Перерождение

*** В первый месяц Ольге с детьми помогала Марина Леонидовна. – Олечка, прости, что разбудила, мы кушать хотим. – Все сразу? – изумлённо спросила она. – Хоть что-то они делают синхронно. – усмехнулась Аверина и передала малышей Оле. На вторую неделю жизни Анюты и Лёвушки Оля приноровилась кормить их одновременно, вот и сейчас они жадно посасывали сладковатое молоко и подёргивали ножками, пока мама держала их на руках и рассказывала обо всём, что их окружает. – Эй, баловень, невкусно что ли? – спросила она у сынишки, который недовольно выплюнул грудь. – Подожди чуть-чуть, сейчас сестрёнка доест и позовём бабушку. – Мальчишка не спускал с неё лазурно-голубых глаз и улыбался. Анюта оторвалась от груди и пристально рассматривала добрую, ласковую маму, от которой вкусно пахло молоком и жасмином. – Моя девочка, моя сладкая конфетка, наелась? – ласково спросила Оля, девочка моргнула. – Мам, наелись, возьми их, пожалуйста. Марина зашла в комнату, положила внуков на кровать, Оля встала, и вдвоём они сделали малышам массаж. – Я отойду ненадолго? У меня сегодня плановый осмотр, может быть, разрешат их поднимать. – Оль, иди позавтракай, по-человечески, ничего с ними не случится. Хочешь, мы с тобой пойдём? Ты на осмотр, а мы прогуляемся, погода-то шикарная! Да, котятки? – Хорошо. – ответила Оля и упорхнула на кухню. *** На кухонном столе в центре стоял букет розовых пионов. Лёгкий островатый аромат приятно озарял кухню, рядом лежала записка: "Спасибо за счастливый месяц отцовства, это тебе. Паша" – Рыков, какой ты, оказывается, романтик. – мечтательно произнесла Оля и принялась завтракать омлетом с беконом, который ей приготовила мама. – Сговорились. – заключила она. *** – Это что за саботаж, Анечка? – Марина наряжать внучку в персиковый боди с оборкой из фатина, а та активно шевелила руками, пытаясь увернуться, но силы были неравны, и вскоре девчонка была при параде. – А теперь ваш выход, молодой человек. – А этого парня я сама одену. – Ольга открыла комод и достала новенький костюмчик с морским принтом. Лёва уворачивался, пинался и недовольно кряхтел. – Рыков, не рычи. – ласково произнесла Оля, надевая на крошечные ручки рукава. – безотказно работает не только с твоим папой. *** Марина, Оля и детвора спустились на лифте и подошли к автомобилю. – Мам, а коляска? – Сейчас поднимусь и положу в багажник, располагайтесь пока. Арефьева пристегнула малышей и села на переднее пассажирское сиденье. Марина, сложив коляску, села за руль, и они тронулись с места. – Ччч, мама здесь, – успокаивала Ольга плачущих Аню и Лёву, но они чувствовали себя одиноко и неуютно, – Мам, останови, пожалуйста, я пересяду. Когда Оля оказалась рядом и коснулась пухлых щёчек двойняшек, они перестали плакать и почти мгновенно уснули. – Оль, приехали. – сказала Аверина, паркуя машину. Ольга пошла на приём, а бабушка с внуками гуляли около клиники. *** – Добрый день, Анна Игоревна. – Здравствуйте, Ольга Кирилловна. У Вас жалобы есть? – Ни одной, всё зажило, рубец аккуратный. – Проходите на кресло, сейчас посмотрим, что внутри. Врач ввела заркало, и пальпировала живот Ольги. – Красота какая, хоть в пособие по акушерству и гинекологии вставляй. Всё отлично, можете одеваться. – произнесла Анна, снимая перчатки. Оля оделась и присела на стул. – В общем, с сегодняшнего дня можете поднимать детей, вести активный образ жизни. С лактацией проблем нет? – Нет, всё отлично! Скажите, нам уже можно вести половую жизнь? – Да, но обязательно используйте барьерную контрацепцию. Повторная беременность разрешена только через три года. – Я поняла. Спасибо. *** Ольга порхая, подбежала к Марине. – Ты чего такая довольная? – Да так. – загадочно бросила она. Марина всё поняла по её самодовольному лицу. – Ключи от моей квартиры на тумбочке в прихожей. – Мам. – воодушевлённо говорила Арефьева. – Что? – Я сама их сегодня уложу в кресла, и в кроватки. – Теперь можно! – воскликнула Оля и закружилась. – Осторожнее, не упади, голова закружится. – предостерегла её Марина.