Fulmination

Решить, что я не буду Бакуго Кацуки, таким, каким я его знал, было невероятно легко. Я не был похож на героя, что уж говорить о главном герое, так что держаться от всего этого подальше для меня было лучшим вариантом. Я решил, что вместо этого мои цели должны быть связаны с учебой или чем-то подобным. Я мог бы быть биологом или, например, работать в горах. Абсолютно уверен, что в прошлой жизни видел документалку "нэйшнл джеографик" об ученом, который путешествовал по миру и изучал природу в местах, где не ступала нога человека, или что-то подобное, и все это, честно говоря, звучало довольно захватывающе. Я мог бы заниматься одновременно скалолазанием и наукой. Идеально. Я мог бы просто пропадать в лесах и, если я буду достаточно успешен во всем этом, уверен, что смогу заставить родителей гордиться собой, даже не будучи Взрывомальчиком или какое там дурацкое имя выбрал этот ребенок. Неважно. Я пожал плечами и оглянулся на игрушки, с которыми предварительно пытался играть. И вот в чем дело. Быть ребенком тяжело. Быть ребенком двух очень внимательных родителей еще тяжелее. Или, может, иметь взрослое сознание в маленьком детском теле было самым тяжелым? В любом случае, я заметил, что мама и папа в последнее время кидали на меня обеспокоенные взгляды. Сначала я проигнорировал это. Это был их первый раз на родительском фронте, так что для них вполне естественно было сомневаться в себе и анализировать свои родительские навыки, но вдруг я начал замечать их, перешептывающихся в коридоре. Не важно, сколько тебе лет, перешептывания в коридоре твоего собственного дома никогда не являются хорошим знаком. Поймав свою маму разговаривающей с отцом за закрытыми дверьми, я уже не мог закрывать глаза на тревожные звоночки. - Понимаешь... он никогда не играет и не общается с другими детьми в парке! Мы пытались познакомить его с Изуку, но он вообще не обратил на него внимания. Я помню, что сказал доктор, но я просто... Не знаю, что делать... Естественно я не хотел с ним знакомиться! Сразу узнал этого маленького зеленого парня с кудрявыми волосами. Он определенно был главным героем аниме-мира, в котором я находился, и скорее всего собирался вляпаться во все передряги и ближайшего, и нескорого будущего. Я не хочу иметь с ним дел! Пусть ищет какого-нибудь другого лучшего друга, который станет Робином для его Бэтмена. А я собирался стать человеком дикой природы. Нет, послушайте. Это отличный план. Но не то чтобы я мог рассказать о нем своим родителям. Или рассказать им хоть что-то, если быть честным. Я не мог рассказать им, что почти уверен в том, что моя душа похитила тело их ребенка. Не мог рассказать, что этот мир должен был быть всего лишь аниме. Не мог рассказать, что Изуку был протагонистом, а их ребенок должен был стать каким-то классным героем. И определенно не мог рассказать о том, что именно из-за всего вышеперечисленного я милостиво решил утащить свое жалкое «я» в лес, чтобы прожить свои дни в одиночестве и самоанализе. Ага. Это было бы очень хорошо. Я такой молодец. Хотя ничего из этого не облегчило жизнь моим новым маме и папе. Они видели трехлетку с социальными проблемами. Ребенка, который мог плакать часами, любил обниматься с ними и не имел никакого желания контактировать с кем-то еще. В мою защиту, это ужасно - знать, что ты не там, где должен быть. Почти уверен, что должен быть мертв, а не нахлебничать у семьи Бакуго. Я должен вести себя как ребенок, потому что и есть ребенок, но я не знаю, как это делать. Я едва ли знал как быть ребенком даже в свой первый раз. Мои первые родители всегда говорили мне, что в детстве я был слишком независимым и сдержанным. Черта, из которой я, по-видимому, так и не вырос, раз уж их комментарии перестали