Только между нами

      Я стою посреди комнаты. Она абсолютна пуста, здесь нет ничего. Ничего, кроме темноты. Всепоглощающей темноты, которая заполняет собой все пространство. Она давит, плотным слоем ложится на мои плечи, сжимая в тисках ужаса. Стук моего сердца эхом раздаётся в помещении. Или мне это лишь кажется? Делаю шаг назад, пытаясь уйти из этого мрачного места. Из моего рта вырывается слабый писк. Вокруг горла обвивается терновая лоза. С каждой секундой все сильнее и сильнее она впивается в в нежную кожу шеи, перекрывая дыхательные пути, её шипы оставляют глубокие порезы, отчего кровь начинает течь вниз тонкими струйками. В глазах мутнеет, а в голове сплошная каша, но я понимаю, что начинаю терять сознание. Инстинктивно пытаюсь схватиться за лозу, ослабить её давление, но тело абсолютно мне неподвластно. Слезы начинают катиться из глаз, а сдавленные хрипы из горла становятся все громче. Глаза застилает чёрной пеленой и…       И я подскакиваю с кровати, сразу же принимаю сидячее положение. Рвано дышу, пытаясь привести дыхание в норму. Чувствую, как слезы все ещё льются по моим щекам, а шею будто до сих пор сдавливает лоза с острыми шипами. Мне понадобилось несколько минут, чтобы хотя бы нормально реагировать на всю эту ситуацию. Всего лишь сон. Всего лишь кошмар. Мне это приснилось, я должна держать себя в руках, ведь все в порядке. Но это было через чур реально. Касаюсь горла, но, конечно, не нахожу порезов или капель крови. Никогда не придавала значения снам. Те, кто занимались их расшифровкой казались мне людьми, занимающимися ненужным делом. Мне казалось, что они просто напрасно тратят свое время. Но сейчас изнутри меня терзало чувство, будто кошмар мне приснился неспроста, будто он что-то значит. Сосредоточиваюсь на попытке избавиться от этого ощущения. Спать совсем не хочется, а на часах всего лишь пять утра. Солнце уже виднелось на горизонте, но я уверена, что на улице все ещё царит утренняя прохлада и свежесть, а трава усеяна мелкой росой. Мне нужно прогуляться, упорядочить свои мысли. Бреду к шкафу, потирая глаза, ведь лёгкое помутнение все ещё есть. Беру первое попавшееся платье и наспех переодеваюсь.       Тихо выхожу из комнаты, тихо спускаюсь вниз по лестнице, стараясь ступать как можно осторожнее, чтобы не заскрипели ступеньки. Выхожу на задний двор. Кожу обдувает прохладным ветерком. Лёгкие мурашки начинают появляться на руках, ведь у платья нет рукавов. Как я и думала, на траве блестят прозрачные капельки росы. Снимаю с себя обувь и беру её в руки, босыми ногами становлюсь на влажный газон. Приятная свежесть касается моих ступней. Закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Именно это спокойствие мне сейчас было нужно. Медленно иду вперёд, к небольшому озеру. Вода в нем сейчас прохладная, приятная, такая же, как и роса. Осторожно сажусь на берегу, у самой кромки воды и опускаю в неё ноги. Приятно. Можно спокойно посидеть и подумать о приснившемся мне сне. Или можно просто насладится той тишиной и одиночеством, которые иногда так мне необходимы. Выбрав второй вариант, я опускаю голову на колени, медленно считаю до десяти, и разум полностью очищается от ненужных размышлений. Я просто дышу утренним воздухом, наслаждаюсь тихими звуками только просыпающейся природы и, наконец-то, чувствую себя умиротворенной. Наверное, на берегу я провела около двадцати минут и, возможно, просидела бы ещё двадцать, если бы в один момент я не почувствовала прикосновение к своему плечу. Чья-то холодная рука крепко обхватила его, не давая возможности вырваться. Дыхание словно остановилось. Страх забирал меня в свою пучину все глубже и глубже. Даже повернуться и посмотреть на человека, стоящего сзади, не представлялось возможным. Неожиданно раздался слишком знакомый голос:       — Что ты здесь забыла в такое время? — Енох подошёл незаметно, тогда, когда я не видела ничего вокруг. Нужно признаться, он дьявольски напугал меня. Услышав знакомый голос и поняв, что бояться нечего, сразу же подскакиваю с травы.       — Могу задать тебе тот же вопрос. Ты в своём уме? Нельзя так подкрадываться! — пытаюсь унять дрожь в голосе, но получается слабо. Слишком неожиданно.       — Не спалось, вот и вышел. Тебе, подозреваю, тоже. — голос его звучит совсем спокойно, что начинает меня раздражать.       — Гуляй дальше, а я, пожалуй, пойду куда нибудь ещё. — резко разворачиваюсь и хочу уйти дальше в сад, туда, где не будет Еноха, но его голос меня останавливает:       — Ты ничего не забыла? — в руках О’Коннора моя обувь, которую я оставила на берегу. Подхожу к нему, чтобы забрать. Его холодные пальцы касаются моих. Удивительно, почему они всегда ледяные? Он смотрит мне в глаза. Не так обжигающе холодно как раньше. Что-то изменилось. Енох поднимает руку и тянет её к моему лицу. Дыхание снова замирает. Я до сих пор не прерываю зрительный контакт с ним. Пальцы осторожно касаются выбившейся пряди волос, заправляют её за ухо таким нежным движением, что оно будто не свойственно некроманту.       — У тебя растрепались волосы, когда ты подскочила. — первым заговорил он.       — Да, спасибо. Я пойду в дом. Не буду мешать. — немного заторможенно отвечаю. Теперь уже на самом деле иду в дом. Иду быстрым шагом и не оборачиваюсь, ведь понимаю, что на щеках уже появляется алый румянец. Когда захожу внутрь, снова надеваю обувь. Что это было? Его неожиданный порыв и моя секундная слабость? Как можно быстрее забегаю в свою комнату и осторожно выглядываю в окно. Енох все ещё стоит возле озера и смотрит в водную гладь, словно пытается найти там ответы на свои вопросы. Возможно, вопросы эти такие же, как и у меня. Почему я поддалась? Зачем? Смотрю в зеркало. Смущенный румянец начал спадать. Прекрасно. На часах без пятнадцати семь. Через полчаса все только начнут просыпаться. На это время нужно чем-то себя занять. Гулять точно не выйдет. Тренировать странность просто не с кем. Было бы замечательно, если бы я могла почитать что-то. Тут же вспомнились огромные стеллажи, с таким же огромным количеством книг в них. В голове сразу же родился план, которому я, конечно же, решила последовать. Если все спят, то почему бы не пробраться в кабинет директрисы? Я возьму всего-то одну книжечку, прочитаю и верну на место. Улыбаюсь своим мыслям и выхожу из комнаты. Также тихо, как и в прошлый раз, спускаюсь по лестнице и крадусь по коридорам, выискивая нужную дверь. Наконец-то нахожу её и берусь за ручку, слегка надавливаю на неё.       — Ты что здесь забыла? — слышу голос Еноха сзади меня. От неожиданности издают какой-то звук, напоминающий писк.       — Да ты сумасшедший! Утро только началось, а ты уже дважды меня напугал! Что ты здесь делаешь? — чувствую как к лицу приливает краска из-за того, что я злюсь. Думаю, покраснели и мочки ушей. Мне на руку играет полумрак, окружающий нас. Благодаря ему не видно моего густо покрасневшего лица.       — Могу задать тебе тот же вопрос. — передоазнивает меня он.       — Я просто хотела взять почитать что-нибудь. Мне было скучно. А ты что скажешь? — пытаюсь оправдать свое <кошмарное> преступление, но уверена, что со стороны это выглядит ужасно глупо.       — А я возвращался в дом. Услышал какое-то шуршание. Смотрю, а тут ты в кабинет без разрешения влезть пытаешься. Дай думаю скажу, что слишком аморально по чужим кабинетам шарить. — язвит Енох. Хоть я слабо вижу его лицо, но уверена, сейчас на его губы легла привычная ухмылка.       — Ну ты прямо олицетворение нравственности! Что же ты не пошёл на проповеди, лекции о морали людям читать? И с чего ты взял, что я без разрешения? — если Енох такой примерный, то я, пожалуй, матушка Тереза.       — Все ещё спят. Думаю, что решение почитать появилось у тебя спонтанно, после неудавшейся прогулки. Следовательно, и разрешения у тебя никакого нет.       — Ох, а у тебя разве имеется хоть что-то, что помогает тебе думать? — теперь уже я ухмыляюсь, наивно полагая, что в этой перепалке победа осталась за мной. Он хмыкает, и, как мне казалось, собирается уйти, но резко хватает меня за запястье той руки, которой я все ещё держала дверную ручку. Пока я оставалась в недоумении, Енох схватил и вторую руку, поднял их вверх и прижал меня к стене.       — Малышка Портман, ты со мной в игры играть решила? Только ты не учла того, что я куда более старше тебя, что могу запросто просчитать твои ходы. — его лицо было слишком близко и мои глаза, уже немного привыкшие к темноте, видели некоторые черты его лица. Взгляд О’Коннора был направлен на меня, он разглядывал моё лицо, словно видел его в темноте. А я стояла, боясь пошевелиться. Его руки были холодными. Нет, не так. Его руки были ледяными. Настолько ледяными, что мне казалось, будто кровь в венах сейчас застынет. Но его дыхание опаляло мою кожу. Слишком горячо.       — А ты уверен, что сможешь просчитать? — робко выдаю я, даже не задумываясь о сказанном.       — Поверь мне. Абсолютно.       — Так прекрати обещать. Удиви меня. Просчитай мои действия, Енох.       — Удивлю. — как только он произносит это, его губы накрывают мои. От шока я даже не закрываю глаза. Он целует меня медленно, осторожно, словно боится отпугнуть. А я? А я отвечаю на поцелуй, увеличивая его напористость. И потом я точно пожалею об этом, но сейчас я нисколько не сомневаюсь в том, что мне это нужно. Все мои мысли заняты тем, что происходит в этот момент. Язык Еноха проходит по моей нижней губе, и я совсем немного приоткрываю рот. Ему этого достаточно. Наши языки сплетаются в каком-то диком танце. Сейчас для меня не существует ничего вокруг. Только О’Коннор, стоящий напротив, который смотрит мне в глаза. Когда воздуха становится недостаточно, мы отстраняемся друг от друга. Тонкая ниточка слюны протягивается между нашими губами. Всего пару вдохов и я снова приникаю к нему с ещё большим желанием. Он отпускает мои запястья и теперь я обхватываю одной рукой его шею, а второй зарываюсь в кудрявые волосы. Пальцы немного запутываются в шелковистых прядях. Енох обхватывает мое горло, слегка надавливает, чтобы я оставалась неподвижной. Он сминает мои губы, а языком проходит по нёбу, отчего издаю слабый стон. На лестнице слышатся шаги. Кто-то спускается. От неожиданности прикусываю губу О’Коннора. Енох отстраняется от меня с тихим шипением. Берёт меня за руку и тянет ещё глубже в темноту. Значит услышал. По лестнице спускается Фиона. Она даже не смотрит в нашу сторону, идёт на задний двор. Думаю, в оранжерею. Может, полить цветы или собрать овощи на завтрак. Когда входная дверь за ней закрывается, я говорю:       — Вот так удивил. — провожу по припухшим от поцелуев губами языком. Енох стирает с губ капельку крови, а я быстро ухожу, оставляя его одного. Поднимаюсь наверх и запираюсь в ванной. Смотрю на себя в зеркало и вижу себя же, но с опухшими губами и немного растрепанными волосами. Черт возьми, я целовалась с Енохом. Жалею я? Нет, абсолютно нет. Есть только одно крохотное <но>. Как мне теперь смотреть ему в глаза? Изменилось ли что-то в наших взаимоотношениях? Вероятно, узнать ответы на эти вопросы я смогу только поговорив с ним лично.

