Опустевшая планета

- Приятно, но очень необычно, - подытожил центаврианин. - Мы так не делали. - А люди делают так очень часто, когда есть партнер. С этих ласк обычно и начинаются отношения. Так мы выражаем симпатию. - Выходит, я тебе симпатичен? - Когда нормально со мной общаешься - да, - честно ответил хорват, глядя в серьезные красные глаза напротив. - Хочешь, покажу тебе место, где я очень любил бывать в молодости? - Конечно. Может там и почва получше. Я правда не вижу никакого смысла, сеять семена здесь, они абсолютно точно не взойдут. - Ты уверен в этом даже после того, как видел, что они проклевывались у меня на ладони? - насмешливо поинтересовался Удонта. - Не думай, что на всех планетах все происходит по одному и тому же принципу. Каждый мир по-своему уникален. - То есть, ты плавно подводишь меня к тому, что я могу вот прям сейчас высыпать все семена себе под ноги, и они, возможно, прорастут не зависимо от условий окружающей среды? - А я не плавно. Я уже час тебе это в лоб говорю, - чуть повысив голос, произнес пират и весьма ощутимо ткнул Модрича пальцем в упомянутую часть лица, - но голова, похоже, не врубается. - Ай, прекрати! Да сложно, знаешь ли, в такое поверить. Ладно, будет по твоему. В конце концов, я действительно ничего не понимаю в вашей экосистеме. - В том, что от нее осталось, я и сам не слишком понимаю. Продолжать препирательства было бессмысленно, и Лука, махнув на все рукой, принялся открывать пакетики и тупо разбрасывать различные семена куда придется, ощущая себя при этом полным идиотом. И не то чтобы он не верил Йонду, просто уж очень фантастично звучали слова о растущих на бесплодном песке растениях. Впрочем, несколько упаковок Модрич оставил на потом, все-таки рассчитывая на более подходящие условия в другом секторе планеты. К челноку возвращались молча, однако в кабине не обошлось без маленькой перепалки. Йонду сразу занял пассажирское кресло, всем своим видом показывая, что управлять транспортным средством будет Лука, который еще не слишком освоился в роли пилота, из-за чего и возник спор. В космосе хорват летал уже довольно уверенно, но с вертикальным подъемом и посадкой все было не так гладко. В последний раз вылет из дока Эклектора чуть не закончился крушением, когда Модрич не рассчитал силу нажатия на рычаг, и челнок резко взмыл вверх, впечатавшись в сводчатый потолок корабля. Сидевший рядом центаврианин на инцидент не отреагировал, лишь моментально перехватил управление, но никаких санкций или словесной выволочки не последовало. Вообще Луку поражало, с какой легкостью Йонду дает ему буквально играться с опасными вещами, начиная с шатлов и заканчивая пресловутой сферой, будто бы совершенно не переживал за их сохранность, хотя, если подумать, ко всеобщей пиратской безалаберности мужчина уже привык. Вот и сейчас центаврианин просто смотрел, как человек пытается справиться с тяжелой неповоротливой машиной в атмосфере планеты, где неопытному пилоту мешали скалистый рельеф местности и сила тяжести. Кое как преодолев очередную горную цепь, Модрич попытался посадить челнок на небольшой открытой площадке, окруженной огромными засохшими деревьями, но немного не рассчитал, в результате чего транспорт задел мощный ствол и почти что рухнул на камни с высоты в несколько метров. - Йонду, я ведь не угробил челнок? - с тревогой спросил мужчина, потирая ушибленный локоть. - Ничо. Нормально. Еще успеешь угробить, не расстраивайся. - Да я, вообще-то, не по этому поводу расстраиваюсь, - уже с иронией бросил Лука, поднимая фиксатор. - Я понял. Но когда-нибудь ты все же разобьешь свой первый челнок. - И что тогда? - Придется добывать новый, - усмехнулся центаврианин, направляясь к выходу. По мнению Модрича, новая локация почти ничем не отличалась от предыдущей, но вскоре выяснилось, что он немного ошибался. За мертвой стеной деревьев-гигантов обнаружилась довольно необычная местность. Этот небольшой участок около двухсот метров в диаметре представлял собой окруженную высокими скалами ивовую рощу. По крайней мере, именно такое сравнение сразу приходило на ум при виде относительно невысоких толстоствольных деревьев с очень длинными свисающими порой до самой земли