Рыцарь-вампир?

Осознание пришло быстро. И как только это произошло — лицо Итера приняло пунцовый оттенок, он тут же прикрылся одеялом, чтобы скрыться от стыда. — П-Папа! — воскликнул тот, и неловко рассмеялся, — Что-то случилось? Сяо вздохнул, привстав так, чтобы принять сидячее положение на кровати: — Если что, всё не так, как может показаться… Это заранее. Вдруг вместо того, чтобы отреагировать как-то остро, Чжун Ли просто посмеялся, вызывая тем самым удивление у Итера. Последний выглянул из-за одеяла, хлопая ресничками. — Смотрю, года летят, а некоторые вещи не меняются. Вы как в детстве точно также спали, так и сейчас. Это так трогательно. Зря я волновался, что вы не сможете найти общий язык, в итоге вы стали самыми близкими людьми друг для друга, и настоящими членами семьи, хоть иногда это так и не выглядит. Сяо и Итер переглянулись и облегчённо вздохнули. Хорошо, что у них такой простодушный отец, который ничего лишнего не подумал. Настоящее благословение, ибо с другим были бы, возможно, проблемы. — А, д-да, — хихикнул златовласый, приподнимаясь, — Верно, мы с Сяо стали за последнее время очень близки, хоть он и вредина. Старший из братьев закатил глаза: — Я бы поспорил, кто здесь вредина. — А что спорить? И так понятно, что ты, это же ты вечно дразнишься, — показал язык ему Итер. — То есть ты хочешь сказать, что сам этого не делаешь? — приподнял бровь вампир. — Только когда ты уже в печёнках сидишь! — М-м… Хоть ты так и говоришь, но именно ты то и дело на мне сидишь. — Ах ты— Чжун Ли обречённо вздохнул, приложив ладонь ко лбу и качая головой. Похоже, он немного погорячился, когда сказал, что они очень дружные… Помимо позы, в которой дети засыпают, не меняются также их вечные перепалки. Пока они не подрались, директор решил их прервать, прочистив горло: — Позволите…? Я пришёл не просто так. Кажется, они на какое-то время вообще забыли, что не одни здесь. Потому теперь Итер удивлённо уставился на брюнета, хлопая ресничками. Сяо же просто пожал плечами и скрестил руки на груди, с любопытством глядя на самого старшего. — Спасибо за внимание, — слегка улыбнулся основатель Академии, кивнув, — Как вы помните, сегодня под вечер уже будет бал. Мне просто нужна ваша помощь с расстановкой некоторых украшений и декораций. Если у вас, конечно, нет планов на сегодня, ибо если есть — я могу попросить других учеников. — А… — похлопал ресницами Итер, переглянувшись с Сяо. И правда ведь… Бал уже меньше, чем через полдня. Даже не верится, что осталось уже так мало времени до конца жизни моей души. Светловолосый стиснул ладони в кулаки, хмурясь и обращая взор вниз. Конечно, не очень хотелось тратить последние часы жизни на нечто настолько обыденное, как помощь с уборкой и расстановкой мебели… А с другой стороны, и отказаться было как-то неудобно. Его добрая душа была слишком ответственной, чтобы так поступить. Грустно вздохнув, он произнёс: — Не знаю, как Сяо, но я помогу. — На тебя всегда можно положиться, — улыбнулся брюнет, и от этой улыбки на душе Итера почему-то стало горько. Он ведь ничего не знает… Грустно думать о том, что знай директор правду — никогда не поручил бы мне делать ничего в этот день. И не улыбался бы вот так. От этой атмосферы веяло… нормальностью. Правду говорят, что люди не ценят ничего до тех пор, пока не потеряют, сейчас Итер полностью в этом убедился. Ведь раньше он никогда бы не задумался о том, как же на самом деле круто заводить обыденные разговоры и не думать о том, что он — один из твоих последних. Как же круто не думать о том, достаточно ли твои действия отчаянны, чтобы быть названными последними. Не думать о том, что ты ещё слишком мало в этой жизни повидал… И всё же, как бы твёрдо он не был уверен в своём выборе, и как бы сильно не пытался выбросить негатив из головы — это просто невозможно. Ни один адекватный человек с более-менее здоровой психикой в этом мире не сможет спокойно жить и вести себя, как обычно, осознавая, что меньше чем через сутки его не станет. Это больно. Невыносимо больно. Настолько, что хотелось расплакаться на месте, и только лишь присутствие других не давало ему этого сделать, ведь те что-то заподозрили бы, и начали бы расспрашивать. Простите, что приходится скрывать это от вас… Но это для вашего же блага. А сердце Итера разрывалось на кусочки от страха и тревоги вперемешку с грустью.