✿✿✿

      Через полтора часа завтрак был готов. Всей длинной вереницей обитатели дома шли в столовую, рассаживались по своим местам. Наконец-то, а то уже думала умирать со скуки. Живот предательски сводило при виде еды, ведь я до сих пор ничего не ела. Енох не обращал на меня внимание, что, возможно, к лучшему. Стараюсь игнорировать его как и он меня, но все же бросаю один взгляд на парня. На губе осталось немного запекшейся крови. Весь остаток завтрака меня занимали другие мысли. О моем сне. До сих пор липкое чувство тревоги не отпускало меня. Думаю, будет проще, если я поделюсь этим с кем-то. Оливия, сидящая рядом, пила чай. Чтобы унять своё беспокойство, решаю поговорить именно с ней.       — Оливия, могу я кое-что спросить у тебя? — спрашиваю у неё робким голосом.       — Да, конечно. — она ставит чашку на блюдце и внимательно смотрит на меня.       — Сегодня мне приснился кошмар. Я редко придаю значение снам, но он был очень настоящим. — вкратце предсказываю ей содержание сна.       — А что по этому поводу думаешь ты?       — А я думаю, что это не имеет абсолютно никакого значения. Ты просто испугалась, поэтому принимаешь это так близко к сердцу. — с безмятежным видом сказала мне Оливия.       — Может, ты и права. Но все было слишком реально. — легче, к сожалению, не стало. В тишине доедая завтрак, я стала задумываться о том, не тронулась ли я рассудком?

✿✿✿

Мы с Оливией идём по саду. Сразу же после завтрака она сказала мне, что сегодня снова будет тренироваться со мной. Но сегодня будет только она. Эмма занята каким-то делом вместе с Джейком. Мы проходим к небольшой беседке, которая находится за оранжереей Фионы. Раньше я её, почему-то, не замечала. Оливия садится на одну скамейку, а я сажусь напротив неё.       — Что ж, начнём. Вчера ты внушала нам эмоции через прикосновение, для тебя это оказалось достаточно просто. Теперь тебе нужно сделать то же самое, но без касания. Принцип одинаковый.       — Это ведь будет намного труднее, верно? — это был скорее риторический вопрос, ведь ответ на него я уже знала.       — Да, сложнее. Но ты же знала, что будет трудно. — улыбается девушка.       — Ты ведь тоже приходилось тренироваться? — вчера мне сказали, что Джейми не нужно тренироваться, ведь его странность в этом не нуждается. Но странность Оливии совсем другая.       — Конечно. Сначала мне приходилось по несколько часов сидеть, чтобы хотя бы нагреть руки. Было трудно. Я завидовали Хью, Милларду, Клэр. Им не нужны были тренировки. А мне, Эмме, Бронвин и Виктору, Еноху и даже Горацию были нужны. Поэтому можешь начинать.       Делаю глубокий вдох. Через прикосновение нельзя, нужно пробовать иначе. Видимо, способов у меня не слишком много. В фильмах супергерои часто смотрели на человека и заставляли его что-то делать. Может, и у меня получится. Пытаюсь собрать свои мысли в единую кучу, сконцентрироваться на эмоции. Вчера она улыбалась. А сегодня будет злиться. Смотрю ей прямо в глаза, думаю о том, как Оливия раздражается, выходит из себя. Думаю, думаю, а в итоге ничего. Никакой злости, даже проблеска её нет. Я и не ожидала, что выйдет с первого раза. Снова глубоко дышу, упорядочиваю мысли. Попытка за попыткой ничего не выходило. Оливия говорила, что это нормально. Я злилась на себя. И вот спустя ещё шесть бесполезных стараний мне пришлось начинать все заново. Смотрю на рыжеволосую девушку и, почему-то, представляю, как её волосы вспыхивают огнём от ярости. Таким ярким огнём, который смог бы передать всю её злость. Интересно, а она вообще часто злится? В момент, когда я представляю её с горящими волосами, на её лице вспыхивает ярость. Настоящая, неподдельная ярость. Оливия смотрит на меня гневно, будто я совершила серьёзную оплошность. Она хочет начать кричать на меня. Смотрю ей прямо в глаза и пытаюсь предотвратить начинающуюся бурю. Через пару секунд Оливия уже смотрит на меня прояснившимся взглядом.       — Молодец, не растерялась, а взяла все в свои руки. Конечно, пришлось тебе постараться. Но ведь это стоило того, не так-ли?       — Да, однозначно стоило. Я переживала, что ничего не получится после третьего раза. — смотрю на свои руки, которые немного дрожат от нервозности.       — А теперь заново, хотя бы пару раз. Ты ведь не думала, что это всё? — улыбается рыжеволосая.       — Я буду очень рада попрактиковаться ещё.

