Операция-кооперация. Версия 2.0

В два пополудни в дверь пятого люкса постучал мужик. Высокий и широкоплечий. И с такой задницей, что хотелось не сходя с места начать цитировать что-нибудь романтично-пафосное из старины «Вильяма, нашего Шекспира». Кирилл при виде вновь прибывшего напрягся – как-то слабо особенный гость Лисицына походил на бандюка. Скорее уж на… Но на всякий случай приготовился бежать и хватать. Лёнька с Андрюхой давно уже были на низком старте. Лисицын распахнул дверь и бесконечные пару мгновений смотрел на гостя, а потом… Лёнька от неожиданности издал звук, какой издаёт собачья пищалка, если на неё нечаянно наступить. Андрюха длинно и похабно засвистел, а Кирилл понял, что ни черта уже не понимает. Хотя… Леонид Ильич вон в своё время всё Политбюро облобызал и ничего. Кто этих морозовских знает, они ж на всю голову… отмороженные. … а потом Лисицын схватил гостя за шлёвку джинс и дёрнул на себя. Они врезались друг в друга с таким голодным отчаянным стоном, что провожавшая гостя Любочка громко ойкнула. Наверняка от смущения, что было странно, потому что с её-то работой в санатории и не такое можно было увидеть. А потом гость захлопнул дверь прямо перед её носом. Любочка ещё раз ойкнула и дунула прочь по коридору с несвойственной ей прытью. Кирилл ждал, что объятия Лисицына и неизвестного мужика распадутся, как только закроется дверь, но они всё целовались и целовались. Жадно, отчаянно. Так, словно от этого зависела их жизнь. - Я чуть не сдох, - прохрипел гость, отрываясь от лисицынского рта. – Веришь – дни в календаре зачёркивал. Вместо ответа Лисицын снова притянул его к себе, и они снова принялись целоваться. Кирилл чувствовал, что сам готов начать зачёркивать всё подряд, лишь бы кто-нибудь кому-нибудь уже передал эту грёбаную флэшку с бандитской бухгалтерией. По ту сторону экрана ноутбука продолжали упоённо целоваться, одновременно пятясь. И пятились до тех пор, пока не рухнули на кровать. Одежда так и полетела во все стороны. *** Это было вопиющим нарушением всех инструкций. И если Рогозина уволит их с волчьим билетом, то будет права, как никогда, но от Лисицына совершенно невозможно было оторваться. Костя хватал его, с упоением вдыхая такой любимый аромат. Терпкий, холодный. В сочетании с гладкой раскалённой кожей это сводило с ума. Он склонился над напряжённым членом. Обнял губами багровую головку с такой нежной, шёлковой кожей. Наделся ртом глубже. Настолько, насколько смог. Раздвинул ягодицы Кости, обнаружил, что там уже скользко и мягко, до основания ввёл один палец и тут же, не чувствуя сопротивления, добавил второй. - Готовился? – отрываясь от члена и подтягиваясь выше, прошептал он на самое ухо Лисицыну. - Ждал, - Костя приоткрыл свои невозможные глаза. И облизнул пересохшие губы, и откинул голову, подставляя шею под поцелуи-метки. Внутри что-то лопнуло. Это походило на падение в бесконечность – и кровь ревела в ушах, а сердце грозило переломать рёбра и выскочить наружу, оставляя в грудине дыру. И остановиться не было никаких сил. Костя цеплялся за широкие плечи Лисицына не имея ни желания, ни возможности разжать пальцы. И двигался, двигался, двигался. Всё выше и выше, пока не услышал такое долгожданное: - Костя-а! Кажется, он всё-таки упал. *** Рычание и стоны, и влажные шлепки тел друг о друга оглушали. - Ёбаный в рот, - Лёнька трясущимися пальцами пытался прикурить, как потом оказалось – не с того конца, стащенную у Кирилла сигарету. - Ага, - ошарашенно пробормотал Андрей, который в принципе не умел смущаться, но сейчас, кажется, понял, как нужно это делать. Кирилл молча курил в окно, в ушах всё ещё звенело отчаянное «Костя!». Их объятия – Лисицына и его любовника – были красноречивее всех слов. Внутри шевелилось что-то очень похожее на зависть. Кирилл вдруг поймал на себе взгляд Андрея – тяжёлый, многообещающий. *** Костя нашарил среди скомканных простыней руку Котова, переплёл свои пальцы с его: - Ты как? Вместо ответа Костя сжал его пальцы, приподнялся, целуя плечо, скулу, уголок губ. Усмехнулся сыто, довольно. Как отогревшийся на солнце кошак: - Охуенно. Он положил раскрытую ладонь на живот Лисицына. Ему почему-то до безумия нравился этот простой невзыскательный жест. Снова поцеловал. Глубоко и влажно. И Костя мгновенно откликнулся и потянулся навстречу, как будто и не было только что выматывающего оргазма, перевернул их, не отрываясь от рта Котова, наваливаясь на него всем весом. Прекрасно зная, что Костя выдержит. Потому что любит вот так – горячо, тяжело. До