ветвями. Первым делом хорват поковырял носком ботинка сухой рассыпчатый грунт, но чудо не произошло, под ногами была все та же бесплодная смесь песка, мелкой гальки и пепла. Хотя в данном конкретном месте беднейшая почва являлась далеко не единственным неудобным фактором. Из-за кольца отвесных скал здесь царил вечный полумрак, что тоже не способствовало росту и развитию растений. И было совершенно непонятно, чем в этой мрачной темной роще могло так нравиться молодому Йонду. Силясь разгадать загадку, Лука медленно бродил среди погибших деревьев, вглядываясь в унылый пейзаж, но, как ни старался, не мог найти ничего примечательного, хотя за столько лет место, скорее всего, изменилось до неузнаваемости. Справа мелькнуло что-то белое, и Модрич поспешил туда, заинтересованный редким для этой планеты цветом. Однако то, что открылось взгляду, заставило мужчину вздрогнуть и остановиться. К мощному стволу был прижат огромный скелет, обвитый тонкими гибкими ветвями, которые поддерживали его в вертикальном положении. Они словно обнимали широкоплечее существо с длинным хвостом, бережно дотрагиваясь до старых костей, и человеку стало жутко от мысли, что именно так могла бы обнимать мать своего мертвого ребенка. -Он огромный, - удивленно выдохнул Лука, все-таки подходя ближе. - По сравнению с тобой, - кивнул Удонта. - Даже я заметно выше тебя, хотя для своей расы считаюсь среднего роста. - Может рассыпать оставшиеся семена здесь? - неуверенно предложил хорват, глядя на пакет у себя в руках. - Рассыпай, мне пофигу. - Поможешь? - Нет. Мне, наверное, вообще к ним лучше не прикасаться. Лука сам не до конца понимал, почему решил посеять цветы именно здесь, в самом неудачном месте, просто это казалось правильным, даже если они никогда не взойдут. Возможно, странное решение было продиктовано неким подсознательным порывом украсить своеобразную безымянную могилу, но сейчас мужчина не хотел размышлять и анализировать свои поступки, ему хотелось поскорее вернуться на Эклектор, словно пиратский корабль уже начал ассоциироваться с домом, и от этого тоже становилось не по себе. Чуть поодаль виднелась более-менее ровная площадка, и именно там хорват рассыпал оставшиеся семена, сделав ровные неглубокие бороздки и аккуратно присыпав серым грунтом. Никакого удовлетворения данные действия не принесли, но теперь можно было с чистой совестью покинуть опустевшую планету, ведь по сути они уже сделали все, что могли, пусть и такую бесполезную малость, которая не принесет ни вреда, ни пользы. Ритуал для собственного успокоения, не более. Обратный путь прошел в тишине. Человек так и не спросил, чем именно было примечательно это место, а Йонду, похоже, не считал важным рассказывать, но когда они, наконец, покинули мертвый Центавр, Лука вздохнул с облегчением... Переходы и палубы Эклектора уже не казались зловещим мрачным лабиринтом, память услужливо подсказывала нужные маршруты, а если что-то и забывалось, всегда находились какие-нибудь мелкие ориентиры, позволяющие моментально понять, в какой именно части корабля ты находишься, хотя в заставленных ящиками и огромными контейнерами грузовых отсеках хорват до сих пор боялся заблудиться, как и в гигантском машинном отделении, где он, правда, был всего один раз. Однако путь от доков до мостика мужчина уже мог найти с закрытыми глазами, и поэтому уверенно шел впереди, чувствуя себя абсолютно спокойно. - Что-то вы долго, - поприветствовал их наглым оскалом енот. - Романтический пикник на руинах цивилизации и все такое? - А тебе завидно? - недовольно откликнулся Йонду, занимая место капитана. - Нет, мне скучно. Может тот астероид разнесем прямо по курсу? - А там никто не живет? - Лука сделал несколько шагов и уже привычно уселся в одно из кресел для экипажа. - Ты дурак что ли? - возмутился механик. - Кто там может жить? Давайте хоть по чему-нибудь постреляем. - Лучше поставь ему имплант-переводчик, раз уж заняться нечем, - проворчал центаврианин, сосредоточив все внимание на на картах. - Да без проблем. У нас этого хлама полно валяется. Зачем столько сперли, ваще не понимаю. - А меня спросить не нужно? Как я на Землю вернусь с этим имплантом? А если мне КТ нужно будет