Зимний персик

***

С затянутого кучевыми, тёмно серыми тучами неба, медленно падали мелкие снежинки. Морозный ветер подхватывал невесомые, белые крупинки, кружа в медленном вальсе, то подбрасывая, то вновь спуская их на холодную землю. Середина декабря. Заснеженный город переливается яркими огнями гирлянд и предпраздничных вывесок, создавая особую, новогоднюю атмосферу. Чимин стоял около большого панорамного окна, с приоткрытым ртом. Ещё бы, дух захватывает, когда весь засыпанный снегом город, лежит у твоих ног. Обзор с квартиры последнего, десятого этажа, был и в правду невероятен. Оттуда, можно было рассмотреть даже мелкие спутанные между собой переулки, не говоря уже о небольших домах и небоскрёбах. — Квартира хорошая, правда есть один нюанс. — Тэхён поднялся с кресла, направляясь на звук закипевшего чайника с кухни. — Ты пока осмотрись здесь. Я скоро вернусь. Чимин кивнул, оглядывая просторный зал. Посреди комнаты, стоял огромный камин с потрескивающими дровами внутри. Яркое пламя, освещаемое красивый кафельный пол, создавало особый домашний уют. Так и хотелось закутаться в плед, и просто наблюдать за красиво падающим снегом за окном. — Это всё конечно круто, но меня интересует кое-что другое. — Чимин направился вдоль по коридору в поисках ванны. Наверное, больше всего в жизни, он любил расслабляться после тяжелого дня, в горячей воде с нежной пенкой, отпуская все плохие мысли. По этому, наличие комфортной «комнаты для расслабления» было для него очень важным. Квартира, которую подыскал для него Ким, была просто шикарной, и Пак был уверен, что ванной он разочарован точно не будет. — Ни хрена себе! — Чимин завис в дверях не решаясь пройти дальше. Красиво обустроенное просторное помещение в бело-серых тонах, с несколькими узкими окнами от потолка к полу, и… Угловое джакузи — мечта всей его жизни. Это точно лучшая квартира, которую только можно было найти. — Превосходные апартаменты. Где ты только нарыл эту квартиру? — Не оборачиваясь, спросил Пак, проводя рукой по белоснежной поверхности джакузи, когда услышал тихое постукивание пальцев, по дверному косяку ванной. — Я чёт не въехал. — Чимин едва не вскрикнул от хриплого голоса, прозвучавшего за спиной. — Т-ты к-кто? — Пак округлил глаза, смотря на неизвестную ему фигуру. — Я? — Парень издал тихий издевательский смешок. — Владелец этой квартиры. А вот ты кто такой? — Он сделал вальяжный шаг вперёд, от чего Чимин резко прижался к стене, ощущая, как сердце вот-вот остановиться от испуга. —Тэ-э! — Вырвалось из груди, когда незнакомец сделал ещё один шаг на встречу. — Ты чего разор… — Тэхён застыл в дверях, держа в руках поднос с чаем. — А вот и нюанс — собственной персоной.

***

Ранее наполненная уютом комната, теперь насквозь была пропитана напряжением. Чимин сидел на диване, бок о бок с Тэ, нервно поглаживающим свои колени через брюки цвета капучино. Пак изредка поглядывал на сидящего напротив парня, из-под длинной чёрной чёлки, боясь даже выдохнуть чуть громче, чем положено. — И так. Какого хрена вы здесь делаете? — Вопрос прозвучал внезапно. Парень смотрел на Чимина, но было понятно, что спрашивал он именно Кима. — Хён, чего ты такой злюка? — Злюка?! Это, на секундочку, моя квартира, Тэ, — моя, — Мин протянул руку в сторону Тэхёна. — Ключи. — Ну, Юнги… — Промычал Тэ, пряча глаза в ногах. — Не зли меня ещё больше. — А если я отдам тебе ключи, ты позволишь Чимину пожить у себя некоторое время? — Ким задержал руку с ключами в воздухе, на полпути к протянутой руке Юнги. — Чего?! Ты совсем страх потерял, Тэхён? — Он мой друг, и ему очень нужно временное жильё. — Тэ посмотрел на сидящего с опущенной головой Пака. — Так если он твой друг, пускай у тебя и живёт. — Юнги вырвал ключи, на ходу пряча их в карман. — Хён, ты же знаешь, мы с Чонгуком… — Боитесь сломать своему другу психику вашими играми? — Юнги ухмыльнулся, и сразу же поморщился, вспоминая, как однажды застал Тэхёна в полураздетом виде, прицепленном к кровати наручниками с красным мехом, и рядом сидящего Чонгука, с заячьими ушками на голове. — Ну, у тебя же много