✿✿✿

Мы провели в беседке ещё два часа. Два часа и около пятнадцати неудач. Два часа, после которых я еле стояла на ногах от усталости, которая тяжким грузом навалилась на меня в конце. Но несмотря на это, сразу же после тренировки я села обедать вместе со всеми, не слушая уговоры Оливии лесь спать. Мисс Перегрин сказала, что после обеда и отдыха, все мы сходим гулять на берег. Думаю, это отличная идея. После приёма пищи устало бреду в комнату, поддерживаемая Джейком, который был очень недоволен тем, что я, по его мнению, слишком себя измотала и Оливией, которая вызвалась меня уложить. Когда мы пришли, то прошу разбудить меня, когда все пойдут на берег.

✿✿✿

Как оказалось, поспать у меня получилось около полутора часов. Вошла не Оливия, а Эмма, которая и разбудила меня. Она сказала, что пришло время одеваться, если хочу успеть. Чувствую себя более-менее отдохнувшей. Беру из шкафа новое платье, переодеваюсь в него и спускаюсь на первый этаж, где все уже в сборе, а мисс Перегрин поглядывает на свои часы.       — Отлично, Ариана, ты как раз вовремя. Дети, можем выходить. — Оливия сейчас стояла рядом с Енохом, чему я была не очень удивлена. Джейкоб с Эммой о чем-то разговаривали между собой, чему я тоже уже не удивилась. Подхожу к ним и беру брата за руку. Ноги все ещё словно ватные, пройдусь и разомну их. На улице погода была уже привычная. Тепло и солнечно, что присуще началу сентября. Дует тёплый ветерок. Всю дорогу к набережной мои ноги неприятно ноют, напоминая о недостаточном отдыхе, но я упрямо игнорирую боль, продолжая идти дальше за руку с Джейми. Он, Эмма и я все ещё разговариваем. Джейк ругает меня за большие нагрузки, а Эмма оправдывает, говоря, что это все из-за моих упорных стараний. У берега воздух приобретает солоноватый запах морской воды. Чертовски приятный запах. Вдыхаю полной грудью и улыбаюсь. Такое приятное ощущение. Самые младшие дети бегут к воде или к теплому песку. Те, что чуть старше стелят плед, отдают Клэр, Бронвин и близнецам их ведёрки и лопатки, ставят корзинку с перекусом.       — Не проводите слишком много времени на солнце. — материнским заботливым голосом наставляет имбрина, внимательно следя за каждым ребёнком. Я усаживаюсь на плед, давая ногам долгожданный покой. Ветер выбивает пряди волос, и они неряшливо спадают на лицо. Заправляю их за уши и оглядываюсь. Пляж очень чистый, что в настоящем можно встретить редко. Он не засорен мусором, не забит людьми, что в общем здесь обычное дело, ведь на острове живёт не так уж и много людей.       — Эй, Ари. Сыграй с нами в игру. — окликает меня Оливия.       — Что за игра?       — Мы называем её желание. Всё просто. Нужно по очереди задавать друг другу вопросы. Тот кто не ответит должен спрашивающему желание. Но безобидное. Мы очень любим проводить так время на пляже, это забавно. — неплохое предложени, поэтому я соглашаюсь.       — Хорошо, давайте. Кто начнёт?       — Давайте я. — вызывается Миллард. — Хью, что в прошлый раз на пляже посторили Клэр и Бронвин? — невидимка задал очень забавный вопрос. В прошлый раз я не была с ними на пляже, поэтому точного ответа не знаю.       — Они строили крепость, но её смыло волной. — немного подумав ответил Хью.       — Угадал. Задавай дальше.       — Фиона, когда обычно ловят бельчонка Джейк и Эмма? — после последнего сказанного слова одна пчёлка вылетает изо рта Хью, но он быстро ловит её обратно.       — До обеда? — немного запинается девочка. — Ты ведь знаешь, я в это время всегда в оранжерее и не обращаю внимание на бельчонка.       — Нет, уже после обеда. Ты должна мне желание. Сегодня отдашь мне половину зефирок с твоего какао. — ухмыляется мальчик.       — Ну ладно. — недовольно протягивает Фиона, смотря на похитителя своего сегодняшнего зефира. Эта игра такая по-детски простая и незамысловатая, что играть в неё нравится всем. Постепенно очередь переходит от одного человека к другому, вопросы меняются, меняются и задания проигравшему. Очередь задавать вопрос доходит и до Еноха.       — Ариана, сколько банок ты разбила мне, когда мы столкнулись в коридоре? — впервые с самого утра он обращает на меня хоть какое-то внимание.       — Нашёл что вспомнить. Я видела все эти банки в разбитом виде, было уже непонятно их первоначальное число. — как я должна угадать число разбитого мною по неосторожности стекла?       — То есть, ты не знаешь? — уточняет он.       — Да, не знаю. — наверняка специально придумал такой вопрос. Знал ведь, что не отвечу.       — В таком случае, вот моё желание. Подставляй лоб. — не ожидала я такого и даже затормозила.       — Чего? — смотря на Еноха спрашиваю я. Сидящие вокруг нас начинают смеяться.       — Того. Лоб давай. — закатываю глаза, но все же подставляю ему лоб и уже понимаю, что он намеревается сделать. Как только думаю об этом, получаю щелчок пальцем.       — Ау, больно. Что за ребячество? — обиженно потирая лоб бормочу я.       — Так ведь в этом и суть, ребячество. — смеясь поясняет Эмма.        Даже если я попытаюсь избегать Еноха, мне придётся неизбежно вернуться к тому вопросу, о котором я задумывалась утром. В скором времени мне нужно будет поговорить с ним.