сделать или другое обследование? Или его можно быстро и без последствий потом убрать? И вообще, это не опасно? - Не опасно, - отвлекся от своего занятия Удонта. - Тебе уже говорили, что технология давным давно отработанная. У нас у всех есть импланты, те или иные, а полоскун и вовсе почти весь из них состоит. - Не люблю соглашаться со стариком, но он прав, - не хотя кивнул Ракета. - Лучше поставить, пока ты с нами. Нужно же тебе понимать, о чем вокруг говорят. Для тебя же идиота стараемся. Я минут за пятнадцать поставлю. Новейшие модели компактны и не бросаются в глаза, а за твоими лохмами его и вовсе видно не будет. Потом за ненадобностью можно и убрать. В конце концов, любые импланты предусматривают их замену. - И лучше сделать все побыстрее, потому что следующая остановка торговая станция, а когда ходишь по магазинам, хорошо бы понимать, о чем идет речь. - А можно хоть посмотреть, как эта штука выглядит? - с еще большим сомнением спросил Модрич, не торопясь подниматься с кресла. - Пойдем в каюту. Полоскун сейчас все принесет и покажет. Спокойная уверенность Йонду хорвату не передавалась, но он все же решил хотя бы взглянуть на чудо внеземных технологий, которыми, оказывается, уже давно пользовалась половина вселенной, правда вживлять такое в собственное тело, было откровенно страшно. С другой стороны, если все действительно так просто, то почему бы не попробовать? За время проведенное с пиратами Лука видел огромное количество представителей инопланетных рас с самыми разными модификациями и имплантами, от почти незаметных вкраплений до механических конечностей, и это тоже о многом говорило. В первую очередь о популярности и безопасности таких усовершенствований. В капитанской каюте ждать пришлось недолго. Модрич даже не успел забросать центаврианина вертевшимися на языке вопросами, вместо этого задумчиво сверля взглядом красный гребень и почему-то думая о том, что ему самому такой не пойдет. Конечно, мысли были на редкость глупыми, ведь формы и типы имплантов сильно разнились, и мужчина это знал, однако ничего умного в голову упорно не приходило. Как ни странно, размышления прервал арлони. Космическая крыса уже полностью освоилась в новой обстановке и охотно шла на контакт и с Йонду, и с Лукой, что не слишком радовало последнего, так как иногда зверек был уж слишком навязчив. Вот и теперь инопланетный тушканчик резво запрыгнул на кровать и полез на колени к человеку, где очень любил дремать, свернувшись в тугой клубок или наоборот растопырив лапки и подставляя под ласковую ладонь лысое пузико. И все бы ничего, если бы в конец обнаглевшая тварюга не пыталась периодически забраться под одежду, бессовестно царапаясь маленькими коготками. Центаврианин объяснил, что арлони по природе своей норные животные и любят тесный, теплый полумрак, но Модричу от таких объяснений легче не становилось, и он продолжал раз за разом вытаскивать настырного питомца из-под куртки, толстовки и даже футболки, что было особенно неприятно... Ракета пришел минут через десять с маленьким белым чемоданчиком и сразу протянул Луке длинную прозрачную коробочку, внутри которой находился имплант. Более всего он напоминал сильно вытянутую восьмиконечную звезду, чуть выпуклую, с хорошо различимыми четкими гранями, какого-то не совсем определенного цвета. Под не особо яркими лампами оттенок уходил в грязно-серый тусклый металлик, но при определенных поворотах футляра казался заметно светлее. Продолжая разглядывать занятную вещицу, мужчина прикинул, что в длину она явно не превышает восьми сантиметров, а в ширину едва ли дотягивает до трех. В принципе, небольшой размер и интересный внешний вид здорово подкупали, и человеку внезапно захотелось опробовать на себе передовые технологии, особенно если эти импланты так же легко удалить, как и поставить. И наверное, именно поэтому хорват позволил себя уговорить. Енот мгновенно оживился и принялся с энтузиазмом копаться в саквояже, доставая оттуда какие-то странные предметы, оказавшиеся инструментами для установки и наладки имплантов. Выглядело это все довольно неприятно, особенно брошенное на не стиранное покрывало, но, как заверил механик, ни о какой хирургии речь не идет