свободных комнат, хён. Да и живёшь ты один. Юнги отрицательно покачал головой. — Я люблю тишину, а тишина любит меня. Мне не нужны соседи, которые будут нарушать всю идиллию. Чимину было невероятно стыдно, и не комфортно, просить незнакомого ему человека, пускать жить его с вою квартиру, но он был готов сделать всё, только бы не распрощаться с этой шикарной квартирой, и джакузи. — Всего месяц, — выпалил Пак, поднимая свой умоляющий взгляд на Юнги. — В крайнем случае — полтора. Ты не будешь замечать моё присутствие, только позволь пожить здесь. — Парень, ты слышишь себя? Кроме твоего имени, я больше ничего о тебе не знаю. Как я могу довериться тебе, и пустить к себе жить? — Мин вскинул брови, опираясь локтями об стол. — Если ты доверяешь Тэ, тогда можешь доверять и мне. — А если я ему не доверяю? — Юнги перевёл взгляд на округлившего глаза Тэ, украшая лицо мягкой улыбкой. — В смысле, Юнги?! — Да успокойся ты, я пошутил. — Парень устало потёр виски, сводя брови, от так не любимого им крика. — Шутки — это явно не твоё. — Буркнул под нос Ким, обижено надувая щёки. — Так ты пустишь его к себе? — Найти другое жильё в предпраздничное время будет очень нелегко. А если и найду, то это будет стоить мне бешеных денег. — Чимин устало выдохнул. Ему очень хотелось убить Тэ, за всю эту ситуацию. Ким предложил ему пожить в квартире, не сказав, что она принадлежит его другу, при этом, даже не спросив самого владельца этих роскошных апартаментов. — Думаешь здесь жить на халяву будешь? — Мы можем обсудить этот вопрос. Я готов исполнять твои условия. — Пак невольно улыбнулся, когда перед глазами мелькнула надежда, остаться здесь. — Чимин прекрасно готовит, хён. — Тэ толкнул друга в бок, улыбаясь квадратной улыбкой. — Я знаю, ты любишь вкусно поесть. Да и чистюля он. Так что мы можем по тихому устранить твою проблему с «бесконечным бардаком», на целый месяц. Видишь, для тебя одни плюсы. Юнги почесал макушку, переводя взгляд с одного улыбающегося парня, на другого. Предложение звучало весьма заманчиво. Последние два месяца Мин питался исключительно заказанной на дом едой, которая в большинстве случаев, доходила до его рук уже холодной. Чимин был будто спасательным жилетом для желудка Юнги, от гастрита. Грех не согласиться на эти условия. — Значит так, — Мин требовательно посмотрел на Чимина. — Готовишь каждый день. Уборка — дважды в неделю, по всей квартире. Громких звуков не издавать, а если я работаю над музыкой в своей комнате, тебя вообще не должно существовать для меня. Лишний раз, на глаза не попадаться, и мои вещи без разрешения не трогать. Всё понятно? — А это не до хрена, хё…? — Я согласен! — вскрикнул Чимин, закрывая ладошкой рот Тэ, и сразу же свой, вспоминая условие «соблюдать тишину». — Отлично. Комната в самом конце коридора — твоя. А ты, любитель делать мне сюрпризы, — Мин обратился к Тэхёну, цепляясь пальцами в рукав его рубашки. — Дуй домой, пока Чонгук не подал тебя в розыск. — Чимин, если он будет обижать тебя, сразу звони мне! — Послышалось с коридора, когда Юнги вытолкнул парня с зала, закрывая за собой дверь. Когда Мин убедился, что дверь плотно закрыта и их никто не подслушивает, он, сложа руки на груди, стал выпаливать взглядом дыру в обувающимся Тэ. — Скажи, когда ты уже прекратишь творить такую дичь? — Ты о чём? — Тэ, ты издеваешься надо мной, или твои глупые комиксы совсем тебе мозги испортили? — Попрошу МОИ комиксы, не трогать. — Тэ грозно посмотрел на старшего, двигая указательным пальцем у него перед лицом. — Если я люблю их читать, это не значит что они портят мне мозги. — А разницу между «читать» и «быть зависимым» ты знаешь? — Юнги устало выдохнул, убирая руку парня от своего лица. — Тэ, прекращай вести себя как ребёнок. Тебе же не десять. Лицо Тэхёна вмиг приобрело самые серьёзные черты. Он молча накинул куртку, открывая дверь. — Обиделся? Серьёзно? — Мин, конечно, был сейчас не самый счастливый человек, без заслуги Тэ тут не обошлось, но обижать друга, зная его ранимость, он тоже не хотел. — И да, у меня есть ещё одна просьба по поводу моего друга. — Тэ обернулся, как только переступил порог. — Будь добр, позволь Чимину проводить в ванной столько времени, сколько ему понадобится. Он любит долго киснуть в воде. Предоставь ему свою ванную, целиком и полностью, без каких либо ограничений. — Как скажешь. — Юнги улыбнулся, пытаясь таким способом заполучить прощение у своего немножко странного друга. В ответ последовала ответная улыбка — значит, мимолётная обидчивость парня исчезла так же внезапно, как и появилась. — Люблю тебя, хён. — Проговорил Тэ, показывая пальчиками сердечки. — Тц, эти ваши милости. Ты же знаешь, что я этого не люблю! — Юнги прокричал вдогонку сбегающему вниз по ступенькам, смеющемуся парню. — Терпения тебе, Мин Юнги, терпения. — Парень похлопал сам себя по груди, возвращаясь обратно в зал, где всё ещё сидел залипший на падающий за окном снег Чимин. — Почему ты ещё здесь? — А где я должен был быть? — Чимин поднялся с дивана, поправляя длинные чёрные волосы. — Я же сказал: на глаза лишний раз не попадаться. Считай, что твоя комната — это твоя личная квартира. Постарайся не высовывать нос за её границы без особой на то причины. —«Тэ был прав, этот парень та ещё злюка». — Чимин схватился за сумку с вещами под пристальным взглядом не очень гостеприимного парня, направляясь в свою комнату. Паку уже перестала нравиться идея остаться тут, но другого выхода у него не было. Интуиция Чимина подсказывала ему, что следующий месяц ему придется ой как не сладко. Мин на первый взгляд показался парню даже очень красивым, правда, характер у него совсем не мёд. Лёгкая улыбка Юнги, которою Пак видел всего один раз, и то несколько секунд, моментально покорила сердце, оседая глубоко внутри. Такой красивой улыбки он точно ещё не встречал. Сказать, что он влюбился в Юнги? Нет, скорее, пока, только в его невероятную улыбку, которую, наверное, увидеть вновь, получиться ой как не скоро. Этот злюка Юнги, был совсем не таким, каким хотел показаться. Может снаружи он и был похож на холодного снеговика облепленного колючими кактусами, но Чимин был на сто процентов уверен, что видел в тех тёмных как ночь глазах, что-то мягкое и тёплое. Он знал, Юнги умеет относиться к другим заботливо и с теплом, просто нужно было немного подождать, чтобы Мин привык и к нему.

***

За окном пролетал уже почти незаметный из-за приблизившейся ночи снег. Чимин сидел на широком подоконнике поджав колени к груди, и рассматривал сияющий огнями город, время от времени рисуя маленьким пальчиком сердечки на запотевшем от горячего дыхания стекле. Он уже битый час сидит в этом тусклом помещении в полном одиночестве, не зная, куда себя деть. Комната, которую Юнги выделил для него, была очень похожа на ту в которой он жил дома. Такая же большая двуспальная кровать, небольшой комод с зеркалом, шкаф и большое окно, расположено прямо напротив кровати. Просто, но со вкусом. Правда, только Чимину совсем не хотелось, чтобы ему что-то напоминало о месте, откуда он наконец-то сбежал. Одной большой, и самой главной причиной этого побега стал его отец. Ещё с детства Пак начал замечать не очень хорошее отношение к себе со стороны отца. Чимин никогда не мог соответствовать идеалу своего отца. Он всегда не прав, всегда неумелый дурной мальчишка, не способный на что-то стоящее. Отец был строг, наказывал за любые неправильное действие, и попытки возразить ему. Пока его одногодки утопали в отцовской любви и заботе, Чимин мечтал услышать простое «Спасибо, сынок», или может «Я люблю тебя, сынок», нет, не так, он мечтал услышать хотя бы то самое простое «сынок», но получал только «эй, ты». Мама же — наоборот, старалась подарить всю свою любовь и внимание. С возрастом, отец переставал казаться таким строгим, то ли Чимин уже привык, то ли ему стало абсолютно плевать. Отношения между отцом и сыном были и так не сахаром посыпаны, но с каждым днём всё становилось только хуже. Чимин стал часто задумываться над уходом из дома. После окончания школы он целое лето бегал по подработкам втайне от родителей, зарабатывая хоть какие-то деньги себе на будущее жильё. Пак планировал потерпеть отца, ещё