звучать, как теплые воспоминания о моем детстве, и стали оружием против меня взрослого. Обвинения в том, что это моя вина, что мы не способны нормально общаться или что, если я просто перестану быть таким засранцем, семейные ужины станут намного лучше. Очевидно, решение вообще не ходить на эти ужины не было правильным решением проблемы. Но суть не в этом. Дело в том, что я не смог быть нормальным ребенком и в первый раз. С воспоминаниями за 20 лет, забитыми в мою голову, во второй раз, дети поймут, что я ненормален, как только я открою рот. Дети умны, они почувствуют, что я нарушитель, и как только это произойдет, взрослые тоже заметят, что… Взрослые. Я не знал, как с ними разговаривать. Конечно, они не были такими интуитивными, как дети, но тоже могли подцепить какое-то странное представление обо мне, если бы я попытался вести с ними диалог. В общем, лучше всего было просто держать себя в руках и держать свой рот на замке. Что привело к этому: - Кацуки, хочешь сходить с Мамой в парк? Можем устроить пикник! И в обычное время это было бы отлично, но теперь прогулки в парке превратились в запланированное мероприятие. Запланированное мероприятие, которое происходило каждое воскресное утро, чтобы моя мама могла отправить меня играть с Изуку, пока сама она болтала с его мамой, пытаясь заставить все выглядеть так, будто она за мной не следит. Очень хитро, мам. Я вижу твой взгляд. Ты не незаметная. Тем не менее, это не останавливало ее от того, чтобы затащить меня в парк. - Каччан! Привет, Каччан! - с энтузиазмом сказал Марсианин, когда мы с мамой к парку. Она с решимостью, а я с медлительностью, которой мог бы гордиться даже ленивец. - Привет, Кацуки-чан! Мицуки! Я уже выбрала для нас место, пусть мальчики пойдут поиграют... ты не поверишь, что случилось на работе! - произнесла Инко (Мать Марсианина), такая же улыбчивая и полная энтузиазма, как ее сын. Вообще, она очень милая женщина. Мне нравится Инко. На наши пикники она всегда приносит мои любимые блюда. Если она пыталась расположить меня к себе, то это работало. Из принципа я послал ей хмурый взгляд, но по-прежнему вежливо поклонился. - Каччан! Пошли поиграем в песочнице! Мы можем построить геройскую крепость, я принес Всемогущего! И он будет на вершине! Или мы можем построить злодейскую крепость, а Всемогущий может ее СОКРУШИТЬ и… — продолжал Изуку, уже протягивая ладонь, чтобы схватить меня за руку и повести к песочнице. Первые несколько раз, когда это случалось, я тормозил ногами об землю и смотрел на маму в отчаянной надежде, что она поможет мне, но все это приводило только к тому, что мы вчетвером сидели в песочнице, и двое взрослых так сильно пытались заинтересовать и вовлечь меня, что мне было некомфортно. Теперь я просто пошел, куда потянули, подписываясь на час сидения в песочнице с ребенком, который болтал за нас двоих. Я верил, что он устанет от меня. Может, пожалуется тете Инко на то, что со мной было скучно играть. Но каждую неделю он болтал со мной так, будто был искренне рад меня видеть. Ему было все равно, что я не разговариваю, что даже не играю с ним по-настоящему, он просто был счастлив, что кто-то находится с ним рядом. Это определенно была какая-то Протагонистская Херня. Ему я для порядка тоже подарил хмурый взгляд, когда мы оба уселись в гигантской песочнице. Изуку вооружился ведрами, лопатками и оптимизмом, а я своим плохим отношением и здоровым уровнем пессимизма. - Давай сделаем злодейскую крепость! И тогда Всемогущий сокрушит ее! - провозгласил Изуку, уже наполняя ведро сухим песком. По опыту я знал, что он не собирается делать что-то кроме конусов, с его ограниченными детскими навыками и таким же ограниченным пониманием того, как делаются крутые замки из песка. По крайней