***

Обычно его продуктивностью и качеством уборки только и делали, что восхищались. Но теперь его мысли были где-то далеко, да и настроение совсем никудышнее по понятным причинам, потому и сосредоточиться на работе было почти невозможно. Если раньше уборка помогала отвлечься от стресса и позабыть обо всём на какое-то время — то сейчас это так не работало. От подобного стресса отвлечься невозможно, как не пытайся. Забавно, что ещё вчера Итер был вполне в состоянии веселиться с Сяо: смеяться, кататься на аттракционах, нормально шутить, а теперь… Разница была всего в одну ночь, но, чёрт возьми, ощущение будто в целую вечность. Да что уж там, даже сегодня утром, до того, как он в себя пришёл — даже привычно препирался с братом и улыбался. А потом осознал… Он так сильно был погружён в собственные мысли, что случайно не заметил швабру под ногами, которая, должно быть, сползла со стены. Зацепившись за неё, он потерял равновесие, и только это помогло ему выйти из транса, вот только слишком поздно. Он испуганно зажмурил глаза, и уже готов был плюхнуться на землю. Но небеса решили иначе, потому он лишь почувствовал чьи-то сильные руки, что перехватили его и спасли от падения. У ушка раздался обеспокоенный голос: — С тобой всё хорошо? Не похоже на тебя, чтобы ты так отвлекался от уборки. Сяо… Этот голос он не мог не узнать. Такой родной и знакомый, что Итер готов был на месте расплакаться только от него. Да, настолько расшатано сейчас было его эмоциональное состояние. Он повернул голову в сторону брата и похлопал ресничками, становясь на ноги: — С-Спасибо, что поймал… — пробормотал он, — Всё хорошо, не беспокойся. Не могу же я сказать правду… Однако по скептичному выражению лица Сяо было видно, что это его совсем не убедило. Слишком уж тот хорошо Итера читает, это даже нечестно… Пока не поступил очередной вопрос, блондин решил опередить и спросил первый: — А ты как тут вообще оказался? Тебе же, вроде, во дворе поручили убираться. Темноволосый пожал плечами, всучив руки в карманы: — Именно этим я и занимался, пока не увидел кое-кого… Этот кое-кто пришёл и попросил отвести к тебе. Итер с любопытством похлопал ресничками, и склонил голову набок. Кое-кто…? К счастью, гадать долго не пришлось, вскоре из-за спины Сяо выглянула голова лучшей подруги, на лице которой была улыбочка. Она выбежала и бросилась на друга с объятиями: — Сюрприз! — П-Паймон! — удивлённо воскликнул тот, и поспешил обнять её в ответ, — Ты наконец вернулась. Хорошо, хоть я смогу со всеми важными мне друзьями сегодня повидаться и попрощаться. Будь с мамой Паймон что-то не так и задержись она хоть на денёчек — всё. Мне повезло… Если это вообще можно назвать везением, в такой-то ситуации. Лучше бы вообще не нужно было никогда ни с кем не прощаться, но жизнь бывает жестока и далека от справедливости. Итеру пришлось встретиться с сей жестокостью слишком рано… Не только Сяо заметил, что с ним что-то не так, однако. Подругу тоже не проведёшь, она знала его несильно хуже. — Ты нехорошо себя чувствуешь? Выглядишь неважно. — Я о том же, — кивнул Сяо, потянувшись к макушке Итера и чуть поглаживая, — Отдохни, мы без тебя справимся. От такой заботы обладатель золотых волос аж раскраснелся и взгляд увёл. Всем было так небезразлично его самочувствие, что даже как-то неловко… Он понимал, что в таком состоянии вряд ли сможет быть особо полезен, потому действительно неплохо было бы скрыться из поля зрения и не светить кислой миной. — Кстати, а что у тебя с шеей? — нахмурилась Паймон, чуть отодвигаясь и уже потянувшись к ним, но Итер успел вовремя сделать шаг назад, — Столько пластырей… Будто вампиры покусали. Последнее было явно сказано в шутку, учитывая, как девочка после этого рассмеялась, но напряжение на лице Сяо было просто бесценно. Однако, пока никто случайно пластырь не сорвал и не увидел то, чего не следует, Итер натянуто улыбнулся и помахал рукой, прежде чем повернуться в сторону выхода: — Д-Да так, неважно. В любом случае, раз уж вы так настаиваете — я пойду в комнату. Встретимся позже, ребята. — А… Провожали его два обеспокоенных взгляда. Все понимали, что Итер ведёт себя странно, и что-то явно не так, но не хотели приставать и расспрашивать слишком дотошно, хоть и хотелось. Да и… даже если бы они так сделали — всё равно ничего бы не узнали.