белых колец перед глазами. *** - Что?! Опять?! *** Они разъединились, практически силой заставляя себя сделать это. - Пора? - Пора. *** Да, неужели! Но вместо того, чтобы передать уже эту чёртову флэшку или получить от своего любовника, Лисицын заказал в номер обед. Обед! Черти б их драли. Кирилл поймал себя на том, что мысленно передразнивает: «Печёную рыбу с овощами, закуски и белое сухое на ваш выбор». Детский сад какой-то. Заказ доставили через полчаса. Всё это время Лисицын и этот самый Костя лениво тискались и о чём-то шептались. Настолько тихо, что расслышать не было никакой возможности. Когда в дверь постучали, Лисицын не торопясь встал с кровати, накидывая махровый халат, который полагался всем гостям, живущим в люксах, а Костя небрежно прикрыл пах уголком смятого одеяла и раскинулся на постели столь живописно, что только слепой не понял бы природу отношений этих двоих. Официант, вкативший сервированный к обеду столик, слепым, надо полагать, не был. Зато нервы, как оказалось, у него были покрепче, чем у Любочки. Он совершенно невозмутимо откупорил вино, разлил его по бокалам, снял серебряные крышки с блюд и так же невозмутимо, получив чаевые, вымелся из номера. И только оказавшись в коридоре, с грацией новорожденного лося помчался прочь. Очевидно, сплетничать с коллегами. Лисицын с любовником, даже и не подумавшим прикрыться, бросились к столику, стоило за официантом захлопнуться двери. - Если они сейчас начнут кормить друг друга с ложечки, - сварливо произнёс Андрюха, - я их лично уебу. Кажется, капитану Стулову начал отказывать его неистребимый оптимизм. Лисицын с любовником тем временем растерзали рыбу, раскопали салат, но почему-то не съели ни кусочка. Половину содержимого одного из бокалов Лисицын вылил в кадку с фикусом, второй зачем-то опрокинул на постели. - Напомни, сколько у нас времени? - Лисицын потянул и смял скатерть. - Антонова сказала, всё зависит от веса. Тихонов свалился бы мгновенно, нам с тобой минут пять. - Дадим ей пятнадцать. Ещё минут пять на, как говорится, всякий пожарный, ещё пять, чтобы дойти сюда от стойки регистрации. Что? Какая Антонова? Какой Тихонов? Какого чёрта происходит? Мысли приобрели истерический оттенок. Кирилл заставил себя глубоко вдохнуть и выдохнуть. Судя по выражениям лиц, Андрею с Лёнькой дыхательная гимнастика тоже не помешала бы. Лисицын тем временем вынул из чемодана оба пистолета. ПМ передал Косте, который, соизволив, наконец, натянуть трусы, улёгся на кровать, сунув руку с пистолетом под подушку, а вторую вытянув к опрокинутому бокалу. Выглядело это так, словно он пил в постели, а потом то ли заснул, то ли потерял сознание. Андрей, стоя рядом с Кириллом, озадаченно крякнул. Лисицын вставил в ухо что-то маленькое, оказавшееся передатчиком, и произнёс в пустоту: - Как слышно? Приём… Готовность номер один. И опустился в кресло, пряча Беретту в складки халата. - А она что здесь делает? – Лёнька даже к ноутбуку придвинулся ближе. Возле пятого люкса топталась Любочка. Оглянувшись в обе стороны, чтобы убедиться, что в коридоре кроме неё никого нет, она повернула дверную ручку и совершенно бесшумно, невзирая на туфли на шпильках, прошмыгнула в номер. Оказавшись внутри, Любочка осмотрелась и на добрые пять или десять секунд залипла на лежащем на постели любовнике Лисицына. Что и говорить – зрелище было нереальным – шикарный смуглый мужик на белоснежных простынях. Наверняка всё ещё пахнущий сексом и возбуждением. Кирилл почти чувствовал этот терпкий аромат – спермы, пота. Может, туалетной воды. Совершенно некстати он понял, на какое воспоминание будет дрочить, когда весь этот паноптикум закончится. По ту сторону экрана Любочка, стоя спиной к Лисицыну, занесла над лежащим руку. В которой блеснул, кажется, скальпель. - Вот чёрт! – Кирилл бросился к двери. Андрей с Лёнькой, замешкавшись буквально на сотую долю секунды, рванули за ним. Бандиты там или нет эти двое, но убийство! Вряд ли Кирилл с парнями успеют, но попытаться предотвратить обязаны. Конечно, они не успели. *** Костя вскочил с кресла, вскидывая пистолет и целясь Нефёдовой между лопаток: - Майор Лисицын, ФЭС. Гражданка Нефёдова, бросьте скальпель и поднимите руки вверх. Со своей стороны Котов целился подозреваемой в голову. В коридоре уже слышался тяжёлый топот множества ног. - Гражданка Нефёдова, вы задержаны по подозрению в убийстве граждан Курлышникова, Втулкина и Ступкина, а так же за попытку покушения на майора Лисицына и капитана Котова. Крича от бессильной ярости и довольно бестолково