Бессмертные Узы. Глубины Тартара

В этот день Джек рассказал мне очень многое – то, чего никто не рассказывал мне прежде. Мой брат Эрик – это Нерей, Бог спокойного моря, и он это скрывает уже несколько лет, а сестра Джека – Натали – это Немесида – Ангел Отмщения. Моя школьная подруга Бри Клэр, на самом деле Ника – Богиня Победы, и она, как и я, вечная спутница Зевса, Сэм Сайдан – наш общий друг – Эрот, сын Богини Любви Афродиты (с ума сойти!), а Сара и Клэйд – Ангел раздора Эрида и Ангел Насильственной смерти Кер. Элис Ленс – надоедливая и противная девка из бара – Апата, Ангел Обмана. Есть еще четверо из Нью-Йорка, о которых я еще не знаю, но скоро они приедут и все будет известно. Однако в том бою погибло множество других божественных существ, нимф, нереид, муз, мойр и хатир. И они все здесь, в этом Университете, созданном как прикрытие для Богов, Ангелов и Божественных существ, чтоб мы все смогли пройти через глубины Тартара и вновь стать бессмертными, доказать, что мы достойны спасения и помощи Аида. Все мы погибли в сражении против синонов тысячи лет назад, и теперь нас вернули. Да, согласна, звучит как чистейший бред. Но я ему верю. Каким бы он не был, кем бы он ни был, с крыльями или нет, Ангелом или самим Демоном. И я рада, что он не осудил меня за мое молчание, ведь он понимает, что иногда даже самым близким не хочется рассказывать, что у тебя внутри. — Прости меня, — пробормотала я, когда мы сидели на скамье в беседке, и моя голова лежала у него на плече, а его рука держала мою руку. — За что это? — Что меня не было рядом, когда ты с этим столкнулся. Он крепче сжал мою руку. — Поверь, ты всегда была рядом. Я слышала улыбку в его голосе, и мне это было невероятно приятно. Мы с Джеком разошлись после обеда и договорились встретиться позже вечером в беседке у пруда. Когда я вошла в комнату, я была в превосходном настроении — меня радовало то, что мы с Джеком, наконец, во всем разобрались. Он сказал, что сегодня намечается всеобщее празднество, но ничего об этом от других я не слышала, но все же согласилась пойти с ним. Я приняла горячий душ, чтобы расслабиться, а потом принялась за свою внешность — волосы выпрямила щипцами, челка падала на лицо, и приходилось тряхнуть волосами, чтобы она снова легла как надо — очень эффектно. Так же и смотрелись распущенные волосы. Без кудрей они доходили до самого колена, непривычно было без моих завитушек, но все же здорово. Я надело темно-синее на бретельках волнистое платье до колен, того же цвета сверкающие босоножки на высоком каблуке. Наложила макияж — опять же так, будто косметики и вовсе нет, и брызнула немного парфюмерной воды «Lady Lux», которая восхитительно пахла. Мне хотелось, чтоб Джек оценил все это, пусть сама не до конца была уверена, зачем. Просто хотелось, и все. Когда подошло время нашей встречи, я вышла из комнаты и спустилась вниз. Широко распахнув глаза, меня с улыбкой встретила Сара. — Вот это волосы! — воскликнула она, улыбнувшись, — Тебе нужно чаще их выпрямлять. — Спасибо. Но если бы я часто их выпрямляла, не было бы настолько эффектно. — Это да. Я вышла из общежития, ловя на себе взгляды, и прошла до нашей беседки. Джек уже ждал меня там, и при виде меня он, как и Сара, распахнул глаза. Я улыбнулась ему и взяла за руку, поприветствовала объятием. Он тоже улыбался, а в глазах было ни чем не замутненное восхищение, я немного смутилась. — Чудесно выглядишь, — почти шепотом произнес он, смотря мне в глаза. Я просияла, понимая, что добилась нужного — ему нравится. — Спасибо. Он обнял меня и погладил прямые волосы, потом уткнулся в них носом, глубоко вдыхая. Я тихо засмеялась, и он выдохнул смешок, пощекотав мой слух. Подняв голову, я увидела, что он пристально рассматривает меня, одновременно чувствуя, что все-таки волосы длиннее платья — они слегка касались моих ног. Мне было приятно, что Джек так вот смотрит на меня, и я хотела, чтобы так было всегда. — Что там за вечеринка? — спросила я, сглотнув. Он игриво мне улыбнулся. — Скоро узнаешь. Не хочешь пока просто погулять. Со мной? — Конечно, — ответила я, улыбнувшись. Я пошла, но он стоял на месте, держа мою руку. Я подняла на него взгляд — его голубые глаза неотрывно смотрели на меня, не скрывая того, что любуются. Мне стало так приятно, но все же я спросила: — Что такое? Он, все еще улыбаясь, медленно покачал головой, склонив ее на бок. Я чувствовала, что он немного пьян, но не стала ничего говорить. — Ты потрясающая, — произнес он. Я просто потеряла дар речи, но потом вспомнила, что он сделал мне комплимент, и что мне нужно ответить. — С-спасибо, — с запинкой сказала я, опустив голову. Волосы упали на лицо, скрывая мои красные щеки, то, что надо. Джек медленно и нежно отвел пряди с лица, и опять улыбнулся моей любимой солнечной улыбкой. Дыхание у меня перехватило! Боже, как же он красив! Он все еще держал меня за руку, и я просто мечтала, чтобы он ее не отпускал вовсе. Никогда. — Идем, — наконец сказал он, нарушив молчание. Я только сейчас поняла, что смотрю на него уже слишком долго и пристально, это снова заставило меня покраснеть, я улыбнулась, скорее самой себе. Мы вышли из беседки, и пошли в сторону забора, шли молча, иногда смотря друг на друга и улыбаясь. Я не знала, куда мы идем, но мне было все