мере, у него была правильная идея: нужно сунуть песок в ведро, чтобы получить фигуру. И как я и ожидал, Изуку перевернул ведро, и песок не сделал ничего, кроме как образовал чуть более высокую горку, чем та, которая уже существовала до того, как Изуку начал. Не то чтобы архитектурная целостность была тем, к чему он стремился, потому что он сразу же ударил свою статуэтку Всемогущего о песок головой, крича: «ДЕТРОЙТ СМЭШ!!!!» Затем подправил эту горку для повторного использования. Все это просто поражает воображение. Я закатил глаза и начал наблюдать за другими детьми, на секунду ловя взглядом маму и тетю Инко, смотрящих на нас двоих. Тетя с легкой улыбкой и моя мама с поджатыми губами, сложившая руки на коленях. Ее вид заставил меня почувствовать вину, так что я отвернулся и увидел, что другие дети в парке не намного интереснее Изуку. Кроме тебя, маленький гремлин, жующий песок под горкой. Я тебя заметил. Он определенно подцепит какой-нибудь неизвестный патоген к концу дня. Посмотри, мам! Видишь? Я мог бы быть этим ребенком! Теперь я выгляжу довольно выгодно, не так ли? Я фыркнул и отвел взгляд. В парке было довольно скучно. Единственная вещь, которая хоть немного заинтересовала меня, это качели, но мне не хотелось садиться на детские качельки, а для нормальных качелей я все еще был слишком мал. - Каччан, теперь ты можешь побыть Всегомущим, - сказал Изуку, кладя свою куклу мне на колени и сооружая очередную песочную горку. Я посмотрел на куклу, на горку, а затем на Изуку. Ну уж нет. Я знал, как это работало. Сначала я сую героя номер один лицом в песок, потом мы с Изуку становимся лучшими друзьями, и вот я уже сражаюсь с каким-то неведомым злом. Нет. Я отвернулся. - Каччан! Это легко! Я помогу! - он схватил Всемогущего и положил его на горку, затем взял мою руку и ударил ей Всемогущего по лицу, засовывая его в песок и прихлопывая ладошкой сверху. - Видишь! У тебя получилось! Большой мальчик! - провозгласил Изуку, уже вытаскивая куклу на свет. Я нахмурился. До этого ребенка никак не доходило. Он был добр и достаточно общителен. Его мать была такой же. Так что у них обоих, наверное, от друзей отбоя бы не было, стоило им захотеть. Любой нормальный трехлетка уже сотню раз свалил бы играть с другими детьми. Но не этот. Этот по какой-то причине предпочитал играть со мной. Что такого было в Бакуго Кацуки, что заставляло Изуку нуждаться в нем как в друге? - Мамочка делает тонкацу, если я хочу! Тебе нравится тонкацу? Это лучшее блюдо! - щебетал Изуку, полностью довольный самым односторонним разговором в мире. Как и каждую неделю до этого. Он не выпускал пар, он просто продолжал подбрасывать уголь в огонь, как будто у него был безграничный запас. - Эй, моя мама сказала, что ты отсталый. Мы дернулись, глядя на нарушителя, прервавшего монолог Изуку о достоинствах тонкацу. - Что? - спросил Изуку, глядя то на меня, то на ребенка постарше, нависающего над нами. - Он отсталый, - усмехнулся ребенок, довольный тем, что завладел нашим вниманием. Я нахмурился. Действительно? На дворе 2145 год, а люди все еще бросаются словом "отсталый"? Человечество вообще развивается? Незаинтересованный, я отвернулся. - Что это значит? - спросил Изуку. Всемогущий и строительство следующей злодейской крепости были отложены в сторону, забытые перед лицом незнакомца, который принес с собой запрещенное знание, или что там еще мог подумать Изуку. - Это значит, что он тупой, - сказал ребенок с усмешкой. Явно счастлив поделиться своим невероятным знанием с нами, плебеями. Или, может, только с Изуку. - Ты не должен с ним играть. Он и тебя сделает тупым. Я моргнул, немного шокированный. Серьезно? Я был на 100 лет в будущем, а люди словно регрессировали. Конечно, глупость была заразна, посмотрите