и стерильность не требуется. По настоянию Ракеты Модрич лег на спину, повернув голову на бок, и тут же почувствовал, как ему убирают волосы на виске, неширокой длинной полосой. Затем последовали несколько почти незаметных уколов анестезии, отчего быстро онемело еще и левое веко, по гладкой коже повозили чем-то мокрым, и наконец, когтистая лапка аккуратно прислонила к его голове имплант-звезду. Ощущения при этом были чисто тактильные и особого дискомфорта не вызывали, но вскоре под черепом начался какой-то зуд, и Луку ощутимо замутило. Перед глазами все поплыло, и человеку показалось, что он вот-вот потеряет сознание. - Йонду, мне как-то нехорошо... - Знаю. Потерпи немного. Сейчас волокна импланта прорастут в мозг, и станет легче. - Куда прорастут? - испуганно переспросил мужчина, сделав попытку приподняться на локте. - А ты как думал? Что эта херня по волшебству пашет? - центаврианин остановил его порыв и улегся рядом. - Нет, мой дорогой, у него с тобой должна быть прямая связь. Да не бойся, уже сто раз сказали, что это безопасно. - А если он барахлить начнет? - Башкой о стену приложись, и всего делов, - бросил енот уже от самой двери. - Но вообще не должен. Эта модель сейчас самая ходовая на рынке. Вроде как максимальная надежность. - Расслабься и не нервничай, - опять подбодрил Удонта. - Постарайся поспать, а как проснешься, пойдем прошвырнемся по магазинам. Купим постельное белье и еще какую-нибудь фигню. Спи. Я побуду с тобой. Лука только устало кивнул и закрыл глаза. Близость обнимающего его Йонду немного успокаивала и, кажется, действительно становилось легче. Каких-то особых изменений пока не ощущалось, и мужчина вяло перекатился на бок, закидывая руку на талию центаврианина и утыкаясь лицом ему в грудь. Мысли текли медленно и обрывочно, но в основном сводились к тому, как же много он еще не знает, и какой уникальный шанс узнать преподнесла ему жизнь, пусть и в лице космического пирата, который в данный момент нежно поглаживал его по плечу. Страх и напряжение отступали, и Модрич снова учился доверять своему обаятельному похитителю. Конечно, иногда поступки капитана откровенно бесили, но в то же время хорват прекрасно видел, что Удонта действительно хочет чего-то вроде настоящих отношений, даже если не говорит об этом прямо. Пробуждение после установки импланта было абсолютно таким же, как всегда, и в первые минуты Лука даже не вспомнил о недавно проведенной модификации. Пока не почесал лысый висок, по которому словно влитая расползалась твердая вытянутая звезда из неизвестного материала. Никаких неприятных ощущений не возникало, и Модрич, лениво зевнув, направился в местный санузел, а когда вернулся в каюту, сразу же наткнулся на довольного Йонду. Последовало несколько вопросов о его самочувствии, мужчина, не задумываясь ответил и лишь потом внезапно осознал, что центаврианин спрашивает на своем родном свистящем языке, а он, в свою очередь, говорит как всегда на хорватском. Вот только сейчас грань между языками будто бы исчезла. Оказалось, что они уже добрались до станции, но на этот раз человеку пришлось переодеться. Опустошитель уверенно заявил, что здесь он должен выглядеть как пират, в результате чего на плечи мужчины опустился довольно тяжелый темно-коричневый плащ с нашивками и шевронами. Основная часть команды уже покинула Эклектор, и они тоже поспешили к докам. Модричу не терпелось проверить все возможности импланта, и совсем скоро у него появилась такая возможность. Как только челнок опустился на посадочной площадке космодрома, и открылся люк, на человека обрушилась лавина разных голосов, которые он теперь понимал. Конечно, иногда некоторые слова-жаргонизмы отсутствующие в базе переводчика как бы выпадали, но зачастую, это не сильно мешало воспринимать чужую речь. Его обсуждали. Вот что первое понял Лука, пока они ходили по бесконечным торговым рядам исполинской станции. Практически все встречные обращали внимание на землянина, на одеже которого четко выделялись отличительные знаки опустошителей, и поначалу это весьма сильно напрягало и даже смущало, но довольно быстро человек привык к подобным перешептываниям и уже не отвлекался на них, сосредоточившись на