✿✿✿

Домой мы возвращались к моменту, когда нужно было готовить ужин. Сегодня этим занялись Гораций и Фиона. Они вдвоём сразу же ушли на кухню, остальные дети разбрелись по своим делам. Сегодня я не так уж и много общалась со своим братом, поэтому думаю, стоит с ним поговорить. Я окликнула его и предложила сходить в беседку в саду. Он, конечно, согласился. Когда мы были на месте и заняли свои места, я первая начала разговор:       — Джейк, я бы хотела начать с Эммы. Ты пришёл к какому-то выводу?       — Нет. Нет, я не могу, у меня просто не выходит. Я пытался взвесить все за и против, но результата не было никакого. Я боюсь, что вскоре мы уйдём, но тогда мне придётся бросить Эмму одну. Мы ведь не останемся здесь навсегда. — его лицо немного помрачнело при упоминании этой темы.       — Кстати об этом. Я переживаю за отца. Прошло уже несколько дней как нас нет в настоящем. И мисс Перегрин говорила о какой-то угрозе. Думаешь, это как-то связано с нашим дедушкой или Бэрроном и его пустотами? А сны Горация? Мне не кажется, что это просто кошмары. — все складывалось в какую-то странную и жутковатую картину. И я бы очень хотела надеяться, что самого страшного удастся избежать.       — Знаешь, тут я ни в чём не уверен. В этом мире может произойти все что угодно и предугадать что именно произойдёт просто невозможно. И именно это меня и пугает. Подумать только, даже в самом безопасном для странных детей мире есть опасность, угрожающая им. — невесело хмыкнул Джейк.       — Честно, меня немного пугает то, что происходит. Хотя больше меня пугает не происходящее, а полная неизвестность. Непонятно, что будет дальше, чего нам опасаться, как стоит действовать дальше.       — Ари, я в любом случае всегда буду рядом с тобой, что бы не случилось. Я всегда буду готов поддержать тебя, подставить свое плечо, сестрёнка. — Джейкоб крепко обнимает меня.       — И я, братик. — отвечаю на его объятия.

✿✿✿

После сытного ужина все ушли в гостиную, смотреть вечерние сны Горация. Миллард, как обычно, давал всем кружки с сладким какао. Хью забирал из кружки Фионы половину зефира, а девочка недовольно возмущалась. Такая приятная и домашняя атмосфера. Только бы не привыкнуть. Я, уже привычно, сажусь на свое место, но Клэр и Бронвин сели на пол к Хью и Фионе, так что я осталась сидеть рядом с Оливией и Енохом. Свет выключился. Гораций надел свой монокль. На экране появилась проекция его снов.       В первом сне он увидел огромный корабль поднимающийся со дна. Он был на самом деле гигантским. Все обитатели дома, включая меня и Джейкоба, находились на борту этого судна. Интересно, что же мы там забыли?       На втором сне мужчина рубит топором деревянную дверь, но топор будто вырос из его руки, а не находится в ней. С испугом нахожу, что это Бэррон. Почти такой же, как и на фотографиях. Когда дверь выбита, а Бэррон входит в комнату, в коридоре появляется несколько человек, но их лица разглядеть не выходит, мисс Перегрин включает свет.       — Дети, пора на перезапуск петли, а потом спать. Те, кто не хочет идти на улицу, могут сразу же направляться в комнаты. — её голос немного подрагивает от нервов, хотя она и пытается скрыть это.       — Мисс Перегрин, это ведь опять просто кошмар и все будет хорошо? — Клэр и Бронвин были напуганы, нкподдельный испуг на их лицах было не описать. Хью, кажется, решил отказаться от дополнительной порции зефира после такого просмотра. Джейкоб, Эмма и Оливия выглядели весьма озадаченно. И только на лице Еноха эмоции почти не прослеживались. Но <почти> не считается. Складка, глубоко залёгшая между бровей, выдавала его задумчивость. Тем не менее, все дети направились на перезапуск петли. Я видела его всего-то один раз. Потом просто не в состоянии была посмотреть на это снова. И вот все мы надеваем противогазы, а из проигрывателя звучит песенка о бегущем кролике. Самолёты с громким рёвом пролетают над домом, а последний скидывает бомбу. Начинается дождь. Как только бомба практически касается земли, имбрина крутит колёсико часов назад, и время поворачивается вспять. Капли воды поднимаются в небо, снаряд вслед за ними, а самолёты летят туда же, откуда и прилетели. Ночь сменяется днем, а день ночью. Все снимают противогазы и идут в дом, разбредаются по комнатам. Прощаюсь со всеми и желаю спокойной ночи детям и брату. Иду к своей двери и чувствую на себе пристальный взгляд. Енох, собирающийся войти к себе, остановился и посмотрел на меня. Я не отвела взгляд, смотрела в его глаза до момента пока он их не отвёл. А на его губе все ещё виден след от моего укуса. Первым заходит он, а уже потом ухожу я и ложусь на свою постель, закрывая глаза.