Калейдоскоп Учихи Шисуи

Время переваливает далеко за полночь. Об этом говорит луна, заглядывающая в низкие окна, когда Шисуи, падая на футон рядом, с наслаждением оставляет на её губах очередной поцелуй. − Иногда мне кажется, что ты хочешь меня съесть, − замечает полушутливо-полусерьёзно, прижимая девушку к себе и ласково стирая испарину у виска. Ясуми устраивается на его груди, наслаждалась теплом объятий, и неотрывно смотрит в его глаза. По ночам в них блестит вязкая и глубокая чернота возбуждения, но они всегда смотрят на неё с теплотой. С искренней и бесповоротной любовью. За двенадцать лет рядом Шисуи стал для Ясуми всем. Лучшим другом, мудрым и опытным капитаном, заботливым парнем. Человеком, который всегда поддержит и поможет. Человеком, без которого её жизнь никогда не будет полноценной. Ясуми ворочается, устраиваясь поудобнее. Самозабвенно гладит мелкие царапины на увитых венами руках, будто желая залечить нежностью, и чувствует, как горят на шее следы его поцелуев. Ясуми делает всё для того, чтобы отвлечься, но в сердце всё равно крепнет жестокое и ядовитое осознание. Предчувствие. Он скоро уйдёт. Девушка ощущает это на уровне инстинктов шиноби. Они видятся реже в последнее время, но Ясуми всё равно замечает: Шисуи с каждым днём будто чуть-чуть меняется. Его движения становятся неуловимо резче и тяжелее, лицо − симметричнее. Его чаще охватывают отчаяние и слишком сильные, отравляющие эмоции. Шисуи умело скрывает это от всех, но от Ясуми скрыть никогда не сможет. Учитывая, что напряжение в отношениях между Конохой и кланом достигло пика, здесь нетрудно сложить два и два. Асано Ясуми − джонин, мастер тэссен-дзюцу и наставник собственной команды генинов − мало чего боится. Но сейчас даже ей становится страшно. И она малодушно сбегает от этого страха, топит его в жаркой близости и пытается обыграть судьбу Мой! Не отдам! Требуя от Шисуи всё новых ласк, Ясуми стремится запомнить его. Выжечь в памяти его взгляд и голос, касания, поцелуи. Особую нежность. Ясуми наивно рассчитывает на то, что с этими воспоминаниями ей будет легче пережить неизбежное, но на деле с утроенной скоростью превращается в памятник самой себе. Знаете, как это бывает, когда ещё не, но по ощущениям – уже да? − Ты в порядке? Спишь? − кончик носа обжигает быстрый мокрый поцелуй, и Ясуми вздрагивает, отгоняя грустные мысли. Поймав взгляд подруги, Шисуи мгновенно серьёзнеет. − Что тебя беспокоит? − спрашивает, оглаживая плечо. − Ты же знаешь, что можешь мне рассказать? Я выслушаю, что угодно. Ясуми чувствует, как дрожат губы. От переполняющей нежности и тоски буквально щемит сердце. − Я... ...чувствую, что ты скоро умрёшь. Слова замирают на языке, и Ясуми приходится впиться ногтями в ладонь, чтобы себя не выдать. − Я просто хочу быть с тобой рядом, − наконец, отвечает и пытается как можно естественнее улыбнуться. Это не вся правда, но и не ложь. Шисуи улыбается в ответ. И Ясуми успевает заметить, как в уголках его губ прячется печаль. Ясуми вдруг понимает: он тоже чувствует. Просто храбрится. И наслаждается жизнью, пока ещё может жить. Или просто не хочет, чтобы она плакала раньше времени?.. Или тоже пытается заглушить собственный страх рядом с ней?.. − Я тоже хочу быть рядом. Поэтому я здесь, − вновь вырывая её из мыслей, Шисуи приподнимается на локте и с улыбкой оглаживает ладонью изящное бедро. Откинувшись на постели, Учиха одной рукой крепче прижимает Ясуми к себе, а другую закидывает за голову. Выдыхает почти мечтательно. − Мы решим все проблемы с Конохой. Клан будет процветать, между деревнями воцарится мир, − говорит медленно и спокойно, как будто читает по книге. − Я сделаю тебе предложение, ты согласишься и будешь самой красивой невестой, − коротко и без малейшего сомнения. Ясуми смущённо пихает его локтём в бок, но Шисуи это не останавливает. − И, если, захочешь, матерью самых красивых и сильных детей, − он лукаво улыбается и смотрит прямо на неё. В его серьёзных глазах блестит почти исчезнувший за последние дни огонёк. Ясуми ухмыляется в ответ, но немного нервно. − А кем будешь ты? − шепчет, вновь седлая крепкие бёдра и, наклоняясь, быстро касается в поцелуе влажных, чуть приоткрытых губ. Шисуи недолго позволяет над собой издеваться и, сквозь смех отвечая на ласку, ловко укладывает её на лопатки, вжимая кисти в матрас по бокам от лица. Ясуми едва не вскрикивает, когда горячее дыхание обжигает чувствительную кожу шеи. − Я буду тем, кто сделает тебя счастливой. Ясуми крупно вздрагивает. Ей кажется, будто внутри кто-то создал и распустил по венам огненный катон. К чёрту всё. Отдаваясь этому пламени, она погружается в яркое и немного горчащее на языке, но взаимное, крепкое чувство. Ловит звёзды и видит созвездия не на небе. В его глазах. Секс с Шисуи – всегда что-то неземное, но сегодня, сейчас, всё особенно остро. Обезоруживающе сильно. Лёжа на узком футоне в его комнате, где каждая вещь пахнет им и напоминает о нём, Асано Ясуми засыпает с единственной мыслью, которая становится принципом. Главной, единственно имеющей смысл целью: Я сделаю всё, чтобы ты остался жив.