несколько месяцев, до лета, а потом съезжать к чертям и больше никогда не возвращаться в этот проклятый дом. Но нить терпения лопнула, немного раньше, чем думал парень. Отец Чимина каким-то образом пронюхал, что его сын, голубых кровей, и не пустил того холодным, зимним вечером домой, со словами «Педикам в моём доме не место». Это была последняя капля. Несмотря на просьбы матери остаться, ведь она со всем пониманием отнеслась к вкусам своего сына, Пак со скоростью звука собирал вещи, попутно звоня Тэхёну, и прося его найти временное жильё. Чимин знал, что когда-то этот день настанет, и ему всё равно придётся бежать. Но вот, сбегал он от отца, или от самого себя, понять парень не мог. Давняя мечта свершилась. Чимин съехал, и больше никто не сможет указывать ему, как жить. Примерно через три недели, после окончания всех новогодних праздников, Пак найдёт себе роботу, и начнёт искать какое-то дешевенькое жильё. Начинать же с чего-то нужно? Но это будет потом, после праздников, а сейчас Чимин испытывает дикое желание попарить тело в горячее воде. — Надеюсь, эта злюка не запретит мне использовать джакузи. — Пак на цыпочках вышёл в коридор, тихо направляясь в сторону зала, где сидел Юнги. — Чего тебе? — Не отрываясь от книги, спросил Мин, когда услышал приближающиеся шаги за спиной. — Я… могу воспользоваться твоей ванной? — Безусловно. — Юнги опустил книгу, поворачивая голову в сторону чёрноволосого парня. — Тэ предупредил меня, что ты немного тюлень. — Тюлень? — Чимин удивлённо выгнул бровь, от чего его пухленькое лицо стало в несколько раз милее. — Ага. Любишь в водичке поплескаться, пенкой поиграть, разве нет? — Юнги зажестикулировал, пытаясь изобразить тюленя. — «За что мне это всё?» — Чимин щёлкнул языком, перекинув заранее приготовленное белое полотенце через плечо, направляясь в ванную. По узким, запотевшим от поднявшейся в помещении температуры окнам, стекали мелкие капельки конденсата. Сначала одной, а потом и другой ногой Пак забрался в пузырящуюся воду, прогоняя табуны мурашек по телу. Пышная пена щекотала подкаченную грудь и шею, принося невероятное удовольствие. Как же всё-таки хорошо, иметь дома джакузи. Будь это квартира Чимина, он бы часами на пролёт сидел в ванной. От уже достаточно длительного пребывания в горячей воде, кожа на кончиках пальцев сморщилась, а тело покраснело, но парень продолжал наслаждаться, прикрыв глаза. Внезапный прохладный ветерок обдул влажную грудь, от чего Чимин непроизвольно приоткрыл глаза. — Ааа! Какого хрена, Юнги?! — Пак стал хаотичными движениями загребать руками пену, прикрывая оголённые участки тела. — Мне нужно в уборную. — Мин совсем без смущения прошёл внутрь, скрываясь за небольшой перегородкой, что разделяла санузел от остального помещения. — Ты не мог подождать немного?! — Ты сидишь здесь уже больше получаса, мне, по-твоему, нужно было под дверью обделаться? — Из-за перегородки послышался облегчённый выдох, а за тем слив воды унитаза. — Постучаться хотя бы можно было? — Парень продолжал загребать пену, по мере возможности опустившись под воду. — Я в своёй квартире. Хочу, и не стучусь, понятно? — Юнги, как ни в чём не бывало, прошёл к двери, застёгивая ширинку. — По-моёму тебе пора выбираться оттуда. Красный как варёный рак. Чимин прижал ладошки к покрасневшим щекам. Пак уже не мог понять: он покраснел от температуры воды, или от смущения? Юнги ничего не понимает, он ведь ничего не знает ни о нём, ни о его предпочтениях в любовном плане. Мин не должен был так просто врываться сюда, когда Чимин лежит в воде, в чём мать родила, прикрываясь клубами вкусно пахнущей пены. Не должен был, но он сделал это, смутив пака до приятно жгучих ощущений в низу живота. Чимин опустил взгляд, позволяя чёрным мокрым прядям скрыть смущение, когда почувствовал на себе прикованный взгляд старшего. — Эй, тюлень, не забудь. С тебя ужин. — Юнги вышёл за дверь, наконец-то позволив парню втянуть воздух сквозь зубы, борясь с так не вовремя нахлынувшим возбуждением. — Сам тюлень. — Процедил Чимин, завязав полотенце вокруг бёдер, покидая забитую паром ванную.