прилавках и болтовне с Йонду. Постельное белье они все-таки купили, в итоге несколько комплектов, потому что Модрич долго не мог определиться с выбором и центаврианину это надоело. А вот потом Удонта опять взялся за старое и ненавязчиво, как бы между делом, предложил наведаться в один из публичных домов станции. - Йонду! Я же сказал, что не хочу ходить по борделям! И если честно, мне так же не хочется, чтобы по ним шлялся ты, - недовольно прищурился хорват и полушутя пихнул его под ребра. - Я и не собирался. Мне с полоскуном нужно кое с кем переговорить в местном притоне, но человеку там лучше не появляться, могут глаз положить, и тогда начнется никому не нужная стычка. Мелочь, а неприятно. Поэтому я предлагаю тебе побыть здесь. Часа два. Трахаться тебя никто не заставляет. Можешь просто посидеть, выпить, поговорить с понравившейся мордашкой, чтобы не скучать. Кстати, я не зря привел тебя именно сюда. Тут есть твой соплеменник. В смысле землянин. - Откуда ты знаешь? - Я сам его сюда привез около двух лет назад по вашему времяисчислению. - Что... Йонду, ты гад бессовестный! И у тебя еще хватает наглости... - Вот и поговори с ним об этом, - перебил Удонта. - Спроси, какой я гад, ублюдок, или как ты там меня еще называл. Спроси, как именно он здесь оказался. Мне все равно уже не поверишь. - Йонду, что происходит? Чего я еще не знаю? - уже гораздо спокойнее произнес хорват, подозревая, что ситуация на самом деле не такая однозначная, какой может показаться на первый взгляд. - Ты еще очень многого не знаешь, но я хочу, чтобы ты узнал. Пойдем. Я сразу два часа оплачу, если не хватит, потом добавишь. Как расплачиваться понял? - Вроде бы да. - Хорошо. Если что, Серхио подскажет. - Кто? - Серхио. Зовут его так. Пойдем, а то я опоздаю, и полоскун опять каких-нибудь гадостей наговорит. На этот раз Лука не стал уточнять, кому именно попадет от склочного механика, и молча пошел за опустошителем. Переливающаяся стена, на которой то и дело появлялись образы разных существ, тянулась бесконечно долго, утомляя своим мельканием, но вскоре Йонду резко завернул и нырнул в высокую арку, оказавшуюся входом в выбранное им заведение. Модрич никогда не был в публичных домах и слабо представлял, как они обустроены, но то, каким окажется здешний интерьер, он не мог даже предположить, потому что контраст с ярким цветастым фасадом оказался поразительным. Прямо за дверью находилось небольшое, ничем не примечательное помещение без окон с голыми серыми стенами. Потолок и пол были выкрашены той же краской, и от этого создавалось впечатление, что стоишь внутри объемного монолитного прямоугольника. Никаких удобных красных диванчиков, о которых почему-то успел подумать хорват, не наблюдалось, а из мебели присутствовала лишь тяжеловесная металлическая стойка, тянущаяся вдоль одной из стен, где прямо на столешнице сидел администратор. Миниатюрный работник с ростом, наверное, около полуметра тут же расплылся в зубастой, но довольно приветливой улыбке, напоминая ожившую жутковатую куклу с лобастой безглазой головой. С центаврианином они, видимо, были давними приятелями, и перед тем, как сделать заказ, Удонта еще какое-то время просто трепался с гуманоидом, перемывая кости общим знакомым. Сопровождение до номеров здесь, похоже, не предусматривалось, и пират сам отвел мужчину в нужную комнату на втором этаже, однако заходить не стал и только указал на одну из множества однотипных дверей. Лука уже хотел вежливо постучать, но едва он поднял руку, как массивная серая платина отъехала в сторону сама собой, словно приглашая клиента войти, и тот неуверенно замер на пороге. Больше всего Модрич боялся увидеть испуганного и сломленного человека, того, чья жизнь сложилась намного хуже, но к счастью, мрачные предположения не оправдались. Небольшая комната выдержанная в теплых бежевых тонах была хорошо освещена, в одной из стен угадывался мини бар с бутылками и какой-то странной посудой, рядом полупрозрачный столик и что-то напоминающее диван, хотя в первую очередь взгляд натыкался на круглый подиум заваленный подушками, который несомненно исполнял роль кровати. И именно там его ждал Серхио. Крепкий мужчина лет тридцати пяти, в