размахивая скальпелем, Нефёдова всё-таки бросилась вперёд, пытаясь достать Котова. Конечно, до его реакции ей было далеко. Костя успел отскочить в сторону, а Нефёдова со всего маху, не удержав равновесие, плашмя рухнула на кровать. - Не советую, - Лисицын упёр дуло пистолета Нефёдовой в затылок. Поднял взгляд на Костю: - Ты как? Конечно, он был уверен в успехе, но всё равно каждый раз сердце ёкало. А уж если оружие наставляли на Котова. Слишком свежа была в памяти история с верёвкой висельника. - В норме, - кивнул Костя и принялся натягивать джинсы. Тяжёлую дубовую дверь снесло, как гнилую фанерку, и в номере моментально стало тесно - Забирайте! - скомандовал явившийся со спецназом Майский. Понадобились усилия двух парней, чтобы скрутить эту разъярённую фурию. Визжала она так, что уши закладывало. - Её бы энергию, да в мирных целях, - пробормотал Лисицын, ставя пистолет на предохранитель. *** Конечно, они не успели, натыкаясь на пороге на высокого, в форме ФЭС, мужика. Кирилл узнал его мгновенно. - Добрый день, господа офицеры. Майор Круглов, ФЭС. Прошу следовать за мной. Его тон не предполагал возражений. Кирилл покосился в сторону ноутбука – там как раз выводили из номера Любочку. - Наши техники соберут вашу аппаратуру, упакуют и доставят в целости и сохранности. *** Сутки спустя Рогозина восседала в своём кресле так, словно это был ни много, ни мало императорский трон. После её рассказа о деле Нефёдовой Андрей, до которого, наконец, дошло, с каким огнём он играл, флиртуя с Любочкой в день заселения, впал в лёгкую прострацию. - Как скоро вы нас вычислили? – Кириллу действительно было интересно, когда и на чём они прокололись. - Оксана в первый же день просканировала номер, - уголком губ улыбнулась Рогозина, - и передала информацию сюда. - То есть, - осенило Кирилла, - на своём планшете она не расписание примочек и массажей составляла? Рогозина улыбнулась чуть шире, а вот Кирилл помрачнел – если у них и была надежда на какие-то подвижки в деле морозовских, то в свете произошедшего она рассыпалась в прах. О чём он и уведомил присутствующих. - На вашем месте я бы так не расстраивалась, майор, - снова улыбнулась Рогозина. Кириллу хотелось огрызнуться, что она не на его месте, и это не ей снимут голову и погоны в случае чего, но вместо этого пробормотал: - Просто Кирилл, Галина Николаевна. - Хорошо, Кирилл, - кивнула она. – Как только майор Майский увидел вас в фойе санатория, то сразу же связался со мной, я, в свою очередь, с вашим начальством. Операцию решено было не прерывать – в конце концов, люди Морозова могли заселиться в другой номер. Кирилла так и подмывало спросить, а как бы они об этом узнали. Впрочем, это были бы их проблемы, а не ФЭС. - Как потом выяснилось, ваш информатор… м-м… господин Дулин, - с некоторой заминкой продолжила Рогозина, - перепутал и день передачи, и санаторий. Не «Берёзовая роща», а «Сосновый бор». Кириллу так и хотелось рявкнуть: «Дебил!», Андрея, судя по выражению лица, обуревали те же мысли. Можно было не сомневаться, что с Дулиным он церемониться не станет. В морду, может, и не даст, но хуями обложит. Ещё Кириллу было смертельно интересно, откуда Рогозина знает всё это, но, судя по всему, источники свои она раскрывать точно не собиралась. - Нефёдова призналась в том, в чём вы её обвинили? – на прощание поинтересовался Кирилл. - Сразу. Даже не пришлось вопросы задавать – так ей не терпелось рассказать, как она делала мир чище. Лёньку Кирилл с Андреем нашли в буфете в компании Лисицына и Котова. Они пили кофе и травили служебные байки. Причём ни Лисицын, ни Котов, кажется, не испытывали ни малейшего смущения от осознания того, что ещё какое-то время назад Лёнька в прямом эфире наблюдал их любовные игрища. Наоборот, оба светились довольством и сытостью, и можно было не сомневаться в том, как они провели прошедшие часы. - Майор Соболев, капитан Стулов. - Майор Лисицын, капитан Котов. Они, наконец, официально познакомились и обменялись рукопожатиями перед тем, как распрощаться. *** Вернувшись в собственный отдел, Кирилл первым делом обязал экспертов проверить ноутбук – тот оказался чист, аки невинный младенец. Ни единой секунды записи без возможности восстановления – в ФЭС действительно работали гении. Прочая аппаратура вернулась в целости и сохранности, аккуратно упакованная. - Ну, что, - Кирилл собрал совещание в своём кабинете, - начинаем сначала. *** С морозовскими они покончили почти через полгода, ещё через год Рогозина подала прошение о переводе всех троих в ФЭС.