***

— И это всё? — Пак уставился на холодильник, бегая глазами по опустошённым полкам. — Из чего ты вообще готовишь себе поесть. Здесь же кроме моркови и пары мандаринов нет ничего. — Я не готовлю, Чимин. — Юнги сидел за столом, подпирая голову рукой. — Прекрасно. Тогда я могу приготовить для тебя варёную морковь, подойдёт? — Максимально скептично спросил Пак, ловя в ответ злой взгляд. — А что ты предлагаешь мне делать? — Посмотри в шкафчике, там должно быть что-то ещё. — Мин устало потёр переносицу, указывая рукой куда-то в сторону. — Это уже лучше. — Парень бросил на стол несколько пачек вермишели быстрого приготовления. — Сегодня перебьёмся этим, а завтра купим продукты и я приготовлю что-то нормальное. Чимин принялся готовить, вертясь возле плиты. Юнги долго наблюдал за парнем, и с каждой минутой ему всё больше казалось, что Чимин готовит как профессионал. Он умело нарезал морковь, в ровный такт стуча ножом по разделочной доске, и ловко помешивал её лопаткой в раскалённой сковороде. Даже соль в воду он добавлял как-то по-особенному. Приятный аромат пищи начал щекотать нос, провоцируя обильное выделение слюны во рту Мина. Юнги одёрнул себя, когда понял, что начал не просто следить за действиями младшего, а неосознанно исследовать его тело глазами. Мимолётно, старший почувствовал отвращение к самому себе. Он же не гей, он не любит парней, нет. Ему свойственно заглядываться на стройные женские ножки и упругие задницы. Конечно, задница Чимина ни чем не поступалась, тем женским, что успел отметить и сам Мин, но у Юнги не было и никогда не будет интереса к парням, и Чим — не исключение. Пока Мин приходил в себя, приводя хаотично разбросанные в голове мысли в порядок, Чимин положил перед ним тарелку, усаживаясь напротив. — Приятного аппетита, хён. — Я тебе не хён. — Юнги одарил парня недовольным взглядом, наконец, вернувшись из «своего» мира. Чимин молча кивнул, втягивая в себя длинную вермишель. Ему было обидно из-за такого грубого отношения к себе, но он всё ещё надеялся на то, что Юнги привыкнет, и перестанет строить из себя «злюку» — Надеюсь, я не буду обниматься всю ночь с унитазом из-за твоей стряпни. — Эти слова задели Пака ещё больше. Аппетит покинул его, так же как и желание сидеть с этим злюкой за одним столом. Юнги намотал вермишель на палочки, недоверчиво засовывая в рот. Он ожидал почувствовать что-то вроде пересоленной, или же просто не вкусной еды, но взамен получил невероятный вкус. — «Да, этот парень мастер в готовке!» — Мин не подавал виду, спокойно пережёвывая еду, пока внутри него вкусовые рецепторы устроили Party. — Сколько тебе лет? — Спросил Чимин, ковыряясь палочками в тарелке. Юнги продолжил молча есть, сделав вид, что не услышал вопрос. — Мне в следующем году исполниться двадцать. Я переехал сюда из-з… — Мне это не интересно, Чимин. — Юнги перебил младшего, откладывая опустошённую тарелку в сторону. Опять безмолвный кивок со стороны Чимина. Теперь он точно знает, рассказывать что-то о своей жизни он больше не станет. Пак встал из-за стола, убирая обе тарелки. Он принялся убирать бардак, когда Мин решил покинуть кухню. — Ты ничего не забыл сказать? — Чимин отвлёкся от мытья посуды, закручивая кран. Мин остановился в дверном проёме на несколько секунд, не оборачиваясь в сторону парня, а потом молча ушёл к себе. — Не за что… — Тихо прошептал себе под нос Пак, вновь откручивая кран, и смачивая руки холодной водой.