свободных белых штанах с заниженной талией был покрыт татуировками до самого подбородка, но Лука не стал заострять на этом внимание, куда важнее для него было взглянуть в лицо своего соплеменника, как выражался Йонду. Глубокие карие глаза смотрели спокойно, с некоторым изумлением, а пухлые губы в обрамлении усов и короткой рыжеватой бородки чуть приоткрылись, и первый вопрос не заставил себя ждать. - Ты пират? - Нет. - Как нет? На тебе плащ с шевронами, я же не слепой. - Йонду сказал, что в этом месте мне лучше выглядеть одним из них. - Йонду? - понимающе хмыкнул мужчина. - Давно уже его не видел. Кто же ты тогда? - Мне не особо хочется об этом говорить, - смущенно протянул Лука, почесав затылок. - В общем, Йонду обманом вывез меня с Земли, из-за чего мы несколько раз уже скандалили... - М-м, личная игрушка что ли? - Надеюсь совсем уж до такого не дойдет, - сдержанно отозвался Модрич, не зная, что еще прибавить и как продолжить разговор. - А ты откуда? Из какой страны? - Испания. Мадрид. И не стой в дверях, проходи уже, садись, - Серхио забрался на кровать с ногами и приглашающе похлопал ладонью рядом с собой. - А я из Хорватии. Меня Лука зовут, - представился мужчина, нерешительно приближаясь к постели. - Да я понял, что из Хорватии. Слышу же, на каком языке говоришь, - усмехнулся испанец и, повернувшись, постучал кончиком пальца по импланту у себя на затылке. - А почему я не понимаю, что ты говоришь на испанском? - Ну, либо тебе переводчик совсем недавно вживили, и ты еще к нему не адаптировался, либо ты просто тупой. Я не знаю. Только не обижайся, - тут же спохватился Серхио, нежно погладив клиента по бедру. - Давай я лучше помогу расслабиться. Как ты хочешь? - Я никак не хочу. Я здесь, чтобы скоротать время, пока Йонду занят, и просто поговорить. - Скоротать время можно было и подешевле. Все-таки я довольно редкое и поэтому дорогое удовольствие. - Не говори так о себе, - поморщился Лука. - Я попробую упросить Йонду вернуть тебя на Землю. - Зачем мне туда возвращаться? - неожиданно нахмурился испанец. - Не вздумай. - Ты не хочешь домой? - Представь себе, нет. Знаешь, есть места хоть сто раз родные и все такое, но туда совершенно не хочется возвращаться. Это ты, может быть, в своей Хорватии как сыр в масле катался, а я просто мечтал выбраться из того дерьма, в котором оказался. На самом дне, на панеле. Да я там жил от дозы до дозы, чтобы забыться и хоть ненадолго расслабиться. Когда не было, напивался. Долго я бы так протянул? Думаешь Йонду меня похитил? Ничего подобного. Я сам за ним пошел, потому что мне уже было на все наплевать, как и многим другим. Они тоже пошли сами, по своей воле. Правда, да, ладно, не от хорошей жизни. - И что, тут лучше? - Да, лучше. По сравнению с тем болотом. Теперь я хотя бы не наркоман и не алкаш, что уже не может не радовать. - А тебя здесь... - Модрич замялся, не представляя, как бы потактичнее сформулировать свою мыль, - не обижают? - Хорошее определение, - вроде бы без издевки или иронии произнес Серхио. - Всякое, конечно, бывает, но, по крайней мере, не больше, чем на Земле. И скорее, по недоразумению, чем по умыслу. Да и вообще, если ты думаешь, что меня здесь особо сильно эксплуатируют - ошибаешься, это не так. Организаторам самим выгодно, чтобы мы нормально выглядели и нормально себя чувствовали, а для этого нужны отдых и хорошие условия содержания. Ну, то есть проживания. Мне вот только обстановка не нравится. Все-таки на планете хотелось бы жить, а не на станции. По зелени и открытым пространствам скучаю, если честно. - А то, чем ты занимаешься? Неужели тебя устраивает? - Вполне, - пожал плечами испанец. - Не восторг, конечно, но опять же, лучше, чем было на Земле. Тут далеко не всех интересует секс в том плане, в котором его воспринимаем мы. Да у некоторых рас и понятия такого нету. Например, есть существа представляющие собой слабо оформленный сгусток плазмы, так они просто находятся рядом, пока я мастурбирую. Никакого кайфа они от этого не ловят, им просто интересно, типа для общего развития и расширения кругозора. - А какие еще необычные посетители у тебя бывают? - Пожалуй, одни из самых необычных - склизкие, амебоподобные, белесые, полупрозрачные