никому не рассказывай о том, что здесь было. — Ладно. Марина улыбнулась и, помахав брату, растворилась. Атоев закрыл глаза и очнулся в реанимационной.