равно, лишь бы с ним. Но чем ближе мы были к забору, тем люднее становилось, подъезжали машины, тогда я поняла, куда он меня ведет — к въезду Университета, где паркуют свои машины гости и прибывшие в Универ студенты, а так же учителя и работники. — Что мы здесь делаем? — спросила я, в недоумении смотря на него. — Я же сказал, — он наклонился ближе ко мне, и я почувствовала исходящий от него запах алкоголя, — Скоро ты все узнаешь. — Не люблю узнавать все последней, — пробурчала я себе под нос, а Джек лишь негромко рассмеялся. Потом тихо добавил, шепнув прямо в ухо на ходу: — Миледи, ты слишком нетерпелива. Я взглянула на него и вздохнула с улыбкой, понимая, что, да, я слишком нетерпелива. Но я подожду еще, совсем чуть-чуть, а потом начну скулить. И все же ждать пришлось недолго. В ворота заехал автобус, из которого вышли Эрик, Бри, Натали, Сэм, Элис и другие, которых я еще не знала, а мои друзья принялись обнимать меня. Я была несказанно счастлива, и новым знакомствам, и встрече со старыми друзьями. И, как я поняла по чемоданам с вещами, все они будут учиться или работать в Лондоне. Я вспомнила — сегодня двадцатое июля — день прибытия студентов и работников в Универ, так вот что они все здесь делают! Это было поистине круто — все твои друзья рядом, плюс к этому приобретаешь еще больше. — Джек сказал, сегодня будет тусовка? — спросила меня Британи после крепких объятий, — Уже освоилась? Я широко улыбнулась ей. — Да, здесь просто потрясающе! А насчет вечеринки я узнала около десяти минут назад, — я с укоризной посмотрела на Джека, он, тоже широко улыбаясь, только пожал плечами, — Кто-то же не посчитал нужным сказать мне о том, что все приезжают именно сегодня, а к тому же и нью-йоркские ребята. — Зато сюрприз удался, — заявил он, хохотнув, — Пора двигаться, идемте к актовому залу, там все готово. Я посмотрела на него. — Что готово? — Готово все для вечеринки. — Так вот чем ты занимался все это время после обеда! — я снова покачала головой. Он подмигнул мне. — Я очень старался. Я засмеялась и положила голову ему на грудь. Вещи ребят унесли и разослали по комнатам, а мы всей гурьбой пошли к актовому залу. Оказывается, под ним находился клуб с барной стойкой, мигали яркие огни, громко играла музыка, которая просто тянула начать танцевать прямо сейчас, а по углам от диджейского пульта выпускался пар, который наполнял помещение, создавая эффект тумана. — Вот это да! — выдохнула я. Джек умудрился услышать меня и ответил, говоря прямо в ухо полуголосом: — Я же сказал, что очень старался. Это все... — он провел рукой вокруг, — Сегодня для тебя. Никогда прежде никто не устраивал таких вечеринок по приезду, все эти люди думают, что это в честь них, но они тоже узнают правду. — В каком смысле? — улыбнулась я. Он улыбнулся в ответ, отпустил меня и пошел к диджейскому пульту. Взял в руки микрофон и попросил внимания. Прожекторы были направлены на него. Я была потрясена — что он делает? Все посмотрели на него. — Я рад видеть вас всех здесь, — сказал он и все обрушили на него волну свиста и аплодисментов, он успокоил всех, поднимая руки, как бы это отрицая, все умолкли, и видно было, что он в самом деле здесь суперзвезда, кем и считала его Сара, — Не мне вы должны сегодня аплодировать, не мне говорить спасибо за этот вечер, и в последующем ночь, — все снова засвистели и одобрительно закричали, но снова замолчали, когда он поднял с улыбкой одну руку, — Да, это все сделал я, но для нее, — он указал рукой на меня, в его глазах и на лице была радость, восхищение и теплота. Все взгляды обратились на меня, и все одобрительно загудели с намеками в голосе, я опустила лицо, потом тряхнула головой, отбрасывая пряди с лица, и не сводила взгляда с Джека, в очередной раз отметив, насколько он хорош собой, плюс к этому заботлив, добр, чист. — Все это ради нее! — продолжал он, — И ничего бы этого не было, если бы не она. Карли Джейн — вот кто виновник этого торжества, и вот кому нужно аплодировать, именно ей! — зал взорвался криками и хлопаньями, я улыбалась, не в силах поверить в то, что чувствую. Я смотрела на улыбающегося мне Джека, а сердце переполняли теплые чувства, такие трепетные и высокие! Они грели мне душу, я просто задыхалась от этих чувств, но это было восхитительно. Это было выше, чем дружба или какие-либо другие чувства. И это даже не любовь, даже не дружба... Потому что и дружба и любовь — они рушимы, а наши узы — нет, они как будто... бессмертные узы... Да, сейчас я действительно понимала, что это так, и сколько бы я не пыталась жить без Джека, все попытки шли крахом, он мне нужен. Нужен больше, чем воздух и свет, больше, чем вся эта жизнь... Я снова посмотрела на Джека, он сошел со сцены и направился ко мне, а я стояла, смотрела и улыбалась, осознавая, как сильно я его люблю. Он крепко обнял меня, поцеловав в голову, а потом я спрятала лицо у него на груди, обхватив его и сцепив руки у него на спине. Как же было приятно быть с ним рядом, и еще больше радости приносила мысль — я ему не безразлична. Вот только я же ему просто лучший друг. Но так ли это? А вдруг он тоже чувствует то же, что и я? И как мне это узнать? Нет, я не посмею сказать ему, потому что если это не так, я рискую потерять его просто как друга, уж лучше так, чем вообще никак.