на любого члена банды или экстремиста, но думать, что кто-то с какой-то инвалидностью заразен - это просто смешно. Какого хрена?! - Каччан не тупой! Он просто тихий! - выкрикнул Изуку, злясь за меня, пока я просто смотрел на них в полнейшем недоумении. - Конечно он тупой! Ты посмотри на него! Выглядит тупым! - прокричал в ответ ребенок, делясь с нами своей безошибочно верной логикой. - Нет, не тупой! - выкрикнул Изуку лучший аргумент, который мог иметь трехлетка. Но лицо Изуку покраснело, и он, очевидно, был очень разочарован всем, что было сказано обо мне. Я не мог проигнорировать его, когда он был столь заметно расстроен. Протагонист или нет, он все еще был ребенком. - Тупой! Тупой! Тупой! Он идиот, и ты тоже, раз играешь с ним! - ребенок высунул язык, и на глазах Изуку выступили слезы. И где были взрослые? Я оглянулся, чтобы увидеть наших мам впервые по-настоящему увлекшимися разговором, а не просто следящими за нами словно два худших в мире сталкера, в то время как другие родители были заняты своими собственными отродьями. Изуку встал. - Ты злой! Другой ребенок нахмурился и толкнул его обратно на землю. - А ты тупой! По лицу Изуку потекли слезы. Ну все. Этого достаточно. Я схватил полную ладонь песка и бросил все это в лицо ребенка постарше. Он начал кричать. Что ж, по крайней мере это привело к тому, что сюда побежали родители. - Что здесь происходит?! - закричала моя мама, поднимая меня из песочницы, в то время как тетя Инко схватила Изуку, а еще одна женщина бежала из другого конца парка. - Он обозвал нас тупыми! - закричал Изуку с красным от слез лицом, тогда как я просто облокотился на свою маму и прикрыл глаза. Вероятно, парка на сегодня было достаточно. - Тодо! Что случилось? - с этим выкриком на сцену ворвалась родительница номер 3. - Он кинулся песок мне в глаза! - закричал раздражающий ребенок (Тодо). - А ты меня толкнул! - завопил Изуку. Этот малыш знал кое-что о громкости. Моя мама немного потрясла меня, и я открыл глаза. - Кацуки, ты бросил в него песок? Я нахмурился, но встретил ее взгляд. Конечно, бросил. Изуку бы этого не сделал, а я не собирался бить ребенка в два раза больше меня. - Зачем? - спросила мама, ее глаза расширились. Что ж. Потому что этот ребенок заслужил. Мы с Изуку не сделали ничего плохого, и Изуку не должен был быть брошенным на песок только из-за того, что решил, будто мы были друзьями. - Кацуки, - твердо произнесла мама и несильно стиснула меня. Не так, чтобы это причинило боль. Это не было даже отдаленно болезненным. Просто способ показать мне, что она хочет получить ответ. Я посмотрел на Изуку, затем на другого ребенка. Изуку не мог ничего сказать, занятый надрывным плачем, а мама другого ребенка разрывалась между попыткой промыть глаза своего чада водой и бросанием на меня злобных взглядов. Я поймал ее взгляд и улыбнулся. Именно. Нахуй тебя, тетя. - Ты, вредный мальчишка! Думаешь, это смешно? - сорвалась она. - Послушай, cучка. Если бы ты лучше воспитывала своего ребенка, моему бы не пришлось этого делать, - слава богу. Спасибо, мам. Другая женщина и глазом не моргнула. - Не удивлюсь, если он вырастет злодеем, с матерью вроде тебя! Мама опустила меня на землю и задвинула себе за спину. - Извини, Инко, - сказала она с усмешкой, и вдруг со всей силы ударила эту женщину кулаком в лицо. Вау. Окей. Что за херня. Теперь две взрослые женщины катались по земле (простите, по песку!) в песочнице в парке, и одна из них была моей матерью. И раздражающий ребенок все еще плакал. Хотя Изуку уже перестал. Честно говоря, он выглядел весьма взволнованным происходящим. - Покажите ей, Тетушка! - ликовал Изуку (и слезы были забыты), пока Инко кричала на них, прося остановиться и перестать вести себя как дети. Что ж.