Трубочка

Самый обычный день. Аято сидел у себя и заполнял бумажки, но стояла жуткая жара, а весь боба ти был выпит. Всё что осталось это стакан и трубка. И тут. Аято подумал. «Аяка говорила что я должен дышать маткой если мне жарко, но матки у меня нет. Тогда я могу дышать кишкой?» Он особо не продумал, что если его найдут? Что если Аяка зайдёт? Ему было как-то пофиг, главное что бы было не так жарко. Камисато снял штаны, и медленно начал вводить трубку в свою дырочку. Она была не очень узкой, ведь член Итто, просто не давал ей сузиться. Пришлось немного привстать что бы в трубочку начал входит воздух, но Аято всё равно пытался сосредоточиться на бумагах. Хотя всё что у него было на уме это то как Они этим вечером ему ставит вместо трубочки. — Эй, Аято! Свободен? — Заорал из окна Итто как всегда. — Ох! Итто… — Удивился Камисато. — Ты снова писакаешь тут? Эээ, это ж так скучно. — Итто послушай. — А го в жуков на раздивание!!! «Какой же ты долбаёб.» Думал Аято всё так же дыша кишкой. А это не так плохо! Прохлада, свежесть, это как второй рот, но уже. — Ладно, давай. — Согласился Камисато, доставая из своих пиздатых руковов и арену и жука. Я без понянькия как описать этот бой дурацкий, простите, но я скипну во времени и в общем Итто выиграл. — Йааасссс!!! Раздевайся, пупсик!!! — Заорал на весь особняк Аратаки. — Что тут происходит!!!???? — Появилась Аяка в двери. — Опа, го все вместе Аято раздивать! — Что… — Не поняла Камисато. — Ладно. — А-а? — Икал Аято, понимая что трубочку в его сладкой попке сейчас найдут. — Аяка? И тут. Аяка снимает свою юбку, шаровары под ними, а там, член, размером чуть меньше Иттоного. — Открывай рот, братишка. — Эээ, а че у тебя в жопе тут? — Спросил Аратики, который незаметно подкрался сзади. — Вентеляция. — Уже спокойно отвечал Аято, готовясь к смачному секасу. — Кишкой дыш- А! Он почувствовал что в него смачно харкнули. Это было странно и липко, но никак не приятно. На смазку, сопли вперемешку со слюной Итто, не были похожи от слова совсем. Аяка не теряла времени как Они, и уже начала дёргать брата ближе к своему члену. — Давай, бери в рот. Не бойся, я успею вытащить. На Томе тренировалась. — Ты чт-Мхг! — Не успел договорить Аято, как пенис, его перебил. Камисато в своих кругах была известна как — «Синяк». Не из-за того что она маник делает, а из-за того что её тэнп настолько быстрый что яйца бьют по подбородку, оставляя один большой синяк. Так в Инадзуме, в своих кругах понимают, кого Госпожа Аяка благословила своим членом. Аято задыхался. Его глотку рвал огромный мясной кусок его собственной сестры, а её яйца бьют по его подбородку. Придётся снова на забив с Яэ ходить за тоналкой. Аратаки был дурачком и просто смотрел как Аято двигался вперёд назад перед ним. Это ведь лучшее время для битбокса! — Бжбжбж бхх бххх чк чк бж бж бж… — Он меня так раздражает, брат… Давай его убьём. — Пх пх бж дж бж бж… — Нет, эта музыка прекрасна. Мозг Аято начинал плавится. Толи от жары, толи от члена во рту с битбоксом на фоне. Хотя пенис Аяки прекрасен. Каждая жилка, каждая вена, была обмазана в его слюне. — Я устаю уже. Давай, Итто, хватит музицировать, занимай моё место. Она села на пол напротив старшего Камисато, начав удовлетворять себя самостоятельно. Трубочка пропала, как и тупой бит-бокс Они. Аято снова стало душно, но Итто было пофигу. Он начал просовывать свой язык в чужой, измазаный своими соплями, гол. А язык у него не маленький, потому что говорит много и пчёл ест. Аято начинает плавится как и его мозги, ещё эти холодные глаза Аяки напротив, с языком в жопе. Пиздец. — Брат, ты кончил! — Вскрикнула Камисато младшая. — Тебя даже не трогали! Наконец то! Тома проспорил! — Чт? — Вытащив язык спросил Аратаки. — Ладно, мне пора. До завтра. Ещё на забив с Эй не опоздать бы... Камисато Аято умер.