твари. Они наползают на тебя и... все. В смысле дальше вообще ничего не происходит. По крайней мере, я кроме их веса, тепла и влажности ничего не ощущаю. Представь, что на тебе огромное подтаевшее желе лежит. Но вот они как раз очень даже получают удовольствие от контакта с обнаженным человеком, правда по ним это тоже не заметно. Наполз, тупо полежал, сполз, до свидания. - И долго лежат? - Часа по два. Я иногда засыпать умудряюсь, благо, им пофигу. Однако и классическое сунул-вынул происходит. Бывает и мерзко, но я отношусь к ситуации философски - все хотят трахаться, только иногда не с кем. - Не поспоришь, одному быть хреново... - Я так понимаю, это твой вариант, - проницательно отметил Серхио и тут же ехидно заулыбался. - Но у Йонду все-таки странный вкус. В нашей партии, например, все были красавчики и красавицы, а он ни к одному из нас не прикоснулся. Чем же ты его так привлек? - Ему понравилось со мной общаться. Но я не ожидал, что он заберет меня с собой. Вернее, похитит с Земли. Йонду обещал показать видео и фотографии других миров, а когда мы оказались на борту челнока... - Он неожиданно взлетел, - рассмеялся испанец. - Так я сначала не знал, что он пират. Этот гад космическим рейнджером представился и навешал мне лапши на уши. А потом ненавязчиво подкатывать начал, в разные места приглашал, показывал. Я сразу и не сообразил, что это были жирные намеки на свидания и постель. Спустя несколько дней Ракета нажрался и проболтался, и... тогда все и произошло. - Он тебя изнасиловал? - уже серьезно спросил мужчина. - Ты пленник? - Не совсем. Я бы назвал нашу первую близость очень сомнительным согласием. - Первую? А потом? - Первую и единственную. Тогда мы поцапались, и все случилось на эмоциях, а сейчас вроде как нормально общаемся. Один раз даже поцеловались. - Ну, вот и оставайся с ним, - посоветовал Серхио. - Йонду своеобразный, хитрый и наглый, но вроде не совсем отморозок, иногда пытается найти компромисс. - Я, вообще-то, всегда о семье мечтал, но, к сожалению, так и не сложилось, - грустно усмехнулся хорват. - У меня тоже, да и перспектив в этом плане здесь не особо много, мягко говоря. Было бы здорово познакомиться с кем-нибудь, улететь отсюда и спокойно жить на тихой зеленой планете, но вряд ли все закончится именно так, - непривычно печально произнес испанец, слишком уж пристально разглядывая свои покрытые татуировками пальцы. - Хотя то, что я не подох от передоза в какой-нибудь грязной подворотне Мадрида, меня уже радует. За неспешным разговором оплаченное время пролетело незаметно, но продлевать необычный сеанс не пришлось. За Лукой пришел механик собственной персоной и сразу же, прямо с порога наорал на удивленного хорвата, пеняя ему тем, что таких идиотов везде нужно водить за руку, а у него - Ракеты полно других дел, но чего не сделаешь для друга, который умудрился связаться бестолочью-землянином. На этом некрасивом моменте с Серхио пришлось попрощаться, и совсем скоро своеобразный публичный дом остался далеко позади. Однако Модрич, по-прежнему, пребывал в растрепанных чувствах, теперь уже из-за судьбы испанца и многих других, людей разочаровавшихся в жизни на родной планете до такой степени, что даже полная неизвестность иных миров пугала их меньше, чем перспектива продолжать прежнее существование. На фоне подобных историй Йонду выглядел не так уж плохо, насколько это определение вообще можно было применить к работорговцу, и здесь довольно неожиданно появилась еще одна грань способная повлиять на их взаимоотношения. Очередной неоднозначный плюс в копилку пирата. Судя по всему, центаврианину все-таки было знакомо сострадание и некое, пусть и довольно своеобразное понятие благородства, и данный факт основательно сглаживал ситуацию в целом. По крайней мере, для Модрича. Ведь одно дело симпатизировать беспринципному монстру, который с легкостью рушит чужие жизни, и совершенно другое, желать близости с существом, чьи поступки все же можно считать приемлемыми. В конце концов, как выяснилось, Удонта забирал с Земли не всех подряд, а лишь тех людей, кто сам соглашался покинуть планету от разочарования и безнадежности, хотя, если подумать, то гарантий