***

Итер лежал в своей кровати, глядя в потолок, пока в руках была чашка травяного чая. Говорят, он успокаивает. Однако, сколько не пей, что-то спокойнее не становится, тревога никуда не исчезает. А так хотелось бы найти чудесный способ, который избавит его от всех беспокойств. Ах, если бы была машина, что могла избавить и его, и Сяо от этого тяжелого вампирского бремени. Но это лишь фантазии. Вдруг раздался спокойный звук в дверь, который показался Итеру оглушительно громким из-за общей чувствительности. — Кто там…? — неуверенно поинтересовался тот, поставив кружку на прикроватный столик, — Можете войти. Дверь открылась, и показался из-за неё тот, кого сам человеческий юноша ждал в этот момент меньше всего. Обычно успокаивающие меланхоличные глаза того же цвета, что у него, теперь вызвали страх. Он тут же отодвинулся подальше на кровати, а сердце заколотилось чаще: — Л-Люмин-сэмпай? Что, уже? Я ещё не готов, я— Он панически начал было бормотать всё, что на ум придёт, но сам Люмин только отрицательно покачал головой и тихо произнёс: — Спокойно-спокойно. Я пришёл не за этим, не переживай, у тебя ещё есть время аж до конца бала. Не бойся, я не сделаю ничего против твоей воли. Итер застыл на месте. Он бы соврал, если бы сказал, что в тот момент его сердце совсем уж не одолевали сомнения и толика подозрения… Тем не менее, он ничего не сказал и не сдвинулся с места, когда Люмин подошёл и присел рядышком на кровати. Какое-то время они сидели в тишине. Словно Люмин давал ему время привыкнуть к его присутствию и хотел убедиться, что младший более-менее успокоился. Тогда тихо произнёс: — … Я чувствую, как тебе тревожно, Итер. Ладонь его мягко легла на чужую, и стиснула, заставив человека вздрогнуть от неожиданности. Но… руку он не отдёрнул. Не мог. Да и не то, чтобы хотел. — И я всё понимаю. Знаю, как сильно тебя пугает тот факт, что твоя жизнь изменится. — Люмин-сэмпай, — брови Итера дрогнули. Он серьёзно взглянул в чужие глаза и стиснул собственные ладони в кулаки. Неужели сэмпай специально делает вид, что ничего не знает? Не знает, что это будет не просто «изменение жизни», а её исчезновение. Если это так, то это жестоко. Это как обман… — М-м? Что за воинственный взгляд? — нежно посмеялся чистокровный, погладив чужую ладошку большим пальцем. — Вы правда не понимаете? Или надеетесь, что я ничего не понимаю? Сэмпай, о чём вы говорите? Почему вы меня даже не предупредили, что если я соглашусь на ваше предложение — моя душа просто исчезнет и уступит той женщине. Я буквально стану ею, не считая внешней оболочки моего тела. Моя жизнь не просто изменится, как вы говорите, а меня просто не станет. Люмин сощурился. Улыбка сползла с его лица, а взгляд из спокойного принял серьёзный оттенок. Он стиснул ладошку Итера покрепче, и поднёс к своей груди: — С чего ты взял, что это именно так? Неужели ты веришь любительским исследованиям больше, чем самим чистокровным вампирам? — приподнял бровь он, — Твоя душа не исчезнет. Глаза младшего широко раскрылись, а сердце пропустило удар. — Ч-Что? Но ведь… — То, что ты сказал ранее — тоже верно, с другой стороны. Действительно, она станет тобой, но это не значит, что ты не сможешь победить её сознание и стать просто собой, хоть и в облике чистокровного вампира. Всё зависит от тебя, а я — лишь сторонний наблюдатель и проводник. Итер не мог поверить своим ушам. Если это действительно так, то это меняет вообще абсолютно всё! Значит, он может не только спасти Сяо, так ещё и, если очень постарается, остаться собой, хоть и не до конца? Теперь, когда он уже настроился на самый печальный вариант развития событий из всех возможных — это выглядело, как настоящее благословение. Его успевшие потерять былой блеск глаза, вновь его возродили, а на лице появилась яркая улыбка. На радостях он бросился Люмин на шею: — В-Вы не врёте? Это действительно так? — Мне незачем тебе врать, — издал тихий смешок Люмин, обнимая малыша в ответ, — Я бы не позволил тебе бесследно исчезнуть, даже если бы это было твоим выбором. Не будь у тебя хотя бы мизерного шанса — об этом не могло бы быть и речи. Изначально я выбрал именно тебя по той причине, что увидел в тебе и в твоей душе силу, способную победить всё. Я знаю, что ты не сдашься так легко. Конечно, это могло быть манипуляцией, чтобы заманить Итера на свою сторону, а в итоге окажется всё совсем иначе. Может, и не стоило бы так легко верить вампиру на слова, однако это было тем, что младший так сильно хотел услышать. Ему искренне хотелось верить в то, что это правда, и он будет это делать. Люмин прав… Я не могу так легко сдаться. Я буду бороться за свою жизнь до конца. Столько, сколько потребуется! Обжигающе яркий огонь надежды безвозвратно зажегся в сердце Итера, и теперь его уже не остановить. Действительно, если есть хоть мизерная надежда на лучшее — нужно стараться и идти вперёд. Я сделаю всё, что в моих силах. — Я… Я буду бороться за право быть собой, — решительно произнёс он, глядя в глаза напротив. А на лице Люмин виднелась гордая улыбка. Вот, это именно то, за что ему этот мальчик так полюбился. Огонёк в глазах и решительное, но от этого не менее очаровательное личико. — Я знаю, что тебе это под силу, — кивнул Люмин, притягивая его к себе и даря ему нежный, но короткий поцелуй в губы.