Гардаросс: люди одной кнопки

      За окном нарастала метель. Ветер всё сильней насвистывал мелодию через небольшую щель в оконной раме, а ветхие шторы, похоже самодельные, то и дело приплясывали от его резких порывов. В этой комнате, пыльной и захламлённой, освещённой лишь несколькими свечами, сидел седовласый старик. — Прохладно что-то, — пробубнил он в никуда.       Кресло-качалка прекратило издавать размеренный скрип, чтобы затем, под тяжестью встающего старика, громко всхлипнуть, разбудив лежащего рядом чёрного пса. Тот встрепенулся и завилял хвостом, стуча им по полу. — Ну, ты ж как молоток отбойный.       Пёс довольно тяфкнул и проводил хозяина взглядом до старого комода. Старик дрожащей рукой открыл одну дверцу и цокнул языком, увидев кучу листов. Закрыл, открыл вторую и пошарил рукой в глубине. Выронив несколько отвёрток, он, наконец, нашёл то, что искал — кусок замасленной тряпки, и, судя по всему, раньше это было частью одежды. Старик встал, а его колени хрустнули, предательски напомнив о возрасте. После шестидесяти приходится взвешивать риски и делать нелёгкий выбор между такими простыми вещами, как движения тела. Присесть или пригнуться? Колени или спина?.. Шаркая замызганными тапками по полу, старик подошёл к окну и отдёрнул тёмную занавеску. — Ну, вот и всё, Барон, — прошептал он, закупорив тряпкой щель.       Старик уже хотел было продолжить свои дела, как вдруг заметил вдали два силуэта, приближающихся к дому. Пятиэтажка, в которой он жил, стояла на отшибе «Сковородки» — самого дальнего жилого комплекса Хогарта. Конечно, официальное название звучало как «Айго 103с», но из-за специфической формы двора местные жители пустили в обиход более прозаичное название. Район был малонаселённый, и все жители знали друг друга в лицо. Старик посмотрел на настенные часы. — И не боится она гулять в такой поздний час? — охнул он. — Ну, хоть с псом.       Не боится. Даже для старика, особо не высовывающего нос дальше своей двери, доходили слухи об этой девчонке. Та в свои тринадцать лет уже успела убить двух Топоров, которые то ли хотели пустить её на мясо, то ли отправить в Готобан, для пополнения рядов «Цветочных дев». С обеих сторон перспектива не радовала. Правдивы ли слухи или нет — старик не знал, но чутьё подсказывало, что эта девчонка далеко не проста. С характером, так сказать. Внезапно он увидел, как из-за противоположного угла выехал один белый фургон-снегоход без опознавательных знаков и остановился, перекрыв дорогу. Старик прильнул к окну. Двери машины открылись, из неё вышли две фигуры в чёрных плащах отряда-лейбгард. — «Бессмертные», — вздохнул старик и в ужасе отшатнулся от окна прикрыв рот дрожащей ладонью.       Аж дыхание перехватило. Элитная гвардия из семи тысяч лучших бойцов, чья численность всегда поддерживалась на штатном уровне — умирал один, сразу приходила замена — приехала в одно из самых отдалённых мест города. Зачем? Конечно, стать обладателем ячейки ГОСМЕХа за любопытство старик не хотел, но и не мог пропустить то интересное, что творилось у него под носом. Он занавесил шторы так, чтобы осталась небольшая щель, и аккуратно выглянул. Там, среди «Бессмертных», появился третий человек. — Тут ещё и офицерская элита, — обратился старик к собаке, вглядываясь в белое пальто сошедшего со сходней военного.       Вживую старик видел таких людей только один раз за всю жизнь. И если тут собралась подобная знать, значит — дело серьёзное. Старик смотрел чуть ли не с восторгом; серая обыденность, в которой он плавал до этого момента, утекла в водосточную трубу событий. Казалось, время замерло. Только сердце отбивало быстрый ритм о грудную клетку.       Офицер убрал руки за спину и пробежал взглядом по улице и дому. Старик на секунду скрылся за шторой, но успел увидеть неестественно искривлённое лицо мужчины. По его мимолётному кивку, два гвардейца начали медленно подходить к девчонке, доставая из-за пазухи что-то похожее на пистолеты. Пёс пригнулся и уже был готов к атаке. Как только «Бессмертные» позволили себе подойти слишком близко, его терпение кончилось: он ринулся на них с открытой пастью, чтобы растерзать всех в клочья. Прыгнул, готовый вцепиться в глотку солдату, но внезапно его мощное тело плашмя рухнуло на землю. Без признаков жизни. Девчонка ринулась к нему: — Убий… — крикнула она и упала навзничь рядом с питомцем. — Твою мать… — во рту у старика резко пересохло.       Один «Бессмертный» грубо закинул девушку себе на плечо и скрылся в фургоне. Второй же достал из-за пазухи небольшой топорик и несколько раз ударил им по шее животного. — Вот те на, что творят…       Несколько секунд спустя «Бессмертный» отошёл от пса и подошел к офицеру. Перекинувшись парой слов, они залезли в снегоход, однако, перед этим человек в белом ещё раз прошёлся пристальным взглядом по местности и окнам домов на предмет лишних глаз. Внезапно ветер ударил в окно, и старик вздрогнул от испуга, схватившись за сердце.. Он понимал, что на его глазах произошло страшное событие. Страшное не только потому, что случилось с девочкой и её псом, а потому что любопытство поставило его на первую ступень лестницы, ведущей к гильотине. Никто не любит свидетелей… Теперь оставалось только одно — держать язык за зубами.       На улице всё сильней поднималась метель. Следы от людей и снегохода постепенно исчезали с помощью безмолвного помощника — снега, старательно заметающего место преступления. Старик с горечью смотрел на бедную собаку, лежащую в луже крови. Она всё больше напоминала сугроб. — Эх, хорошая была псина… Верная.       А правительство… «За что они так? Что могла им сделать малолетка?»       Старик шаркающей походкой отошёл от окна и бессильно упал в кресло. Тихий вечер превратился в ночной кошмар с убийством, похищением и вопросами без ответа. Голова начала нещадно гудеть. В горле пересохло. Старик начал судорожно раскачивать кресло-качалку, которое всегда успокаивало. Барон у его ног встрепенулся и тявкнул. В дверь постучали.