тут не было никаких, и Серхио вполне мог являться очень удобным исключением... К челноку они с механиком подошли вдвоем и, не дожидаясь Йонду, отправились на Эклектор. В отличии от центаврианина, который стремился постоянно чему-то учить и давал практиковаться, енот предпочитал все делать сам, и поэтому Лука скромно расположиться на пассажирском месте и был искренне этому рад, так как низкий, извилистый и неудобный док станции, через который они влетали, вызывал у него чуть ли не суеверный ужас, и оттачивать здесь мастерство пилотирования, особенно в отсутствии своего главного и на редкость терпеливого наставника мужчине совершенно не хотелось. По словам Ракеты, все покупки уже были доставлены к дверям капитанской каюты, но когда хорват поднялся на нужный уровень, сразу понял, что слово ''доставка'' не совсем уместно - пакеты и коробки оказались хаотично свалены на пол, словно их швыряли через весь коридор и, покачав головой, мужчина принялся наводить порядок. Перетащив все через порог, он в первую очередь распаковал постельное белье, по которому, как ни странно, скучал больше всего в бытовом плане. Выбор снова был непростым, но в итоге на кровать легли темные серебристые ткани, цвет которых, насколько помнил Лука, назывался античным серебром. Возможно, это было излишне романтичным, но ему просто так захотелось, а закончив с постелью, хорват переключил внимание на арлони, для которого они купили просторный вольер чтобы зверек меньше пакостил. Как только мужчина обустроил космическую крысу в каюту зашел Йонду и сразу же направился к застеленному ложу с весьма прозрачными намерениями прилечь и отдохнуть. - Нет! Не лезь сюда в грязных шмотках! - прикрикнул на него Модрич, вставая между капитаном и кроватью. - Раздевайся. - Ладно, как скажешь, - устало пожал плечами центаврианин и начал лениво стягивать одежу. - Пообщался с Серхио? - Да. И я все чаще прихожу к выводу, что у меня еще слишком мало информации для того чтобы принимать правильные решения. Но чем больше я узнаю, тем больше вопросов появляется. - Не заморачивайся. Постепенно разберешься. - Но мне, по-прежнему, не нравится твое ремесло, если так можно выразиться. - И вот тут ты, наверное, прав, - внезапно согласился пират. - И мне это нравится. Нравится, что ты не разделяешь мои взгляды на жизнь. Как я уже говорил, мне не хочется видеть рядом такого же головореза, как и я сам. Я хочу такого, как ты. Возможно, ты сделаешь меня немного лучше, а я тебя немного хуже, при близком общении это неизбежно. Бросив на пол штаны и оставшись полностью обнаженным, Йонду присел на кровать и взглянул на Луку, который тоже разделся, правда не полностью, а только до трусов и теперь обустраивался на своей половине постели, перекладывая подушки. Подождав, пока мужчина усядется, небрежно накинув на ноги тускло поблескивающее покрывало, центаврианин осторожно придвинулся и, приобняв своего человека, мягко и как-то неуверенно прижался к его губам в их втором поцелуе. Нежном и чувственном. Капитан пиратов словно спрашивал разрешения, и Модрич ему разрешил, обняв в ответ и отвечая на ласку. Однако момент не продлился долго. Удонта отстранился сам, перед этим погладив партнера по голове, пропуская сквозь пальцы русые пряди. - Йонду, почему мы не занимаемся сексом? - наконец, озвучил Лука то, что уже давно вертелось на языке. - Потому что ты не хочешь, - спокойно отозвался мужчина, ложась на спину и подсунув руку под голову. - Знаешь, я ведь тоже хочу нормально. Так, как у меня никогда не было. - А скажи мне вот что, - хорват устроился рядом и повернулся к нему, - мы можем еще слетать на твою планету и остаться там на несколько дней? Мне интересно, как поведут себя растения в горшках и рассада. - Можем. На следующей остановке закупимся флорой. - А со сферой дашь еще поиграться? - Дам. Хоть об стену кидай. Лука весело рассмеялся, нисколько не сомневаясь, что Йонду говорит серьезно, и прижался к нему под покрывалом. Все-таки этот мужчина его привлекал, и Модрич решил дать ему шанс. Общий шанс, один на двоих, чтобы попробовать стать счастливыми. Не на Земле, и не на Центавре, а в каком-нибудь другом уголке вселенной, который будет для них новым домом.