Брачные игрища

      Возвращается Ёсико домой на веселе — энергетик и шаверма дали ей сил в таком трудном преодолении и нахождении пункта — «дом».       Не многие будут гулять в четыре утра и знать район Шибуя, а там уже пару кварталов, подворотен и дом — не очень милый, но дом. И злой Шуджи.       А, и девять утра.       Ёсико вообще не вдупляет зачем её из детского дома забрали, если этим опекунам похуй на неё и Шу? Срутся друг с другом, пусть и их не втягивают.       Старший «брат» крутит мелкую по собственной оси на выявление поломок и синяков — те только под зенками от недосыпа. И замечает рюкзачок с головой рыбины завёрнутой в газетку. «Ну точно ёбнутая».       А дома Шуджи укладывает малявку на футон, укрывает одеялом и убирает этот ужас океана в морозильник. Ну и пробует эту шавуху на вкус. Вкусно.       До вечера Ханма шатается по улице Токио бесцельно. Даже без мелкой как-то скучно и тихо стало. А Тетта его на порог дома даже не пустит. «Грусть-тоска меня съедает».       Потом приходит смс от мелкой, что она с Теттой и ждут только его.       Представшая картина перед парнем умиляет — его малявки успели не только словесно посраться, но и подраться, раз в пластырях сидят.       Шуджи вообще так не думал, что этот очкастый паренёк заинтересует его — тощий, мелкий и тявкает смешно.       А потом случайные встречи. И постоянно побитый. Судьба видимо их специально сводила. А потом появилась она — Ёсико Ханма — с виду ангелок, а так оторва похлеще самого долговязого.       А потом произошло это — Тетта натурально так подрался с мелкой. Тринадцатилетки, а визгу было… Впрочем брюнет рад, что у него сестра появилась, хоть и не кровная. А из-за чего они тогда подрались старший не знает — до сих пор молчат, но дружат тоже крепко. — Что случилось-то? — Шуджи присел на диван принимая чай от сестры. — Ёси хочет вступить в Вальхаллу. — фыркает брюнет в сторону девушки. — Совсем без зубов хочешь остаться? — ворчит Ханма понимая, что от этой пиявки не отцепиться. — Я так и так без зубов остаться могу, — улыбается зеленоглазая. — Тебе решать, ты же глава Вальхаллы, а я всего-то правая рука. — золотоглазый обожает этот грязный приёмчик. — А левая стёрлась? — в очередной раз подъёбывает Ёсико переглядываясь с довольным братом. — По вам и не сказать, что приёмные, — беззлобно бурчит сероглазый на этих дебилов.

***

      Ханма очень довольная собой и новым приобретением ускакала на следующее утро в город и на заброшки. — Ёси! Ты где, блядь, снова шатаешься? — снова ворчит брат. — По крышам бегала, а чо? О, тут бои, — девушка и вправду паркурила по треугольным и плоским железным крышам в новенькой куртке «Вальхаллы». Только она как-то зашла на ставки с боями, явно далековато от родных пенат.       Куртка тёплая, жёсткий подклад, если кто пырнёт — со стороны не заметят, но это всё лирика. — О, погоди, там пацанчика какого-то бьют, ща, — брюнетка уже устремилась в гущу событий, как появился мелкий блондинчик и большая косичка.       Ей сразу вспомнился Ранчик с косами. И тот милый очкарик. Эх, ляпота, а не пацанчики. Но сердечко ещё не ёкало и её не цепляло за ноги к камню и она не уходила на дно в океане любви.       «Ах, какая пластика, какой разворот, какой шпагат, мечта педафила прям». С одного удара вынес парня больше себя.       Сфоткав недо-порно-поцелуй между мелким блондинчиком и тем избитым, её сердечко чуть не разорвалось от счастья и облилось кровью — мелкий оказался главой Свастики, а она не дура, села на корты, пятки даже не подняла, вот ещё — пятки поднял — уважение района потерял.       «Это как тот мем — юр май френд, вроде, хы-хы, взял, как крыску подобрал, эх. Кто бы меня так же подобрал». Пока девушка думала и наблюдала, как люди расходятся, а к тому пацанчику подходят другие — поняла, что это его друзья. «У, сюка!» Ханма хохотнула в душе с вида спокойного и патлатого блондина. «Они случаем не братья?»

***

— Еш вода, пей вода — срать не будешь никогда, — вздыхает Ёси гладя разбушевавшийся живот. — Видимо та сосиска была просроченной, — зеленоглазая вздохнула.       Уже как пол часа сидит на унитазе, и определить, что быстрее — свет или понос, м-м, каждому своё так сказать.       Газетки все прочитаны, кроссворды в них разгаданы, не только девушкой, но и Шуджи… — Э-эх, многозначительное молчание, — брюнетка чешет нос, нога начинает дёргаться не то от нервов, не то от долгого сидения.       Посидев ещё пару минут, девушка зная свой пищеварительный тракт, привела себя в порядок, ну насколько это возможно в голубой махровой пижаме и пошла пить чёрный горошек. Это до семи считают, что дети тупые, но Ёсико не Ёсико, блин.       Её вообще контрабандой на органы везли, хотя она об этом и не подозревала. Сменила один приют, несколько семей на другой приют уже в Японии, несколько лет для осознания языка и письма и считай новый человек — новое имя. Ёси вполне старое имя устраивает — Жанна; не та, что Дарк, хотя по этому жанру у неё есть несколько манг.       Брюнетка почесала маковку, помацала свой жирок на животе, и заняв руку грудью, типа живой и мягкий антистресс. «Понимаю почему парни мацают девушек… Может мне тоже девушку найти? Буду её лапать как антистресс, хотя-я это ей понадобится антистресс… Хы-ы-ы».       Ханма снова глянула в холодильник и только заплесневелый хлеб подал заявку на организую пушистых грибов. Обозвав его сукой, может и не его, Ханма тяжело вздохнула — придётся ебашить в ближайший магазин, а он в пол часах ходьбы по переулкам с паркуром.

***

      Наглый лучик солнца скользнул по белой простыни, Земля же вокруг своей оси крутится, к сопящему парню. Сам субъект не подозревая о наступающем пиздеце и крутом повороте своей жизни спокойно спит. Впрочем это ненадолго.